Глава 27. Четвертование
9 марта 2017 г., 15:28
— Всему экипажу, говорит Капитан. Сообщаю, что на борту находятся вооруженные представители Империума. Дабы не нарушать Федеральное Руководство Церемониальных Процедур, пожалуйста, будьте осторожны с ними при близком контакте. Я ожидаю, что вы окажите нашим гостям любую необходимую помощь и будете терпимы ко всем культурным и социальным различиям.
Для не посвященного заявление звучало безобидно, даже невинно. Для членов звездного флота объявление было почти оскорбительным. Они все проходили интенсивный курс по дипломатии, межвидовому общению, поведению при конфликтах и тому подобному. Объявление Пикарда же тонко намекало команде Enterprise, что эти гости были крайне, крайне важны, с подобным Enterprise уже сталкивался, но не всегда был готов к такому.
И в данный момент они не перевозили Випов чужого вида. Сейчас у них на борту оказалась гарантия спасения для Федерации. Иронично. Гарантией выживания для Федерации оказалось боевое судно крайне военизированного ксеноненавистнического имперского государства.
Пикард отбросил эти мысли. Им необходимы Приносящие Смерть, они не обязательно должны им нравится.
— Коммандер Йее, пожалуйста, убедитесь, что наши гости устроились с удобствами.
— Да, сэр.
— И вызовите Sword.
— Так точно сэр, они отвечают.
— На экран.
На обзорном экране появилось внушительное изображение Брата-Капитана Харумана.
Пикард быстро улыбнулся и заговорил:
— Мы готовы начать по вашему сигналу, брат-капитан.
— Enterprise, ожидайте.
На экране все еще был виден мостик со следами их последнего боя, и Пикард наблюдал, как Харуман нажимает кнопки на подлокотнике командного кресла.
Затем он заговорил через интерком:
— Брат-Либрарий, Enterprise готов начать. Ожидаем твоего подтверждения.
— Подожди, Брат, я заканчиваю необходимые изменения в пси-проводниках в моем святилище. Не больше пяти минут.
— Поторопись, Брат, мы все ждем тебя.
Пикард подумал, что он может заметить раздражение Либрария даже через двухступенчатую связь.
— Со всем моим уважением, Брат-Капитан, быстрее я работать не могу.
Харуман отрешенно кивнул, не понимая, что человек рядом с другим связным устройством этого не увидит, или просто не осознавая, что он делает.
— Ладно. Держи меня в курсе.
— Буду. Борталус, конец связи.
Взгляд Харумана переместился на обзорный экран и сосредоточился на Пикарде.
— Вот так, Капитан, скоро вы все получите. Позаботьтесь о реликвии.
Пикард торжественно кивнул. Он не понимал этого, действительно не понимал. Артефакт был энергетически незаметен. Ни капельки энергии. Но тем не менее Приносящие Смерть относились к нему с весьма заметным почтением. Явно разумные, дееспособные люди возлагали столько веры в, можно сказать, ничто. Возможно, эффект плацебо сильнее, чем предполагается?
— Я буду, Брат-Капитан... буду.
И на этих словах дверь турболифта открылась, и Брат-Лейтенант Варрен вошел на мостик с протестующим коммандером Йее позади. Несколько взглядов обратились на мужчину, когда космодесантник остановился рядом с капитанским креслом.
Когда Варрен заговорил, его низкий голос пробился сквозь звучание тихих разговоров на мостике:
— Брат-Капитан.
Снова суровый Харуман уделяет им внимание и выдаёт всего лишь едва заметный намек на веселое удивление в глазах и голосе.
— Брат-Лейтенант, как у вас дела?
— Интересно, сэр. Места маловато и этим Федератам не хватает уважения, но мы переживем.
Небольшая улыбка смягчила окончание его предложения. Он давно знал Харумана, и они оба сражались под руководством Брата-Капитана Ричардса десятилетиями.
— Приятно слышать. Береги стол, Брат.
— Обязательно.
— И постарайся, чтобы еретики и ксено не добрались до тебя.
Варрен нахмурился и как раз собирался произнести в ответ уничтожающее замечание о долге, когда Харуман усмехнулся и оборвал связь. Столетия прошли, а все равно Эд берет над ним верх.
Никто на мостике не пропустил упоминания про еретиков и ксено. Никто. Пикард был весьма дипломатичен, рассказывая лейтенанту космодесанта про своего первого помощника, но космодесантнику это все равно не понравилось. Так что теперь в ангаре для челноков забаррикадировались ксеноненавистнические, религиозные фанатики, тяжело вооруженные и в высокотехнологичной броне, количеством в тридцать одну единицу, охраняя «святой» стол. И они поставили глушащие поля и блокираторы телепортации, заставившие каждое устройство по сканированию и дешифровке на Enterprise, в переносном смысле, сгореть со стыда. Был перекрыт доступ в важную часть его собственного корабля. Они даже заблокировали внешнее управление дверями ангара; открыть их можно было теперь только вручную. И, конечно, чтобы сделать это...
И хоть у него не было этому доказательств, но Пикард был вполне уверен, что его начальник службы безопасности сейчас тяжко психовал.
Райлак раздумывал над последними отданными ему приказами. Они ему не нравились, но все равно выполнял их. Он достаточно хорошо знал Претора, и, насколько мог знать, Ромуланская Звездная Империя не могла оказаться в более заботливых руках, чем в её. И более чего-либо другого Райлак желал, чтобы его корабль сейчас находился у Ромулуса, и он мог защитить её, если это потребуется. Но его приказы предполагали совсем другое — он должен был предложить помощь Федерации, должен был действовать под прямым руководством Пикарда и регулярно отсылать доклады на Ромулус.
Райлак понимал, ради чего все это. Это событие и его последствия могут повлиять на каждое государство в квадранте и далее на всю галактику. Но Райлак также был и Ромуланцем, а события на Ромулусе напрямую повлияют на него.
Он — Коммандер, Старший Офицер Ромуланского Имперского Флота — продолжит выполнять отданные ему приказы. Никто не сможет обвинить его в этом, кроме, возможно, его собственных мыслей. В любом случае, лучше Пикард, чем проклятый адмирал Нечаева. Хоть Пикард и человек, но его есть, за что уважать.
