Часть 9
28 мая 2016 г., 17:36
— Генри, Генри, вставай, сладкий. — громко шептала Реджина, пытаясь разбудить его. Она решила сейчас погрузиться в работу с головой и как можно меньше думать об Эмме Свон, ожидая их вечернюю встречу, которая, она надеялась, все разъяснит.
Генри открыл глаза, волосы на его голове были растрепаны.
— Уже утро? — спросил он, потирая глаза.
— Да. — кивнула Реджина, открывая шторы. — Снежка и Девид довольно поздно тебя привезли прошлой ночью. Как прошел ваш праздничный ужин?
— Круто. — по утрам Генри был не многословен.
Идя против своих лучших инстинктов, Реджина не могла не спросить.
— Как так… Эмма не привезла тебя вчера домой?
— Я тоже спросил у нее, но она сказала, что увидится с тобой сегодня, и она не хочет давить, что бы это не значило. Вы, ребята, правда собираетесь встретиться сегодня вечером?
Реджина открыла рот, но сразу же закрыла его. Она была удивлена прямотой Генри, хотя, на него так повлияла другая его мама, поэтому она не должна удивляться.
— Я не знаю, Генри. — мягко ответила она.
Он вздохнул.
— Она правда, правда сожалеет, мам. Я знаю, что я просто ребенок, но я не тупой. Она скучает по тебе также сильно, как ты скучаешь по ней.
Реджина грустно улыбнулась, глядя на сына.
— Это не всегда так просто. Иногда, это больше, чем…
— А иногда это не так. — прервал он ее. — Я просто говорю, мам. Иногда это не так. Я пойду чистить зубы. — объявил он и, запинаясь, пошел в ванную. Реджина смотрела ему вслед и думала, каким гордым юношей он становится, и как же она была опечалена тем, что его так затрагивают их с Эммой отношения.
— Как закончишь, спускайся вниз. Кажется, ты хочешь вафель этим утром. — сказала ему Реджина, натягивая блузку, и спускаясь вниз по лестнице.
***
Эмма сидела за столом и вертела карандаш между кончиков пальцев. Она искоса поглядывала на часы, которые, казалось, идут в обратном направлении. Три часа дня. Она услышала, как открылась дверь, и навострила уши, надеясь услышать знакомое цоканье каблуков. Ничего. Вместо этого, Руби зашла в офис, держа в руках коричневый бумажный пакет. — Хей, Эмма. — сказала она с немного осторожной полуусмешкой. — Я принесла тебе кое-что. — она подняла пакет. — Хей, Руби. Спасибо. — Эмма протянула руку и взяла пакет, поставив его рядом с собой. — Так… Ты помирилась с Реджиной? — спросила Руби, усаживаясь напротив нее. Эмма подняла брови, ей было неудобно говорить об этом с Руби. Ее не было в списке тех, кому Эмма могла доверять. — Ну же, Эмма. — попросила Руби, с оттенком досады в голосе. — Мы же были хорошими друзьями до того, как… это… произошло. Я не хочу неловкости между нами. Эта просто ошибка, какое-то помутнение разума у нас обеих, и блин, будет отстойно, если это испортит нашу дружбу. Я скучаю. Эмма тяжело выдохнула, глядя в стол. — Я тоже скучаю, Руб-с. Но я теперь чувствую себя странно. И нет, мы с Реджиной не помирились. Она до сих пор так зла на меня. — Ну, лучше злая, чем равнодушная. — Руби пожала плечами. — Ты ей все рассказала? Ну, то, что это я первая начала, да и мы были не в себе? И то, что я очень сожалею обо всей этой стычке тоже? — Да, я все рассказала. Не помогло. Если бы я просто ушла, то я уверена, что все было бы по-другому. — Если хочешь, я могу поговорить с ней. —Господи, нет. Нет. Все будет только… хуже. Но спасибо. Ты хороший друг, когда не пьяная, похоже. Руби усмехнулась. — Ага, ты не первая, кто сказал мне это. Когда вы снова встретитесь? — Этим вечером. Я поеду позже, но я даже не знаю, что произойдет. Не могу перестать пытаться, понимаешь? Я не могу просто отпустить это. — Конечно нет. — сказала Руби, покачав головой. — Я уверена, у вас все получится. Слишком много поставлено на карту. Эмма грустно улыбнулась ей. — Твои слова да Богу в уши, дружище.***
