Пантера в клетке

       Слёзы продолжали капать на пол этой дурацкой спальни, а я ещё и подвывала из-за переполняющих меня эмоций, дёргая ногой и стараясь принести двери как можно больше боли своей головой. Что греха таить, это помогало мне взять себя в руки, но сейчас… Скажем так, я выпала из реальности, ведь такое даже худшему врагу не пожелаешь. Лишиться свободы, к которой так привык, на время потерять друзей, которые всегда поддерживали тебя раньше в трудные минуты, знать, что скоро твою семью похоронят на войне…        Я со всей силой треснула кулаком дверь, но ей хоть бы хны, а вот меня боль слегка привела в чувства. Затуманенные зелёные глаза уставились на пострадавшую конечность.        Кап-кап.        С костяшек стала капать кровь на пол, а вслед за ней и мои горькие слёзы безысходности. Приподняла дрожащую от боли руку и вновь уставилась на сбитые костяшки.        Кап-кап.        Прижала пострадавшую конечность к груди и вновь всхлипнула. Кровь смешалась с солёными каплями из глаз, слёзы такие полезные в некоторых ситуациях, ведь, когда поплачешь, становится легче. Хотя, это как посмотреть. Ведь после печали приходит пустота… — Госпожа, что случилось?        Этот испуганный крик заставил меня выдернуться из своих мыслей и поднять заплаканные глаза на говорившую. Хм, я даже не услышала, как дверь открыли. Странно… Женщина с белыми, именно белыми, кудрями, которые были запрятаны в шишку, прикрыла свой рот ладошкой, дабы скрыть своё удивление. Её голубые глаза были широко распахнуты от ужаса и испуга. Одета она была в довольно-таки простенькое тёмно-серое платье, которое было и с рукавами, и с горлом. Достаточно полная., но от этого она не теряла свою привлекательность и индивидуальность, даже наоборот, приобретала ещё больший шарм и вызывала доверие к себе. Однако людей я не очень-то жалую. Слишком уж они алчные, хоть я и являюсь человеком, особой радости от этого не испытываю. Поняв, что молчу я достаточно долго, да и женщина ещё больше переполошилась, я слабо улыбнулась ей и встала на дрожащие ноги, облокотившись о стену, дабы не упасть: — Всё в порядке, не переживайте. Вы и есть портная? — Да, госпожа, — склонила голову в знак приветствия белокурая, ещё и присев для большего оказания уважения. — Давайте побыстрее снимем мерки и забудем об этом, — поморщившись от наконец-то наступившей боли, проговорила я, а после послышался от меня уже шёпот. — По крайней мере, хотя бы на время забудем. — Но, госпожа, вам надо обработать рану, — прикусив свою достаточно пухлую нижнюю губу, женщина нервно взглянула на капающую кровь с сбитой костяшки.        Я лишь неопределенно махнула ей рукой и покачала головой в знак отрицания. Нет, если боль утихнет, то я снова окунусь в омут своих грустных мыслей, а также начну философствовать. А этого мне, к великому счастью, не надо, ведь тогда я вновь впаду в своеобразную кому. Но голубоглазую это не остановило, она сделала один шаг мне навстречу и уже более уверенно заявила: — Госпожа, позвольте обработать вашу руку. — В этом нет необходимости, — стараясь не потерять контроль над сознанием, как можно дружелюбнее отказала я. — Но тогда господин Ричард придёт в ярость, — постаралась убедить меня в правильности своих действий дама, нервно прикусив губу. — К тому же, я не просто портная… — Да-да, вы ещё и слуга, а также житель страны Ричарда. — имя я буквально выплюнула. — Нет, господин поставил меня к вам, как… — Няньку? — перебила я женщину, совершенно забыв о правилах этикета, и сильнее сжала кулаки, от чего крови стало больше на руках, да и на полу она явно не собиралась уменьшаться. — Скорее служанку, — пожала плечами женщина, улыбнувшись мне тёплой улыбкой, в её глазах по-прежнему было беспокойство. — Я всё-таки обработаю руку. Господин Ричард не простит меня, если с вами что-то случится.        На это я лишь горько усмехнулась, но решила промолчать, ибо спорить было бесполезно, однако кое-что выяснить всё же надо: — Как вас зовут? — Мира, — женщина вновь дружелюбно улыбнулась, а после всё же решила задать вопрос, который, видимо, её очень сильно беспокоил. — Госпожа, а почему вы сбежали? Ведь господин Ричард вас любит.        На это я лишь фыркнула и подавила в себе дикий приступ смеха. Ну да, любит он меня, как же. Наивная же ты, Мира. Ему нужна лишь власть, а я так, для украшения. Женщина нахмурилась, но промолчала. Остальное время мы молчали.        