Герой для...

Гарри проснулся резко, словно от толчка, и сел в кровати, бешеным взглядом обводя полутёмную комнату, что освещалась только светом луны, да углями из догорающего камина. У него кровь стыла в венах, но Гарри не был уверен, что было тому причиной: дурной сон или ощущения близящейся опасности. Что-то должно было случиться, он чувствовал это всем нутром, магией, что просто натянутой струной вибрировала внутри. Гарри заставил себя несколько раз глубоко вдохнуть и выдохнуть, потом посмотрел на Драко, что спал, крепко обнимая подушку, спрятав в ней лицо. Бесшумно встав с кровати, Поттер подошёл к окну и выглянул в ночную тьму за стеклом. На душе было погано и тоскливо. Гарри вспомнил, что последний раз просыпался в таких путанных чувствах, когда срабатывала его связь с Волдемортом. Подобное пробуждение было явно не к добру. Он приготовится и встретит предстоящую опасность лицом к лицу, он будет готов. Ушлый луч луны колдовским светом отразился в глазах мага, ставшими пресловутого цвета Авады. Кто-то умрёт. И Гарри дал себе слово, что приложит все усилия, убьёт сам, но не допустит смерти кого-то из близких и дорогих ему людей. Хватит, он потерял уже достаточно. На следующий день Гарри старался вести себя как обычно, но Драко и Северус слишком давно знали его, чтобы не заметить его беспокойство, а сыновья как всегда всё чувствовали, их не обмануть вымученной улыбкой. Но все понимали, что он ничего не скажет, пока сам не захочет, его упрямство стало притчей во языцех. Мальчишки вытащили взрослых в сад и под их бдительным взором летали на детских мётлах — все трое словно были единым целым с мётлами, страха не было и в помине, а вот озорства и азарта с лихвой. - Потти! - послышалось такое знакомое за спиной и Гарри быстро развернулся. В паре метров от него стоял Малфой с двумя мётлами в руке, а во второй Поттер заметил золотистые крылышки снитча. - Ты не забыл, как держать метлу в руках? - Проверим, Малфой? - протянул фамилию Гарри в лучших традициях самого Драко. Маги взмыли в воздух и юркий снитч тут же сорвался с ладони Драко. Почувствовав бьющий в лицо тёплый ветер, Гарри словно очнулся, наконец-то забывая о дурном предчувствии. Они, словно школьники, носились за снитчем, выполняя разные финты, а то и просто гоняясь друг за другом. С земли слышались крики поддержки от сыновей, которые с восторгом и горящими глазами смотрели на дурачества взрослых. - Эй, башка со шрамом! - Гарри с улыбкой оглянулся на Драко. - Ты что в балет записался? - серые глаза смеялись, а Поттер словно снова оказался на первом совместном квиддичном матче против Малфоя — как давно это было. - Ах в балет, да? - протянул Гарри. - Сейчас я покажу тебе пируэты! Под крики детей Гарри сделал мёртвую петлю и свысока посмотрел на Драко, а тот только рассмеялся в ответ. Словно по мановению волшебной палочки появился снитч, прямо перед носом Поттера и тот, протянув руку, поймал его, услышав возмущённый вопль Малфоя. - Вот теперь точно, как в Хогвартсе, - Гарри весело рассмеялся и шустро рванул вперёд, улетая от разъярённого блондина. Дни были наполнены работой с документами, детьми и простыми бытовыми вещами, которыми жил каждый человек. Но все взрослые чувствовали возрастающее напряжение, буквально витающее в воздухе. Первым звоночком стала серия статей об Избранном Герое и всё бы ничего, если бы между делом журналисты не прошлись по его родам, напомнили магическому миру, что не все они светлые. Напомнили, что он был равным по силе самому Тёмному Лорду и даже победил его в честной дуэли. Магов планомерно подводили к размышлениям о том, как у него получилось это сделать, почему он настолько силён и почему в последнее время начал совершать нетипичные для него поступки. Некоторые маги тут же начали припоминать все прошлые поступки и проступки Избранного, и Гарри даже показалось, что он снова окунулся во времена четвёртого и пятого курсов. Но сильнее всего пугало то, что всё это могло обернуться плакатами с надписью «Нежелательное лицо №1». Поттер как никто знал, насколько переменчивое мнение толпы и как легко им управлять, особенно опытному кукловоду, который умеет мастерски скрываться за кулисами и вовремя дёргать за нужные ниточки. На очередной