Гарри Грюм и Постоянная Бдительность!

Хогвартс простоял века, пережил несколько эпох, встретил закат средневековья и начало современности — а потом ошибся, назначив Аластора Грюма на директорский пост. Домовики, выловленные в брошенных домах казнённых преступников, были самым наглым и беспринципным образом привязаны к Хогвартсу и несколько недель вычищали каждую комнату, каждый кабинет и каждый коридор замка. Горы мусора, старые артефакты, пылившиеся по углам обломки мебели, не пережившей давние стычки студентов — всё полетело в топку. — В замке насчитывается сто сорок кабинетов, двадцать лекционных аудиторий, двенадцать лабораторных, — выровнявшись по струнке и отдав директору воинскую честь, рапортовал домовик, ответственный за уборку территории. — На данный момент задействовано менее десяти процентов резерва. В подземельях пустуют три нижних уровня, которые насчитывают более сорока помещений. Восточное крыло замка насчитывает три дюжины пригодных для жизни комнат. — Обустроить комнаты для преподавателей, — командовал Грюм, с важным видом восседая на массивном дубовом кресле, которое приволок в кабинет из своего дома. На спинке, повёрнутой к окну и подальше от глаз посетителей, красовалась ладошка Гарри, отпечатанная краской — Сириус наотрез отказался смывать «такую прелесть», зловредно закрепив отпечаток чарами. — Обустроить все лекционные и половину стандартных кабинетов для занятий. Выполнять! Первый домовик отдал честь и с хлопком исчез, и на его месте вмиг образовалась домовушка в белом кухонном переднике и поварском колпаке. Кухарка. — Директор Грюм! — пискнула она, вытянувшись по струнке. Грюм смерил её взглядом, припоминая, что, кажется, именно эта особа служила Эйвери. — План по закупкам на год рассчитан, ваш заместитель подписал его и заказ направлен к поставщикам. К праздничному пиру готовность девяносто процентов. План питания пересмотрен и учтён в соответствии с рекомендациями медиков. — Выполнять! Грюм довольно кивнул, вспоминая, каких трудов ему стоило заставить Сириуса подкатить к местному маггловскому педиатру с просьбой рассчитать здоровый и питательный рацион для детей от десяти до семнадцати лет. Потому, что на беконе и яйцах долго не протянешь — сам помнил, как долго приходилось гонять жирных мягкотелых первокурсников аврората, раскормленных в школе до безобразия. Самым сложным было убедить самого себя, что дети не смогут питаться по меню аврората, и перловки с тушёнкой им не будет достаточно. Ну, конечно, овощи. Овощи. Грюм ненавидел их. А вот компенсация в виде работающего по выходным бара для профессоров в учительской нашла поддержку у всех, кто о ней узнал. Что удивительно, первой идею «заслуженной моральной компенсации» поддержала МакГонагалл. — Директор Грюм! — пискнул следующий домовик. Вообще, идея завязать управление замком на домовиках пришла совсем неожиданно. Грюм тогда завалился в школу вместе с прицепившимся к его ноге мелким Гарри, который отчаянно отказывался в свой день рождения оставаться в детском саду. Тот факт, что там его дети приветствовали, как немецкого фюрера — впрочем, вспоминая его первые слова, ничего удивительного — совершенно его не заботил. А вот вцепиться в деревянную ногу аврора и апарировать с ним в замок — вот это приключение, достойное маленькой ползучей катастрофы. Почему ползучей? Нет, Гарри умел ходить. Умел, но почему-то отказывался, считая это ниже своего достоинства. Собственно, возвращаясь к причине: местному смотрителю замка не повезло споткнуться об ползающего по холлу ребёнка. Гарри тогда сначала не подал реакции, но, увидев, как вытянулись в испуге лица свидетелей, что-то смекнул и тут же устроил истерику. Филча пришлось уволить — впрочем, Грюм изначально не понимал, какая нужда может быть замку в одном скверном сквибе. Паршивый характер тут только у него. Грюму не нужны конкуренты во вредности. Исключая человеческий фактор и стандартную исполнительную роль Филча в дисциплинарных взысканиях, Грюм подумал, что те же домовики за минуты вычистят замок до такой стерильной чистоты, которой никогда не добиться простым людям. Исполнительные домовики были гораздо больше подвержены дрессировке, исключая недовольство начальством и предательство по личным мотивам. А касательно взысканий… у отставного аврора были свои идеи на этот счёт. Да и командовать эльфами ему нравилось больше, чем поддерживать субординацию с подчинёнными. «Коллегами» — неизменно лез поправлять его Сириус, который поневоле стал единственным слушателем рассуждавшего вслух Грюма. — Директор Грюм! — снова пискнул домовик, возвращая Аластора мыслями в кабинет. — Госпожа Помфри просила сообщить, что данные с осмотров учеников рассортированы и внесены в картотеку. Список поправок к питанию Валли уже передала Зигмунду. Зигмунд. Со скандинавского — защитник спокойствия. Да, так назвать домовика, назначенного на должность секретаря, мог только Аластор. Впрочем, имя Валли — сокращение от Валборг, дословно: «спасение погибших», тоже было его идеей. — Передай Помфри: пусть закажет в Мунго тридцать унций антипохмельного, — распорядился Грюм, сложив руки на столе в замок. Ему казалось, что так он выглядит внушительнее. — Будет сделано, — забавно поклонилась домовуха, с тихим хлопком исчезая с глаз хозяина. Аластор задумчиво покивал головой и вдруг рявкнул: — Зигмунд! — Здесь, сэр! — в ту же секунду ответили скрипучим голосом. — Как обстоит ситуация с моими комнатами? — Семь комнат на астрономической башне готовы, сэр! Нет, идея оккупировать основание самой высокой в замке башни пришла не Грюму — это была детская мечта Сириуса, который вцепился в эту идею с бульдожьей хваткой. На какой-то момент Аластор даже усомнился, а та ли порода у этой бестолочи-анимага. Впрочем, размах по количеству комнат был уже его собственной идеей — семь комнат занимали как раз два полных этажа башни: первый он велел отвести на две гостиных, кабинет и комнату отдыха с небольшим баром и почти панорамным окном на Запретный Лес (воспоминания о погонях за оборотнями в лесах всегда его успокаивали), второй же заняли три спальни (в этот раз большое окно с боем отобрал Сириус — его тоже успокаивали воспоминания о том, как они в детстве бегали по лесу с друзьями). Впрочем, компенсации ради, комната Гарри была больше всех остальных (Грюм бы с радостью обил подушками стены и поставил решётки на окна, но Сириус упёрся, заявив, что это негуманно). — Сколько до прибытия? — абстрактно спросил Аластор, бросив суровый взгляд на домовика. — Поезд с детьми и двумя дежурными преподавателями прибывает через три четверти часа! — отрапортовал Зигмунд. — В замок ученики прибудут ровно через час. Педсостав должен появиться через четыре минуты. Последняя планёрка перед началом учебного года обещала быть интересной, чёрт с тем, что на неё выделено несколько меньше часа. Это будет первое собрание, на котором окажутся все — до этого Грюм беседовал с каждым лично. Горгулья на входе в директорский жалобно заскулила и опустила голову, как обыкновенная трусливая псина, когда к двери подошёл первый прибывший.