Он встал, закрыл свою персональную базу данных и направился на мостик. Ему это не нравилось, но он доверял суждениям Претора и должен был их выполнять.
Брат Тикуин стоял на посту почти у самых дверей ангара для челноков Enterprise's. Этот корабль был одновременно и пугающим, и жалким. Их система безопасности, по крайней мере, то, что они увидели, была отвратительна, её сотрудники были не достаточно подготовлены, а команда изнеженна и слаба. Роскошь на борту корабля говорила о почти невыразимой распущенности, частые половые контакты с женщинами; каждый раз, когда дверь открывалась, Тикуин можно сказать на вкус ощущал витающие в воздухе феромоны. А еда была такой вкусной, просто чудом было, что они все еще не стали ужасно толстыми вместе с, и без того уже безобразными, ксено.
Если бы не непреклонная верность и вера космодесантников в Брата-Капитана, то он был бы крайне обеспокоен. Хоть по меркам Астартес они, зачастую, слишком далеко заходили, но все же Приносящие Смерть были верны Империуму.
Он перепроверил магазин болтера. Все то же самое, что и пять минут назад… И зашептал молитву Императору про дарование сил для сохранения бдительности на посту.
Мощный разум Борталуса искал в имматериуме свет, что обозначал бы местонахождение Enterprise. Это должно было быть близко, но он его не видел. Варп здесь все еще пузырился от их прибытия. Насколько мог видеть Борталус, варп-шторма были ужасными. Хоть пробой на материальный план и был излечен, в варпе все еще было не спокойно, подобно бурному потоку под коркой льда.
Он снова сосредоточился; на его бледных бровях появились капли пота. Немногие могли это полностью осознать, но Борталус, как псайкер дельта-класса, был чрезвычайно могущественной сущностью. Из-за приверженности к Ликургийским принципам воздержания и аккуратности, он крайне редко использовал свою полную мощь. Теперь же его не сдерживаемый более разум просматривал варп подобно высокомощному радару, сияя непостижимой мощью в имматериуме. Маяк, привлёкший бы к себе демонов за секунды, будь они здесь.
До Падения было еще три столетия, и варп был не особо опасен для псайкеров. Но он все равно был опасен, и Борталус был начеку, держа свои ментальные и духовные щиты поднятыми. Задание, которое было непросто выполнить в отсутствии фамилиара, подбадривающего присутствия Астрономикона и Владыки Человечества.
Любопытный демон, типа крикун, злонамеренный акулоподобный хищник варпа перемещался в имматериуме, кружил возле яркого сияния, подбираясь ближе. Такая энергия, исходящая от смертного… соблазнительна. Так много. Крикун сможет лакомится этой душой очень, очень долго…
Демон испарился, и его жизненную энергию рассеяло вспышкой мощи, испущенной псайкером. Короткий, отчаянный, мучительный вопль обратил на себя внимание псайкера, и мерцание света, пробившееся сквозь варп-шторм, было замечено его сверхъестественным чутьем.
Здесь.
Он включил связь.
— Я готов, Брат-Капитан.
Сообщение об успехе Борталуса принесло Харуману немало радости. Еще одна победа его друга, все как и должно было быть. Брат-капитан за секунду справился с вспышкой раскаяния за предположение о возможной неэффективности друга псайкера. Но все равно времени это у него отняло больше, чем обычно.
— Трудности?
— Варп-шторма и демоны, брат, но я готов продолжать.
Так похоже на Борталуса — преуменьшение или мелодрама, трудно сказать, что именно, но он выяснит это позже.
— Очень хорошо. Жди.
— Принял.
— Лейтенант-Опекаемый, сообщите на Enterprise, что мы готовы. Начинаем по нашей команде, направление — прямо на этот... «Баджор».
Последовала недолгая пауза, и можно было представить, как между кораблями рикошетят сигналы. Звуковой сигнал сообщил о прибытии ответа.
— Enterprise готов. Шлют наилучшие пожелания.
— Хорошо. Запускаем варп-двигатели.
По кораблю разнесся рокот, когда древние реакторы начали выдавать энергии больше, чем что-либо схожее с ними по размерам. Тысячи членов команды начали подготавливаться к не боевому варп-прыжку.
Восемь минут спустя пришли отклики с постов, и началась сама передача.
— Запуск основных реле, — сообщил старший опекаемый инженер провидец.
— Конечная проверка систем.
— Отслеживание перекрестных настроек запущено, — сообщил другой техник.
Последовала краткая пауза, и более чем один член экипажа внезапно поняли, что задержали дыхание.
— Истечение охладителя в пределах нормы.
— Автоматика запущена, — добавил другой.
— Стандартные приоритеты последовательности для машинного духа корабля.
Харуман безучастно наблюдал, успешно являя образ полнейшего спокойствия. Ему всегда хотелось поучаствовать в подготовке к варп-прыжку или чему-то подобному, но по той или иной причине никогда не удавалось. Вокруг него люди и машины настраивались на выполнение совместного задания, сливаясь в великолепной синхронизации по мере того, как один за другим от людей поступали подтверждения готовности машинных духов, которым они служили.
И, наконец:
— Все варп-системы запитаны и работоспособны.
— Готовы к активации варп-двигатели, – завершил доклад старший опекаемый инженер-провидец.
Звезды растянулись в полосы, когда Enterprise запустил варп-двигатели. Каждый на мостике был в напряжении; если огромный корабль не сможет последовать за ними на варп-скорости, значит, все предыдущие их усилия пропали втуне.
Сразу после начала движения корабля Федерации на его мостике раздались многочисленные звуковые сигналы.
— Сэр, обнаружены значительные колебания мощности. Эти показания… Сэр, я не могу разобрать, что они означают.
Пикард солгал бы, если б сказал, что не был взволнован. Так что он воздержался от этого.
— Спокойно, мистер Бреннеман. Держите прежний курс. Давайте поверим, что тридцать восемь тысяч лет технологического развития могли одарить их пониманием некоторых принципов и фундаментальных законов, о которых мы еще не знаем.
