Просьба

      Рей не находит себе места.       Присутствие Кайло всегда неизбывно витает где-то на краю сознания, а сейчас, вдали от него, ее охватывает давнее состояние тревоги — все то же навязчивое напряжение, мучившее с их первой встречи. Ее взгляд скользит по звездным пейзажам за транспаристилом, пока мысли блуждают где-то далеко, оценивая варианты, просчитывая возможные ходы. Прежде ей удавалось дотянуться до него, когда хватало храбрости. Благодаря этой связующей ниточке, к ней являлся он, преследуя ее в снах и сводя с ума кошмарами, но теперь там, где раньше жил страх, появилось настойчивое требовательное желание рваться вперед.       И она следует за ним, потянувшись к нему, урывками замечая темный контур шаттла перед чужими глазами, прежде чем слышит в голове укоризненный голос:       Терпение.       Нахмурившись, Рей сжимает зубы, чувствуя, как ее выталкивают из сознания, обладатель которого в раздражении поднимается по трапу. Фыркнув, она возвращается к лицезрению космоса, но там лишь бесконечная россыпь звезд и скрытая от ее взгляда планета, на орбите которой они дрейфуют.       Она отворачивается и угрюмо смотрит на каюту, темную и пустую, как огромная тюремная камера, и чувствует просыпающуюся тень сомнения. Рей спускается по ступенькам и замирает у стола, стиснув спинку стула и закрыв глаза, подавляя внезапно вспыхнувшее чувство жалости к себе. Оглядывая пустые тарелки, она подбирает вилку, вспоминая ту нежность, с которой он держал ее руки в своих. Руки, пропитанные кровью, руки, способные причинить страдание за пределами вообразимого.       Дверь отъезжает в сторону, прерывая ее раздумья, и Рей машинально прикрывает голую грудь, прижимая холодную вилку к предплечью, но это всего лишь дроид. Не двигаясь, она застывает, глядя, как он приближается к ней.       — Подарок от магистра Рена, — сообщает он бодрым механическим голосом, опуская на стол длинный футляр. — Он приказал передать, что если вам понадобится что-то, вы можете вызвать меня через консоль, — дроид указывает на панель у двери, и Рей мельком оглядывает ее.       — Спасибо, — выдавливает она, следя, как он начинает собирать подносы со стола.       — Доброго дня, госпожа, — чирикает он, уходя, и Рей вытягивает шею, вглядываясь в щель закрывающейся двери, замечая там небольшую комнату-прихожую. Секундой позже после того, как остается одна, она подходит, изучая консоль и нажимая наугад пару кнопок, чтобы проверить, не включен ли замок, но дверь раскрывается, и Рей сталкивается лоб в лоб с уже знакомым дроидом. — Могу ли я быть вам полезен, госпожа? — осведомляется он, и Рей снова поспешно прикрывается.       — Нет, — мягко отвечает она, внутренне вспыхивая от раздражения.       Когда она, наконец, остается одна, Рей оборачивается к коробке, отстраненно понимая, что все еще сжимает в руке вилку. Наскоро изучив упаковку, она оглядывается в поисках того, чем можно подцепить крышку, но тут палец задевает что-то, и с кликом и легким шипением коробка раскрывается. Сняв крышку, Рей обнаруживает внутри черную ткань и поднимает ее с любопытством.       Одежда, как он и обещал. Материал удивительно легкий на ощупь, и, вытащив его полностью, Рей понимает, что это отнюдь не практичная форма Первого ордена, а длинное платье.       В ее голове мелькают сотни разных мыслей, она взволнованно смотрит на него. Правда, неудивительно, что к комплекту не прилагается нижнее белье или обувь, и Рей поджимает губы, понимая, насколько это похоже на Кайло. Бен просто пообещал ей одежду, но, похоже, Кайло Рен решил позволить себе более откровенные фантазии.       Перевернув платье, Рей пытается понять, как его правильно надеть, но вдруг чувствует, как горят щеки. Прижав приятную ткань к груди, она сдавленно всхлипывает. За всю жизнь у нее не было ничего подобного, и чувства в этот момент переполняют ее, пробуждая неловкость.       Она возвращается в спальню, и перед тем как переодеться, долго смотрит на себя в зеркало, разглаживая наряд по телу и возясь с рукавами. На первый взгляд, платье довольно скромное — не то чтобы у Рей имелся опыт в подобных вопросах, но когда она одергивает юбку на бедрах, та расходится, открывая голые ноги, и смысл становится очевиден.       