Герой для...

Гарри, придя домой, уложил мальчишек спать, а сам отправился в свой кабинет. У него голова была забита мыслями и он не знал, на какой остановиться, поскольку все требовали ответа и решения. У него были друзья, помощники, но у него не было мудрого и опытного наставника, того, кто на пальцах бы объяснил ему, что и к чему. Родители погибли, Сириус тоже, Люпин… не самый лучший пример, Уизли тоже не могут ему помочь. Он не знал, у кого спрашивать совета и просить помощи. Он старался справляться сам, как мог, как умел, учился, стучался во все двери, много читал, даже к гоблинам обращался, но никто не давало ему ответов на мучавшие его вопросы. Если бы у него только был человек, потомственный волшебник, который знал традиции и жил с магией с самого детства, человек, знающий о том, что значит титул, власть, деньги, слава… Гарри встал с кресла и направился к окну. Вдруг раздался тонкий писк и он едва не подскочил от неожиданности. Посмотрев под ноги, он увидел очередную игрушку кого-то из сынишек и, склонившись, взял её в руки. По губам скользнула горькая, полная некой грусти и затаённой радости улыбка: он держал в руках белого хорька. В голове сразу возник образ Драко Малфоя: дерзкий, язвительный, порой трусливый и надоедливый блондин, что ярким пятном выделялся во времена учёбы в Хогвартсе. Именно Малфой порой заставлял его проснуться, остро ощущать, что он жив, он умел бесить его как никто другой, умел выводить его из себя, но в то же время он заставлял его сосредоточится на себе, на время забыть обо всём другом. Как иначе всё было тогда, хотя… Не совсем иначе, просто он был другим. И не только он, война изменила всех и каждого. Интересно, а изменился ли Малфой? Гарри широко распахнул глаза. Вот оно! Малфой! Сжав в руках хорька, Поттер кинулся к столу. В его голову пришла очередная сумасшедшая идея, возможно самая сумасбродная из всех.

***

Драко проводил взглядом Поттера, который, словно ледокол прошёл сквозь толпу беснующихся магов, выкрикивающих его имя и фанатеющих от него, с гордо поднятой головой. С обеих сторон его держали за руки два мальчишки, одинакового возраста, похожие на него, словно две капли воды. Кто-то посчитал бы Поттера их отцом, но он, Малфой, точно знал, что у героя нет детей, хотя он их очень любит. Один, скорее всего его крестник и кузен самого Драко, а кто второй - оставалось загадкой. Драко тряхнул головой, прогоняя образ Гарри, который ободряюще улыбался детям, игнорируя остальных. Всё такой же мальчишка, не мужчина, но и не ребёнок, который до сих пор ищет своё место под солнцем. Он начал понимать, что заблуждался насчёт Поттера на четвёртом курсе, когда тот оказался участником Турнира. Малфой видел, с каким нежеланием Гарри участвовал в испытаниях, как нелепо он выглядел на фоне других участников, а затем, когда возродился Лорд… На пятом курсе он понял, что Гарри совсем не тот герой, которым его считает пресса или даже его собственный отец. Гарри – его сокурсник, но в отличие от него, у него никогда не было за спиной могущественного и влиятельного, готового убить за него отца, любящей и доброй матери, которая всегда утешит и поддержит. У него не было никого. Он всегда был один, рядом был только тот рыжеволосый придурок-ласка и заучка-грязнокровка, верные, преданные, но не те, на кого он может опереться. Они поддержат, да, прикроют спину, но ни один из них не сможет сражаться с ним плечом к плечу, быть равным, таким же, как он. Но даже такой дружбе он завидовал, искренне завидовал. У него была семья, но у него не было друзей. Был Блейз, вроде неплохой товарищ, но он никогда не мог довериться ему полностью, о Панси и речь не идёт. Товарищи, хорошие знакомые, но не друзья. Всё на свете имеет цену и это была цена денег и могущества рода Малфой. В погоне за ними они утратили слишком многое, лишили своих потомков немалых благ и нужных