Герой для...

- Здравствуй, Поттер, - Драко постарался взять себя в руки и отбросить в сторону ненужные сейчас мысли. Он должен быть предельно собранным и осторожным, кто знает, чего ожидать от этого героя. – Не ожидал, что ты захочешь моей помощи, - Драко сцепил пальцы рук и опёрся локтями о стол, небрежный жест, нарушающий правила хорошего тона, но демонстрирующий открытость человека, готовность дать шанс собеседнику. - Знаешь, - негромко ответил Поттер, беря в руки бокал с водой и крутя его в пальцах, - я подумал, что не только я изменился за прошедшие после школы годы, но и ты уже не тот мальчишка, что постоянно задирал меня и не давал жить спокойно. - С чего ты это взял? – Малфой выразительно приподнял бровь: прямо в лучших традициях Люциуса Малфоя. - Ты отец, - спокойно, смотря прямо в глаза, сказал Поттер. Драко вздрогнул. – У тебя есть сын и ты уже не мальчишка, не юнец, ты мужчина. «Уж я-то знаю», - читалось между строк, да и яснее слов говорили взгляд и поза Поттера. - Ты прав, я уже не тот юнец, каким был раньше. - Но ты и не тот чёрствый сухарь, каким стал твой отец. В этом ты слишком Блэк, - непонятным тоном сказал Поттер, заставив Драко задохнуться от возмущения за слов Гарри о его отце. Но в чём-то тот был всё-таки прав. Да, он не лорд Люциус Малфой. – Раз ты пришёл, то, как минимум ты готов выслушать меня, а уже потом примешь решение, я прав? – Гарри кивнул подошедшему официанту на предложение налить вина. Малфой повторил его жест. Дождавшись, когда официант уйдёт, Гарри пригубил вино и скривился: оно было слишком кислое. - А ты всё так же не умеешь ценить изысканные напитки, - негромко засмеялся Драко, пригубливая своё любимое сухое вино. - Увы, тут ты полностью прав, я не ценитель высокого. - Что ж, раз мы выяснили, что оба выросли, хотя в чём-то остались прежними, я готов выслушать тебя, - Драко удивлялся сам себе, настолько искренним и открытыми он становился рядом с Поттером. Значит, тот ещё не разучился цеплять его за живое и вытаскивать наружу самое сокровенное, спрятанное под ликом Малфоя. Да, тут Поттер был прав, он ведь ещё и Блэк. Они оба частично Блэки. А у этого рода кровь всегда играет, особенно, когда рядом кто-то другой из представителей этой «славной» семьи. Впрочем, даже без этого, Драко был уверен, что Поттер мог бы достучаться до него, ведь не зря же в школе, ещё не зная всей правды, они всегда могли и умели задевать друг друга за живое. Поттер наложил заклинание от подслушивания, получив в ответ понимающую улыбку Малфоя: это последствия и своего рода цена славы известности. - Ты, наверное, знаешь, что после смерти Андромеды я стал опекуном Тедди, моего крестника. Вы ведь были на похоронах. С этого всё началось. С появлением в моей жизни сына всё стало меняться. Да, Тедди стал для меня именно сыном. Я постарался дать ему всё, что только мог. Спустя несколько лет я вдруг понял, что являюсь наследником Поттеров и Блэков и что это не просто слова, и что наследую я не просто дом или другие вещи, а нечто большое. Я пошёл в Гринготс и, пройдя проверку, получил три перстня главы рода, - Поттер продемонстрировал Драко те самые кольца. – Правда оказалась более невероятной, чем я мог её вообразить. Я начал исследовать свою родословную, мне хотелось узнать, кем были мои предки, и есть ли у меня другие родственники. Знаешь, самым большим шоком было узнать, что даже мы с тобой родственники со стороны Блэков. - Все чистокровные рода в Британии имеют кровное родство, - высокомерно заметил, а затем, испортив впечатление, фыркнул Малфой. - Теперь я это знаю. Затем я начал копать глубже и узнал, что с Томом Реддлом у нас были общие предки, - Малфой вздрогнул и удивлённо, даже немного с опаской посмотрел на Гарри. - Мы оба потомки