Заберите меня отсюда 2 или почему опять я?

С теми самыми мечами, которыми нас снабдил Вейдер, история вышла забавная. Правда, веселилась с нее только я, как всегда, впрочем. Он не собирался нам даже выбора давать, хотя я подозревала, что коллекция тех самых мечей у него о-го-го какая внушительная, если он не только редкие особенные экземпляры собирал, но и трофеи с поверженных. Это, конечно, малость неадекватно, но кто я такая, чтобы судить? Так вот, с коллекцией своей он нас знакомить не собирался, во избежание, уж не знаю чего, разграбления или какого иного стихийного бедствия. Я не то, что за Люка не скажу, даже за себя бы не поручилась. В итоге вручили нам со Скайуокером по рукояти, вроде бы как владейте и пользуйтесь. Моя оказалась на диво увесистой. Это она такая тяжелая чтобы в случае чего просто во врага метнуть? Вроде как последний аргумент. Я уже знала, что рукоятки эти отнюдь не пушинки и весят прилично, в том числе именно из-за этого они у меня из рук и вываливались, ну и видимо из-за того, что руки дырявые. Причем валились из рук они исключительно в самый неподходящий момент, и тогда, когда вроде бы не должны. То есть пока я размахивала мечом и пыталась изобразить нечто удобоваримое и похожее на фехтование, а не на черт знает что, все было вроде бы нормально, а потом вдруг бац и руки уже пустые. Вейдер все же мужик с недюжинным терпением, иначе неясно, как он этакое недоразумение не прихлопнул от греха подальше. Оставалось надеяться, что эта самая не вывалится, хотя с таким весом… Я тут же нажала на кнопочку. Меня раздирало любопытство по поводу цвета. Это же почти как подарок-сюрприз. Впрочем, сюрприза не вышло. Клинок был красным. Ну и фиг с ним, хотя мне желтый больше нравится, просто по цвету. — Он красный, — а вот Люк явно был недоволен. Видимо, пресловутое подсознательное местных жителей. Какая, в самом деле, разница какого он цвета? Я это даже вслух спросила, потому что этот вопрос меня тоже периодически волновал, но вот шанса задать как-то не представлялось. — Это цвет ситов! Как будто это что-то объясняло, просто констатировало всем известный факт. — Что за предрассудки, — я отмахнулась не только от него, но и видимо от неких культурных ценностей. В самом деле, ведь все ситы бегали именно с красными мечами, прямо как с явным признаком: смотрите, а я на темной стороне. Это у них действительно опознавательный знак или просто выпендреж? Вроде как мы не такие как они. Детский сад какой-то. Хотя опять же, у тех же джедаев цвета разные, выбирай не хочу, а тут даже индивидуальность не проявишь. И вообще, если человеку, или не человеку, красный не нравится? Мне вот не нравится. Не так, как розовый… И тут я расхохоталась, представив Вейдера с розовым мечом. Боже, надеюсь, он действительно не может читать мысли, за такое убить не только можно, но и нужно. — Это не смешно, — для Люка моя недлинная цепочка размышлений осталась, конечно, неизвестной, потому казалось, что я смеюсь над ним. Но признаваться я бы все равно не стала. — Послушай, ты действительно считаешь, что стоит только взять красный меч, и ты тут же станешь ситом? Даже не всякая зараза так передается, не то, что убеждения. — Я все еще подхихикивала. Прогнать образ, в котором Вейдер в дополнение к мечу обзавелся еще и белоснежными доспехами, для лучшего цветового сочетания, было трудно. — Это значит, что я их принимаю, — Люк оставался на диво уперт. Вейдер, к слову, все это время присутствовал рядом и молчал, видать, специально ожидая реакции. Я посмотрела на свой алый клинок и пожала плечами. Я уже смирилась с тем, что обладаю Силой и с тем, что к ситам мое мировоззрение чуть ближе, чем к джедаям, хотя меня скорее просто мотыляло из стороны в сторону, и вообще, я за мировоззрение без перегибов и перекосов. И цвет это просто цвет. Хоть серо-буро-малиновый в крапинку, в самом деле, это оружие, а не парадно-выходной костюм. Хотя к тому же костюму, по-моему, у всех и то претензий было бы меньше. — Вы мои ученики, — Вейдер наконец подал голос. Как бы непрозрачно намекнул, что раз ученики сита — смиритесь, теперь красный ваш цвет по жизни. — Скорее мученики, — едва слышно прошептала я, но он как-то