Когда белокурая сняла мерки, я легла на кровать и посмотрела на перебинтованную руку. Точнее, на костяшки. Вот угораздило же меня так сильно стукнуть ту поганую дверь. Я нахмурилась, услышав звуки шагов, а после какой-то лепет Миры, которая отчитывалась, видимо, перед этим индюком. Тот зашипел на неё и что-то прорычал в ответ. Женщина, буквально, понеслась в неизвестном мне направлении, стуча своими каблучками по паркету. Они у неё были маленькими и устойчивыми, дабы она могла быстро выполнять поручения правителя этой страны. Фыркнув, я перевернулась на бок и, поджав пострадавшую руку к груди, прикрыла глаза, чтобы притвориться спящей, ну или, в крайнем случае, мёртвой. Тогда бы меня освободили от свадьбы и пока несли бы меня в могилу, я бы вырвалась и убежала, а Ричард не смог бы меня преследовать, так как даже не захотел направиться на церемонию погребения, и ему бы сообщили о моих воскрешении и побеге слишком поздно. Да, лучше притвориться мертвой. Хлопнула дверь, это предвещало то, что сейчас кровать прогнётся и Ричард что-нибудь да выкинет.        Вот, я же говорила. Ричард улёгся на кровать и стал буравить меня взглядом. Через минуту напряженной тишины послышался усталый вздох, а после приятный, не могу этого не признать, как бы сильно его ненавидела, голос: — Заканчивай с этим цирком, я знаю, что Мира только ушла из нашей спальни.        На это моя персона фыркнула и продолжила делать вид, что парня здесь нет, хотя это было ой как трудно. Ричард недовольно поджал губы и перевернул меня к себе лицом, то есть на другой бок. Мои щёки против воли порозовели, а вот зелёные глаза вспыхнули недовольством, которое я ощущала внутри себя. Оно было подобно урагану, так резко появившимся. Правитель «Тигров», увидев немой протест, вновь устало вздохнул. Ох ты ж, бедненький. Устал поди, планы строить по захвату моей страны. Я посильнее сжала зубы, дабы не самая лучшая в данном случае речь не выскочила сама по себе, чтобы хуже сделать мне. Русоволосый протянул свою лапу к моему лицу, заставляя замереть от такой наглости и от шока. Его шершавые пальцы прикоснулись к моей щеке, заставляя выдохнуть через нос. Держи себя в руках, не смей кричать на него. Это ничем хорошим для тебя явно не закончится, Анжи, так что терпи. Однако, вопреки своим верным мыслям, я всё же дернулась и отодвинулась, прикрыв глаза. Он ещё смеет прикасаться ко мне после всего того, что успел сделать за эту жалкую неделю. Ричард не убрал свою руку, она осталась там же, где и находилось минуту назад моё лицо. Он нахмурился, его чёрные глаза вновь вспыхнули, а губы превратились в тонкую полоску: — Всё ещё сердишься?        Да он сам Шерлок, мать его за ногу! Я недовольно уставилась на него, прикусив нижнюю губу, и отвела свой взгляд. Ричард пододвинулся ко мне поближе и вновь прикоснулся к щеке своими лапищами, заставляя предпринять попытку отодвинуться, но слова черноглазого заставляют остановиться и молча терпеть его прикосновения: — Не забывай, всё зависит от твоего поведения.        Я сразу поняла, что говорит он об ущемлении свободы, а потому приходилось терпеть его пальцы на своей щеке. Свэй победно улыбнулся, а вот я поджала губы, дабы сдержать новый поток слёз. Да сколько можно?! Никогда так много не плакала, за один день выплакала больше, чем за весь прошлый год! Улыбка правителя этой страны медленно сползла с лица, когда он заметил скопившиеся слёзы в уголках глаз. Прикрыв глаза, Ричард затащил меня в свои объятья и ободряюще стал водить ладонью по моей спине. Я стала вырываться и всхлипывать, но потом лишь прижалась к этому идиоту, крепче цепляясь за рубашку тёмно-синего цвета, которая стала уже потихоньку мокнуть. Я почувствовала его губы на своём лбу и подняла заплаканные глаза, он лишь ободряюще улыбнулся и покрепче сжал меня в своей стальной хватке: — Ну, ты чего опять в слёзы, а? Так недолго и до истерики. — Уже была, — хрипло отозвалась я, устало прикрыв глаза, усмешка у черноглазого пропала.        Он заметил перебинтованную руку. Ричард взял мою ладонь в свою лапищу и стал внимательно осматривать ранку, точнее повязку, устало выдохнув. Я отдёрнула руку и вновь прижала её к себе. Парень недовольно покачал головой, вновь поджав губы: — Ну и зачем ты это сделала? От этого же никому легче не будет. — Мне стало легче, — пожала плечами я, уткнувшись носом в плечо Свэя.        Парень промолчал, но глаза его пылали недовольством от сделанного мной поступка с дверью. А вот моя выходка с плечом ему очень даже понравилась. Возможно, утром я пожалею об этом, но сейчас я ужасно устала, да и истерика много сил забрала. Я прикрыла глаза, мгновенно погружаясь в сон. Так я и уснула на плече у Ричарда. Я уже не видела, как он улыбнулся и вновь поцеловал меня в лоб, я не чувствовала всё это в блаженном состоянии. Сон так великолепен…