Он и Она

***

-Вы жених моей девушки? - переспросил Джун. «В рот мне ноги!», — чуть не сказала Яна вслух, а господин Чои вскинул брови и парировал: -А ты, получается, парень моей невесты? При этом его лицо приобрело совсем другое выражение, то, которое Яна до этого не видела, взгляд стал агрессивным, а губы сложились в тоненькую узенькую полоску. -Господин Чои, мы встречаемся, — попробовала вмешаться Яна. -Ты думаешь, меня это остановит? С сегодняшнего дня ты — моя невеста, — припечатал Костя. Константин победоносно взглянул на Яну, потом опять перевел взгляд на застывшего Джуна. Однако во взгляде своего мальчика Яна заметила нарастающую злость. Парни стояли и свирепо смотрели друг на друга, словно каждый оценивал силы противника перед боем. Яна почувствовала, что должна что-то сделать, иначе вероятность того, что Костик закатает Джуна в паркет в квартире тетушки, слишком высока. -Господин Чои, пожалуйста, успокойтесь, — попросила Яна. Этот Константин точно шизофреник, раз называет ее своей невестой, они даже не обручены, а с душевнобольными нужно говорить в спокойном тоне. -Ты мне ничего не говорила про то, что у тебя есть жених, — наконец отмер Джун. Девушку охватила настоящая паника. Сейчас Джун развернется и убежит от нее, сверкая пятками. Яна просто не знала, что делать в такой дурацкой ситуации, но тут вмешался еще один человек: -Не было у нее никакого жениха, — заявил Хён, вальяжно приближаясь к троице, — экий бред! Брат подошел и приобнял сестру, одновременно впиваясь взглядом в Костика. -До чего у тебя морда знакомая… Дай-ка подумать… Так я тебя помню! Ты этот, как там… Кан Сон, Кён Соль… Вспомнил, Каль Сон! Ты приходил свататься к одной моей знакомой, точно! — Хён старательно изобразил мыслительный процесс, протекающий у него в голове, и даже ткнул в Костика указующим перстом, наблюдая за его реакцией. И вроде он произнес корейское имя, но то, что оно значило по-русски, развеселило всех, кроме Кости. Яна захихикала, Джун еле сдерживал улыбку, а господин Чои побагровел и с ненавистью воззрился на Хёна: -Какой я тебе еще Кальсон? Да кто ты такой вообще, мелкий? -Как кто? Видать, у тебя уже плоховато со зрением! Очки носить не пробовал? Мы брат и сестра! Смотри, как мы похожи, — Хён придвинулся ближе к Яне, отчего девушка опять разволновалась, повторяя про себя мантру: «Он мой брат, просто мой брат!» Как всегда вовремя, из кухни вынырнула тетя Зоя, зачинщица всего этого балагана, и весело заверещала: -Дети, чай готов! Яночка, у тебя аллергия прош… ла, — тетушка осеклась и обвела взглядом сборище около двери. Приткнув поднос с двумя чашками и сахарницей на тумбочку в прихожей, тетя Зоя с удивлением воззрилась на красного Костика, замахнувшегося на Хёна, на самого ухмылявшегося Хёна и хихикавшую племянницу, — что вы тут устроили, что за бардак? Хён мигом отлепился от Яны, Константин изобразил, что рука на самом деле тянулась к волосам поправить прическу, а Яна схватила с вешалки плащ, сумку и зонт, говоря на ходу: -Спасибо, что так благородно поступаете, господин Кальсо… Кансу, мне правда очень нужно бежать! — и, схватив Джуна за руку, девушка выволокла того в подъезд, а затем во двор.