услышал и даже голову в мою сторону повернул. Ой. Я улыбнулась, подняла руки вверх и помахала зажатой в правой рукоятью. — Меня все устраивает. Дура дурой, честное слово. Люк упрямо нахмурился и отложил свою рукоять в сторону. Вроде как лучше помру безоружным, но свободным. Можно, конечно, сказать, что он идиот, зато у человека явно есть принципы, пусть и в совершенно бесполезной области. Но чужих тараканов нужно уважать, и тогда, может быть, люди будут уважать твоих… Самое забавное было в том, что, по сути, все это время обсуждали мы мой меч, свой Люк так и не активировал, видимо решив, что раз мне достался красный, то и ему тоже. Логично же. Так что когда Вейдер сказал его активировать, а Люк упрямо скрестил руки на груди и двигаться не собирался, я закатила глаза и, отложив в сторону свою рукоять, взяла его. Синий. А вот тут обидно стало уже мне. Почему это ему синий, а мне красный? Прямо как в детстве: мальчикам все синенькое и голубенькое, девочкам красненькое и розовенькое. Дал бы тогда зеленый, хотя это опять же джедайский цвет… а какой не джедайский? Только красный. Интересно, а черные мечи бывают? А что, тоже вроде злодейский цвет, зато оригинальный. И, в отличие от красного, черный мне нравился. Какие-то типично девчачьи мысли меня стали одолевать в последнее время. В этом, конечно, не было ничего плохого, но не в такой же ситуации и не перед предстоящими перспективами. А ну как меня переклинит еще и на внешнем виде Императора? Вроде как балахон это не модно и вообще смотрится уныло, хоть и типично по-злодейски, так что ему простительно. Однозначно, Лея слишком часто и сильно получала по голове, иначе с чего бы мне тогда всякая дурь на ум приходила? Нет, у меня и своей собственной дури хоть тем самым местом жуй, но ведь не до такой же степени. Пока я размышляла, мелочно завидуя такой безделице, как цвет клинка и в кои-то веки поражаясь собственной дурости, Люк с каким-то благоговейным трепетом забрал у меня «игрушку». — Почему? — выдохнул он, глядя на меч, как на какое-то чудо. Вот зачем спрашивать и провоцировать? Может, Вейдер просто с полки не тот меч, что нужно, случайно схватил. Молча бы радовался. А то Вейдер сейчас спохватится, решит, что сына недоволен, а по поводу красного просто отрицал то, что действительно хотел и притащит ему другой меч. — Ты не готов, — надо же, Вейдер даже соизволил прокомментировать ситуацию. Это я значит готова? К чему? Хотя он же мастер, ему виднее. Но меня это отнюдь не вдохновляло. Скорее даже пугало. Потому что лично мне ни о какой готовности он не говорил и о том, что я достигла каких-никаких высот, тоже. Можно было бы предположить, что он действительно заметил во мне некий закопанный чересчур глубоко талант, оценил его и пришел к выводу… Но не стоило обольщаться, в самом деле, даже если тот самый талант и имел место быть, времени его раскапывать у меня однозначно не было. Это явно было частью некоего плана, в который меня посвящать не посчитали нужным. И это определенно было неправильно, с моей точки зрения. Я же себе всю голову многострадальную сломаю в поисках ответов, и отвлекаться буду на все подряд, и подозревать все и всех… И постоянно думать, что что-то сделала не так. Хотя, наверное, потому нам ничего и не сказали… И стоило бы сосредоточиться на том, что происходит здесь и сейчас, а не на смутной неясной перспективе. Ведь Вейдер в кои-то веки задвинул непомерно длинную речь, которую я пропустила, успев вернуться к реальности бытия только к окончанию. — В тот момент, когда вы активируете клинок, то бросите вызов. И проиграете. Лучше бы не возвращалась. Обнадеживающе звучало, ничего не скажешь. А вдруг нам повезет. В самом деле, каких только случайностей в жизни не происходит. Может, Палпатин ногу подвернет или головой ударится… насмерть, или сверху какой-нибудь камень прилетит. Всякое ведь в жизни может случиться, даже казалось бы совершенно невероятное, безумное и невозможное… В конце концов, я же здесь… Вот только ни падать самостоятельно, ни ловить головой посторонние предметы Палпатин не собирался. А вызов мы ему таки бросили. Вот у меня выбора не было. Когда на тебя нападают, то защита это просто рефлекс, а