приём Гарри шёл с неохотой, левой пяткой чуя, что это всё неспроста. Драко тоже был приглашён на этот раут, но они решили прийти порознь, не желая добавлять сплетен народу, как будто их и без того мало. Вспышки колдокамер окружили Поттера, стоило ему только шагнуть за порог. К нему тут же поспешили высокие шишки из Министерства и ему пришлось натянуть на лицо маску равнодушной вежливости. Надо признать, эта маска была одним из самых полезных умений, которым его обучил Драко. Вопросы сыпались градом, он умело давал ответы на безвредные и ловко увиливал от каверзных ловушек особо ушлых политиканов. Гарри начало казаться, что у него на шее медленно, но уверенно затягивается петля, что пространство вокруг него сужается, загоняя его в угол. Его снова пытались заманить на работу в Министерство, пытались выудить ответы касательно его нынешней деятельности в роли Лорда, тщательно пытались раскопать хоть что-то о его детях и личной жизни. Его отношения с Драко не были тайной, но подробности тщательно скрывались. И многим хотелось узнать больше, чем он готов был рассказать. Было ужасно сложно следить за каждым своим словом, держать маску на лице и не проявлять ни грамма лишних эмоций на лице, в движениях, позе. Гарри понял, каким дураком был в школе и после неё, его же тогда можно было смело читать как открытую книгу и привирать, он не умел играть и притворяться. И на этом не единожды играли его недруги. Теперь всё поменялось, но ему было далеко до того же Драко, который, казалось, впитал все эти умения и привычки с молоком матери, гораздо сложнее было увидеть настоящего его под этими шарами масок. Но Гарри научился видеть настоящего Малфоя подо всей это шелухой. Поток почты и посылок увеличился и Гарри закрыл поместье наглухо. Однако пришлось что-то придумывать, ведь среди мусора были и рабочие письма с документами. Драко первым понял, что дело нечисто — у него чутьё было на подобное, нюх на чужие афёры и интриги, как и у любого Малфоя. Он умел быстро ориентироваться в ситуации и складывать дважды два. Драко понял, что их враг начал действовать: скрытно, исподтишка, решив загрести весь жар чужими руками. Уверенность пришла после письма, на которое было наложено проклятие. Все посылки проверялись на чары, но вот зелье, которым была покрыта бумага, они не углядели. Леча ожоги на ладонях Гарри, Снейп с восторгом и садистским удовольствием прочёл лекцию Поттеру и Малфою, костеря их на чём свет стоит, сравнивая их умственные способности со способностями глизня, помесью соплохвоста с пикси. Также их навыки, вернее их полное отсутствие, сравнивали с другими магическими существами и сравнение явно было не в пользу магов. Юное поколение зачарованно внимало резкому и хрипловатому голосу зельевара, мало понимая в рецептуре зелья и зоологии, но восторжённо слушая его монолог. Найти виновника не представлялось возможным, все ниточки тут же обрывались, стоило за них потянуть. Последней каплей стали отчёты о финансовом положении предприятий родов Поттер и Блэк — кто-то намеренно наносил ущерб его состоянию, плетя интриги и проворачивая махинации. Состояние предков начало утекать словно вода между пальцев. Подозрения превратились в уверенность: злоумышленники не остановятся на достигнутом и сделают всё, чтобы уничтожить его. Интуиция Гарри сделала стойку и он понял: скоро грядёт взрыв. Пальцы подрагивали, пока Поттер застёгивал рубашку. Дыхание с хрипом вырывалось из груди. Рядом возле камина Тедди и Коул игрались, передвигая движущиеся фигурки зверей. Их задорные голоса и заливистый смех немного успокаивали его, хотя внутри всё туже сжималась пружина напряжения. Скоро должен прийти Драко и они отправятся на очередное собрание. Их попытка изменить что-то в магическом мире через «Священные двадцать восемь» провалилась. И в связи с последними событиями, Поттер не был удивлён этому. Теперь всем заправлял совет Лордов, ведь именно в их руках было сосредоточено едва не три четверти всего состояния мира магии. И среди лордов появился наследник какого-то древнего рода, которых пробудил давно спящее наследие и которому раскрыли двери запечатанных хранилищ с нижнего уровня Гринготтса. Малфой предположил, что такой ажиотаж мог развернуться