***

-И что это сейчас было? — спросил Джун, ревниво глядя на Яну. -Это была затея тетушки, — ответила Яна, надув губки, — тетя решила, что мне пора замуж и привела Кальсона, в смысле Костю. Если бы мы ушли пораньше, я бы его не встретила. -Этот Костя выглядел так уверенно, будто вы помолвлены, — заявил Джун, подозрительно прищурившись. Яна пересказала Джуну то, что произошло до его прихода, надеясь таким образом объяснить парню, что злиться на нее глупо. -Но ты могла бы и не выходить в салон, — в голосе Джуна все больше звучала ревность, а взгляд из-под челки был полон обиды. -Меня буквально выволокли к этому господину Чои, я понятия не имела, что он придет, ты же знаешь мою тетушку дольше, чем я сама, она еще та затейница. -Он заявил, что ты — его невеста, — разозлился Джун, — это все равно, что сделать предложение! -Что? Даже если он его сделал, то я это предложение отклоняю и оно считается недействительным! — Яна начинала терять терпение, — Джун, ты слишком ревнивый! -А я не должен ревновать тебя к другим парням? -А я давала тебе основания ревновать меня к этому придурку? Ты кому веришь больше, этому шизофренику или мне? — Яна не хотела ссориться с Джуном, но уже не могла говорить спокойно. Вся эта ситуация бесила ее, и гнев все больше овладевал ею. -Я верю тебе, но этот козел сказал, что ты… -Что я что? Сплю с ним? — заорала Яна. Неужели Джун не понимает, что все это — чистая случайность, что если бы не тетя, они бы сейчас мирно шли в больницу на рентген и не стояли здесь, вопя друг на друга и выясняя отношения. -Нет, так он не говорил, но твоя тетя, я видел, несла вам чай! Значит ты там чаи с ним распивать собиралась? — Джун тоже перешел на крик. -Тебе же Хён сказал, что у меня не было жениха! -А Хён сам ведет себя так, как будто ты не его сестра, а девушка! Почему ты позволяешь ему себя обнимать? -Потому что он мой брат! — не выдержала Яна и грохнулась на скамейку возле дома. «Черт меня дернул связаться с малолеткой! — корила себя девушка, — и зачем я только тебя встретила?» -И часто тебя обнимает твой брат? — с изрядной долей сарказма спросил Джун. Последний вопрос заставил Яну содрогнуться. Мало того, что девушку одолевали нехорошие мысли насчет Хёна, так теперь еще и Джун говорит ей в лицо, что Хён ведет себя не совсем по-братски. Яна не знала, куда деваться, она покраснела, спрятала лицо в ладонях и неожиданно для себя заплакала. «Сначала сука отчим, теперь двоюродный брат! Да что за судьба-то у меня поганая?» — слезы лились из больших зеленых глаз, не переставая, память услужливо подсунула девушке воспоминания, которые она пыталась закопать глубоко в себе и закрыть на замок, чтобы они никогда не вырывались, и вот сейчас Джун невольно открыл этот замок ключом под названием ревность. Яне вспомнились перегар из поганого рта и потные лапищи отчима на своей нежной коже, которые лезли к ней, норовя ущипнуть, помацать, помять ее молодое тело, вовсе не предназначавшееся для него, и девушка зарыдала в голос. Внезапно она почувствовала на своем плече чью-то руку и дернулась, словно ее ударило током. Находясь в плену воспоминаний и накатившей истерики, Яна вскочила и, захлебываясь слезами, заорала: -Никогда... Старый козел! Я долго прощала… Не стану! Гадские руки, сгинь! Джун ошарашенно смотрел на такую спокойную всегда девушку, бьющуюся сейчас перед ним в истерике, он не понимал, что она орала в перерывах между рыданиями и всхлипами, ему послышалось «я долго прощала», «не стану» и «старый козел», и эти обрывки фраз пригвоздили его к скамейке. Он не знал, что делать, и был готов прибить себя за то, что наговорил Яне гадостей. Джуна внезапно посетила догадка — кто-то мог изнасиловать девушку в прошлом, и может, насиловали ее на протяжении какого-то времени, и сейчас он видит последствия этого насилия. Боль за любимого человека пронзила его сердце, он вскочил с лавки и обнял вырывающуюся девушку, шепча ей на ушко: -Тихо, тихо, теперь я с тобой, я не дам тебя в обиду никому, слышишь? Прошло минут двадцать, как они простояли, обнявшись. Яна постепенно приходила в себя, Джун крепко прижимал ее к груди, шепча ей слова любви, обещая, что никогда никто, кроме него, до нее не дотронется, целовал ее волосы, мокрое от слез лицо легкими поцелуями, пока Яна не перестала плакать. -Прости меня, прости пожалуйста, Яночка, девочка моя… -Джун… Мне так стыдно, это ты прости меня, — тихо сказала девушка, вытирая слезы салфеткой, — наверное, я сошла с ума… Джун чуть отстранил Яну от себя и посмотрел на нее. -Ты не сошла с ума, — констатировал парень, — из-за моей глупой ревности у тебя приключилась истерика, вот и все. Забудь. -И ты будешь дальше встречаться с такой истеричкой? — Яна отвернулась, но Джун взял ее лицо в ладони и посмотрел в глаза. -А какие есть причины не встречаться? Я же люблю тебя, — ответил парень, и сам удивился, как легко признание в любви вылетело из его уст. Джун покраснел и опустил глаза, но теперь уже Яна взяла его лицо в ладони и заставила посмотреть ей в глаза. -И я тебя люблю, Джун, — сказала девушка, и ее щеки порозовели. -Яна, никогда не бросай меня, ладно? — привлекая девушку к своей груди, попросил Джун. Они оба сейчас испытывали друг к другу огромную нежность, желание оберегать друг друга от всех бед, взаимное доверие, и оба сейчас думали, не отрывая взгляда друг от друга, что ничто в мире не разлучит их. Яна закрыла глаза, утопая в объятиях любимого, и Джун потянулся к губам девушки, нежно накрыл их своими губами, почувствовал солоноватый привкус слез, волна желания захлестнула их и заставила прижаться друг к другу сильнее, Яна ощутила нарастающую эрекцию Джуна и двинула бедрами навстречу парню, язык Джуна встретился с языком девушки, даря новые приятные переживания. Ничего не замечая вокруг, и позабыв обо всем на свете, Яна и Джун упивались друг другом, они хотели большего, парень нежно разорвал поцелуй и пробормотал, краснея и запинаясь: -Пойдем ко мне… Я… Хочу тебя… Яна застонала от возбуждения, она тоже хотела оказаться в теплой постели рядом с любимым, она хотела Джуна так сильно, как никого раньше, его глаза, его губы сводили с ума, Яна желала провести с Джуном и этот день, и ночь. -Пойдем, — кивнула девушка.

