Все против меня или Я совсем другая

POV Джульетта

Нелепо в жизни что-то усложнять, когда дыхание смерти - в каждом мгновении... Пусть жизнь течёт, одно непоправимо - не всем даётся успевать за ней и многие остались там, на берегу, а жизнь по-прежнему течёт и протекает мимо...

- Надо следовать примеру твоих сводных братьев и сестер и уматывать в такие дни куда-нибудь, а не учиться в школе. – Трэвис посмотрел на меня своими глазами, в которых начали плясать игривые бесенята, - а может сбежим? Как ты на это смотришь? Я прикусила нижнюю губу, предложение было уж очень заманчивым. Остаться наедине с Трэвисом. Найти какую-нибудь уединенную поляну, чтобы просто полежать на мягкой траве, даже не разговаривая, а просто наслаждаясь обстановкой. В моей голове сразу же всплыл образ, о котором мне рассказывала Белла, у нее и Эдварда была своя поляна, на которую они приходили и наслаждались уединением. Ну вот, а почему бы и нам не найти такую же поляну, чтобы можно было уединиться?! Я самым наглым образом запрыгнула Трэвису на руки со словами: - С тобой хоть на край света! Можно было бы и мне поднять на руки самого Трэвиса, но это бы смотрелось уж очень странно. Хотя я знаю, что для меня он не весит практически ничего, так - легкая пушинка! Пёрышко! От моего заявления Трэвис засмеялся и уже развернулся к своей машине, чтобы уехать как можно дальше от этой школы, в которой мне несказанным образом надоело учиться. Каждый раз одно и то же. Новое место – учеба в последних классах, а потом вранье о том, что тебя зачислили в университет, который находится в другом городе и очередной отъезд с насиженного места. Но до этого предвидится самое тяжелое и трудное, что мне предстоит в моей жизни – разорвать все отношения между мной и Трэвисом. Каждый день мне приходила на ум данная мысль, которая хуже червя проникала в самые глубины моего сознания и давила наистрашнейшим образом. «Вам не быть вместе» - вот что во мне пульсировало. А я убеждала саму себя, что еще есть время и выход найдется. Ведь так не хотелось видеть радостное лицо отца, когда он узнает, что между мною и Трэвисом все кончено. Поэтому хотелось почувствовать что-то новое и неизведанное. Трэвис сделал несколько шагов в сторону своей машины, после чего мы услышали кашель и вопрос злобным голосом: - Что здесь происходит?! От такого неожиданного вопроса Трэвис подпрыгнул на месте и развел руки, роняя меня на землю. Возрадовавшись тому, что у меня с реакцией все отлично, ловко приземлилась на землю на свои две ноги, после чего гневно посмотрела на Трэвиса. И только потом я сообразила, что тот человек, который задал данный вопрос, появился настолько неожиданно, что я его не почувствовала. Он застал меня врасплох! Если об этом узнает моя семья, то надо мной будут шутить лет сто, как минимум. - Грэг, твою мать, Смит, - заругался на появившегося Трэвис, не забыв прижать меня к себе, - ты чего нас пугаешь?! Из-под челки я посмотрела на возбудителя нашего спокойствия. Им оказался не кто иной, как Грегори Смит, лучший друг моего парня. Трэвис мне рассказывал, что он с Грэгом дружит еще с пеленок, и уже тогда они делились бутылочками со смесями. Но в отличие от Трэвиса, меня почему-то Грэг пугал. Вроде бы красивый парень, у которого были глаза цвета голубого неба, натуральный блондин, его рваная челка спадала на лоб, закрывая густые вечно нахмуренные брови. Пухлые губы, красивые и правильные скулы и точеный подбородок, накачанное тело, которым он любит похвастаться. Странно, но сегодня Грэг надел не облегающую футболку насыщенного красного цвета, с нашивкой в виде герба, на котором было изображено три льва в разных позах. Черные джинсы, на бедрах была повязана черная легкая ветровка и на ногах красовались черные найки с красным логотипом и красными шнурками. Рюкзак повесил за две лямки через одну руку. - Жюли, - как всегда он обратился ко мне на французский