только вокруг наследника рода, который давно считается прервавшимся. И этот род знатен и могущественен, раз информация о наследнике ещё не просочилась в прессу. Этого мага уважали. Или боялись, как разумно предположил Гарри. Благодаря связям Малфоя он узнал, с кем встретится: Дермот Стюард. Если словам его поверенного в Гринготтсе можно верить, то он пробудил сейф рода Морриган, который считался давно прерванным. Гарри ждал и боялся встречи с этим человеком. Он не просто чувствовал, он знал, что его враг наконец-то решил открыть своё лицо. - Эй, - прохладная ладонь Драко накрыла подрагивающие пальцы Гарри. Малфой повернул лицо Поттера, вынуждая того посмотреть ему в глаза. А он ведь даже не заметил, кода тот пришёл. - Что бы ни случилось, ты будешь там не один. У тебя есть я, помнишь? Ты победил самого Лорда, что тебе какой-то аристократишка? - надменно выдал Малфой. Не выдержав, Гарри негромко рассмеялся, чувствуя, как становится буквально легче дышать. Драко прав, он больше не один. Палата Лордов сверкала, если можно так сказать: её явно вычистили до мелкой соринки, столы были лакированы и расставлены в соответствии с положением лорда, которому они были отведены. Чем древнее и чистокровнее род, тем более важное место ему отводилось, тем искуснее было сделано кресло лорда. На спинке были выжжены гербы родов, чьи лорды занимали соответствующее кресло. У Гарри их было целых три. Когда все присутствующие заняли свои места, Гарри устремил свой взгляд на главного виновника сегодняшнего собрания: через два кресла от него сидел мужчина лет тридцати пяти, у него были каштановые волосы, жилистая фигура, дорогая одежда, перстень главы рода. Но это всё Поттер отметил мимоходом, стоило ему встретиться взглядом с карими глазами мага: шрам на лбу противно заныл, словно снова появилась связь с Лордом. Но ведь он давно мёртв! Или нет? Внутри всё заледенело. - Добро пожаловать, уважаемые лорды, - лорд Саймон Рочестер взял слово, как и полагается главе совета Лордов. Не все из лордов были так имениты, как «Священные двадцать восемь», но у них были титулы и деньги, состояние и родня, которыми могли похвастаться далеко не все из «Священных..». Они были теми, кто имел на сегодняшний день реальную власть и золото, были теми, кто мог диктовать свои условия Министерству. Если бы захотели. - Магический мир терпит существенные изменения, ведь после войны непременно следуют перемены. Каждое поколение привносит что-то своё в существующие традиции и порядки. Но порой нужно напомнить магам и давно позабытое старое. Отрадно слышать о возрождении родов, которые считаются давно прерванными. Так среди нас есть лорд Певерелл, - Рочестер и Поттер обменялись кивками. - Недавно нам посчастливилось узнать о возрождении рода Морриган. Спустя многие поколения мы снова видим лорда этого древнего чистокровного рода, - Дермот Стюард вежливо поклонился, став объектом пристального внимания остальных магов. Гарри заметил взгляды некоторых из присутствующих: в них горела фанатичная преданность с долей страха. Он помнил эти взгляды: так смотрели на Лорда Малфои, когда тот был хозяином в их мэноре. Но были и взгляды, которые говорили, что их обладатели будут следовать за своим лидером куда угодно. - Скоро будут проводиться выборы нового министра магии и уверен, многие поддержат меня в том, чтобы кто-то из Лордов занял этот пост. Думаю, пора полукровкам уступить место нам. Изменения это, конечно, хорошо, но они не должны быть во вред. Уверен, не я один придерживаюсь такого мнения. Что скажете? Лорды Блэр, Синклер? Гарри был ошарашен и опустошён. Неужели история повторяется? Но почему все так спокойны и никто не замечает ничего подозрительного? Неужели никто не уловил схожесть речи Рочестера и Волдеморта? Напряжённая спина Теодора Нотта и Невилла Лонгботтома говорили о том, что не он один заметил схожесть. Пальцы Драко были судорожны сжаты на подлокотниках его кресла. Почему никто не возразит? Почему все молчат? «Идеи Тёмного Лорда были стоящими и интересными. Он трезво видел недостатки мира магов, видел, куда катится волшебный мир и понимал, что нужно это изменить. Изменить политику, стать лидером той силы, что изменит всё. Но он выбрал путь силы и в