***

Проходя по двору, Яна с Джуном были так заняты друг другом, что даже не заметили идущую навстречу им Настю, которую бабуля послала за продуктами. Как раз в тот момент, когда Настенька собиралась подойти к парочке и разрушить их любовную идиллию, Джун поднял Яну на руки и девушка обвилась вокруг него, как лиана. Яна нежно поцеловала парня в уголок губ, и Джун, вместо того, чтобы сказать Насте «привет», со всей страстью вернул поцелуй своей девушке. -Неужели мой утренний визит не сработал? — пробормотала злобно Настя, глядя, как Женечка целует свою анорексичку, — вот сволочь! Он должен думать обо мне, а не об этой стерве! Чего это он ее на руках тащит? Еще и облизывает у всех на виду, у них же это не принято вроде? Черт их разберет, этих корейцев! -Привет, Же-е-енечка! Как дела? Куда идете? — нараспев спросила Настенька, проходя мимо влюбленных, но на нее даже никто из них не взглянул, и девчонка затаила обиду. «Не здороваетесь? Что, Женя, не замечаешь меня? Или делаешь вид? Или рот занят? Я этого так не оставлю! — насупившись, думала Настя, начиная изобретать план мести, — ты еще пожалеешь о том, что отверг меня! Несет эту Пипу Суринамскую на ручках, а на меня ноль внимания? Уж нет! Я всегда получаю то, что захочу, и ты не исключение!»