братьев Певерелл, тех самых, что стали героями сказки о Дарах смерти. Сказка – выдумка, но суть верная и абсолютно правдива. Он не смог меня убить из-за этого родства, но не только из-за него. Я начал копать глубже и оказалось, что мы так же оба являемся потомками Салазара Слизерина через род Гонтов, - Малфой снова вздрогнул. - Вот откуда у тебя дар змееуста, - прошептал Драко. Гарри буквально видел, как в голове Малфоя начинают быстро крутиться шестерёнки, а мысли молниеносно скачут, сменяя друг друга. - Да, именно поэтому. - Но ведь Поттеры никогда не были в родстве со Слизеринами, - недоумевал Драко, откинувшись на спинку стула и начиная вспоминать уроки истории и книги о чистокровных родах. – Род Поттер основал внук или правнук Игнотуса Певерелла, если я правильно помню, - Малфой продемонстрировал прекрасную эрудицию и осведомлённость. – Но каким образом ты?.. – Драко умолк на полуслове и недоверчиво уставился на Поттера. – Только не говори, что твоя мать являлась потомком Слизерина, - сдавленно прошептал он. - Ты понял это быстрее, чем я, - горько вздохнул Поттер и снова сделал глоток кислого вина. – Да, в предках Лили Эванс был некто с фамилией Гонт, не принадлежащий магловскому миру. Я решил копнуть ещё глубже и узнать, нет ли у меня родственников магов, кроме Дурслей. Я навестил тётю Петунию и кузена Дадли. Оказалось, у меня есть племянница-волшебница, что только подтверждает, что в роду Эванс были маги. Так вот, я отправился в Архив и узнал, что у мамы была ещё одна сестра. Она родилась, когда моя мать уже пошла в Хогвартс, а тётя Петуния была подростком, и, судя по всему, они обе не знали о ней. Её звали Розалина, после замужества она взяла фамилию мужа – Реймонда Линфреда, который оказался потомком Линдфреда Стричкомбского, женатого на Иоланте Певерелл, внучке Игнотуса Певерелла. Их общий сын основал род Поттеров и первым получил в подарок от матери мантию-невидимку. Именно Розалина погибла в автокатастрофе, как говорила тётя Петуния о моих родителях. Думаю, это было неспроста. В общем, я навестил могилу тёти и узнал, что у неё был ребёнок. Я нашёл мальчика, который после смерти родителей остался сиротой и был отправлен в приют. Я нашёл его. Коул родился на месяц раньше Тедди, а его родители погибли пресловутого 2 мая 1998 года. - Значит, Коул Линфред, и ему четыре, как и моему племяннику. Он жгучий брюнет с зелёными глазами, как и ты. Думаю, это сказывается кровь Стричкомбских. Именно он был с тобой тогда, в переулке. Дай угадаю, ты оформил над ним опекунство и как герой взял сироту к себе, таким образом, враз став многодетным отцом. - Ты прав, Малфой, - вздохнул Гарри. - И теперь на твоих плечах не просто два ребёнка, а два наследника чистокровных родов, кроме того, ты глава как минимум трёх родов: Поттер, Блэк и Певерелл и последний род ведущий, - начал рассуждать Драко, постукивая кончиками пальцев по столу. – И ты хочешь воспитать сыновей не просто достойными людьми, но истинными магами и достойными наследниками, кроме всего прочего, тебе и самому не помешало бы стать настоящим лордом магии, а не быть им на словах. Книги, свитки – это просто сухие слова, а тебе нужен настоящий учитель, живой пример написанных строк. - И снова ты прав. У меня есть друзья, но я понимаю, что с этим они помочь мне не могут. Я легко могу выучить новое заклинание, освоить новый приём, но не могу понять, как не просто свести дебет с кредитом, а возродить дела предков, заставив бизнес вновь приносить прибыль и тому подобное. Я – сирота, маг-недоучка, за спиной которого Хогвартс и школа авроров, война и служба в Аврорате, но не уроки бизнеса, экономики, торговли или тому подобного, да я даже этикет не знаю, - Поттер несильно хлопнул ладонью по столу, выражая