вещей, людей. Кодекс рода стал для них законом жизни, а ведь кодекс был принят сотни лет назад и не менялся. Зато менялись они, лорды и наследники Малфой. Драко завидовал тому, что Гарри всегда имел право выбора, он мог не считаться ни с чьим мнением и жить так, как хочет. Но лишь после войны он заметил, как глубоко ошибался. За него всё всегда решали другие, и только теперь он мог поступать так, как хочет. Он уволился из Аврората, усыновил крестника, принял титул и забил на общественное мнение – только сейчас он смог быть действительно самим собой. Горько улыбнувшись своим мыслям, Малфой отвернулся и направился в другую сторону. Купив книгу, которую он обещал, Драко отошёл в проулок и аппарировал в мэнор. Едва исчез аппарационный вихрь, детские руки обняли его за бёдра, а детское тело врезалось в его ноги, уши заложило от громкого вопля. - Папа! – наклонившись, Драко подхватил сына на руки и, подняв его, прижал к своей груди. Руки Скорпиуса обняли его за шею, детское лицо сияло от радости. – Ты купил? - Купил, маленький чертёнок, неужели я мог бы забыть о том, что обещал тебе купить книгу? - Почитай! – детские ладони обхватили лицо Драко и умоляющие серые, как его собственные глаза, посмотрели на него. - Идём, - Малфой пошёл в гостиную. Сев в своё кресло, он усадил сына на руки и раскрыв книгу, начал вслух читать. Скорпиус Гиперион Малфой родился через год после войны. Брак с Асторией Гринграс помог ему и его родителям избежать суда и Азкабана. Брак с нейтральной семьёй позволил его роду обелить своё имя и репутацию. Отец не спрашивал его мнения, чего он хочет, о чём мечтает – его просто поставили перед фактом. И он снова повиновался воле лорда Малфоя, склонил голову и сделал то, что от него требовали. Драко ничего не чувствовал по отношению к супруге, а вот в родившемся сыне души не чаял. Маленький Скорпиус стал для него центром мира, смыслом его жизни и он многое понял о своём отце. Но понять, не значит принять. Укачивая на руках сынишку, которому было тогда от силы пара дней, он понял, что не вынудит его жениться в угоду роду, не поставит интересы рода выше желаний сына, он не поступит так, как поступил с ним его собственный отец. Он не заставит его идти против самого себя, переступить через свои желания и мечты, наступить на горло собственным принципам и предпочтениям. Драко с содроганием и омерзением вспоминал ночи, проведённые с женой. Отец ведь даже не поинтересовался, нравятся ему парни или девушки, а после это уже не имело смысла. И он смирился, стерпел, наступил себе на горло, переступил через себя, всё ради этого солнышка, что сейчас мирно сопело во сне, положив голову ему на грудь и цепко держась пальчиками за тёмно-синюю мантию. Драко отложил книгу в сторону и, удобнее обняв сына, направился с ним наверх. Он уложил Скорпиуса в кроватку и укрыл его, положил рядом с любимую игрушку сына – зелёного единорожка. Он любил проводить с ним время: играть, укладывать спать, будить по утрам, читать книги, гулять и просто сидеть рядом у костра. Сынишка любил разговаривать, он тараторил постоянно и Драко с улыбкой слушал сначала непонятный детский лепет, а затем логично построенные предложения. Только с рождением сына, став отцом, Драко наконец-то стал мужчиной. Он стал проявлять характер, идти против отца. Он понял, что не позволит растить сына так, как его отец растил его самого. Да, Люциус любил сына, с этим нельзя поспорить, но его методы воспитания… Драко решил сам воспитать сына, вырастить его таким, чтобы он смотрел в глаза людям открыто, честно, чтобы познакомившись с незнакомым мальчишкой, не оскорблял его и его окружение, а попытался быть самим собой, а не носителем славного имени Малфой. Первая встреча с Поттером… Как же глупо он себя вёл тогда, был настоящим засранцем, по другому не скажешь, он не раз жалел о своём поведении и подколки Поттера были