В молчании проходили секунды, а затем все как один как с цепи сорвались.
— Сэр, показания вышли за пределы доступной нам чувствительности…
— Сенсоры потеряли след…
— Обнаружены разрывы в…
— ДЕРЖАТЬ КУРС!
Сильный голос ветерана капитана заставил снова всех замолчать.
— Они используют технологию, которую мы едва себе представляем. Странные показания связанны с ней. Мы должны держаться нашего курса и добраться вместе с ними до места назначения.
Снова была пауза, пока нерешительный голос не донесся от одного из постов в хвосте судна:
— Но что будет, если они исчезнут, сэр?
— Если их двигатели откажут, или они не смогут совершить переход, то мы все равно нужны у ГК-9, и необходимость в этом сильнее, чем когда-либо прежде.
— А если им нужна помощь с ремонтом?
Губы Пикарда искривились в мрачной безрадостной улыбке.
— Если им нужна помощь в восстановлении, то мы, скорей всего, ничем не в силах им помочь.
На борту Minkash'Maen реакция была весьма схожей.
— Коммандер, энергетика чудовища растет по экспоненте.
— Принято, Центурион. Следуем по курсу.
Тишина, привычная для весьма дисциплинированных Ромуланских экипажей на мостиках, продержалась еще несколько минут.
— Сэр, энергетические значения приближаются к зафиксированным предыдущим пиковым показателям. Скорость роста все та же.
Холод сковал спину Коммандера Райлака.
— Следуем за Enterprise. Скорей всего, больший корабль пойдет за ними.
Sword, быстро уменьшавшийся в размерах, но все равно занимавший центральную позицию на обзорном экране, быстро рванул вперед как ужаленный, а затем исчез.
И снова молчание.
— Коммандер, перед исчезновением по показаниям их вырабатываемая мощность на мгновение читалась как бесконечная.
Райлак ненадолго оторопел.
— Бесконечная?
— Да, сэр. За мгновение переход к бесконечной энергии, а потом... ничего.
Медленный выдох нарушил вновь наступившую тишину, пока хищная птица класса Д’Деридекс следовала за двумя кораблями Федерации.
Другой же медленный выдох обозначал сброс напряжения на борту самой боевой баржи. Тысячи человеко часов были затрачены в прошедшие дни, спешка эта была вынужденной и весьма напрягала старших офицеров. Кроме усилий, приложенных, чтобы огромное судно снова могло войти в варп — для этого требовалось отнюдь не меньшее количество удачи.
У Борталуса был открытый канал связи для передачи корректировок курса. Пока варп-шторма не сбивали судно приносящих Смерть с курса. Не один Харуман молился о том, чтобы избежать новых потрясений из-за смены курса для их столь чувствительных сейчас основных двигателей.
— Время прибытия, исходя их нынешнего курса Enterprise's? — голос лейтенанта-опекаемого после глубокого баса космодесантника казался весьма тихим.
— Несколько дней, сэр.
Брат-Капитан кивнул.
— Держите меня в курсе.
В трех секторах от них, на прямой линии между Нейтральной Зоной и Баджором находится система, не имеющая планет. Эта система была необитаемой из-за того, что не являлась уникальным астрономическим феноменом, не обладала заметным количеством ресурсов, не находилась вблизи к червоточинам, а также в ней отсутствовали планеты, и она не соседствовала с другими системами, обладающими вышеперечисленным. Хоть в ней и находился очень большой астероидный пояс, сам по себе он не представлял ничего особенного. Это была еще одна скучная система среди множества других скучных систем во вселенной, число которых было настолько велико, что никакой рекрут в Звездный Флот в него бы не поверил.
Такая скучная, такая обычная и непримечательная, что система и её звезда даже не имели названия. Только обозначение, набор цифр и букв, внесенных в звездные карты в навигационных системах, за исключением этого, в ней вообще не было больше ничего интересного.
Это изменится. Сегодня. Потому что среди астероидного пояса этой системы находился в засаде эскадрон из четырех патрульных кораблей Доминиона, имевших приказ о проведении ударов по активам Звездного Флота, находящихся в глубоком тылу. Находились они здесь уже давно. Они уже несколько раз работали со своими контролерами Ворта. Они последуют приказам Основателей по своему собственному желанию и благодаря впечатанным в генетическую память побуждениям. Но маленький флот был здесь уже давно, и запасы Белого Кетрацила подходили к концу.
Они не двинулись с места, когда мимо промчался флот Ромуланцев, не двинулись, когда Федерация отсылала корабли на Перекаты Басена. Но если они так и останутся на одном месте, Кетрацил закончится, и Джем’Хадар умрут или впадут в смертоносное буйство и затем умрут.
Маленький флот не знал о перемирии. Никто не обеспокоился сообщить им о нем. Вообще-то их хозяева считали, что они, как и остальные корабли, были утеряны в Битве у Кардассия Прайм. Не то чтобы от Основателей ожидалась какая-то забота, ведь они были богами, в конце концов, а находившиеся на кораблях были всего лишь расходниками.
Ворта и Джем’Хадар были генетически запрограммированы следовать приказам и беречь свою жизнь, если второе не противоречило первому. Ворта должны были анализировать обстановку и решать, как наилучшим образом послужить интересам основателей. Бесполезная гибель в этом им не поможет.
Проще говоря, маленькая флотилия сидела в системе, держась на замкнутом цикле жизнеобеспечения и загибаясь вместе с ним, надеясь на появление цели слабей, чем они сами. И, наконец-то, впервые за достаточно долгое время что-то появилось.
Сообщения метались между затаившимися судами. Радио-сообщения передавались на минимальной мощности, на небольшое расстояние. Но им хватало. Давно не обслуживаемые двигатели мгновенно вспыхнули и направили флотилию в определенную точку в астероидное поле. Точку, очень близкую к коридору, по которому должны пройти два Федеральных судна и хищная птица Ромуланцев.
Ворта Дюраин улыбнулся, когда его небольшой флот двинулся. Наконец. Шанс — исполнить желаемое Основателями.