свою раздражительность и недовольство. Он терпеть не мог показывать свою слабость или неосведомлённость, особенно перед другими людьми. - Ну, у тебя есть Лонгботтом, - сделал неопределённый жест рукой Драко. - Да, но за его спиной стоит бабушка, которая реально управляет делами рода, поскольку Невиллу это не особо нужно. Кроме того, дела рода, бизнес – это не то, за чем я хочу провести всю свою жизнь, не то, чему я хочу посвятить себя. - Тогда зачем тебе это нужно? – приподнял бровь Малфой. - Я хочу наладить дела предков, возродить былое величие родов, чтобы моим детям было что наследовать. Мне же ближе к душе приключения, нахождение на грани жизни и смерти. Нет, аврорат тут не при чём, это не то. Скорее артефактор или искатель артефактов, что-то, что требует полной отдачи всего: времени, физических и моральных сил, но в то же время то, что будет приносить радость и удовлетворение. - Так неужели не проще нанять для твоих целей толкового управляющего? - Ты думаешь, я смогу доверять абсолютно чужому человеку? – скептически приподнял бровь Поттер. Малфой удивился, неужели Герой и вправду вырос и возмужал? Стал мужчиной и обрёл зачатки ума? – Я знаю, что ты был обо мне невысокого мнения и не скрою, это неприятно осознавать, но некоторое время назад ты был прав в этом. Но не теперь. Когда становишься отцом, многое меняется, верно? - поднял бокал Гарри и, отсалютовав им, сделал глоток. Драко последовал его примеру. На некоторое время за столом повисло неловкое молчание. Каждый думал о своём, особенно о детях, чьё появление и вправду изменило слишком многое. Малфой, медленно попивая вино, даже не чувствуя его вкуса, снова и снова прокручивал в голове слова Поттера. О многом и сам догадывался, но кое-что стало для него новостью и заставляло задуматься. Только сейчас он понял кое-что, что отец пытался втолковать ему на протяжении многих лет, говоря, что это неизменно пригодится ему в жизни: поставь себя на место оппонента, чтобы понять его. И сейчас, поставив себя на место Поттера, он понял, КАК тому тяжело, насколько тяжела ноша героя. За спиной самого Драко немалый опыт, но ему далеко до Гарри и не факт, что он смог бы справиться так же, что сумел бы выстоять и не сломаться, что взял бы на себя ту ответственность, которую взвалил на свою шею Поттер. У него самого были родители, был отец, который, вопреки общественному мнению, любил его и был готов на всё, чтобы помочь сыну, хотя, и выражал он это весьма специфично. Малфои всегда стояли за своё и даже в войне ставили интересы рода выше всего. Драко растили наследником, его учили и наставляли, обучали всему, что хоть как-то могло пригодиться ему в будущем, о нём заботились, его оберегали и ему потакали. У Поттера же не было ничего, у него не было никого, кто мог бы помочь, хотя бы просто что-то посоветовать, у него не было никого, кто смог бы утешить или приободрить его, защитить, наоборот, он сам всегда становился щитом для других. Его некому было баловать, он всегда был один. О том, чтобы обучать героя даже речи не шло. Ещё в школе он заметил, что Гарри нарочно никто не обучает толком, не помогает узнать что-то новое и полезное, даже наоборот, не дают это сделать, словно… Словно растили его как агнца на закланье. Такая мысль появилась на пятом курсе, и со временем Малфой понял, что был прав, а крёстный только подтвердил его догадки. Крёстный… Драко понял, что ему нужен чей-то совет, как поступить, хотя он уже и так знал, что сделает. - Хорошо, Поттер, я помогу тебе. Но не за просто так, - Поттер на этих словах хмыкнул, словно ожидал подобного. Его усмешка только подтвердила это. – Мне нужна будет от тебя услуга, в будущем, - «Правда, я ещё не придумал какая», - мысленно закончил фразу Драко, но тут