Махнув Генри на прощание, Реджина поняла, как же она благодарна тому, что Снежка и Девид есть в ее жизни. Он здорово развлекается у них, да и ему нравится ночевать здесь. Снежке всегда было приятно, когда Реджина спрашивала, может ли он побыть немного у них, пока они с Эммой побудут вдвоем. Стрелка часов медленно приближалась к восьми, а Реджина уже нервно теребила волосы и ходила по дому туда-сюда. Она, правда, не знала, почему так нервничала. Это, конечно, был не первый их с Эммой серьезный разговор в офисе. Огонь разбушевался, и она поставила два бокала на столик рядом с дверью. Ровно в восемь, вплоть до минуты, Реджина услышала легкий стук в дверь. Она глубоко вздохнула и вышла в коридор. — Привет. — Эмма встретила ее с улыбкой, держа в руках бутылку вина. — Подумала, что мы можем выпить сегодня. Реджина коротко кивнула. — Полностью согласна. — сказала она, указывая на кабинет. — Отлично выглядишь. Эмма удивилась, но обрадовалась. На ней была ее обычная одежда — джинсы и легкий свитер, но она хорошо поработала над своими кудряшками и макияжем. — Спасибо. — прошептала она. — Ты тоже. Реджина натянула улыбку и наполнила рюмки вином. Она дала одну Эмме и села на диван, скрестив ноги. Эмма присела рядом, но не так близко, чтобы они касались друг друга. Тишина наполнила комнату. Эмма откашлялась, чувствуя, что только это может разбить тишину. — Я даже не знаю, что сказать, Реджина. Я не могу сказать, что сожалею. Это только звучит пусто и глупо, но на самом деле, это очень искренне. Все что я хочу — это быть с тобой. Я так сильно скучаю по тебе, что не могу даже четко мыслить. Я жила как в тумане несколько недель, и единственное, что я могу видеть четко и ясно — это ты. — Эмма сделала большой глоток, надеясь, что вино утолит ее желание заплакать. Реджина закрыла глаза на какое-то время. — Я знаю, что ты сожалеешь, Эмма. Честно, вот даже не сомневаюсь. Но я не знаю, смогу ли доверять тебе снова. Ты, наверное, была не в себе и поступила невероятно глупо и по-детски. Почему ты не будешь так реагировать всегда? — Потому что не буду. Знаю, что мои слова кажутся бессмысленными, но все же, вся эта маленькая катастрофа показала мне, что ты, без сомнения, для меня. Реджина, я люблю тебя. Я уже говорила тебе, что мне нужно, чтобы почувствовала это, почувствовала меня. — Эмма поставила бокал на стол и опустилась перед Реджиной на колени. Она крепко взяла ее за руку. — Я чертовски наполнена любовью к тебе, и с каждым разом я наполняюсь ею все больше, я никогда не чувствовала ничего подобного. Если это не истинная любовь, или мы не родственные души, или какие-то другие приторные чувства, которые нравятся людям, то я не хочу этого. Реджина взглянула на лицо Эммы, полное искренности, печали и тоски, и черт подери, это была та самая тоска, которая заставляла Реджину ломаться изнутри, каждая капля злости и обиды тает в этих зеленых глазах, наполненных тоской. Она положила палец на губы Эммы, губы, которые были ее крушением и ее смертью, ее возрождением и ее наслаждением. Реджина снова закрыла глаза.