этом была его единственная ошибка. Вебери он путь политики и золота, и он добился бы больших успехов, возможно, он стал бы величайшим министром за долгие годы», - Гарри вспомнил слова Северуса о Лорде. «В конце концов, он совершал великие дела. Ужасные, да, но великие», - Олливандер сказал ему это много лет назад. И только теперь Гарри понял, что всё это значит. Лорд жив, у него так же есть сторонники, только в этот раз полем битвы будет не Хогвартс, а политика. Он хочет стать Министром магии и на законных основаниях править магами. Он уже заручился поддержкой совета Лордов, не все на его стороне, но многие. Здесь не обойдёшься простой Авадой или Экспелиармусом. Но Поттер не может просто встать и объявить миру, что за личностью Дермота Стюарда скрывается Тёмный Лорд, да и доказательств тому нет: лишь его шрам, да собственные наблюдения и выводы. Гарри и Драко переглянулись, кажется, они снова нашли приключения на свои головы.

***

- Ты уверен? - Снейп смотрел мрачно, но решительно. - Метка исчезла и не появлялась. - Я уже ни в чём не уверен, - Гарри в растерянности взлохматил волосы, и без того уничтожая жалкие остатки причёски. - Мой шрам отреагировал на него, да и интуиция просто вопит. Но больше ничего нет. - Я бы не был в этом так уверен, - в гостиную величественной поступью вошёл сиятельный Люциус Малфой собственной персоной. Гарри замер, удивлённо глядя на бывшего Пожирателя. - Драко вызвал меня и я не могу отказать сыну. Семья превыше всего, - это был негласный девиз рода Малфой, менялось всего одно слово, хотя, Драко утверждал, что именно «семья» крылась за пресловутой «чистотой». Но это было сейчас неважно. - Если есть хоть малейший шанс, что Лорд жив, он не даст жить спокойно тем, кто предал его. А мы стали предателями, переметнувшись на сторону победителя, тем более, ни для кого не секрет ваши отношения с Драко, - Гарри кожей почувствовал прожигающий взгляд Люциуса. - Мой сын и внук уже под прицелом, но именно вы — его мишень. И да, я уверен, что вы снова перешли дорогу Лорду, - Люциус бухнул на стол толстый пыльный фолиант, надпись на котором гласила «Природная знать. Родословная волшебников». - Имя нынешнего лорда Морриган — Дермот Стюард. Обратите внимание на имя. Лорд обожал играть со своим именем. Дермот — это части его настоящего имени. Прочитав наоборот мы получим «Томред», думаю, тут всё просто очевидно. Дермот Стюард, потомок Джеймса Стюарда и Изольды Сейр, основательницы школы Ильверморни. Мать Изольды, Риона Сейр, в девичестве носила фамилию Мракс и была потомком Слизеринов. Уильям Сейр, отец Изольды, потомок древнего чистокровного ирландского рода Морриган. Этот наследник действительно существует, но думаю, Лорд стал им после очередного воскрешения. Я понятия не имею, как ему это удалось. - А если допустить, что мы ошиблись и уничтожили не все крестражи? - все взгляды тут же скрестились на Гарри. - Что если я не был крестражем или та же Нагини? Что если дневник был только пробником, но не стал полноценным вместилищем души? Что если их было не семь, а восемь? Ведь восемь — число бесконечности. - Допустим, - Малфой задумался. - В этом есть смысл. Тогда возродить Лорда можно было просто в теле этого наследника и он стал им, даже извлёк выгоду для себя. - Если так, то магической Британии грозит очередная война, - Снейп тяжело вздохнул и спрятал глаза, занавесив лицо волосами. - Ареной он выбрал политику, но это не его поле битвы, - Люциус выглядел на удивление спокойным и собранным. - Он сделал выводы и учёл свои ошибки. Но не стоит недооценивать Поттера. Ты уже победил его, и не единожды. Кажется, это твоя судьба. - Если бы всё можно было решить дуэлью, как в прошлый раз. В этот раз я всё так же не могу объявить миру, что Тёмный Лорд жив, не могу доказать ничего. Поступи я так, и меня объявят сумасшедшим, как было после четвёртого курса. Меня бесит это чувство беспомощности. - Мы победим его на его же территории, - Драко не выглядел как тот, кто опустил руки. Он не был готов сдаться. - Против тебя теперь лорд Дермот Стюард, ты что, спасуешь перед ним? Одним лордом больше, одним меньше. - Один не может жить спокойно, пока жив второй, да? - криво улыбнулся Гарри. Кажется, буря разразилась.