же уверенно уже вслух продолжил. – Что именно мне будет нужно, я скажу в своё время, - Поттер насмешливо кивнул, и у Малфоя проскользнула мысль, что Гарри раскусил его, ведь не зря тот служил аврором и умел разбираться в людях. – Дай мне пару дней, чтобы всё продумать и устроить таким образом, чтобы нам обоим было удобно и комфортно. - Без проблем, - пожал плечами Поттер. – У меня сейчас полно свободного времени. - Знаю, - кивнул Малфой, - но не у меня. Я пришлю тебе сову, - Драко допил остатки вина и, поставив бокал, откинулся на спинку стула. - Хорошо, - снова пожал плечами Поттер. Драко вспомнил, что тот часто так делал, когда не знал, что сказать или как правильно ответить, или когда ему действительно было всё равно. – Честно говоря, до последнего не верил, что ты согласишься мне помочь. - Как ты правильно сказал, мы оба выросли и заметно изменились, да и выгодно иметь в должниках национального героя, - лукаво заметил Малфой. - Никто не сомневался, что ты, Малфой, своего не упустишь, - язвительность аристократа он пропустил мимо ушей, вдруг поняв, что та его особо и не задела. Кажется, он изменился сильнее, чем думал. - Лучше так, чем сожалеть об опущенных возможностях, - пожал плечами Драко, и Гарри показалось, что сейчас тот говорил отнюдь не о долге Поттера. И снова оба мага молчали, каждый думал о своём. Гарри искоса поглядывал на Малфоя, думая о том, что жизнь снова свернула, ведь сейчас напротив него сидит его некогда злейший соперник, но они, вопреки ожиданиям, спокойно разговаривают. Гарри дёрнулся и схватился за предплечье от сильного жжения, исходящего от браслета. Малфой странно вздрогнул и расширенными глазами проследил за ладонью Поттера, сжимающую браслет главы рода – у того была только одна ассоциация с болью в предплечье. - У каждого свой долг, верно, Малфой? – хрипло заметил Гарри и начала подниматься из-за стола. Он бросил на стол несколько галеонов, оплачивая их скромный заказ. – Прости, но мне пора. Буду ждать твоей совы, - и, развернувшись, размашисто зашагал в сторону двери в лучших традициях Снейпа. Зайдя за угол здания, скрывшись от любопытных глаз прохожих, Гарри аппарировал. Оказавшись в гостиной дома, он кинулся вверх по лестнице в комнаты сыновей. По их настоянию он поселил их в соседних смежных комнатах, двери между которыми никогда не запирались. Зайдя в комнату Коула и никого там не обнаружив, он вошёл в комнату Тедди и замер, а в следующую секунду кинулся к кровати, на которой метался его волчонок, жалобно что-то бормоча и стеная от боли, что исказила его лицо. Коул лежал рядом и прижимал Тедди к себе, что-то негромко бормоча ему на ухо, но страх в его глазах выдавал его с головой. - Папа, - жалобно простонал Тедди и протянул руку к Гарри. Тот тут же сел на кровать рядом с сыном и склонился над ним: волчонок пылал, прикосновение же холодных, словно лёд, пальцев Коула заставило его вздрогнуть. - Что с тобой, волчонок? - Мне больно, то холодно, то горячо, мне нечем дышать, мне больно держать глаза открытыми, а закрыть не могу, они начинают жечься. Мне плохо, пап, помоги мне, - жалобно простонал Тедди и вцепился в руку Гарри как клещами. Маг с болью смотрел на испещрённую венами кожу сына, на его дрожащие от судорог мышцы и пылающие золотом глаза. Гарри встал с кровати и взял Люпина на руки, Коул цепко держался за свисающую вниз руку брата и со страхом смотрел на Поттера. - Я собираюсь навестить кое-кого, думаю, он поможет мне, не боишься? – Коул тут же быстро замотал головой, он боялся за Тедди, а не какого-то там незнакомца, он был уверен, что пока его отец рядом, ему нечего бояться. Глубоко вздохнув, Гарри направился в гостиную, прямо к камину. Адрес, куда он собирался отправиться был почти никому не известным, и