манер, - ты была великолепна! Обычно девушки после такого скидывания плюхаются на свою пятую точку, а ты сберегла свое достоинство. – На последних словах Грэг уже смеялся, он приблизил свое лицо к моему, - но спешу огорчить, своими кружевными черными трусиками ты светила на всю стоянку, когда болталась на руках у моего друга. Трэвис моментально отпустил меня, приблизился к другу и дал ему смачную затрещину, что все его волосы на затылке встали дыбом, но Грэг тряхнул головой, и они легли также, как и были до этого. - Следи за словами, - грозно попросил он Грэга, - ты какого хрена вообще здесь делаешь? Трэвис подошел ко мне, встал позади меня и обнял обеими руками мою талию, а я положила свои ладони на его руки, чтобы контакт не разрывался. - Я тоже рад тебя видеть, - фыркнул Смит, - а если по правде, то я ждал вас возле шкафчиков, но так и не дождался. Не буду же я один сидеть на занятиях, когда вы тут занимаетесь таким развратом? - Вот ты деби-и-ил! – Трэвис сказал эти слова от полной безысходности, отчего задышал чаще, и я стала ощущать его теплое дыхание на своем затылке. - Я тоже тебя люблю, - засмеялся Грэг и скинул с плеча рюкзак на асфальт. – Ну, а если честно, то народ сейчас не учится, все собрались в спортзале. - А с чего бы нам тебе верить. - Грэг всегда отличался своими глупыми шутками и выходками, после которых мое доверие к нему подрывалось с каждым днем, но Трэвис изо дня в день также пытался меня переубедить, что он еще не вырос, физически - да, а вот в мозгу будто была перегородка какая-то, которая мешала ему принимать всю ситуацию всерьез, поэтому он и шутил. - А с того, Жюли, что я бы не заметил вас на стоянке, если бы не шел за толпой народа в спортзал. - А из-за чего там сбор, - в голосе Трэвиса я услышала интерес, значит, он попал под чары своего друга и теперь безоговорочно ему верил. Ну, а мне придется поверить своему любимому парню. Грэг закатил глаза, надул щеки, потом громко выдохнул, развел руки в стороны. - Чувак, как я могу об этом знать, если сейчас нахожусь рядом с вами! А вы стоите тут и тупите. Пойдем и узнаем, что к чему! Трэвис наклонил голову в мою сторону, и я без слов поняла, что он хотел заглянуть в мои глаза, чтобы понять мой ответ без слов. После того, как я утонула в омуте его зеленых глаз, он поцеловал меня в щеку и сказал Грэгу: - Пошли. - Все-таки вы тяжелые на подъем, - Смит поднял с земли свой рюкзак и вновь перекинул через плечо, держа лямку несколькими пальцами, чтобы не соскальзывал. Трэвис отпустил меня, чтобы потом встать рядом и подать мне свою руку, моя ладошка на автомате заскользила по его и наши пальцы сплелись. - А меня, - услышала я плаксивый голос Грэга, который стоял по другую от меня сторону и протягивал руку, сжимая и разжимая свои пальцы, намекая тем самым на то, что ему не терпится соединить со мной руки. - Иди в пень, - ответил за меня Трэвис и потянул меня в сторону спортзала, а Грэгу ничего не оставалось, как последовать вслед за нами. Мне было безумно интересно, что же произошло, что все классы собрали в спортзале. Максимум, когда здесь все собирались, была игра. Но вроде бы в ближайшее время игр не наблюдалось. Все-таки не нужно больше прогуливать школу! - Трэвис, а ты говорил своей ненаглядной про Ла-Пуш, - вывел меня из размышлений Грэг. - Вы о чем, - я переводила взгляд с Трэвиса на Грэга. Они молчали до тех пор, пока мы не подошли к дверям, ведущим в спортзал. Хорошо, что это был запасной выход, а то было бы некрасиво явиться через главные двери. По-любому все внимание обратилось бы на нас. - Блин, - Трэвис ударил себя тыльной стороной руки по лбу, - забыл! Джи, мы через неделю собираемся в Ла-Пуш. Разведем костер на берегу океана, возьмем с собой мяса или сосисок, хлеба, зефира, все пожарим, порассказываем разного рода страшилки! На всякий случай возьмем палатки и возможно останемся с ночевкой. Поверь мне, будет круто! Больше