***

Настя была далеко не одинока в своем желании разрушить отношения Джуна и Яны. На улице Герцена, где ему удалось снять кое-какое жилье, Андрей метался в четырех стенах, как дикий зверь в клетке, матеря вслух парочку и виня сучку Янку во всех его бедах. -Это сейчас по ее вине я нахожусь здесь, как бомж! Даже девки под боком нет, чтобы стресс снять! Вот если бы Янку сюда, я бы ей показал высший пилотаж, не то, что ее мальчик-цветочек! — злился Андрей. Находясь между кухней и большой комнатой, он вдруг увидел неприметную дверь и заинтересовался, что такое там может быть. -Наверняка шмотки хозяйские, — размышлял блондин уже привычно вслух, — посмотрим, что там у них. Открыв дверцу, Андрей увидел кучу ненужного хлама, что обычно люди хранят в кладовках — и выбросить жалко, и вроде бы использовать тоже нельзя. У него дома была такая же кладовая, и даже куча состояла из похожих предметов. Позабыв на некоторое время о Яне и ее дрище, он начал копаться в хозяйских вещах, перечисляя найденное. -Фанера, старые колонки… нахер не надо, — все это полетело в одну сторону, — старая клюшка, молоток, провода, тройник, хм… А это, пожалуй, пригодится, — качок отложил найденные предметы в другую сторону. По мере поисков в нужную сторону полетели старый фен, древняя, но работающая елочная гирлянда, паяльник, кусок полиэтилена и скотч. Перебирая эти предметы, у Андрея возникла отличная мысль, как их использовать. Как-то ему на глаза попалась статья об одном америкосе, который работал с высоковольтными проводами, но что-то там пошло не так, и в результате чувак получил удар током, отчего его лицо стало полностью обезображенным, Андрей даже помнил пугающую фотографию в газете. Волан-де-Морт по сравнению с тем чуваком был просто красавчик! А что, если Янка получит себе такое же лицо? Или ее любимый дрищ? Интересно, она потом будет любить этого козла с изуродованной рожей или сразу бросит? Андрей нехорошо усмехнулся, сгреб кучу полезного хлама в картонную коробку и отнес все это в комнату. Сегодня он изготовит «высоковольтные провода» и уже завтра будет наблюдать, как любимчик этой сучки поджаривается, а узкоглазый будет смотреть, как он обмотает проводами Янку и будет издеваться над ней. Интересно, кто чем пожертвует в такой ситуации? Остановиться Андрей уже не мог, безумная тяга к мести превращала его в маньяка, но он и не задумывался над тем, что будет дальше. Главное — хорошо продуманная месть, а потом что будет, то будет. Скорей всего Янка вернется к нему, ведь он ее любит, да и зачем ей мальчишка? Янка всегда любила его, Андрея, и он всегда любил только ее, и неважно, куда пойдет Светка, она ему не нужна. Вот только Андрей не понимал, или не хотел понимать очевидного - Яна его уже давно не любила.