Растянувшиеся звезды мелькали мимо мостика Enterprise's. Корабль выдавливал каждый терракокрэйн из своих варп-двигателей. Сзади по пятам несся Intrepid, не щадя двигателей. Minkash'Maen так себя не насиловал. Только знание о курсе следования и феноменальная скорость позволяла кораблям сохранять связь. И следуя за большим кораблем Федерации, двигался огромнейший корабль в галактике, но совершенно невидимый для всех трех, так как шел через варп-пространство.
Конечно же, Sword of Lycurgas не наблюдал трех кораблей, как и они его не могли заметить, можно сказать, взаимный эскорт. Более того, он был полностью слеп по отношению ко всему, что находилось в материальном пространстве.
К несчастью.
Сенсоры боевой баржи при активном сканировании легко бы засекли корабли Доминиона.
Но не сейчас.
Лейтенант Бреннеман заговорил после нескольких часов тревожного, почти полного молчания на мостике:
— Сэр, мы приближаемся к системе ЛВ3286. Нам придется проходить её на импульсе. Слишком много обломков, чтобы дефлектор справился.
Пикард нахмурился.
— Это было учтено при вычислении нашего предполагаемого времени прибытия?
— Да, сэр.
— Хорошо. Замедляемся до импульса. Передать высвободившуюся энергию на дефлектор.
Enterprise's был не единственным кораблем, решившим перейти на импульс. Intrepid сделал то же самое, и два корабля вышли из искажения близко к друг другу… что было заслугой рулевого Intrepid. К несчастью, Sword не так повезло.
Прогремел голос Борталуса, хоть и самую малость приглушенный передатчиком:
— Потоки варпа сильны, Брат-Капитан. Нас уводит в сторону. Я предлагаю скорректировать курс, тридцать пять на правый борт.
Его командир мысленно пожал плечами. Его согласие в этом случае было всего лишь формальностью. У него было не больше контроля над кораблём в этой ситуации, чем над самим потоком варпа.
— Опекаемый-Лейтенант, измените курс согласно требованиям.
— Так точно, сэр.
Боевая баржа в имматериуме развернула нос, сражаясь с ревущими варп-штормами. Хоть Борталус и не признался бы, но он был встревожен. В отсутствие Астрономикона как ориентира, они и в правду теряли ориентацию. Только тусклый, мерцающий огонек, исходящий от маяка на борту Enterprise, обозначал нужный курс, а Борталус мог едва его различить.
Настолько слабый, что он упустил его колебание, означавшее переход на до световую скорость двух кораблей Федерации. Пока двигатели боролись с яростными варп-штормами, Борталус мог только наедятся, что их движение вперед позволит ему не упустить из виду огонек на борту Enterprise.
Чего Борталус не знал и не мог знать, так это того, что Enterprise замедлился до бесконечно малой доли от своей предыдущей скорости. Двигатели Sword выдавали все, что могли, направляясь в никуда. Белка в колесе. Хоть Борталус и не знал этого, но, к счастью, Enterprise остановился. Без этого большее судно осталось бы позади, пока меньшее неслось бы вперед. И принимая во внимание природу четырех измерений варп пространства, Enterprise мог также со временем уйти от них в сторону. Но предполагаемое — не значит свершившееся. Произошло кое-что другое, и не было тех, кто не пострадал от этого.
Четыре события произошли на Enterprise.
Первое — внезапная суматоха, охватившая весь мостик, когда вышли из искажения два корабля Федерации.
Первым заговорил оперативный офицер:
— Сэр, множественные контакты со всех направлений. Быстро сближаются.
Тактик:
— Их щиты подняты и оружие запитано.
— Они глушат все подпространственные частоты, сэр.
— Поднять щи...
Вторым событием стала телепортация нескольких сотен Джем’Хадар на борта Enterprise и Intrepid, материализовавшихся по всей протяженности кораблей, но в основном в ключевых зонах: машинное отделение, лазарет, мостик и почти возле каждой оружейной.
Третьим событием стало нажатие членом команды, работавшим в машинном отделении Enterprise, кнопки тревоги перед тем, как заряд энергии пронзил его туловище.
Четвертым стало запоздалое поднятие не набравших расчетную мощность щитов судна, которые тут же отключились.
Первый Оуитза ощущал полнейшее удовлетворение. Один из самых могущественных судов Федерации, класса Суверен, был захвачен неповрежденным и с невредимой командой. Такой роскошный, столько доступной энергии. Так много гуманоидов, коих предстоит привести к покорности перед волей Основателей. Он осматривался на мостике, наблюдая, как Федератов под стражей сгоняют вместе, и выслушивая доклады, поступавшие со всего корабля.
Контролер Ворта будет доволен.
Брат-Лейтенант Варрен начал оглядываться, когда ангар для челноков осветило красным, и зазвучала сирена. Космодесантники, находившиеся в состоянии расслабленного ожидания, мигом пришли в полную боеготовность. Оружие, благодаря тренировкам ставшее для них как еще одна дополнительная конечность, направленно во все четыре стороны. Затем, когда загудели блокираторы телепортации, выстроились у стен ангара. Прошли секунды, и блокирующее поле удержалось.
— Варрен мостику, доложите обстановку.
Оружие на мостике было поднято и направлено в центр помещения, на капитанское кресло, из которого прозвучал вопрос. От согнанных воедино офицеров мостика донесся едва уловимый стон. Приносящих Смерть на борту считали чем-то вроде тайного туза в рукаве, теперь всякой тайне пришел конец.
— Мостик, это ангар для челноков, доложите текущую обстановку.
Еще один стон. Они не только раскрыли свое существование, так еще и выдали Джем’Хадар свое местонахождение.
Затем заговорил Первый:
— Разве не было послано подразделение для захвата ангара для челноков?
Другой Джем’Хадар, обозначенный как третий в командной цепочке, ответил с явным смущением:
— Было. Двадцать воинов.
— Первый Оуитза флоту. Каков статус подразделения, направленного на захват ангара для челноков большего из Федеральных кораблей?
После кроткой паузы из передатчика Джем’Хадар раздался голос Дюраина:
— Ожидайте, Первый, я выясню.