***

В какой-то момент жизнь Гарри слилась в сплошной калейдоскоп событий и людей, он не всегда успевал осознать и переварить произошедшее. Кажется, Люциус твёрдо решил сделать его министром или на худой конец, главой совета Лордов со всеми полномочиями. Сначала Поттер ещё пытался сопротивляться и барахтаться, но позже смирился и просто плыл по течению. Драко помогал отцу, как мог, а при поддержке Снейпа... Эта была настоящая война. К делу подключили и тех из «Священных двадцати восьми», кто уже выступил на стороне Поттера. Молодое поколение магов было на стороне Гарри, они знали, на что он способен и выбрали свою сторону. Гарри был бойцом до мозга костей, предпочитая действовать, чем составлять планы, Драко же был стратегом, но умеющим сражаться на поле боя. Поттер привык играть открыто, а Малфой скрытно, в тени, не проявляя всего себя. Однако шляпа не зря хотела отправить Гарри на Слизерин, он умел меняться, приспосабливаться и учился сначала думать, а потом действовать, учитывать сначала свои интересы. Малфои с удивлением наблюдали за тем, как прямолинейный знакомый им Поттер, становится более прозорливым, скрытным, а главное уверенным. Он наконец-то стал своим в волшебном мире. Трое сорванцов, в народе именуемые наследниками, стали отдушиной для Джорджа. Тот с радостью присматривал за ними, но вместе с тем, он успевал помогать и Гарри, чувствуя себя живым и нужным кому-то. Поттер начал замечать, что Уизли стал больше улыбаться, почти не пил и снова начал напоминать себя прежнего. Он знал, что таким, как раньше, Джордж уже не будет, но тот снова начал жить настоящей жизнью и это было самым главным. Время шло, мир менялся, менялись люди и Гарри с удивлением понял, что перстни на руках больше не мешают, что шейный платок уже не душит, а Снейп и Малфои стали настоящей семьёй, приняли, как своё дитя. Несмотря на шаткость его положения и разгорающуюся войну с Лордом, Поттер чувствовал, что находится на своём месте. Теперь он ясно осознал, к какому миру он принадлежит. Всегда принадлежал, просто отказывался понять и принять это. Семейные ужины после тяжёлых и напряжённых дней в кругу близких были отрадой. Словесные баталии и политические махинации со сторицей компенсировались Драко долгими жаркими ночами. Они не давали друг другу обещаний и клятв, они просто были вместе, стояли плечом к плечу перед всем миром. И это говорило о чувствах яснее любых слов. Гарри знал, что Драко не станет к нему хуже относиться, что он знает о его слабостях, о его тайнах и той боли, что он прячет глубоко внутри. О сожалениях и потерянных возможностях. Знает и принимает вместе со всем его грузом прошлого и недостатками. И только за всё это Гарри готов был жизнь отдать за Малфоя. Засыпая ночью в кровати, цепляясь объятиями за Драко, Поттер не страшился завтрашнего дня, живя каждым мгновением настоящего и только надеялся, что в будущем дорогие ему люди будут рядом и будут счастливы. Тучи над их головами сгущались, напряжение всё возрастало. Но Гарри впервые за долгое время был по-настоящему счастлив. И это пугало. Счастье не может длиться долго. Выбравшись из крепких, но нежных объятий Драко, Поттер тихо надел халат и вышел на балкон. Нарастающая луна в небе заставляла тьму внутри него беспокойно ворочаться, но он привык к этой части себя, принял и просто считал её данностью. Сколько изменилось за последние месяцы: враги стали друзьями, погибший злодей вновь ожил, отщепенец стал настоящим лордом, Герой стал политиком. Израненное