Люк… благородно полез спасать криворукую меня. Хотя я к себе несправедлива, меч все еще не выпал, значит, не такая уж и криворукая. Уже. Я восстановила равновесие и взяла себя в руки, так что могла бы присоединиться к Люку. Вдвоем же против одного проще, чем один на один… не в этой ситуации. Думается, Палпатин и отряд, таких как мы, в одиночку одолел, не особо напрягаясь. А так я могла следить за ходом битвы и если что вмешаться, чтобы прикрыть Люка, как он прикрыл меня. Вейдер, похоже, вмешиваться и не собирался. Стоял как статуя самому себе, руки на груди скрестил и не шевелился, как будто даже не дышал. Обычно-то его слышно за несколько метров, но шипение мечей перекрывало любые звуки. Чего он ждет, спрашивать было бесполезно, а предполагать… так любую теорию можно на факты натянуть. Я конечно не сторонник всяческих теорий заговоров, так что подходящего скила не имею, хотя он бы мне вряд ли пригодился. Так что не стоило даже задумываться, лучше было обратить внимание на происходящее. Происходящее больше всего походило на фарс. Вот ни разу не напоминало те схватки, что показывали на экране, даже в оригинальных трех эпизодах, я уж молчу об акробатике приквелов. Вот в продолжении люди как только за меч хватались, так сразу становились чуть ли не мастерами, во всяком случае махались ловко. А мы с Люком… ну ладно я, со своей самооценкой, нерешительностью, неуверенностью и прочими изъянами, но он-то парень талантливый. Видать, то будет поколение акселератов, а нам придется по старинке… если не помрем. Я вовсе с новой трилогией знакомиться не собиралась. Но когда тебе ежедневно капают на мозги… Палпатин-то еще с премьерой ознакомился. И кстати восторгался талантливым новым поколением. Я, конечно, могла проигнорировать это, как и многое другое, но мне вдруг стало интересно самой. Да и ностальгия какая-то проснулась… Мне не понравилось, не прям совсем, просто появилось слишком много вопросов без ответов. После последнего эпизода хотелось ругаться и плеваться. Вот ведь скотина живучая, ничто его не берет… Зато сам «скотина» был счастлив без меры, даже не смотря на то, что в конце продул. Вроде как это еще не конец, он ушел, но обязательно вернется. Тоже мне, помесь Карлсона с терминатором. В общем, единственной приличной частью новой истории были спецэффекты, в которых я ни бельмеса не смыслила и даже вид не пыталась делать, но мне понравилось, в остальном же… Все было очень печально, и об этом я, наверное, могла бы написать целую многостраничную историю, но в моей реальности было лень, да и без меня написали уже много, а здесь оно просто никому не было нужно. Даже когда я пыталась высказывать свое, никому ни разу не сдавшееся мнение Палпатину, он лишь отмахивался. Наверное, стоило поставить себе виртуальный плюсик хотя бы за то, что не критиковал, как обычно. Видать, тоже видел море изъянов, просто не желал их признавать. Но в очередной то ли выдуманной, то ли просто альтернативной реальности он вновь был жив, а это очень даже гладило по самолюбию, которое я пришибала своим существованием. Ведь я его сделала, пусть и чужими руками, пусть повторить подобное возможности не было, и можно было все списать на простое везение, но факт оставался фактом. Сейчас я, наверное, тоже могла что-нибудь провернуть. Теоретически. На самом деле теоретически возможно все, был бы талант натягивать реальность на теории, но чего не было, то и не появилось. Так что я просто стояла и ждала не пойми чего, потому что ни внятных мыслей, ни идей у меня не было. Их, на самом деле, давно уже не было, но я все еще не отчаивалась дождаться очередного бредового озарения свыше. Все закончилось как-то быстро. Люк потерял свой меч, точнее Палпатин его выбил, а я не успела вмешаться, но он и не нападал. Дедуле, похоже, захотелось немного размяться, иначе здесь бы уже лежало два трупа. — Неплохо, но слабо, — объявил Император. Мы, наверное, должны были устыдиться, но мне было плевать, у меня иммунитет, а Люк… кто его знает, о чем он подумал. — Я обучу одного из вас, а второй… — Палпатин растянул губы в улыбке. Меня передернуло. С такой рожей только улыбаться. — Ученик может быть только один, второму придется