Но все же ей не удержаться от нахлынувшего почти детского ликования от подарка: она кружится по комнате и падает на кровать, чувствуя, как широкие складки юбки укладываются вокруг нее. С улыбкой она припоминает давно виденный образ из голонета — с призывно изогнутой спиной — проводя руками по телу, одновременно с этим представляя его в этой спальне. От ощущения присутствия Кайло веет тьмой и одиночеством, и она снова пытается дозваться его. На этот раз ей удается почувствовать его тень, укрывающую, словно плащом, оберегающую, вкрадчивую, с толикой почти отеческого снисхождения.       Рей лениво поднимается с кровати, слыша эхо его смеха в голове, и ходит туда-сюда, приподнимая руки, привыкая к тому, как движется платье, восхищаясь, как оно обнажает ноги при ходьбе. Ткань такая красивая, и в ней она чувствует себя маленькой девочкой. Она возвращается на кровать и глядит в потолок, поглаживая ладонями живот. Нет, не девочкой. Женщиной.       Не поспоришь: он готовился к ее прибытию уже некоторое время, — и пусть от осознания этого ей полагается почувствовать горечь или страх, в глубине сердца царит своего рода странный восторг. Перевернувшись на живот, Рей прячет лицо в простыне и вздрагивает, поняв, что ощущает его запах. Со вздохом она трется о подушку — жалкое подобие его рук — и упивается тем, что так желанна.       Ей больше не грозит одиночество, безликое существование потерянной во Вселенной сироты, теперь ее будут лелеять и обожать. Возбуждение не проходит, и Рей встает с постели, начиная бездумно расхаживать по спальне, пока не натыкается на гардероб. Разглядывая висящую там одежду, она делает глубокий вздох, прижимаясь к бесконечному морю черной материи. Выудив из множества вешалок один из плащей, она заворачивается в него с головой.       Направившись к зеркалу в освежителе, она расправляет плечи, поправляет плотную ткань, укладывая капюшон и любуясь получившимся отражением. Один лишь вид вызывает холодную дрожь в спине, и она чувствует, как подрагивает, усаживаясь на крышку унитаза. И все же эта детская забава ее утомила…       Тяжело сглотнув, Рей пытается справиться с подступающим к горлу страхом. Страхом, стиснувшим сердце. Разве это все, что она из себя представляет? Беспомощный малый ребенок, мечтающий о толике внимания?       Из освежителя она выходит в странном меланхоличном состоянии.       С тех пор как он ушел, ей приходилось постоянно подавлять в себе беспокойство и мысленно ругать себя за проявление слабости в его отсутствие. Но сейчас, помимо этого, проснулись старые сомнения вместе со вспыхнувшим перед глазами образом учителя Люка, да так сильно, что она почти давится комком подступивших к горлу чувств.       Рей соскальзывает на пол и кашляет, тошнотворная волна отчаяния ломает ее тело. Она обнимает колени, тяжело и глубоко дыша. Это не любовь. Она — дура, а он — монстр, и она слаба, чудовищно слаба, отравлена его тьмой, опьянена его силой, а теперь еще и запятнана, отмечена, и ей не вернуться назад. С ее губ срывается вопль, и Рей сворачивается в клубок, хватаясь за голову — она ненавидит себя, ненавидит! Закрыв глаза, она трясется, мечтая, чтобы Бен поскорее вернулся и прогнал это прочь.       Бен.       Должно быть, вот как он чувствует себя — тот жалкий луч света, что неумолимо разрывает его надвое. Ей представляется сверкающий осколок, прорезающийся сквозь тьму, и со вздохом она позволяет воспоминаниям заполнить себя и отогнать страхи.       То, как он верит в нее, то, как целует и обнимает ее… Она разрешает мыслям плыть по течению, рисуя его, безжалостного и прекрасного, когда он наставил на нее световой меч. Она была готова убить его в тот момент, утопая в море ненависти, настолько дикой и разрушающей, что переставало хватать воздуха. От воспоминания о пламени внутри ее тело охватывает дрожь наслаждения, от ощущения того, как пальцы покалывало от подступавшей тьмы, что пронзила ее насквозь, прежде чем так восхитительно сгореть.       