сердце начало исцеляться и он понял, почему стоит жить. Он не был поэтом или даже просто писателем, хотя и научился плести словесные кружева, но боялся говорить, помня, что счастье любит тишину. Будущее пугало, но он находил в себе силы радоваться каждому дню и пытаться прожить его так, чтобы не было о чём сожалеть. - Замёрзнешь, - руки Драко обняли его, прижав спиной к чужой груди. - Не можешь спать? - Угу, - промычал Гарри, откидывая голову на плечо Малфоя. - Ты знаешь, смотря на небо, теряясь в звёздах и созвездиях, я и мечтать раньше не мог о том, что когда-то полюблю тебя, - Гарри поспешил ладонью накрыть губы Драко, не давая тому сказать и слова. - Молчи, не говори ничего. Ты был мне противником, а стал моим, просто моим человеком. Сегодня ночью мы здесь вдвоём. И я благодарен Богу, Мерлину, всем, за то, что я жив. Я надеюсь, что когда-нибудь, люди начнут заботиться друг о друге, что снова начнут ценить любовь и не останется места для лжи. Надеюсь, что люди научаться щедрости и переступят через свою гордость, и именно в тот день они обретут бессмертие. Ведь смысл не в том, чтобы жить вечно, а жить так, чтобы всё было не зря. - Под бескрайним небосводом мы так ничтожны, - Драко убрал ладонь Гарри, и прижался губами к чужой шее, согревая своим дыханием, вызывая сонм мурашек. - Если бы люди имели другие ценности, если бы все любили, как мы с тобой, только представь, каким бы стал мир! - Да ты романтик, - Гарри негромко рассмеялся, а затем замер, осознав истинный смысл слов Драко. - Мы? - Ты иногда такой тупой гриффиндорец, - Малфой негромко рассмеялся, а после развернул Гарри лицом к себе и жарко поцеловал, действиями доказывая истинность своих слов. Шторы шелохнулись, пропуская любовников в полумрак комнаты. Их чувствам не нужны были свидетели. Если бы мир в действительности не был таким равнодушным, всё могло бы быть совершенно по-другому... Утром поместье содрогнулось от крика, полного страха и паники. Гарри тут же кинулся к источнику и обнаружил сидящего посреди своей кровати зарёванного Коула. Тот судорожно цеплялся за свою любимую мягкую игрушку, а кровать Тедди... Была забрызгана кровью, на подушке лежал лист бумаги с парой строк. Кровь застыла в жилах Гарри, сердце на миг остановилось: его сына похитили. «Мнишь себя всемогущим? Тогда найти сына для тебя не составит труда. Но поторопись, полнолуние уже скоро». Подписи не было, не было требований о выкупе или чего-то подобного. Но Поттер и не ждал этого. Он знал, кто стоит за этим, знал наверняка и готов был убить его. Тёмная тварь, которая с недавних пор сидела внутри груди, жадно подняла голову и оскалила пасть. «Трепещите враги наследника!» - Волдеморт выбрал верные слова. Только теперь пришла его очередь трепетать. Гарри не пощадит никого, кто посмел посягнуть на его сына и наследника. Лорд хотел войны? Он получит бойню и не выйдет из неё живым. В прошлый раз он ошибся в выборе пути для достижения цели, в этот раз посмел посягнуть на неприкосновенное. Рык чудовища вырвался из груди Гарри и даже бывшие Пожиратели, которые уже оказались внутри комнаты, дрогнули. Ни один из них не усомнился в том, что Тёмный Лорд поплатится за свои преступления. Пальцы Поттера судорожно вцепились в Старшую палочку, пропуская сквозь себя поток чистой незамутнённой силы: им предстоял бой. Бой не на жизнь, а на смерть. Крепко обнимая и утешая испуганного Коула, Гарри мысленно составлял план действий. Он справится, обязан. Скоро Тедди вернётся домой.