умереть. Решите это между собой. Мы с Люком уставились друг на друга, наверное, одинаково круглыми глазами. Такого мы не ожидали. Ну, он выдал так выдал. Хоть бы предложил что, да хоть те же пресловутые печеньки… а то темная сторона вроде как должна соблазнять и сманивать, а тут… Никаких соблазнов и перспектив. Все то же «я обучу тебя, ты достигнешь величия». Далось оно, это величие, его на хлебушек не намажешь. Я в любом случае с Люком драться не буду. Потому что было бы за что. Мотивация нулевая. Палпатин заметил, что мы не спешим проявлять энтузиазм. А чего он ожидал? Что мы с Люком бросимся друг на друга ради такой великой перспективы, как быть его учеником? Самомнение, однако, у дедка зашкаливающее. До Императора дошло, что мы не горим желанием устраивать ему развлечение. Он похоже именно на это и рассчитывал, судя по тому, с каким удовольствием улыбался, хотя по его лицу понять сложно, но все же проще, чем по Вейдеру. — Либо умрет один из вас, либо оба. Нет, ну это тоже так себе предложение. Люк еще вроде бы как за свет и добро, и убивать свою сестру, даже если ее тело сейчас оккупировано черт знает кем, не станет точно. А я… на что оно мне? Перспектива смерти меня уже не пугает, хотя бы потому, что лично мне вряд ли что-то грозит. Лея… ну да, принцессу жалко, но не больше, чем того же Люка, и не мне решать, кто из них будет жить. — Нет, — коротко объявил Люк, гордо вздернув подбородок и деактивируя свой меч. — Ты его еще выкинь, — пробормотала я, потому что происходящее вызывало чувство дежавю. Где-то я это уже видела. Собственно, именно это он и сделал, картинно швырнув рукоять в сторону — Зачем? Где ты его теперь искать будешь? — теперь я возмутилась во весь голос. В самом деле, кто вообще швыряется оружием? Он голыми руками отбиваться собрался? Или скорее уж просто помереть с гордо вздернутым подбородком и девизом: лучше умереть стоя, чем жить на коленях. Мне подобный подход был чужд. Пока ты жив, все еще можно исправить. Колени не помнутся, и спина не переломится, можно и поползать чуток, а потом нанести удар. Но герои так не делают. Куда рукоять закатилась, не ясно. Помещение хоть и не особо было заставлено предметами мебели, оно скорее оказалось пустым, зато очень просторным. — Я не собираюсь с тобой сражаться, — Люк смотрел прямо на меня, скрестив руки. — А с ним? — я кивнула в сторону Императора. Понятное дело, что когда дойдет до серьезного противостояния, будет уже неважно, есть у нас оружие или нет… хотя от случайностей ведь никто не застрахован, так что я осматривала окружающее пространство в поисках рукояти. Объем помещения при отсутствии декора поискам не способствовал. — У тебя есть шанс воспользоваться ситуацией, — Палпатин вновь вроде как пытался переманить на свою сторону, но до сих пор как-то не особо вдохновляющее. — Кажется, это мы уже проходили, — я отвлеклась от поисков меча. — Я чувствую в тебе ненависть. — Да я ее и не особо скрываю, я тебя ненавижу, не сюрприз. И я такая не одна. — Так поддайся своей ненависти, отдайся тьме, а я тебя направлю. — Серьезно? Нет, соблазн был. Мне в принципе не привыкать на Палпатина срываться, вот только не припомню, чтобы он после этого ликовал и утверждал, что я наконец-то шагнула на пресловутую темную сторону. К тому же странная какая-то логика. Я его ненавижу, нападаю на него, безрезультатно, понятное дело, и потом вдруг должна, проникнуться его талантами и величием, тут же возжелав, чтобы этот, несомненно, одаренный, человек обучил меня всему что знает, а потом все же грохнуть, потому что ненависть никуда не делась. И к чему все это? Или в этом и состоит их основной принцип, когда ученик убивает учителя? А на кой тогда вообще тот ученик нужен? Ну не дойдет до будущих поколений «великое» знание, явно за прошедшие годы поредевшее, судя по технологии обучения, когда зачетом считается убийство учителя, который наверняка ученику передал не все, кто же все секреты раскрывает, как будто они, поколения, от этого много потеряют. В крайнем случае сами что им надо раскопают, благо галактика большая, одаренные в ней порядочно наследили, а если ищущий будет целеустремлен и увлечен… В общем, кому надо и без наставников