способом отомстить за то унижение. Глупо. Поцеловав сына, Драко направился в кабинет. Дел как всегда было невпроворот, а гора бумаг росла день ото дня. Люциус, заявил, что раз он достаточно взрослый, чтобы быть отцом, то и с делами рода справится. Лорд Малфой переписал на него часть семейного бизнеса, дом в горах Шотландии и оставил со всем разбираться. Поначалу было непросто, его хоть и многому учили, но теория и практика – вещи совершенно разные. Но он справился. И первым его самостоятельным решением был развод с Асторией. Та, надо признать, была только рада избавиться от навязанного ей мужа и вскоре после рождения сына укатила в солнечную Италию, где вскоре вышла замуж за некоего Лоренцо Мартелло и у них вскоре родился сын, кажется, ему сейчас около полугода. За работой Драко и не заметил, как пролетело несколько часов. Отвлёк его от дел стук в окно. Прилетела незнакомая сова с письмом в клюве. Малфой нахмурился, он не ждал писем, а почтовых сов с корреспонденцией по работе он знал. Поднявшись, он подошёл к окну и открыл его. Птицы села на подоконник и протянула ему письмо. Отдав почту, сова тут же улетела. Драко покрутил пальцами кусок бумаги. Защита вокруг мэнора не пропускала внутрь вопилеры и почту, посылки, с наложенными чарами – только письма, написанные чернилами без капли магии. Поджав губы, не увидев имени отправителя, он сломал показавшуюся знакомой гербовую печать, и открыл письмо. Внутри оказался сложенный пополам листок бумаги – белый, тонкий, он знал, что такие обычно используют грязнокровки или полукровки, выросшие в мире маглов. Драко недовольно нахмурился и скривил губы: дорогой конверт, тиснённая гербовая печать никак не вязались с бумагой. Кто мог прислать подобное? Приподняв бровь, он раскрыл письмо и начал читать. «Привет, Малфой. Уверен, ты удивишься, когда поймёшь, кто написал это письмо. Не знаю, захочешь ли ты его читать или просто выбросишь в мусорное ведро. Чёрт, прости, забыл, что ты всегда сжигаешь письма. Уверен, ты будешь надо мной насмехаться, смотреть свысока, кривить свой рот в злобной ухмылке, язвить и подначивать меня, но ты единственный, к кому я могу обратиться. Ты как никто другой знаешь, что значит быть известной личностью, попадать под вспышки колдокамеры и быть на виду. Но, несмотря на всё это я знаю, что семья Малфоев как никто другой умеет защищать то, что принадлежит им, также я знаю, что семья для тебя превыше всего и ты пойдёшь на всё, чтобы защитить сына. Я знаю, потому что готов поступить точно так же. Я видел тебя сегодня, видел твой взгляд. Твои глаза не горели привычными мне злобой или насмешкой, я видел удивление и некое сожаление, может даже тоску. Готов извиниться, если мне это только показалось. Однако именно из-за твоего взгляда я рискнул написать это письмо. Мне нужна помощь мага, рождённого и воспитанного в магической семье, верной традициям и правилам мира магии. У твоей семьи есть немало тайн, и я не прошу их открыть, я прошу помочь. Я многое узнал после войны, особенно после получения титула, но я знаю, что есть львиная доля знаний, которые передаются только от отца к сыну и не знали бумаги или пергамента, не были никогда написаны пером. И это ещё не всё. Если ты до сих пор читаешь это письмо, то я прошу прощения, что так долго кружу вокруг да около, но я просто не могу ясно выразить свои мысли. Особенно в письме. Ты, наверное, знаешь, что я принял недавно несколько титулов, а значит заботу о нескольких родах. Но я понятия не имею, что мне со всем этим делать. У меня не было ничего, а теперь появилось состояние, титулы, бизнес, и я не знаю, как всем этим управлять, что от меня требуется. Точнее, я представляю себе, но понятия не имею каким образом. У меня не так много друзей и никто из них не может мне помочь в этом вопросе. Я прошу тебя оказать мне услугу. Если не хочешь услуги, но согласен на сделку, я