Одним быстрым движением Рей вскакивает на ноги и убирает волосы с лица. Она будет ученицей, которую он хочет, любовницей, которую он жаждет. Она станет безлунной ночью, черной дырой, где нет времени и пространства.       Внутри царит недоброе спокойствие, в ушах слышится шепот, подобный зову сирены. Лицо Рей напоминает равнодушную маску, когда она подходит к двери спальни, роняя по дороге плащ. Медленно, почти с благоговейным трепетом она протягивает руку к консоли на стене, блестящими глазами наблюдая, как из темноты появляется перекошенная маска Дарта Вейдера. Разглядывая ее снова, она внимает исходящей от нее мелодии Силы, находя умиротворение в бесконечной темнеющей бездне, что раскрывается в сознании.       Да.       Взгляд мечется по предметам обстановки, и она стискивает кулаки, пытаясь выпустить возмущение от того, что ей приходится сидеть в этой дурацкой клетке. Крутанувшись на месте, она оглядывается вокруг.       Начнем с основ, — решает она, сузив глаза при виде тяжелых гирь, собранных в углу.       Глубоко вздохнув, Рей позволяет Силе течь сквозь себя, концентрируясь на ощущении самой тяжелой из гирь, мысленно прорисовывая ее форму и секундой позже заставляя ее подняться в воздух. Собственное усилие становится осязаемым, пока Сила, повинуясь ее воле, заставляет парить тяжелый предмет, и это так незнакомо, так странно, так отличается от того, к чему она привыкла. Рей беззвучно шевелит губами, проводя ладонью по воздуху. Внутри вспыхивает неожиданное раздражение, заставляющее ее зарычать. Взмахнув, она отбрасывает гирю, чтобы та с оглушительным стуком врезалась в стену, прежде чем тяжело громыхнуться на пол.       Ее грудь медленно вздымается.       Лучше, — решает Рей, но этого все еще недостаточно. Она в нетерпении ходит вперед-назад, прежде чем слышит тихий щелчок открываемой панели. Прищурившись, она наблюдает, как из открывшегося проема в стене выезжает маленький дроид-уборщик и перемещается на ковер. Ее глаза не отрываются от него, наверное, целую минуту, пока тот двигается, стирая пыль, но когда он оказывается поближе, Рей скалит зубы. Выбрасывая руку вперед, она освобождает волну энергии в сторону маленького дроида — тот подскакивает в воздух, ударяясь в стену, и от лязгающего звука Рей удовлетворенно улыбается. Но почти сразу довольство сменяется подавленностью, в тот миг, когда дроид начинает шевелиться, продолжая свою рутинную работу, будто ничего не произошло.       Глаза Рей широко распахиваются от негодования, и она чувствует треск электричества вокруг кончиков пальцев. Да. Вот умение, достойное ее. Издав рык, во вспышке ненависти она направляет руку на дроида. Яркие искорки энергии разлетаются от пальцев, но от них по ее руке лишь проходит холодящее подрагивание коротких электрических импульсов. Рей шипит и топает ногой, пытаясь повторить, но получает тот же самый возмутительный результат.       Она вскрикивает с досадой и начинает рыскать по комнате, кипя от обиды. Раньше все выходило так просто — чистая тьма, изливающаяся из нее в сверкающем потоке энергии. Она начинает думать о Кайло. Разочаруется ли он в ней или просто посочувствует свысока, а может, погладит по головке, как нашкодившего ребенка? Рыкнув, она бьет кулаками по столу, до боли в костяшках пальцев. Где-то сбоку со звоном отлетает в сторону вилка, и Рей оборачивается на звук.       Ее глаза вспыхивают, а память услужливо подкидывает картину крови в снежном лесу. Воспоминание о том, как он бил по своей ране в боку, каким могущественным это делало его.       Да.       Да, именно так бы он и поступил.       Рей задирает юбку и находит тонкий заживающий шрам на бедре, начиная царапать выступающую полоску голубого геля, сцепляющего края раны. Вздохнув, чтобы собраться, Рей подбирает вилку — металл ошеломляет кожу ладони неожиданным холодом. Сердце дико стучит в груди, и она прислоняется к столу, пытаясь удержать непривычно длинную одежду. Слегка расставив ноги, чтобы удержать равновесие, она растирает шрам, собираясь с силами перед тем, как совершить то, что задумала. Она дрожит — дрожь от неизвестности расходится по телу, но это не страх, а расчетливое чувство предвкушения. Она сжимает челюсть, собираясь с силами, после чего резко поднимает руку и вонзает вилку в бедро.       