разберутся. А коли жаждешь жить если не вечно, то хотя бы очень и очень долго, заводить себе потенциального соперника, имеющего силы и возможность тебя угробить, да еще учить, как лучше это сделать, как-то глупо. Верните мне моего старика, он не такой скучный, с ним даже собачиться как-то интересней, что ли. А еще он не такой странный. Хотя тоже псих, конечно. Я как бы и без того эмоции свои не особо сдерживала, только чтобы оставаться в рамках приличий. Как-то для меня до сих пор остается тайной, почему для них это так важно: для одних вечно держать себя в руках, для других идти в разнос в режиме нон стоп. Так ведь нервов никаких не хватит. Как я среагировала, понятия не имею. Тело действовало само. Наверное, оно всегда так происходит. Как-то ведь все эти одаренные умудряются вроде бы как предугадывать действия противника. Не знаю, как оно должно работать на самом деле и как ощущаться. Я не ощущала никак, просто в какой-то момент тело будто двигалось само по себе, без участия сознания, то есть не мысль, потом действие, а наоборот. Что я могу сказать? Молнии это круто. На самом деле. Вот кому что, а меня всегда именно они и впечатляли. Телекинез, акробатика, фехтование, все это, конечно, тоже производило впечатление, но вот молнии… Мне и в природе молнии нравились. В природе даже больше, там они как-то помасштабнее и помощнее, и покрасивее, что ли. В общем, Палпатин видимо решил проверить нас со всех сторон. Сначала мы просто трепались, но слова это такая штука, не нужно иметь особого таланта в Силе, чтобы говорить. Хотя он, быть может, имел иное мнение, в конце концов, другая его версия почти не затыкалась. Мечами мы тоже уже помахали, явно его не впечатлили, и он перешел к следующему туру. Теперь уже не отвертишься. Когда вытянув руку вперед, умудряешься отклонить молнии, отрицать свои собственные возможности становится откровенно глупо. Другое дело, что я не совсем поняла, как именно это сделала, зато точно знала, что смогу повторить. Оно как-то само собой отложилось в голове. Я даже не смогу это объяснить или описать. Оно просто есть, такое же естественное, как дыхание. Не сказала бы, что это было легко, хотя бы потому, что это был не одиночный удар. Он продолжал давить, я держала оборону. Молнии разлетались по помещению, создавая потрясающее светопреставление. Могу поспорить, это было красиво. Вот только находясь в эпицентре, на красоту не особо полюбуешься. Тем более это оказалось не так уж легко. Поначалу все вроде бы было ничего, но постепенно на руку будто по гире килограммовой начали навешивать. Постепенно этих метафорических гирь становилось все больше. Я подключила вторую руку в надежде распределить вес, но тут была какая-то своя альтернативная физика, опять же, это ведь Сила… В общем, вес теперь давил не на одну руку, а на обе. И я понимала, что долго не выдержу. А когда руки опустятся… Нет, я не рассчитывала, что тут же умру, точнее, покину тело, и на то, что Палпатин остановится, рассчитывать тоже не приходилось. Помнится, в оригинальной истории он этими молниями Люка пытал. Почему бы сейчас не попытать меня… Самое паршивое, что боль я чувствовала. В моей ситуации лучше было либо сразу потерять сознание, либо жизнь. Я все же не мазохистка, боль терпеть это не мое. Выбора у меня не было. Люк ничем помочь не мог, иначе уже вмешался бы, или мне так хочется думать, но не мог же он за пару секунд вдруг кардинально поменяться, и вообще, какие-то не те мысли бродят в моей голове и не о том. Вот если бы он не вышвырнул меч… Опять же, я тоже могла поднять свой, до того как протянула обе руки. Сейчас если бы опустила хоть одну, тут же проиграла. Хотя я в любом случае не выстою. На Вейдера я тем более не надеялась. Пока Палпатин устраивал себе интерактивное развлечение, папаша двух одаренных деток, похоже, решил ограничиться исключительно просмотром. Мне, если честно, его позиция даже была близка. Со стороны оно всегда интереснее наблюдать, а еще видно куда больше чем при непосредственном участии. Наверное, все же хорошо, что с нами Вейдер своим планом не делился. Да и был ли у него на самом деле конкретный план? Я этого никогда не узнаю. В любом случае, в тот