готов заплатить тебе за помощь. Я не останусь в долгу и готов пристать почти на любую цену. Я хочу только сохранить всё то, что у меня есть теперь. Больше мне ничего не нужно. Искренне надеюсь, что ты всё же прочтёшь письмо. Жду твоего ответа, а если не хочешь, не отвечай. Это тоже ответ. Г. П.» Драко во все глаза пялился на это письмо. Это сон? Или он бредит? А может кто-то подлил ему зелье иллюзий? Как такое может быть, что ему написал сам Гарри Поттер? Ему, Драко Малфою, вечному сопернику, неизменной занозе в заднице, тому, кто отравлял его жизнь на протяжении многих лет. Драко был в растерянности и сначала собирался действительно сжечь письмо, а затем пальцы разжались, и письмо спланировало на деревянный подоконник, а серые глаза стали серьёзными и задумчивыми. Он поднял письмо и снова пробежал его глазами. Гарри просит его оказать ему услугу, просит помочь. А ведь он мог потребовать от него и Малфой не смог бы отказать, у него ведь долг жизни. Но Гарри просит. Только сейчас Драко понял, как же он был не прав, как заблуждался насчёт Гарри. Ха, Герой, да не смешите его. Герои себя так не ведут, не Поттер. Решение было принято почти сразу. Сев за стол, Драко черканул несколько строк и, запечатав конверт гербовой печатью, призвал эльфа, приказав тому отправить письмо. Он откинулся на спинку кресла и посмотрел в окно. Они оба выросли, и Поттер, и он сам уже не те мальчишки, что обзывались и ссорились в школе, оба – взрослые состоятельные маги, отцы и просто рассудительные мужчины. Пора переступить через прошлое и доказать в первую очередь самому себе, что он действительно вырос, что больше не прикрывается отцом. На губах помимо воли появилась ухмылка: всё же Поттер сделал первый шаг, сам попросил его, сам написал, а значит, честь и самолюбие Малфоев не пострадало. И всё-таки, Гриффиндор – это диагноз.

***

Драко нервно крутил в руках чашку кофе, поглядывая на дверь ресторана. Он сам назначил встречу Поттеру в этом месте, сам согласился поговорить с ним, а теперь нервничает, словно хаффлпафка перед первым свиданием. Малфой сделал бесстрастное лицо и пригубил обжигающе горячий напиток, отдающий горечью. Что самым первым приходит на ум при слове «герой»? Скорее всего, что идёт речь о человеке со сверхспособностями, возможностями, силой, властью, красотой, деньгами; то есть о человеке, который выделяется среди других, который поднялся на ступень выше от остальных. Можно ли назвать Гарри Поттера самым особенным? Разумеется, нет. Да, он личность, и он не похожий на обычного прохожего, у него есть то, что выделяет в нём лидера, вожака, независимого и храброго воина. Но можно ли его назвать воином? Что значит воин? Человек, что борется, сражается с врагом, боится, но демонстрирует настоящую храбрость, когда это нужно, и когда от его выбора, поступка зависят судьбы других. Воин думает, что сделать, куда идти и где не останавливаться, он отличает врагов среди друзей, пытается решить проблемы и не избегает их в дальнейшем. Всё это осознаёт и делает каждый человек на протяжении своей жизни. Значит, каждый из нас является воином. Одни продолжают идти против течения, другие же решают плыть за ним. Гарри Поттер – боец, что идёт до самого конца, не сдаётся, он не прячется в угол, а смело смотрит в глаза опасности. Вся жизнь Гарри заставляет понять, что на каждого сильного найдётся ещё сильнее. Тёмный лорд, Пожиратели – это символы зла, то, чем пугали детей ночами. Лорд – монстр, говорили маги, он сжигал и пожирал всех, кто встречался на его пути. Одной из этих жертв, что попала в когти хищника, что съедает живьём, стал Гарри Поттер. Он не просто жертва, он мишень Лорда, за ним сильнее всего охотились, его пытались убить Пожиратели. Тёмный Лорд снова и снова пытался покончить с ним, но всё же Гарри удавалось выживать раз за разом. Выжил он и после последней битвы. Ничто не