когда-то давно он поклялся не беспокоить мага, жившего там, без уважительной на то причины. Гарри посчитал жизнь сына такой причиной. Поттер прижал Тедди к своей груди и убедился, что Коул рядом, бросил горсть пороха в камин, назвал адрес и смело шагнул вперёд. Зелёное пламя на миг вспыхнуло и тут же исчезло, поглотив молодого мужчину и двух мальчишек. Их провожал задумчивый взгляд гордой леди Блэк, которой даже смерть не стала помехой для контроля над жизнями родственников. Кажется, она недооценила новоиспечённого лорда Блэк: он был сильнее, много сильнее, чем она предполагала. Он выбрал семью, не род, а именно семью, которую стремился защитить и сохранить во что бы то ни стало. Кажется, она всё же ошиблась на его счёт. Гарри пошатнувшись, вышел из камина в полутёмной комнате. - Думал, что ясно дал вам понять, что вы здесь не желанный гость, Поттер, - послышалось хриплое из кресла в углу. - Мне плевать, я готов пойти хоть к сатане в Ад, хоть к Волдеморту в услужение, ради спасения жизни сына. Я заключу любой, даже самый ужасный союз, если это поможет мне защитить тех, кто мне дорог. Тедди болен, и это не просто простуда или рядовая болезнь. Пожалуйста, помогите ему. Мужчина, скрываясь в тени огня, пылающего в камине, подошёл и прикоснулся ко лбу Тедди и тут же отдёрнул руку. Зелёные глаза встретились с встревоженными чёрными. - Это сын Люпина? - Да. - Думаю, я знаю, что с ним, но не уверен, что от этого есть лекарство. - Сделайте хоть что-нибудь, пожалуйста, профессор Снейп. - Я уже давно не профессор, Поттер, я же говорил, просто Северус, хотя бы эту привилегию я могу вам предоставить за спасение моей никчёмной жизни. Снейп отнёс Тедди в небольшую комнату на втором этаже и, уложив его на кровать, начал тут же водить над ним волшебной палочкой, иногда что-то негромко бормоча. Среди всех заклинаний Гарри опознал лишь диагностирующие. Коул шмыгнул носом рядом с ним, и он поднял второго мальчишку на руки. Тот тут же крепко обнял Поттера за шею и спрятал лицо в шее отца. Маг почувствовал, как кожа стала мокрой от слёз сына. Он начал успокаивающе гладить его по спине, пока Снейп обследовал его второго сына. - Этого следовало ожидать, - Снейп отошёл от Тедди на несколько шагов и посмотрел на Гарри. – Уверен, вы и сами догадываетесь, что происходит. - В нём просыпается волк, - вполголоса ответил Гарри, прижимая к себе Коула. Тот задремал. Подойдя к кровати, на которой лежал Тедди, Поттер положил сына рядом с ним, благо, размеры кровати позволяли. Люпин тут же потянулся к нему. – Он с детства имел некоторые волчьи повадки, с возрастом это становилось только заметнее. Мы не просто семья, а своего рода стая, в которой только свои, чужаков Тедди не приемлет. - Вы не зря занимали место капитана группы в Аврорате, Поттер, что-то всё-таки есть в вашей голове, хотя вы ещё не совсем научились этим пользоваться, - ядовито заметил Снейп и посмотрел на мечущегося мальчишку. – Мне нужно больше информации о мальчике, он единственный в своём роде, до сих пор я никогда не слышал о рождении ребёнка у оборотня и метаморфа. - Я нашёл кое-что, но этого мало. Я займусь поиском информации через свои источники, пока что нужно хотя бы привести его в чувства, облегчить страдания. Я не могу, я просто не в силах видеть его таким. - Сегодня ночью полнолуние и это будет пик, нужно просто быть рядом: делиться магией, поддерживать его, нужно сейчас позаботиться не о мальчике, а о волке внутри него, дать почувствовать ему тепло и защиту стаи, что он нужен, что он не чужой, а потом… Нужно больше информации. Исходя из моих знаний об оборотнях и других волшебных существах, думаю, зверь постепенно будет преобладать над ним. Нужно как-то уравновесить его суть, его магию, но способы мне