момент, когда я была готова опустить руки в прямом смысле слова, потому что держать их дальше просто не могла, у старика не смотря на дряхлую внешность, оказалась недюжинная выдержка, статуя имени Вейдера наконец ожила. К своему стыду, схватку их я не видела, потому что как только поток молний совершенно неожиданно прекратился, тут же осела на пол. Я лишь краем глаза замечала алые вспышки, от которых рябило в глазах, и подкатывала тошнота. Хотя, возможно тошнило меня по другой причине. Я будто не просто на руках держала недюжинный вес, а еще и забег с грузом устроила. Тело болело, мышцы ныли. Ко всему прочему букету раскалывалась голова, будто в виски загнали толстые спицы. Лучше бы я сознание потеряла. Но сознание было при мне, и теряться не хотело. Оставалось надеяться, что Вейдер справится, он должен. Но Палпатина мало было просто убить, нужно было еще расчленить или сжечь… Кто бы мне еще полгода назад сказал, что я буду задумываться о подобных вещах… Впрочем, когда дело касается Палпатина, все очень даже к месту. Я не была уверена. Точнее, это был единственный вариант, к которому я склонялась. Если за все это время местный Император так и не приступил к активным действиям, а он мог и даже должен был, если бы мой призрак ему рассказал хотя бы половину ему известного, это значило только то, что он ничего не рассказывал и даже на глаза не появлялся. Палпатин, тот, что преследовал меня все время, жаждал вернуться, придумывал какие-то схемы, что-то даже пытался делать, все это время безрезультатно, пока мы не оказались здесь. Он явно хотел жить и многого сделать не успел, но очень хотелось. Очень. И вот мы вновь отправились в далекую галактику, не ту, из которой ушли, но не думаю, что для него это было критично. Вот только я сразу же обзавелась телом, он же… не знаю, отчего все вышло именно так. Быть может, причиной было то, что я жива, а он уже нет, или дело было в чем-то еще. В любом случае он явно хотел себе тело. Существование в виде призрака имеет несомненные плюсы, но и минусы тоже. И последних явно больше. Вот только тела ему не досталось, а это значило, что нужно его себе забрать. За все это время, а мы проторчали здесь не один месяц, он наверняка испробовал разные способы. Наверняка нашел и коматозных и только умерших, но что-то не получилось, иначе он бы не продолжал являться мне в виде все того же призрака. И оставался лишь последний вариант, его собственное тело, лишенное родной души, то есть свежеумерщвленное. Все это я выложила Вейдеру. Как обычно косноязычно, но общую суть понять было несложно. Он, конечно, так и не признал, что собирается Императора пришить, но это было очевидно, по-моему. Впрочем, мы этой темы коснулись только вскользь. - Нас точно никто не слышит? — кажется, я стала параноиком. — Я бы почувствовал. Я чувствовал его, просто не видел. Это не совсем обнадеживало. Некоторые наши встречи, казалось, были тайной даже для него, впрочем, он мог просто хорошо притворяться, лица-то не видно. Все же у маски явно были несомненные плюсы. — Когда вы его убьете, Императора… точнее если. В общем, от тела нужно будет избавиться сразу. Потому что он попытается его занять, не знаю, как это сработает с несовместимыми с жизнью повреждениями, я не сильна в Силе и прочем, но скорее всего ему удастся, он живучий как таракан. В общем, лучше этому духу так и оставаться духом. Проблем будет меньше. Но я ничего сделать не смогу, разве что отвлечь и заболтать, но он слишком хорошо меня знает. А еще наверняка будет ждать, и в последний момент… Хрен его знает, что он в тот самый последний момент сделает, но предполагать можно было что угодно. Тело вновь слушалось, хотя голова не проходила, и это доставляло куда больше неудобств, да что там, мне хотелось в прямом смысле слова выть. Яркие вспышки продолжались где-то на периферии. — Ты в порядке? — Люк поддержал меня и не дал упасть, но вот вопрос… Будто сам не видел, что нет. Что-то было не так, на самом деле все, но это не объясняло рябь перед глазами, будто смотришь на окружающий мир через мятую пленку. — Выруби меня, — выдохнула я, как еще умудрилась не потерять сознание при всем том букете ощущений, не знаю, это