смогло помешать Поттеру убить Лорда. Не зря в его венах течёт кровь Певереллов, Поттеров, Блэков. В нём из поколений предков заложено стремление к свободе, жизни, к попыткам раз за разом бросать вызов судьбе. Гарри выжил после Авады, поразившей его прямо в грудь, не раз, но три. Он был готов умереть, чтобы спасти других, чем прятаться и дрожать от страха, подставляя других магов. Этот поступок демонстрировал его храбрость, самопожертвование, но вместе с тем и безрассудство. Хотя его можно понять: если бы он не пришёл сам, умерли бы другие – медленно, мучительно, страдая и воя от боли. Лорд Волдеморт, маг по имени Том Реддл… Палач и убийца. Он замучил и запытал десятки и сотни невинных тел и душ, бездумно следуя своим желаниям. Но даже такой безумец боялся. Боялся смерти, боялся Поттера. Он боялся человека, который мог уничтожить его, который имел силу, превосходящую его собственную. Драко знал, что Лорд действительно боялся Поттера и в то же время восхищался им, зависел от него. Ничто не могло сломать Гарри и поколебать. Он твёрд в своих взглядах и убеждениях, он будет сражаться до последнего за тех, кто дорог ему. Драко помнил тот роковой день, помнил жар Адского пламени, что уже лизал ему пяты. Он помнил, как появился Гарри: поцарапанный, истощённый, худой, как палка, он кинулся к нему, протянул руку и спас его из пылающего помещения. Кто-то скажет, что это счастливый случай, кто-то, что желание любой ценой победить, выжить, спастись. И то, и другое будет чистой правдой. Ведь, как известно, всегда везёт храбрым и безрассудным. Этим поступком Гарри показал импульсивность и безрассудство, он, не раздумывая, не тревожась о себе, о том, что может пострадать сам, рискнул и спас их обоих. В который раз в тот день он выиграл бой не на жизнь, а на смерть. Но Тёмный Лорд снова поймал его, сыграл на его чувстве долга и любви к другим. И выманил его. Лорд, найдя жертву, решил идти до конца и убить мальчишку, который мог уничтожить его самого. Они снова встретились в бою. И снова победителем вышел Поттер. Это показало Драко, что можно победить монстра, сильнее себя, бросить вызов судьбе, которая, вне сомнения, примет его. Человек должен отвечать за свои поступки. Это, и долг Героя, Избранного, стали причиной гибели Лорда. Драко убедился, что Поттер – герой, и это не просто слово, это его суть, не из-за силы, не из-за способностей и достижений, а просто потому, что он – это он. В голову закралась мысль, что из Поттера вышел бы идеальный главный герой какой-нибудь приключенческой книги. Это была бы книга о храбрости и чести, сообразительности и трудолюбии, настойчивости и воле к победе, об искренней дружбе и истинном бескорыстии и самопожертвовании. Эта была бы книга о человеке, который сумел возвыситься над другими, стать лучшим, и первым среди равных. А ведь Поттеру было всего семнадцать тогда. Он убил монстра, отравляющего жизнь Драко, когда он сам дрожал от страха за свою жизнь и жизнь родителей. Гарри тоже дрожал, но упрямо сражался и не опускал палочку. Откуда в нём это? Когда Поттер стал таким? Негромкое «Малфой», произнесённое рядом, вырвало из раздумий. Вздрогнув, Драко повернул голову и увидел Поттера, который стоял рядом с ним. - Поттер, - хрипло, на грани слышимости выдавил из себя Драко. Это всё, на что его хватило в тот момент. Серые глаза на мгновение встретились с зелёными и оба застыли, словно время остановилось. Они встретились годы спустя и теперь, смотря в глаза напротив, пытались понять, насколько изменился другой, насколько изменился он сам. Выросли ли они? Изменились ли? Гарри глубоко вдохнул и, не разрывая зрительный контакт, сел на стул напротив Драко, вынудив того поворачивать голову вслед за его движением. Очередной глубокий вдох и он шагнул в пропасть, снова оправдав выбор шляпы, отправившей его на Гриффиндор, и снова ринулся вперёд. - Привет, Малфой.