неизвестны. - Грейбек? – Гарри назвал только имя, но он был уверен, что Снейп понял его правильно. - Он урождённый оборотень-маг, - покачал головой Северус. – В нём нет изменчивой крови метаморфа. Нужно время и информация, а пока, я могу только помочь ему, снять симптомы, но не убрать причину, - Снейп вышел из комнаты. Гарри сел на кровать рядом с сыновьями и бережно откинул прядку волос со лба Тедди, прикосновением передавая тому немного своей магии. Тедди потянулся к его руке. Поттер опёрся о спинку кровати, усадив Люпина себе на колени. Тот прижался щекой к его груди и начал слушать биение сердца. Руки, гладящие его, дарили тепло и магию, запах успокаивал сознание, а присутствие рядом отца и брата умиротворяло дрожащее тело. Снейп вернулся в комнату четверть часа спустя, держа в руках несколько склянок и замер, увидел, что Гарри буквально кормит сына своей магией. - Что ты делаешь? – прошипел он. – Как ты можешь кормить его ТАК? - А что такого? – не понял Поттер. Из книг, доставшихся ему в наследство от предков, он узнал, что иногда родители подпитывали своих детей магией, когда те болели, да и стоит ли говорить, что матери питали магией детей в своей утробе. - Это… умение считается запретным, его используют только главы родов, имеющие для этого достаточную силу и знания, и то, в крайне ограниченных случаях. Да и сейчас я не знаю никого, кто мог бы так поступать. Слишком сложно правильно рассчитать дозу, вектор и другие характеристики магии и многое другое. А ты… просто вот так. - Раньше, так лечили больных детей, - начал рассказывать Поттер. – И не только лечили. Все мы знаем, что сквибы – не волшебники без магии, а маги, не способны использовать волшебство, что находится внутри. Такая подпитка пробуждала силу, не всегда, но часто это срабатывало, это словно… дефибриллятор для организма, сэр, - пояснил Гарри по аналогии. – Но вы правы, так можно сделать только с тем, кто схож с тобой в магической ауре, ну, как объяснить, с тем, кого ваша магия признаёт близким себе. Чаще всего это оказывались родственники по крови, реже супруги и друзья. - Откуда вам столько известно? - У меня было много времени, чтобы расширить своё мировоззрение и перестать быть тем наивным дураком, что учился в Хогвартсе. Я понял смысл фразы «знание – сила». - Вы выросли, - неопределённым тоном заметил Снейп. - Давно, я просто повзрослел. Когда становишься отцом, то не можешь позволить себе быть ребёнком и дитём несмышлёным. Я многое узнал, и не только в магическом мире. Ведь я – часть обоих миров и ни одного одновременно, - горько заметил Гарри. - Как и многие полукровки и маглорожденные, - добавил Снейп. – Я понимаю ваши чувства, не в полной мере, ведь я никогда не был на вашем месте, я рос сразу в обоих мирах, обоим принадлежа одинаково, но представляю каково это. Просто… С этим нужно научиться жить и, как ни печально, нужно выбрать что-то одно для себя. Невозможно жить, разрываясь между двумя мирами, это убьёт вас или вы сами совершите ошибку, за что и поплатитесь. - Думаю, в этой ситуации выбор был сделан уже давно и даже без меня, - Гарри прижал сыновей к себе и перевёл печальный взгляд на бывшего профессора. – Ещё в 11 лет, хотя я и цеплялся за магловский мир. Снейп понимающе кивнул. Всё-таки, он заблуждался и Гарри в большей степени сын Лили, а не Джеймса. - Сэр, вы знаете, кто такой Тедди, - Гарри посмотрел на второго мальчика. – Это – Коул, Коул Линфред, он мой кузен, - Снейп приподнял бровь. – Нет, он не сын тёти Петунии, он сын Розалины, младшей сестры моей матери, - чёрные глаза удивлённо расширились. – О ней, о них, вернее, никто не знал. Я сам случайно узнал, когда искал ответы на некоторые вопросы. Искал родственников, если такие вдруг найдутся, - Поттер решил