С мерзким тошнотворным звуком металлические зубцы врезаются в нежную плоть внутренней части бедра. Рей взвывает от боли, хватая ртом воздух — быстро-быстро, перед тем как сжать рукоятку и повернуть ее. Слезы жгут глаза, и она пошатывается, издавая сдавленное рыдание, когда вилка выскальзывает из пальцев и падает на пол. Охнув, она стискивает ногу, сфокусировав взгляд на густом кровавом следе на коже. С усилием заставив себя оторвать руку от бедра, она вымученно проводит по лбу, пачкая его кровью.       И… Вот оно — нечто темное и низменное, что медленно заполняет ее до краев. Надо лишь позволить боли подпитывать себя, внимая теплому скольжению крови на коже, и когда Рей открывает глаза, пальцы потрескивают новообретенной силой. На губах расцветает улыбка, и с ужасающим безумным выражением на лице она рычит, заново вытягивая руку в сторону дроида. Хаотичное сплетение молний срывается с пальцев, пощелкивая в воздухе искрящимися разрядами, окружая ничего не подозревающий маленький корпус. В полном ликовании Рей следит за тем, как его разносит на куски, тем, как они падают, стуча по полу. Голубоватые змейки пляшут вокруг разбитого дроида, и Рей невольно издает довольным стон от этой дикой чистой энергии, отголосками пульсирующей внутри. Она закрывает глаза, слегка покачиваясь в упоении от успеха.       Наконец, со вздохом она запускает пальцы в волосы, а потом потягивается, делая несколько нетвердых шагов, все еще чувствуя волнительное головокружение. Скорее бы вернулся Кайло… Ей так хочется поделиться с ним этим моментом… Прислонившись к стене, Рей пытается успокоиться. Она разминает пальцы и разглаживает лицо и шею, а потом, медленно моргнув, опускает руку ниже, к груди.       Прикусив губу, она тяжело дышит, скользя другой рукой между ног и тут же дернувшись от легкого покалывания ладони. Вжавшись спиной в стену, она начинает гладить себя, поскуливая от будоражащего ощущения от малейшего движения пальцев вокруг клитора. Она закрывает глаза и восстанавливает в памяти, как он касался ее, как он опрокидывал ее на постель и брал сзади. Бедра вздрагивают, ей мерещится его дыхание, одновременно с воспоминанием о том, как его член вбивался в нее снова и снова. Рана на ноге пульсирует болью, кровь струится блестящей рубиновой полоской, но Рей не замечает этого, еле дыша от удовольствия. Голова кружится от подступающей блаженной эйфории и того, как Сила всколыхнулась вокруг. Наслаждение зарождается где-то в животе, заставляя неметь руки и ноги, разнося по телу приятную тяжесть, захлестывая его целиком.       Рей теряет счет времени и не помнит, в какой именно момент утратила осознание реальности происходящего, с трудом прижимаясь к стене. Медленно приходя в себя, она чувствует приятное облегчение и сытость, как после кружки горячего кафа утром. Ее ресницы вздрагивают, а взгляд неожиданно натыкается на металлический блеск маски склонившегося над ней Кайло Рена. Она вдруг понимает, что не знает, как отключилась, соскользнув на пол, спиной к стене. Замечая, как он с интересом наклоняет голову набок, Рей подается вперед.       — Ты вернулся, — констатирует она очевидное, куснув губу, пряча облегчение от того, что снова видит его наяву.       — Да, — звучит короткий ответ, и Кайло оборачивается, оглядывая разбросанные остатки дроида. Его взгляд медленно обращается к открытой панели на стене и шлему его деда.       — Я…. ммм… я практиковалась, — сбивчиво объясняет она, пытаясь выпрямиться, когда маска наклоняется, явно изучая кровавый потек на ее бедре. Рей встречает его взгляд с ничего не выражающим лицом, но до нее доносится трепет возбуждения, прошедший сквозь него. Она вонзает зубы в нижнюю губу, когда он откидывает край ее юбки, открывая рваную рану на бедре.       — Я вижу, — говорит он, обводя пальцем рану. Кожа его перчатки холодная и гладкая, и у Рей перехватывает дыхание, когда он слегка задевает открытый кусочек раны. Рей внимательно смотрит на него, пусть даже не видя лица, скрытого за маской, чувствуя, как он медленно ведет по ее бедру к животу. Она просто сидит смирно, даже спокойно, когда он находит ее ладонь и притягивает к себе, продолжая разглядывать. — Хм, — выдыхает он, касаясь ее лица, а затем приподнимая подбородок, заставляя встретить свой взгляд. Сглотнув, Рей всматривается в глухой визор маски, чувствуя, как ему нравится видеть на ней это платье, как его радует снова находиться рядом с ней, с каким одобрением он любуется остатками темной энергии, исходящими от нее.       — Я скучала по тебе, — заявляет она, пока он безмолвно гладит ее горло. Моргнув пару раз, она смотрит через его плечо, замечая на столе большую коробку. — Что это? — спрашивает она, освобождаясь из его рук и делая шаг вперед, но он следует за ней, обнимая ее за талию.       — Подарок, — говорит он каким-то странным голосом, странным даже через вокодер его маски.       — Хм, — Рей наклоняет голову, растирая держащую ее руку.       — Считай это свадебным подарком, — добавляет он, и когда она поднимает голову, то видит, как он, подбадривая ее, указывает подбородком на коробку. Рей устремляется к столу, помедлив на мгновение, прежде чем сжать ручку и поднять крышку, тут же вскрикивая в короткий миг шока, и ее тело отшатывается назад, врезаясь в твердую грудь Кайло. Хватка на ее талии становится крепче, удерживая ее на месте, но руки Рей перестают ее слушаться, и крышка со стуком падает на пол.       — Тебе нравится? — обыденным тоном интересуется он, будто это самая прозаичная ситуация. Рей ошеломленно смотрит в искаженное лицо Ункара Платта в коробке перед ней — длинный язык давно посинел, вывалившись из головы мертвеца — она застывает от этого зрелища, отвращение подступает к горлу, когда она видит пустые глазницы и гримасу былой агонии. — Я сделал все, как ты сказала мне, — продолжает Рен с ноткой гордости, и Рей чувствует трепет исходящей от него жажды одобрения, как у пса, принесшего мячик к ногам хозяина.       От его голоса Рей вздрагивает — тьма исходит от него, как волны, бьющиеся о берег. Все это так горько, мерзко и одновременно похоже на сладкий яд, разлившийся в ее душе.       — Никогда раньше я не получал подобного удовольствия от такого, — продолжает он задумчиво, легонько разминая ее бедро. — Но на этот раз… — слышится вздох. — Это было таким… правильным и… — Кайло замолкает, и она чувствует его возбуждение, перехватывающее дыхание. Рей поворачивает голову, прижимаясь к его груди и крепко закрывая глаза, ощущая его тьму, поднимающуюся в ней, подобно тому, как ветер дует на тлеющие угли, разжигая искры ненависти к останкам существа на столе. Она измученно выдыхает и хватается за одежду Кайло, впиваясь ногтями до боли. — Теперь ты видишь? — добавляет он мягко. — На что я готов ради тебя?       — Ох, — выдыхает она, обнимая ладонями его маску. — Моя любовь, — все ее тело дрожит от опьяняющих взаимных ощущений, а кончики пальцев водят по металлу, скрывающему его лицо, и когда она привстает, оставляя поцелуй на маске, то слышит вздох, полный счастья. Его руки обнимают ее, прижимая к своему телу, и Рей прячет лицо у него на груди, как кошка, что просит о внимании. Он хмыкает, когда она медленно оседает вниз, опускаясь на колени перед ним. Искоса бросив на него потемневший взгляд, Рей проводит по его бедрам, медленно приближаясь к его паху. Рен сжимает ее волосы, и желание жарко исходит от его тела, в полной мере передаваясь и ей.       Всхлипнув, она бросает на него затуманенный похотью взгляд и берется за пряжку его ремня. Кайло наклоняется к ней в ответ, и от его приблизившейся маски по ее телу проходит судорога, и тогда его рука касается ее щеки, шеи, проводит по волосам в невыразимой ласке. Не дав себе забыться, Рей быстро расстегивает ему ширинку и забирается рукой в темные завитки лобковых волос. Ей не видно его лица, и она ориентируется только на исходящие от него чувства.       