Ожог

Обычная рабочая смена обычного рабочего дня. Хосок, протирая бокалы за стойкой, изредка поглядывает в окно: людей в кофейне, не считая его и управляющего, два человека, да и кому вздумается в такой ливень, как сегодня, прогуляться попить кофейку. Даже если чего погорячее, то все равно надо собраться и выйти из дому — желающих единицы. Вечер вступил в свои права, хотя на часах всего ничего — пять часов — непогода и конец сентября окрашивают небо в черничный цвет. Когда звенит колокольчик над входной дверью, Хосок медитирует над полировкой одной и той же кружки уже минут десять, проваливаясь в легкую дремоту, поэтому звук заставляет встрепенуться. Спиной к нему стоит высокий парень в черном объемном пальто и необъятных по ширине штанах такого же цвета, прилипшие из-за воды волосы открывают большие смешные уши. Хосок беззвучно хмыкает от вида грузного клиента и возвращается к работе. Ким Тэхен забегает в первое попавшееся на пути заведение, скрываясь от дождя и ветра. Вот как чувствовал, что надо взять зонт, но передумал в последний момент. Чимин, одногруппник Тэхена, у которого он, собственно, и гостил, предлагал вызвать такси, но упрямый Ким сказал, что хочет покататься на автобусе. На автобус он, конечно, опоздал. Поэтому сейчас мокрый, словно котенок, стоит в теплом, приятно пахнущем кафе и ждет, что ливень хоть немного поутихнет. Через минут десять, видимо, смирившись, что в ближайшее время стихия не собирается менять гнев на милость, парень решает переждать тут — в телефоне у него недавно скаченная манга, которая сама себя не прочитает. Хосок поднимает глаза в тот момент, когда Тэхен расстегивает пуговицы, поворачиваясь к Чону боком. Взгляду открывается профиль совсем молодого, вероятно, моложе самого Хосока, человека, с крупным ровным носом и острой линией челюсти. Тэхен снимает пальто, под которым обнаруживается белый, такой же сильно оверсайз свитер, и, потянувшись повесить одежду на, отчего-то, самый высокий крючок, белая ткань задирается и Хосок видит сначала полоску смуглой кожи и очертание тонкой, немыслимо тонкой талии. Хосок откровенно зависает: он не ожидал, чтобы под всеми этими слоями было что-то настолько хрупкое. Парень, наконец, поворачивается к стойке лицом, Хосок смотрит на пухлые блестящие губы и большой нос с милой родинкой на кончике, но вот глаза незнакомца скрывает длинная мокрая челка. Чон вспоминает, мама учила в детстве, что пялиться на людей — нехорошо, потому опускает глаза и ждет, что парень подойдет или позовет его сам. Тот, действительно, через мгновение оказывается напротив бара, Хосок с легкой улыбкой поднимает взгляд и… понимает, что попал. На него в упор смотрят два бездонных черных океана из-под откинутой набок челки; Хосоку физически не хватает воздуха. Тэхен смотрит на красивого бартендера, забывая, что пялиться — нехорошо. У Хосока, как гласит бейджик на жилете, тонкий аккуратный нос, родинка над верхней губой, высокие скулы и теплые ореховые глаза. Тэхен понимает, что попал. Он садится, не глядя, на стул за стойкой и просто молчит, думая про себя, что очень хочется попросить кофе, которое он, к слову, не пьет, потому что оба раза, что пробовал, были неудачными: первый — слишком горький, второй мог легко стать причиной диабета. Но почему-то Тэхен уверен, что Хосок сделает идеальный напиток. Чон первым приходит в себя, откладывая салфетку и, прочистив внезапно пересохшее горло, спрашивает, что желает клиент. — Ну, раз я в кофейне, то, пожалуй, кофе — улыбается Ким, а Хосок зависает второй раз за вечер: голос парня густой, насыщенный, низкий и обволакивающий, словно бархат. — Не беспокойся, все так реагируют на мой голос в первый раз, — смеется Тэхен и протягивает руку, представляясь. — А какой именно кофе? — интересуется Хосок, пожимая теплую ладонь. — Не знаю… А что бы мне понравилось? Хосок приносит дымящийся ароматный макиато, на молочной пенке которого он нарисовал кошачью мордочку, и, увидев растянутые в улыбке до ушей губы Тэхена, очень смутился своего порыва: обычно это листок или ёлочка. Чашку Ким берет не сразу, дует на поверхность, стараясь не смазать рисунок, минуты четыре, пока пар не иссякает. Кофе идеальный, как и думал Тэхен — богатый мягкий вкус и нежнейшая пенка, даже сахара в меру. Тэхен оказывается наивным и смешливым парнем, но порой выдает фразы, над смыслом которых Хосок всерьез задумывается. Он рассказывает, что учится на последнем курсе национального университета, живет на другом конце города, а здесь оказался случайно — друг позвал поесть пиццы, а потом не успел на автобус, начался дождь. Чон, в свою очередь, делится, что работает здесь уже год, он старше Кима на два, живет в квартале отсюда, а еще занимается танцами, но не профессионально, просто нравится с детства. Они болтают обо всем на свете почти до конца смены Хосока: ливень давно закончился и причин задерживаться у Тэхена больше нет. На прощание он бормочет «хён красивый», но Хосок решает, что ему показалось.