не раскрывать перед бывшим шпионом всех карт, всё-таки, не зря говорили, что бывших шпионов не существует. – Он сирота, его родители погибли в автокатастрофе. Знаете, в один день оба моих сына стали сиротами, - Гарри сжал кулаки и спрятал взгляд своих глаз за чёлкой. – Второго мая погибли многие дорогие мне люди. Снейп потрясённо молчал. Он знал, что Гарри не такой, каким он его считал раньше, но только сейчас понял, как сильно он заблуждался. Он тихо ушёл, ему нужно было о многом подумать. Всем известный Гарри Поттер оказался совсем не таким, каким его считали. Его называли Героем, Избранным, а он был просто Гарри, который всегда помогал, даже тому, кто не любил его, кто презирал и наказывал за собственными провинности. Северус помнил, как угасал тогда, как темнело перед глазами и леденело сердце в груди. Он слышал, как убегал Гарри, унося с собой во флаконе его, Северуса, самые сокровенные тайны. Но ему было легко на душе, мёртвым уже нечего бояться, верно? Он помнил, что посчитал тогда бредом прикосновения к его голове и лицу небольших морщинистых ладошек, негромкое недовольное ворчания на поганого хозяина, как ему насильно вливали в глотку какое-то зелье, а после свет померк. Он очнулся спустя несколько дней, как узнал позже. Оглянувшись, узнал одну из комнат в доме Блэков, где некогда жил Сириус. На тумбочке стояла стопка Пророков, пара бутылочек с зельями и небольшая записка. Снейп сначала взял в руки записку и с удивлением узнал почерк, которым она была написана. Я многим обязан вам, даже больше, чем вы себе можете представить. И речь не о том, что показали мне воспоминания, а о том, что произошло в Хогвартсе за последние семь лет. Мне ничего не нужно от вас взамен, я просто помог тому, кто всегда помогал мне, незримо, с кривой ухмылкой и презрительным взглядом, кто страховал и не давал спотыкаться. Дать вам второй шанс на жизнь – это меньшее, что я мог сделать. О том, что вы живы, кстати, никто кроме меня не знает и если даже узнает, то не от меня, можете быть в этом уверенны. Вам интересно, как я смог? Ведь я в зельях ничего не понимаю, но зелья тут были не при чём. Просто есть средство, способное нейтрализовать яд василиска, так разве Нагини сильнее? Думаю, одному старику, подавись он лимонной долькой на том свете, понравилось бы, что вы выжили благодаря его Фоуксу. Я усвоил урок и хорошо запомнил, что слёзы феникса – одно из самых сильных зелий в мире, но только чтобы получить его быть зельеваром вовсе не обязательно. Я не держу вас и вы можете уйти, когда пожелаете. Позовёте Кричера и он даст вам то, что будет нужно. Уверен, мы ещё встретимся, профессор или я не Гарри-чёртов-Поттер. И надо заметить, после того он не раз виделся с Поттером, и даже успел, по своему, конечно, привязаться к нему. Война его тоже изменила. Хотя Поттер как был, так и остался героем, но не из-за победы над Лордом, а просто потому, что не может просто развернуться и уйти, нет. Он костьми ляжет, но поможет тому, кто в этом нуждается и ему плевать на остальное. Но такие обычно долго не живут, впрочем… Это же Поттер. Северус напряжённо потёр переносицу. Сколько воды утекло… А он, как заботился о Гарри, так и заботится. Мордред, кажется карма всё-таки существует и принадлежащая ему только что настигла его. Впрочем, он не привык оставаться в долгу. Снейп резко поднялся и направился в кабинет. Круг людей, знающих о том, что он жив, ничтожно мал: Малфои, ну, и Поттер естественно. Помнится, Люциус должен был ему услугу. Поздней ночью сова направилась в величественный Малфой-мэнор, неся с собой послание для его хозяина. Северус проводил птицу взглядом. Кажется, пора прекращать прятаться от всего мира, ну, по крайней мере, хотя бы немного приоткрыть дверь в реальность.