Ты никогда не узнаешь, о чем я думаю.

Винсент, опустив голову и засунув руки в карманы, стоит перед Скоттом, который, не отвлекаясь от планшета, слушает адресованный ему вопрос. — Скотт… Просто хотел тебе предложить отметить Рождество со мной… Вдвоем, как говорится, веселее. Я тебя не заставляю. Просто предлагаю. Скотт задумался, постукивая пальцеми по экрану планшета. Затем поднял взгляд на Винсента, мило улыбнувшись. — Хорошо. Винсент приподнял бровь, немного удивленно смотря на того. Он еще никогда не видел такой искренней улыбки Скотта и практически моментального ответа на вопрос. От мыслей Винсента отвлек Скотт. — Я приду к тебе в районе часов одиннадцати. Где-то так. Ладно? — Да, конечно… Винсент довольно садится в кресло, начиная следить за камерами. До праздника два часа. Люди, потоками веселья и радости, огоньками и фейерверками, плывут в сторону центральной площади. Это единственный день в году, когда можно показать свои эмоции и выплеснуть их наружу в виде нот радости и счастья. Веселье до утра. Все уверены, что эту ночь они не забудут никогда. Винсент, изредка поглядывая в окно на обрвзовавшуюся реку огоньков, слабо улыбается. От этого зрелища хочешь —не хочешь, а получишь дозу счастья. Бишоп приготовился заранее. Он приготовил ужин, поставил по паре кухонных приборов и взглянул на время. Скоро должен придти его любимый человек. И он точно придет. Винсент уверен в этом. Скотт не может обмануть. А Скотт и не хочет. Ему незачем. Он уже все равно ничего не вспомнит. Топая к человеку, которого он действительно полюбил. Скотт свернул в переулок. Настроение, которое было замечательным всю неделю, резко сменилось. Парень замер, смотря в одну точку. «Рождество… Этот же самый день… родители… » Парень опустил голову, продолжая идти, только уже в сторону толпы. «Это я виноват… Я их не остановил! Я ушел… Вместо них должны страдать другие!» Скотт, как змей, незаметно скользнул в толпу. Запах алкоголя, пороха от фейерверков… Пол часа до праздника. Винсент, нервно постукивая пальцами по столу, раз в десять секунд поглядывает на время. Скотт опазывал. Бишоп разлил вино по бокалам, продолжая терпеливо ждать. Скотт схватил девушку за руку и повел ее из толпы. Он давно ее выследил. Полусонное состояние, шаткость и слегка заторможенная речь, подают все признаки прекрасной жертвы. Скотт заводит ее в переулок, а девушка даже не думает сопротивляться. Слишком ее мозг затуманен порцией алкоголя, веселья и сигарет. Двадцать минут до праздника. Винсент поднялся, начав ходить из стороны в сторону, поглчдывая в окно. Волнение? Нет… Это не стояние Винсента, хотя в данном случаен так оно и есть. Только сейчас Бишоп понял, какое это отвратительное, скользкое чувство. Скотт, широко улыбаясь, прижал девушку к стене, впившись в ее губы. Этот поцелуй не понравился даже самой девушке. Настолько Скотт старался сделать его болезненным и неприятным. — Будь благодарна, что это сделал именно я. Парень достал из кармана нож, резко загнав его в висок, от чего та не успела почувстврвать всю боль и моментально повислана руках парня. Скотт раздел ее и вспорол живот. Пока тело еще было теплое, Скотт, роясь в органах той, продлил порез до груди. Откопав в теплой, но склизкой и мокрой массе серце, парень достал его, положив девушке на ладошку. После, Каутон начал, словно фруктовый микс, раздрабливать и перемешивать все органы, делая из них однородную смесь. Когда тело остыло, парень продолжил идти по переулку. Пять минут до праздника… Винсент зло скинул все, что находилось на столе. Он взял новый бокал, наливая вино. В переулке Скотт нашел пару пьяных мужчин, которых в данный момент не интересовало ничего, кроме как набухаться. Ведь судя по всему, это единственный день в году, когда жены прощют им очередное пьяное состояние. Скотт подошел к ним сзади, одному сразу же перерезав горло, а другому пустив нож в глазное яблоко. Рождество. По телевизору, на многих каналах крутят песню «Happy New Year». Винсент, нервно улыбаясь, отпил из бокала. Мужчина закричал, а Скотт, ударив того в грудь, повалил на землю, начав избивать. Бишоп до такой степени крепко сжал бокал в руке, что вскоре послышался хруст, и на полу образовалась небольшая лужица из смеси крови и недопитого вина. Скотт наносил удар за ударом, включив в свои действия нож. Уродуя тело, еще пока живого человека. Осколки посыпались на пол. Очередной удар. Винсент стиснул зубы и сжал руку в кулак. Телевизор: «Happy new year, Happy new year…» Последний раз замахнувшись, Скотт поднялся. Голова гудела. Мыслей не было. Но душа была удовлетворена. Винсент ударил кулаком в стену, уткнувшись в нее лицом. Телевизор:: «May we all have our hopes our will to try…» Звонок. Винсент, шаркая ногами, прошел в прихожую, открыв дверь. На пороге, как не трудно догадаться, весь в крови, но безумно довольный, стоял Скотт, широко улыбаясь. — Твой подарок пришел! Парень прикрыл глаза, потеряв сознание, а Винсент подхватил того, крепко обнимая. Глаза наполнились слезами. Слезами счастья. «If we donʼt we might as well lay down and die… You and I…»