Канал закрылся, и в комнате стало нарастать напряжение. Пикард не мог избавиться от тянущего ощущения в животе, что, как он знал, всегда предвещало нечто нехорошее.
Варрен прекратил попытки связаться с мостиком и пришел к выводу, что ситуация складывается отнюдь не в их пользу. Что поставило ветерана космодесантника перед дилеммой: выдвинуться и силой добыть информацию, попытавшись перехватить инициативу, или оставаться на месте и обеспечивать сохранность охраняемого объекта — стола, позволявшего Sword добраться до поля боя.
— Брат-сержант Робертс... на пару слов.
Брат-Сержант Робертс на этом задании был его заместителем и вторым по старшинству среди военнослужащих некомандного состава роты. Даже по меркам космодесантников он был огромен, и носимый им массивный силовой кулак далеко не приуменьшал этого впечатления. Сохраняемые им в любой ситуации спокойствие и ясный разум были словно благословение, ниспосланное самим Императором для Брата-капитана Ричардса, Брата-Капитана Харумана и самого Варрена во многих случаях. Надо надеяться, таковым оно будет и в этот раз.
— Сэр?
— Что думаешь, Брат-Сержант? Должны ли мы сами разузнать, что происходит, или оставаться на месте?
Ответ Робертса был быстрым и прямым настолько, что даже немного нервировал:
— Нам необходимо выяснить, что происходит на борту корабля, сэр, или иначе мы будем не подготовлены к происходящему за этими дверями, — Робертс пальцем руки в силовом кулаке указал на главный вход с корабля в ангар для челноков и продолжил, — если выйти на связь с мостиком не получается, и ни одно из других подразделений не передает никаких сообщений, то, скорей всего, произошло что-то из этого. Судно под атакой и выведено из строя множество систем, что крайне сомнительно, учитывая отсутствие повреждений и движения, или корабль был внезапно захвачен. Любой из вариантов требует от нас выдвижения за пределы ангара, или же мы рискуем быть уничтоженными. Мы должны выдвигаться. И быстро, сэр.
Варрен кивнул. С его стороны было глупостью даже задумываться о чем то ином.
— Хорошо. Передай приказ взводу — выдвигаемся в течении пяти минут.
Робертс кивнул и отошел, активируя связь и начиная передавать распоряжения. Варрен же призадумался, теперь ему предстояло выполнить несколько задач. Но в чем состояла его первоочередная миссия? Защитить стол Энтух’Прикс? Так ли это? Его основной задачей было обеспечение достижения Enterprise и боевой баржи Sword of Lycurgas Баджора. Если Enterprise захватят, то выполнение задания будет невозможно. Варрен про себя начал прорабатывать будущие приказы. Что ж, по крайней мере, это будет хотя бы интересно.
Дюраин был в растерянности; Джем’Хадар, которых они пытались телепортировать в ангар для челноков Enterprise, не отправились туда, транспортеры просто не могли навестись на ангар и даже на палубу, на которой тот располагался. Дюраину не нравились сюрпризы. Он прожил вдвое дольше, — в этой реинкарнации — чем среднестатистический Ворта, и получилось это у него благодаря расчетливому и безжалостному использованию всякого доступного преимущества. Не то чтобы он был в курсе этого, но именно благодаря этому управлял единственной флотилией рейдеров, пережившей первую войну Федерации и Доминиона.
И вот теперь сюрпризы. И как давно для себя решил Дюраин, сюрпризы ведут к изменениям в планах. А так как планы — это то, что позволяет ему выживать и продвигаться в рангах (конечно же, ради славы Основателей), то отклонения от планов ничего хорошего не несут. К счастью, на этом Федеральном судне было уже несколько сотен Джем’Хадар, которыми, если потребуется, вполне можно пожертвовать.
Так что он включил нужный канал на передатчике.
— Дюраин Первому Оуитза.
Менее чем через секунду ответил Джем’Хадар:
— Первый здесь, Ворта.
— Какое-то воздействие препятствует наведению транспортеров. Я отсылаю воинов к тебе. Делай с ними, что хочешь, но я предлагаю сначала решить проблему с блокировкой транспортеров в этой зоне.
— Контролер, там Федераты. Мы ожидаем встретить сопротивление.
— Оставляю все это на тебя, Первый. Просто удержи Суверен под контролем. Мы вышлем призовую команду, как только её соберем. Попытайся ничего не уничтожить.
Оуитза знал, что среди высокомерных Ворта это считалось шуткой, так что он любезно выдавил из себя смешок, прежде чем закрыть канал.
Двадцать воинов Джем’Хадар материлиазовались на мостике раньше, чем его рука закончила движение закрытия связи.
Великолепно.
Старшим среди них оказался Четвертый, и Оуитза обратился к нему:
— Четвертый, задача проста. По этому турбо-лифту доберешься до ангара для челноков. Убьешь тех, кого найдешь там. На их примере остальные поймут, что значит противиться Основателям.
Четвертый вытянулся по струнке.
— Победа — это Жизнь, Первый.
— Иди. Сообщишь мне, когда все выполнишь.
Джем’Хадар размашистым шагом отправился выполнять приказ, а Первый обернулся к удерживаемым под прицелом офицерам Федерации.
— Знайте же, Капитан, вы живы только потому, что нам нужно научиться управлять этим кораблем. Что мы и сделаем, так или иначе. Любой из ваших людей, посмевший сопротивляться, будет казнен. То же будет и с теми, кто только попытается задавать вопросы. Эти... в ангаре для челноков будут первыми. Попомните мои слова, Капитан. Попомните.
Он повернулся ко Второму.
— Убедись, что все Федераты, не задействованные в управлении судном, будут собраны в корабельном карцере. Если там не хватит места, собери их в грузовом отсеке.
Второй уже собирался отправляться выполнять приказ, когда его догнали новые инструкции:
— Не оставляй на них ни одного средства связи. Пусть постоянно рядом будет вооруженная стража. Эти черви могут быть весьма хитроумны.
Слова офицера Приносящих Смерть, сказанные в канал подразделения, были весьма лаконичны, маскируя этим важность сообщаемого взводу.
— Император направляет нас, и вот каковы наши приказы, космодесантники!
