Ты никогда не узнаешь, о чем я думаю.

— Скотт… Скотти, приди в себя. Ты как?.. Кхм… скажу, ты так, немного потрепан и слегка запачкался по дороге. Мокрая тряпка легла на лоб, впитывая в себя кровь и грязь. Паренек открыл глаза, смотря на Винсента. — Я сн...снова отключился? Черт… кх, Винсент, ты не думай, я никого не убивал. — Хах… я вижу. Ты весь в крови, но не в своей. У тебя даже губы в крови, хотя ран нет, мистер-оправдание. Винсент слабо улыбнулся, проведя ладонью по щеке Скотта. — Сколько сейчас времени? — Детское время закончилось. Тебе давно пора спать. Но, так уж и быть, сегодня я разрешу тебе лечь позже. Хм… час ночи, Скотт. С Рождеством тебя, малыш. — Я не малыш. Убери дебильную привычку так меня наз… Парень замолчал и прикрыл глаза от теплого и приятного ощущения нежного поцелуя. Скотт приоткрыл рот, взаимно отвечая. Тем временем Винсент опустил руку в брюки парня, из-за чего заставил того недовольно отстраниться и отползти в угол комнаты. — Я не планировал трахаться с тобой сегодня. Целуй сколько влезет, но руки держи при себе. Скотт презренно отвел взгляд, осматривая свой внешний вид. Каутон поднялся и гордо пошел в ванную комнату, где скинул с себя ненужную одежду, набрал теплую водичку и залез в нее, расслабившись, не обращая внимание на то, что прозрачная вода поменяла свой цвет на красный, из-за кровавой дымки, расползающейся по всей поверхности воды. Скотту было плевать. Впрочем, как всегда. А точнее просто не привыкать. Тем временем в комнату бесшумно, как кот, вошел Винсент и сел на краешек ванной, аккуратно проведя рукой по волосам паренька. Скотт, словно кукла, молча и неподвижно лежал в алой водичке. Винс наклонил голову набок, вопросительно посмотрев на того. — Скотт?.. Хэй, мал… Винсент заткнулся, так как в ту же секунду его затащили в воду. Бишоп немного ахринел от такой наглости. Он зло посмотрел на Скотта, в то время как тот, крепко прижимал тело любимого к себе, обвив ногами талию, одной рукой стягивая рубашку, а другой поглаживая пах. — Не злись, Винни. Лучше скажи: тебе нравится цвет этой водички?.. — Скотт, херню несешь. То, что ты — убийца, не дает тебе право на такую наглость. Скажи спасибо, что я тебя ментам не палю. — Хм. Я бы убил тебя быстрее, чем ты подумал бы об этом. Парень стянул с того рубашку, поглаживая рукой торс. — Мне нравится твое тело… Оно, можно сказать, идеальное. Эта еще одна причина, по которой я не хочу тебя убивать. Жаль ломать эту красоту. — Скотти, ты снова забылся, малыш. Разговаривай со мной, как положено. Я тебя старше, сильнее и, кстати, хитрее. А ты всего лишь тот, кого я не палю ментам, потому что люблю. Винсент помог тому снять с себя же брюки, затем развернулся, внимательно смотря на Скотта, который сидел с каменным лицом, словно не испытывал никаких эмоций. Только фальшь или издевка. Лишь во время убийства он улыбался или ухмылялся, подавая хоть какие-это эмоции. — Твоя особенность в том, что из-за твоих «ярких» эмоций, я не могу прочитать тебя. Я даже банально не знаю, хочешь ли ты…кхм… этого сейчас или нет. — Не догадывайся и не пытайся меня прочитать. Ведь я могу подстроиться под ситуацию, если даже не хочу этого, но мне оно надо. В данный момент я тебе подскажу: делай то, чего очень хочешь. Собственно, я и сам не против. Скотт ухмыльнулся, а Винсент поднялся, потянув Скотта, вплотную прижимая того к стене. — Минут пять назад ты говорил совершенно другое… — Мое решение изменилось. Теперь я хочу этого. Это еще одна сложность в отношениях со мной. Мои решения меняются очень быстро. Например, сейчас я могу ненавидеть тебя по непонятной причине и хотеть убить, а спустя минуту буду сидеть у тебя на коленях, целуя, обнимая и рассказывая смешные истории. — Хах… Целуй и обнимай меня, малыш. Винсент приподнял того на руках, а Скотт крепко прижался к Бишопу, невесомо поцеловав в шею, ладонями поглаживая спину. — Я так счастлив, Скотт… Кем бы ты не являлся, я тебя л… — Заткни свою пасть и трахни меня наконец! Винсент тихо рассмеялся, впившись в губы того и медленно насадив парня на член, пока тот царапался, словно кот, стараясь не издавать ни звука, хоть это было, как минимум, невозможно. Слишком много переполняющих душу чувств. Тем временем Винсент отстранился, смотря на Скотта, давая тому привыкнуть, затем провел ладонью по щеке того, усмехнувшись, потому что Каутон прикусил губу и зажмурил глаза, чтобы не заплакать от боли. — Ты ребенок, Скотти. Тебе надо взрослеть. А для этого привыкать, когда в тебя входят резко. — Не вижу в тв…твоих словах логики… Заткнись… Винсент промолчал, начав аккуратные толчки, обхватив бедра Скотта руками, крепко сжимая их, отчего, вероятно, появятся синяки, со временем наращивая темп. Вскоре Каутон не выдержал и громко застонал, начиная активно двигаться. Винсент тяжело дышал, с усмешкой смотря на того. — Тебе так понравилось… кх… заниматься сексом?.. — З…закрой рот… аах… Я просто люблю тебя, мудак… Скотт нахмурился, ибо не любил говорить конкретным текстом такую правду. А Винсент молча уткнулся лицом в плечо того, наращивая темп, полностью насаживая Скотта на член, от чего через некоторое время и сам начал тихо постанывать. Бишоп укусил паренька за шею, а тот закинул голову назад, перебирая пряди волос Винсента. — Хм… т…аах…ты не думал продать свои волосы?.. Они бы…кх…очень дорого стоили… — Слишком много я на них угробил времени, денег и сил. Поэтому никогда и никому не отдам свои волосы. Скотт слабо улыбнулся, поцеловав того в лоб, прикрыв глаза. — Скотт…н....никогда не надеялся на секс с тобой… Ты сл…слишком ст…странный… но тем не менее, очень милый… Винс улыбнулся, нежно поцеловав парня в губы. Скотт взаимно ответил на поцелуй, обнимая того руками, крепко прижимая к себе. Он царапал спину Винсента, тихо урча, но громко постанывая, накручивая на свои пальцы пряди волос, наслаждаясь каждым толчком партнера, словно пытаясь забрать все себе и никому не давать. Долбанный собственник, псих, помешанный. Он хочет его еще больше. Будто секс — не все, что ему надо. Это не максимум. Он хочет, но не может понять, что именно ему надо. А если и сможет, то никогда этого не получит. Точнее наоборот. Он как раз-таки получит. Извращенец. Мудак. Конченый. — Н…кх… никому… НИКОМУ И НИКОГДА, БЛЯТЬ! — Скотт… Ты снова плачешь. Почему?.. — Я НЕ ПЛ…кх… т…ты только мой. Парень кончил, полностью расслабившись, повиснув на Винсенте. Тем временем тот поцеловал любимого в ключицу, кончив следом, а затем сел обратно в водичку, не отпуская и крепко прижимая к себе Скотта, пока тот медленно проваливался в сон. — М…мой… — Твой и только. Обещаю…