года мы что-то туда не ездили и вот решили исправиться. А если погода будет благоволить, то можно будет и искупаться…. На последних словах Трэвис потерся носом о мою щеку. Предложение было настолько заманчивым, но я знала правила отца. И в то же самое время так их хотелось нарушить! Но я понимала, что если нарушу, то моя голова будет висеть на самом высоком дереве в лесной гуще, куда не ступала нога человека. - Дайте мне подумать, а сейчас пойдем в спортзал, - и после произнесенных мною слов, сама же и открыла дверь. Достоинство данного выхода в том, что он располагался за трибунами, поэтому никто не мог увидеть, что мы вошли. Я обратила внимание, что все учащиеся сидят на трибунах и смотрят куда-то вдаль. Чуть ли не на цыпочках мы стали искать свободные места, таковые нашлись с краю на первом ряду. Когда мы уселись, то только сейчас я заметила, что на трибунах стояла гробовая тишина, и только голос директора звучал на весь спортзал. И все-таки Трэвис со мной что-то делает, если я не смогла со своим супер слухом услышать все то, что до этого было сказано. - … остается только скорбь, - продолжал мистер Джонсон, он стоял не в центре зала, а ближе к дверям, которые вели к выходу. Рядом с ним по стойке смирно стояли все учителя, но они смотрели не на учеников, а на пол. А позади них была какая-то картина, которую держали наш физрук и учитель биологии. Присмотревшись к картине, я поняла, что глубоко ошибалась, отчего нашла руку Трэвиса и сжала от ужаса – это было фото девочки, которая училась вместе с нами в школе, только ее класс был на год младше моего. А в нижнем правом углу проходила черная лента. Все встало на свои места. Нас собрали не для того, чтобы рассказать радостную новость. Новость была, но далеко не радостная. В этот самый миг я почувствовала на себе прожигающий взгляд, и нутром чувствуя куда смотреть, повернула голову. Напротив, в третьем ряду сидели мои мама и папа. И если мама была полностью поглощена речью директора и на ее лице выражалась вселенская скорбь, то отец прожигал меня взглядом, который не предвещал мне ничего хорошего. Чтобы не продолжать бессловесную дискуссию я отвернулась от отца и стала слушать мистера Джонсона. - Саманта Сейнфрид была самой одаренной ученицей в нашей школе, - с грустью говорил директор. – Никто не мог предположить, что вчерашняя дорога домой станет для нее роковой. На выезде из Ла-Пуш ее машину подрезал мотоциклист, отчего Саманта не справилась с управлением, на скорости съехала с дороги и врезалась в дерево, - вздох, - мгновенно машина вспыхнула, а девушка не смогла вылезти. Ее машина стала для нее капканом. После последнего слова директора по всему залу пронесся гул голосов. Никто не мог поверить, что такое может произойти в самом тихом городе. Я знаю самых опасных существ по именам, которые могли причинить людям боль, но с такими обстоятельствами сталкиваюсь впервые. Мое подсознание выдавало, что в новостях каждый день показывают чьи-то смерти, но все те люди были мне незнакомы. Я и не заметила, что ладонью прикрывала свой открытый рот, из которого вот-вот хотел слететь вскрик. Трэвис сильней сжал мою руку, таким образом, показывая, что он со мной. - Полицией зафиксировано еще несколько случаев дорожно-транспортных происшествий по вине мотоциклиста, все, кто с ним столкнулся до этого лежат в реанимации, - мистер Джонсон невольно встряхнул свои плечи, будто избавляясь от наваждения. – Поэтому я призываю учеников к осторожности и быть более внимательными на дороге. И если кому-то что-то известно, то прошу обратиться непосредственно ко мне и также сотрудничать с полицией…. Дальнейшие слова директора были для меня простым шумом в ушах, отчего голова гудела, и мне казалось, что минута, другая и я упаду в обморок. И где-то далеко-далеко, за всем этим туманом и шумом я ощущала теплую ладонь, которая не давала мне упасть в глубины своего подсознания.