Прозвучал хор многочисленных подтверждений услышанного.
— Ситуация такова: наше подразделение назначено для обеспечения прохождения Sword of Lycurgas в зону боевых действий в систему Баджор. Мы потеряли доступ к внутренней связи и восстановить его не смогли. Нам неизвестно, что сейчас происходит на корабле. Местоположение и состав как дружественных, так и враждебных сил нам неизвестны. Насколько я знаю, гражданских здесь нет, так как это боевой корабль. Те, кто не сражаются на одной стороне с вами, это враги, которых вы должны сокрушить.
Он замолчал, ожидая вопросов по ситуации. Следующая фаза инструктажа была самой важной.
— Наша задача: взять под контроль зоны и персонал, необходимые для обеспечения нынешней роли Enterprise как проводника для Sword of Lycurgas. Повторяю. Наша задача: взятие под контроль зон и экипажа критически важных для продолжения выполнения Enterprise роли проводника для Sword of Lycurgas.
Вопросы будут потом, сейчас главное — задание. Enterprise должен остаться способным к перемещению в космосе и под контролем про-Имперских или Имперских сил.
— Способ исполнения: подразделение разделится на шесть команд по пять человек в каждой. Я поведу одну, остальные будут обычными боевыми отделениями. Каждое боевое отделение направится к назначенной зоне и возьмет под контроль ее и членов экипажа Федерации, как встреченных на пути туда, так и обнаруженных в ней по прибытии.
Он помолчал, обдумывая свои следующие слова.
— Всем участникам уделить особое внимание точности и аккуратности при перемещении и, особенно, в бою. Мы имеем дело с большим количеством крайне чувствительного оборудования, заменить и отремонтировать которое будет явно непросто и не быстро. Тем не менее, ваша безопасность и наших союзников из Федерации имеет первоочередное значение. Оборудование возможно заменить и отремонтировать, мертвые же... мертвы.
— Брат-Сержант Робертс и его отделение берет на себя лазарет, Брат-Капрал Грэхэм удерживает помещение с телепортом, Брат-Капрал Стюарт — оружейную. Я и Брат Тикуин с боевым отделением берем корабельный карцер, где, как я подозреваю, удерживается ключевой экипаж Федератов, если только они еще живы. Два оставшихся отделения находятся здесь, охраняя реликвию. Вторая стадия включает в себя присоединение Брата-Капрала Стюарта ко мне на мостике. Брат-Сержант Робертс и Брат-Капрал Грэхэм следуют в машинное отделение.
— Управление и логистика. Убедитесь, что все снаряжение личного состава в исправном состоянии. Не используйте огнеметы, смените их на болтеры и плазмооружие. У всех у нас обычный боезапас. Не будет подкреплений и снабжения. Между первой и второй стадиями боевое отделение брата-капрала Стюарта обеспечит оружием освобожденных нами членов экипажа. Они будут удерживать захваченные нами ключевые зоны.
Варрен прислушался к каналу подразделения в ожидании каких-либо вопросов и снова ничего не услышал.
— Я возглавляю операцию. При моей гибели или неспособности исполнять свои обязанности, командование переходит к Брату-Сержанту Робертсу, после него к Брату-Капралу Стюарту, затем — к Брату-Капралу Грэхэму. Управленческая цепь в отрядах остается на усмотрении командиров отделений. В этой операции пользуемся только внутренней сетью подразделения. Мы не знаем, с кем сражаемся и их возможностей в РЭБ. На командном канале только командиры отделений.
Теперь тишина была еще более выразительна. В воздухе таки просто ощущалось предвкушение. Варрен почти чувствовал напряжение, испытываемое каждым его подчиненным, а сам его взвод представлялся ему сжатой пружиной. Или заряженным и взведенным оружием.
— Делайте, что считаете нужным, и выдвигайтесь по готовности, да пребудет Император со всеми вами.
Об этом легко забыть, особенно имея дело с такими свободно мыслящими орденами, вроде Приносящих Смерть, но Космодесантники не просто лучшие солдаты Человечества, они также и святые воины, а вера — щит для их душ, и подобное просто недоступно пониманию Федерации.
Брат-Лейтенант Варрен начал с литании боеготовности, боевые напевы, проговариваемые Приносящими Смерть перед самым сражением.
— Вера — мой щит, ибо она вечна, и даже в смерти я продолжу служение. Я повторяю Его слова, дабы свет Его милосердия осиял галактику. Я препоясал себя оружьем яростным и броней спасительной облекся.
Когда он заговорил, голоса мужчин вокруг него, подхватив напев превратили его в громогласную величественную песнь-восхваление Владыки Всего.
— И я укреплен Им, ибо Он — мощь. Сосредоточенный разум яснее зрит, а открытый лишен фокуса, и чрез него истекает моя жизнь, моя кровь, моя душа, моя сущность.
На болтерах оттянуты затворы, хозяева осмотрели патронники и перешли к магазинам.
— Я буду всегда помнить, что лучше умереть за Императора, чем жить для себя. Он — это свет в наш темнейший час, наш страж и тот, кто ведет нас.
Тикуин дважды проверил, как выставлен прицел у него на оружии, и закрепил на болтере полуторафутовый штык.
— Так как власть развращает, я должен быть бдителен против всех врагов Императора, как внутренних, так и внешних. Кровь невинных не должна пролиться, но кровь злокозненных должна течь подобно реке. И я расправлю крылья своей почерневшей души, дабы стать мстящей дланью Императора.
Единственный среди присутствующих офицер проверил температурные показания на своем плазмопистолете, голубое сияние показывало, что оружие работоспособно.
— Оружие мое в порядке, с моей преданностью и божественной броней Его воли я принесу Смерть, во имя Императора, как всегда приносил и как всегда буду. Воля Его да будет исполнена, ныне и во веки веков.
В ангаре слышны звуки взводимых курков, оттягиваемых затворов и доставаемых из ножен клинков.
— Аминь!
Дверь главного прохода в ангар из корабля взрывом кинуло на космодесантников, в клубах дыма видны движущиеся силуэты. Вспыхнули лучи энергии кобальтового цвета, безуспешно пытаясь нащупать цели. Черные доспешные перчатки вздымают оружие, окрашенное красным, и вестники смерти движутся вперед.