В его сознании царит полный сумбур: неустойчивые мысли мечутся, как заведенные, дурманя ощущением власти и жестокости. Широко раскрыв глаза, с сумасшедшей улыбкой на губах, Рей достает член из его трусов и пробегает языком от основания до головки. Кайло издает рык, запуская пальцы ей в волосы, сильно, до боли, и Рей крепко жмурится, издавая сдавленный всхлип, когда он тянет ее на себя, входя до самого горла. Она знает, что он не сводит с нее глаз из-за маски, когда начинает двигаться, врываясь и покидая ее рот, заставляя задыхаться. Она позволит ему, знает Рей, когда он снова проскальзывает так глубоко, что ей кажется — вот-вот не хватит воздуха. Через их связь она чувствует, как Кайло нравится и это, и крайняя порочность происходящего, но это лишь добавляет ей страсти, и она сама жадно начинает подаваться ему навстречу. Рей поднимает вверх глаза, дрожа, когда член выскальзывает изо рта, и Кайло, шумно дыша, вытирает кончиком пальца светлую полоску, запачкавшую ей губы.       Словно кукла, Рей оседает, держась за него, но он поднимает ее на ноги, разворачивает и швыряет лицом на стол. Вскрикнув, она упирается ладонями о гладкую поверхность, в полной мере ощущая, как он подтаскивает ее ближе, твердый член вжимается ей в задницу сквозь тонкую ткань сбившегося платья. Прохладная рука проникает между бедер, и Рей охает, резко вздыхая, когда он добирается до клитора. И почти сразу Кайло вставляет в нее два пальца, и она скулит, а ее реальность плывет перед глазами от неумолимого натиска его страсти. Резкий рывок за волосы поднимает ей голову, и его глубокий голос раздается у ее уха, в то время как его разум окружает ее плотным коконом.       — Посмотри сюда! — выдыхает он, пока ее спина выгибается к нему. — Посмотри на дело своих рук! — его голос ядовит, словно ему улыбнулось уличить ее в преступлении, но даже несмотря на его пугающие объятия, Рей не может отрицать темную силу, что расцветает, коренясь в сердце.       Выпустив ее волосы, Рен хватает ее и стаскивает со стола. Развернув, он толкает ее к стене и прижимается к ней. В щеку Рей вжимается металл маски, пока Кайло ритмично трется об нее отвердевшим членом. Она цепляется за его плечи, зажатая между стеной и его телом, пока он вклинивается между ее бедер. Его маска жесткая и бездушная, но то, что неумолимо разгорается в их душах — грохочет над всем этим, как волны разбиваются о берег, пока он вбивается в нее. Рей шипит — дыхание сбивается с каждым резким движением его плоти внутри, и ее голова бьется об стену, но она ничего не замечает, глядя в пустоту опьяневшими глазами. Рен издает жалобный стон, пытаясь проникнуть глубже, его бедра неустанно двигаются между ее разведенных ног, и она изо всех сил пытается удержаться, хватаясь за широкие плечи. Подавшись вперед, она распахивает глаза, встречая зрелище черного визора, в котором виднеется отражение ее собственных глаз, и все ее существо падает вниз, вращаясь, в пустоту, такую бездонную и пустую, что когда он вскрикивает, задыхаясь, непроглядная тьма вцепляется ей в сердце.       Он кончает, громко зашипев у самого ее уха, вместе со вспышкой огня глубоко внутри нее, но Рей в этот момент далека от таких банальных вещей, как физическое тело. Он шатается, и Рей едва может устоять на дрожащих ногах. Его ладонь, такая нежная теперь, отодвигает ткань юбки в сторону, пробираясь между ее бедер. Со щелчком его маска слетает прочь, открывая его совершенно безумный взгляд. Рей опускает к нему глаза, пока он жадно и с трепетом осматривает ее тело, замирая от зрелища медленно стекающей полупрозрачной полоски на внутренней части ее бедра — полупрозрачная капля, пересекшая темную ленточку засохшей крови. Его челюсть подрагивает, и его ноздри раздуваются, обжигая ей горячим дыханием кожу.       — Это… — бормочет он с отстраненным взглядом. — Это произведение искусства.       Рей медленно опускает ресницы — сердце все еще колотится в груди, и пульс отдает в уши. Его рука медленно проводит по ее животу.       — О, ты так великолепна, — выдыхает он, наклоняясь и оставляя поцелуй на растревоженном шраме. — Ты превзошла все мои ожидания, — он прижимается лицом к ее животу. — Я принадлежу только тебе, — Рей глядит в пустоту рассеянным взглядом, слегка раскачиваясь из стороны в сторону, пока не опускает ладонь на его растрепанные волосы. Кайло обхватывает ее бедра и в ожидании поднимает на нее глаза, но у Рей есть для него лишь один приказ:       — Поцелуй меня, — и он с готовностью подчиняется.