тянуло на почти подвиг, но лучше бы тело принцессы было менее выносливым. — Что ты… — Просто сделай так, чтобы я потеряла сознание, — я его перебила, потому что любые вопросы были не уместны, точнее, я не хотела на них отвечать и не могла, голова не соображала. — О чем ты, зачем? — Просто сделай, — я схватила его за руку. — Так нужно, потом объясню. Если это потом наступит, что сомнительно. Люк не знал, как вывести человека из себя, точнее из сознания. Бить по голове он не решился, а я просто не могла. Точнее могла, но просто тюкнуть головой о пол это отнюдь не равно удару, выбивающему сознание, а на большее сил не хватало, ни физических, ни моральных. — Ну же, ты ведь тоже Силу чувствуешь, просто сделай так, чтобы я потеряла сознание, — я тряхнула его за плечи. Время уходило. Все было кончено. Почти. Сомневаюсь, что кто-то из одаренных подобное совершал, но я ведь не знаю, чем и как они жили, мало ли… Никто не застрахован от битья головой о стену. Мне нужно было потерять сознание, но Люк медлил, а самой… сомневаюсь, что смогла бы удариться головой с достаточной силой, это ведь нужно иметь смелость и не иметь предрассудков… — Он одержит верх. Что такого сложного просто вырубить… Я не договорила. Можно было бы сказать, что меня прервали, или… В общем, много чего… То ли он все же сподобился чем-то долбануть, то ли я, наконец, потеряла сознание. Сразу бы так. Он был здесь, тот самый дух, наблюдал и ждал, зависнув прямо над Императором, который сражался с Вейдером. Битва их, надо сказать, выглядела не слишком впечатляюще, а как еще может выглядеть битва старика и калеки? Для их состояния двигались они неплохо, но не впечатляюще. — А как же последнее напутствие? — я подошла к тому самому духу, чье присутствие отравляло мне жизнь. На самом деле, могла бы и подплыть, но состояние, при котором необходимо передвигать ногами, казалось ближе моей натуре. Наверное, можно было спросить о чем-то еще, более важном. Но главное было отвлечь, а ждать искреннего ответа от него было глупо, в любой ситуации. Он промолчал. Впервые на моей памяти. Просто улыбался, и улыбка его, высокомерно-торжествующая, вызывала только одно желание — как следует по ней съездить. К сожалению, я не умела бить правильно. Нет, если взять в руки некий тяжелый предмет… но в таком случае почти неважно как и куда бить, но вот так, вот голыми руками… В любом случае, у меня была одна задача — не позволить ему занять вожделенное тело, даже если оно будет непригодно для жизни. Я как-то даже не следила за противостоянием в реальности, главное было остановить призрака. И поскольку подручных тяжелых предметов под рукой не было, оставалось его только толкнуть, отбросив от тела на расстояние. Это на самом деле было странно, мы ведь были призраками или скорее существовали на неком ином слое пространства… я в этом как ничего не смыслила, так и до сих пор не осознала. У него, в любом случае, было куда больше опыта. — Как глупо, — он улыбался. И наконец подал голос, правда, это не особо радовало. В состоянии призрака я вроде как должна была уметь пользоваться Силой. Я это предполагала, но получалось хуже, чем в реальном теле. У него, несомненно, было больше опыта, но у меня… а что было у меня? Я как-то растерялась и потерялась, а он отнюдь не был идиотом, зацикленным на своем никчемном сопернике, его интересовала схватка в реальности. А мне оставалось только ждать, ведь если я отвлеку его сейчас… И почему они так долго? Мы оба уловили тот самый момент, когда Палпатин, тот, что из этой реальности, должен был проиграть. Не знаю, что стало этому предпосылкой, не знаю причин, да и за самой схваткой я наблюдала вскользь, ведь главным было вовсе не это. Вейдер проткнул его грудь световым клинком. И, казалось бы, на этом все должно было закончиться, но мне пришлось банально схватить духа за руку, не пуская вперед. Глупо, признаю, но ведь главное было его задержать, пока Вейдер разделывает тело. Пара секунд и все, но зрелище так себе. — Ты можешь радоваться, — он улыбался как-то слишком радостно, мне это не нравилось. Хотелось вернуться назад, но тело Леи, ругаясь сквозь зубы, приходило в себя. А я все еще висела где-то в пространстве.