Молчание.
Для Джем’Хадар одной из немногих вещей, способных сбить их с толку, является молчание вызываемой стороны. И именно это произошло с Первым Оуитза. Как бы он не пытался, так и не смог добиться хоть какого-то отклика от Четвертого Притака.
Притак произнес: «Заходим».
И затем… ничего.
И как для всех Джем’Хадар, победа для Оуитза — это в прямом смысле жизнь. Неудачники не вознаграждаются Белым. И потому умирают. Перед тем как перенаправить в ангар для челноков силы с других направлений, Оуитза испытывал весьма сильный страх за свою жизнь.
Первые враги, с которыми Приносящие Смерть сразились в этом времени, их не впечатлили, а, скорее, произвели весьма противоположное впечатление. Расстояние было небольшое, и даже печально известные команды безопасности Имперского Флота не промахнулись бы.
И все же каким-то образом у этих ксеносов получилось.
Не одного из космодесов не поджарило этим странным энергетическим оружием, используемым ксеносами. Даже стены только слегка потемнели в местах попаданий. Эта битва была столь односторонней, что это было почти оскорблением для чувства чести Варрена.
Почти, но не совсем.
Он кивнул Брату Тикуину, который вернул кивок, затем двинулся вперед, болтер у плеча, двигаясь вперед в паре с братом Сазерлендом. Варрен не знал, что за материал покрывал пол, но что бы это ни было, звуков от шагов космодесантников вообще не было слышно, за что брат-лейтенант был весьма благодарен.
Тикуин сбоку прикрылся дверным проемом, болтер направлен по оси продвижения. Сазерленд снаружи направляет плазмоган влево, прикрывая с этой стороны открытый проход.
Снова кивок, и еще пара космодесантников проходит мимо брата-лейтенанта с оружием, направленным вперед. Один разворачивается направо, прикрывая коридор, который им придется пересечь. Теперь двигаются Варрен и его партнер. Подобным образом они продвигаются все дальше. Подобное неустанное продвижение было почти завораживающими. Проход парами, сменяющимися для прикрытия сзади. Завораживающе, но смертоносно в своей сути.
Впереди был Варрен, когда его нечеловечески острый слух уловил звук открывающегося турболифта. Он остановился, направил плазмопистолет в его направлении и стал ждать, пока гортанная речь разносилась по коридору. Его братья обратив внимание на его действия, заняли позиции.
Первый ксено зашел за угол, и Варрен нажал на спусковой крючок. Заряд сверхнагретой плазмы просек грудь создания и вышел с другой стороны, как будто почти и не было никакой преграды. Существо остановилось и повалилось лицом вперед на палубу. Последовавшей на это реакцией было крайнее недоумение. Та пара секунд, что длился шок, дорого им обошлась. Все это время численно превосходящие их ксеносы продолжали двигаться вперед, и свистящие хлопки болтеров вместе со злобными высокочастотными взвизгами плазморужия так и посыпались на них. Но они пришли в себя и отступили, оставив позади почти дюжину мертвых и острый запах озона от использования их энергетического оружия.
Варрен взглянул на свою грудь. Матово-темное пятно показывало, что он получил прямое попадание из их оружия. Он мысленно пожал плечами и движением пистолета приказал космодесантникам снова выдвигаться. Бывало у него и хуже.
Космодесантники уже прошли на пару шагов, продвинулись мимо трупов, когда Варрен понял, что его первая цель не была видна в обычном спектре. А, так вот почему они так удивились.
Сенсорные датчики шлема. Чудесная вещь.
Согласно действующим сейчас предписаниям поведения в бою, Варрен снова двинулся вперед, он едва прошел три шага, как ксено с замахом из-за головы опустил на него зловеще выглядящее серпообразное оружие. Космодесантник подставил горизонтально силовой меч, просто блокируя удар. Лицо демонически выглядевшего ксено казалось удивленным, когда долю секунды спустя заговорил плазмопистолет, пробивая дыру сквозь живот, внутренности и хребет. Клинок выпал из мертвых рук, когда все еще содрогающееся туловище отбросили в сторону продвигающиеся космодесантники.
Когда началась свалка, тактическое управление приказало долго жить. Ксено кинулись на Приносящих Смерть, уверенные, что, как и в предыдущих случаях столкновения с человеческими войсками, тем не выдержать рукопашной с Джем’Хадар. Но космодесантники — это кое-кто совсем другой.
Взметнулся меч Варрена, убив трех ксено за четыре взмаха. Бойцы тактических подразделений Приносящих Смерть, столетиями изучавшие суровое искусство использования болтеров в рукопашной, сдержали натиск Джем’Хадар и быстро расправились с самыми слабыми. Донесся победный вопль, когда массивный Джем’Хадар выбил боковым ударом из руки космодесантника плазмоган и затем своим огромным мачетеподобным оружием нанес ему удар в живот, с трудом пробив броню.
Космодесантник левой рукой ухватил ксено за затылок и правой нанес удар почти одновременно с полетевшей во все стороны кровью от взорвавшейся головы, в воздухе прозвучал влажный лязг от встречи ладони с кулаком. Вопль умер, также как и обладатель взорвавшейся головы, тело которого полетело на его товарищей.
Брат Ходж потянулся и подобрал плазмооружие и также вытащил из своих внутренностей ксеноклинок, отбросив его в сторону. Пауза, пока ксено приходили в себя, была короткой, но этого было достаточно. Заряды болтеров и плазмы промчались через пространство, где раньше кипела схватка, и в коридоре будто открылся проход в ад. На четыре секунды. Затем космодесантники прекратили огонь.
В полнейшей тишине прошла еще пара секунд, пока шестеро космодесантников просматривали коридор через прицел своего оружия и прислушивались.
— Чисто. Продолжаем движение.
Intrepid был не настолько везуч. На этом корабле не было Приносящих Смерть. Носящий обозначение Первый из Джем’Хадар на его борту связался с Дюраином, и команду согнали в грузовой отсек, кроме несущих вахту на жизненно важных постах, тех держали под прицелом.