***

Джун донес на руках Яну до квартиры и бережно поставил на ноги. Пока Джун возился с ключом, Яна обняла парня сзади и прижалась щекой к его спине, вдыхая любимый аромат парфюма ее мальчика. Джун был возбужден настолько, что не сразу попал ключом в замок, а когда, наконец, он отпер дверь, они ввалились в прихожую, обнимаясь и целуясь. Джун опять подхватил девушку на руки, понес ее прямиком в свою комнату и там усадил на большую кровать. Яне стало жарко, она освободилась от своего красного плаща, сняла свитер и осталась в блузке, под которой ничего не было. Нежная прозрачная ткань облегала упругую грудь девушки, и у Джуна потемнели глаза. -Ты такая красивая, — пробормотал парень, откровенно разглядывая прелести Яны, просвечивающие через блузочку, — ты не носишь эту штуковину? Яна покраснела, ведь она не думала, что вместо раздевалки в кабинете рентгенолога окажется в спальне у Джуна, и решила переодеться после похода в больницу, надев новый сексуальный комплект белья. -Ношу, — сказала Яна, — но не люблю… -А меня ты любишь? — спросил Джун, почти неощутимо прикасаясь к коже девушки через тонкую прозрачную ткань блузки. -Люблю, я тебя очень люблю, — ответила Яна, целуя Джуна за ушком. Джун заключил в объятия Яну и потянулся к ее губам. Поцелуй был долгим и глубоким, оба теряли контроль над собой. Джун скинул свитер и футболку, Яна быстро стащила с себя джинсы, но оставила сексуальную блузку, которая не скрывала, а наоборот, подчеркивала, делая больше, грудь девушки. Джун наклонился и стал целовать ее через блузку, его сердце билось так сильно, ему казалось, что еще немножко, и оно выскочит из его груди. Яна ласкала Джуна, наслаждаясь его шелковистой кожей без единого волоска, девушку словно обжигало, когда Джун прикасался губами к ее груди. -К черту блузку, — пробормотала Яна и быстро избавилась от преграды, она хотела ощущать поцелуи Джуна на своей коже, ставшей такой чувствительной, и Джун осторожно, едва касаясь, провел руками по груди девушки, сходя с ума от твердеющих сосков под его ладонями, и Яна выгибалась ему навстречу, млея от каждого прикосновения. Джун, прерывисто дыша, чуть толкнул Яну на кровать, и девушка легла на спину, закрывая глаза, каштановые волосы разметались по покрывалу, и парень был очарован этим зрелищем. Джун, стянув боксеры, осторожно лег сверху, опираясь на локти, его напряженный член оказался между ног девушки, и она подалась бедрами ему навстречу. Джун дрожал, его кожа покрылась мурашками, Яна хотела ощутить Джуна в себе, как можно глубже, но Джун вдруг засмущался, покраснел до кончиков волос и прошептал ей на ушко, рвано дыша и запинаясь: -Я… я хочу тебя… Очень сильно… Но ты… А ты? -Я тоже хочу тебя, — ответила Яна на выдохе, — сними с меня трусы… Они тут явно лишние… И Яна порывисто обняла Джуна, пряча красное лицо у него на груди. Девушке передалось смущение парня, ей почему-то стало стыдно, что ее трусики совсем промокли от желания. Внезапно она ощутила пальцы Джуна на своем самом интимном местечке, парень нежно, но настойчиво поглаживал ее там, вызывая бурю эмоций у девушки. Ладонь Джуна переместилась под трусики, лаская нежную гладкую кожу, чуть пробираясь внутрь, для Яны это было ошеломляюще приятно, и девушка, неожиданно для себя самой, раздвинула бедра, пропуская пальцы парня внутрь. С каждым прикосновением Джун дарил Яне наслаждение, и девушка выгнулась дугой, настолько было приятно чувствовать пальцы Джуна в себе, и настолько действия Джуна отличались от неумелых попыток ее бывших бойфрендов, считавших себя гуру любви и секса. Джун стянул на пол мокрые трусики Яны, и, не в силах больше терпеть, со стоном вошел в нее, девушка согнула ноги в коленях и прижалась крепче к парню, зарываясь руками в его рыжие волосы. Краем сознания она понимала, что Джун на пределе, все-таки это был его первый раз, и пару толчков не доведут ее до финала, но Яне так хотелось запомнить этот первый раз с Джуном, она желала, чтобы парень тоже запомнил это на всю жизнь. Девушка теряла рассудок от того, как Джун робко и неумело входил в нее, дрожа всем телом и неровно дыша, пытаясь удержаться и оттянуть финал. -Не сдерживай... себя, — тяжело дыша, пробормотала Яна, но Джун уже достиг пика наслаждения, громко застонал и, сжав девушку в объятиях, бурно кончил. Ее мальчик так вымотался, словно бежал марафон, крупные капли пота катились по его красивому лицу, он уткнулся в плечо Яны. Девушка терпеливо ждала, пока Джун восстановит дыхание и гладила его по мокрой спине, нежность к парню переполняла ее. Джун привстал на локте и спросил, краснея: -Я слишком быстро, да? Яна кивнула, перебирая рыжие мокрые пряди Джуна. -Так и должно быть, — ответила она, целуя его в губы, — но это было восхитительно! Яна не соврала. Все эти знатоки Камасутры только хвастались, что знают и умеют все, но с ними ей было неприятно, а с девственником получилось потрясающе. Джун, услышав то, что сказала Яна, обрадовался, поцеловал ее и поднялся. -Хочешь сходить в душ первой? — спросил Джун. -Иди сначала ты, — ответила Яна, — я отдохну чуть-чуть. Когда Джун ушел в душ, Яна разлеглась на кровати, и тут взгляд ее упал на сумочку, брошенную у кровати. Что-то важное она упустила, и это важное лежало в ее сумке. Осознание того, что сейчас все произошло без презерватива, не сразу дошло до девушки, а когда дошло, Яна сравнялась цветом лица с белой простыней. Яна резко села на кровати и уставилась на шкаф. Поддавшись неземной страсти, она забыла о земных последствиях! Сорвавшись с места, девушка, в чем мать родила, кинулась к дверям ванной, и налетела на чистого, с полотенцем на бедрах, Джуна, счастливого, напевающего какой-то дурацкий мотивчик. Смуглая кожа красиво контрастировала со светлым полотенцем, Джун выглядел очень сексуально, крупные капли воды падали на пол с его мокрых волос. Увидев белую, как мел, Яну, Джун недоуменно посмотрел на девушку и сдвинул брови. -Что случилось? — спросил парень, убирая мокрые волосы назад и становясь еще красивее. Но Яну сейчас волновала собственная безопасность, а не красота Джуна. -Мы забыли про презерватив!