Корабль проскользил ближе к пяти патрульным кораблям Джем’Хадар, начавшим сейчас окружать корабли Федерации, и Дюраин был намного более доволен тем, как на нем разворачиваются события, в отличии от происходящего на борту большего корабля.
— Первый, знай, что на борту корабля класса Суверен какие-то трудности, и хотя Оуитза заверил меня, что способен все взять под контроль, как бы то ни было, я прошу тебя быть готовым переслать некоторых твоих подчиненных.
Хоть все это и звучало вежливо, но всем слышащим было очевидно, что это не просьба. Ворта был обеспокоен. Первый Оуитза хоть и был достаточно не плох, не был одарен богатым воображением и не мог проявить вдохновения при розысках человеческого сопротивления на борту почти легендарного Enterprise. Не то чтобы Джем’Хадар об этом знали, это только разожгло бы страх или чрезмерную ретивость — не то и не другое пользы бы Дюраину не принесло.
Первый кивнул.
— По твоей воле, Контролер. Победа — это жизнь.
Ворта, как и зачастую до этого, выглядел крайне самодовольным.
— Да, так и есть... так и есть.
Оуитза — победительная жизнь которого все больше ставилась под вопрос, все сильнее начинал волноваться. Хоть изначально штурм прошел крайне успешно, все позднейшие действия превратились в неудачи. Каждая последующая группа, направляемая в не удерживаемую зону, была потеряна, никаких сообщений от них получено не было. Короткие неразборчивые передачи, и все расширяющаяся зона, где его отряды могли просто бесследно исчезнуть. Как будто сам корабль сражался с ним.
— Первый, мы потеряли связь со Вторым Кориешем в лазарете.
Первый развернулся и обрушил кулак на консоль. Полетели искры, и электричество обожгло ему руку, но он не обратил на это внимания. Боль помогала сосредоточиться.
Победа — это жизнь. И она ускользала от него, как вода сквозь пальцы.
— Что бы не убивало моих солдат, они попытаются освободить Федератов. Возьми сорок воинов в грузовой отсек. Жизнью отвечаешь за его оборону. Если пленники будут освобождены, убей их.
Третий поднялся из кресла, кивнул и вышел. Оуитза мог только надеяться, что ситуация изменится и изменится быстро.
Райлак и понятия не имел, как он будет объяснять произошедшее Претору. Самый мощный корабль в Федерации, среднее боевое судно плюс тяжелый боевой корабль Ромуланцев — и все равно Доминион смог взять под контроль оба судна Федерации.
Как флотилия Доминиона смогла оказаться именно ЗДЕСЬ и СЕЙЧАС, было за пределами его понимания. И что еще обиднее, ни на одном из кораблей Федерациии не было видно следов атаки.
Их захватили без единого выстрела. И из всех кораблей именно EnterpriseEnterprise под командованием Жан-Люка Пикарда. Так что Райлак сделал самое простое, что мог, а именно — ничего.
Minnkash'Maen находился в нескольких сотнях километров в стороне, укрытый маскировочным пологом, ожидая каких-либо изменений. Райлак мог только возлагать надежду на… что угодно… что Пикард только сможет вытащить из такой известной кладовой сюрпризов как Enterprise, и что это произойдет как можно быстрее. На другом конце Федерации было очень, очень напряженно со временем. Если они не смогут привести Sword к Баджору вовремя, чтобы хоть как-то изменить ход битвы, галактика очень скоро перестанет быть похожей на себя прежнюю.
Джем’Хадар на борту Enterprise медленно погружались в панику. Терялась связь с отрядом за отрядом. Иногда по каналам связи можно было слышать крики, когда кто-то тщетно пытался сообщить Первому, что происходит. Душевный подъем испытанный при захвате корабля давно сменился доселе незнакомым, отвратительным замешательством.
Что эти Федераты творят?
Брат-Сержант Робертс осматривал лазарет. Помещение превратилось в склеп, но его это ни в коей степени не беспокоило. Его глаза едва задержались на небольшой куче трупов ксено. Небольшой, относительно Робертса, но не для Федерата, шести футов роста.
Ксено сражались, но неэффективно. Им не хватало отработанного взаимодействия. В бою один на один они приходили в удивление и тут же гибли. Образовавших небольшие команды расстреливали из болтеров. К несчастью, насколько знал Робертс, еще не удалось переговорить ни с одним человеком из экипажа. Подразделение Приносящих Смерть понятия не имело, с кем они сражаются, хоть это было и не единственное, что угрожало при огневом контакте.
Он вошел в командный канал и приступил к докладу:
— Ромео Зеро Альфа, это Ромео Один. Император защищает, прием.
— Ромео Один, это Ромео Зеро Альфа. Он — наша мощь и наш щит, прием.
— Мы пронзили тьму. Конец связи.
По большей части кодовые фразы. Простые, но эффективные. Скоро начнется вторая стадия. Он снова посмотрел на дверь, болт-пистолет спокойно лежит в руке, и взгляд даже не задержался на Джем’Хадар, которому он вырвал сердце из груди.
План, исполняемый Приносящими Смерть, привел команду Брата-Лейтенанта Варрена прямиком к дверям корабельного карцера. Все как на тренировках, только там меньше пачкаешься и проще продвигаться. Две другие пары прикрывали проход, по которому они пришли, пока к двери был прижат Ауспекс.
— Сэр, нечеткие показания. Трудно различить разных ксено.
Варрен кивнул. Хоть и неудивительно, но раздражающе.
— Хорошо, Брат Тикуин. Заряды на дверь. Используем для проникновения схему эпсилон. Вопросы?
Никто не шелохнулся. Оружие все также направленно в коридор позади. Тикуин расположил на закрытой двери две мельта-бомбы, по одной на каждой стороне сдвигающейся двери, затем отступил на шаг и, сняв со своего гранатного пояса, передал Брату Лейтенанту фотонную световую гранату.
Варрен отошел на несколько шагов назад от двери, направил на неё плазма-пистолет и заговорил:
— На счет три…
Следующие несколько секунд будут весьма интересными.
