Коронованная вечностью

POV Анабель Яркий солнечный свет наполнял просторное помещение и освещал каждый его уголок. Вдоль стен стояли аккуратно застеленные кровати, каждая из которых отгораживалась белой ширмой. Легкий ветерок гулял по комнате и приятно студил стопы, и лишь он был моим гостем. Ни шорохи, ни звуки не тревожили эти стены и звенящая тишина давила на голову, словно пытаясь ее расколоть. - Здесь есть кто-нибудь? - прошептала я в пустоту, но голос звучал оглушительно громко, отскакивая от стен и уходя эхом вдаль. Мой вопрос остался без ответа и, в очередной раз окинув взглядом комнату, я уставилась в потолок. - Только я, – прозвенел голос сбоку от меня. Вздрогнув, я повернула голову к обладателю столь родного мне голоса и расплылась в счастливой улыбке. - Май! – я бросилась на шею друга, крепко сжимая его объятиях и цепляясь руками за пыльный камзол, и эльф ответил мне взаимностью. Неужели жив? Радость переполняла меня, но я не смела сказать ни слова, боясь что он просто растворится в моих руках, рассыплется на тысячу осколков и вонзится в тело, причиняя новую боль. - Я думала ты погиб, – разорвав объятия, обратилась я к другу, мягко улыбаясь, ловя его насмешливый взгляд. - Так и есть. Разве ты не видишь? – на лице эльфа застыло удивление и, слегка отогнув край камзола, из его плеча сразу потекла густая кровь, стекая к ногам и образовывая огромную лужу. Я попятилась назад, будто пытаясь скрыться от суровой действительности. Нет, этого не может быть. Лицо Мая по-прежнему оставалось спокойным, а кровь все текла и текла, словно ей не было конца и заполняла уже почти весь зал. В мгновение ока кровь обратилась в огонь и, окутав мои ноги, он двинулся выше по телу. Я кричала и молила Мая прекратить, но он лишь стоял и смотрел, истекая кровью. - Теперь ты видишь, – еле слышно произнес он и, развернувшись, двинулся прочь, а я погрузилась во тьму. Очнувшись и резко распахнув глаза, я не увидела перед собой ничего. Непроглядная тьма простиралась перед моим взглядом. Где я? Что произошло? Кадры из предыдущего дня пронеслись перед глазами бешеной вереницей событий и происшествий. В попытке встать я подалась чуть вперед, и все тело моментально отозвалось жуткой болью на мои движения. Ребра будто рассыпались прямо у меня внутри, скрежеща и царапая друг друга, а ноги жгло, словно настоящим пламенем. Дышать стало гораздо больнее и поэтому вдохи были короткими и прерывистыми. Больше я не двигалась, лежа на койке и пытаясь сконцентрироваться на помещении. Воздух здесь был пропитан сталью, гарью и травами и даже легкий сквозняк не проветривал помещения и не придавал прохлады. Отголоски чьих-то страданий наполняли помещение стонами и хрипами, но и те были столь отдалены, что лишь слегка долетали до моего слуха. Вдруг вдалеке появилась оранжевая точка, которая все приближалась и увеличивалась в размере. Напрягая взгляд, я разглядела темную фигуру с огнем в руках. Нет. Сколько это будет повторяться? Почему меня пытаются сжечь? - Нет, пожалуйста, - сорвались мольбы с моих губ, а по щекам побежали соленые слезы. Но огонь и его хранитель все приближался и теперь уже стоял рядом со мной. - Я не хочу. Не могу больше. Мужчина наклонился к моему лицу и, поставив раньше не замеченную мною свечу на стол, прислонил ладонь к моему лбу. - Тише. Тебе приснился дурной сон, только и всего, - его голос звучал мягко и успокаивающе, а прохладная кисть приятно студила кожу. - Тебе нечего бояться. Тусклый свет свечи открыл мне лик моего гостя и осветил малую часть помещения. Мы встречались с этим эльфом раньше. Это главный лекарь и бывала я у него лишь с мелкими порезами и синяками. Слишком холодное и безучастное лицо, будто не живое, скрывало за собой добрую и веселую натуру. Изредка он позволял себе смеяться и лицо его менялось на глазах и приобретало оттенок былой юности. - Эленион, - обратилась я к лекарю - Что произошло? - Лицо моего собеседника выглядело все таким же беспристрастным и, окинув меня взглядом, он сказал: - Ты сломала несколько ребер, с каждой стороны и получила ушиб легких. Больше серьезных повреждений нет, - отчеканил эльф. С каждым его словом, тело сводило судорогой все сильнее и каждая клеточка организма кричала в подтверждение слов лекаря. - А ноги? Что с ними? - жгучая боль напомнила задать мне этот вопрос. Эльф смотрел мне в глаза и молчал. Почему он молчит? - Твои ноги сильно обожжены. Я сделаю все, что будет в моих силах, но шрамы все равно останутся, - сочувственно произнес эльф. Огромный камень тяжелым грузом съехал с моих плеч и я облегченно выдохнула. Я уже было подумала, что вообще ходить не смогу или останусь калекой, но нет. Шрамы - это не самое страшное. Неожиданно громкий мужской крик разрезал воздух в палате и напитал его, словно яд, болью и страданием. Перед глазами начали всплывать картины из битвы: реки крови, искалеченные тела, жуткие темные создания, взгляд серых глаз. Май. Сердце сдавила ледяная рука скорби и печали и, вонзая свои острые когти, драло на куски. Руки затряслись и на лбу выступила испарина. Я не смогу здесь находиться долго. Это ужасно! Пусть это прекратится! - Сколько времени потребуется до того момента, когда я смогу встать? - я из последних сил сдерживала наворачивающиеся на глаза слезы. Голос дрожал и срывался, а руки цеплялись за простыни, сжимая их в кулак, будто это как-то могло облегчить душевные муки. - Не менее двух недель. Отдыхай, Анабель, тебе потребуется много сил, - и с минуту постояв, эльф ушел, оставив свечу догорать. Талый воск переполнял подсвечник и стекал тоненькими ручейками на стол, а позже стыл и заключал серебро в свои объятия. Сколько эльфов полегло в этой битве и скольким еще придется отдать свои жизни? Жив ли король? В здравии ли принц? Целы ли дети - надежда эльфийского рода? Прости. Прости меня, Майрилим. Если бы не я, ты бы сейчас жил. Если бы я бежала к тебе быстрее и лучше бы метала кинжалы, то успела бы помочь. Ты ведь пытался научить меня этому, я помню, но словно упрямый ребенок, я отказывалась от этого и, выказав свой дурной нрав, уходила. А ведь это могло спасти тебе жизнь! Если бы я не повела тебя на ту опушку, так далеко от замка, на нас бы не налетели орки. Если бы меня вообще не было в вашем мире, ты бы жил. Но я здесь, а тебя нет и не будет уже никогда. Прости меня. Когда читаешь книги о войне, несомненно, можно многое представить. Я и сама не раз так делала. Представляла, что было бы, будь я участником битвы. Но теперь, встретившись с ней лицом к лицу, я не знаю как прогнать мысли из головы. Эти образы и звуки навсегда останутся в моей памяти, подобно выжженному клейму. Этот ужас не оставит меня никогда, преследуя, подобно тени мой разум. Война - это страх в глазах детей и их матерей, смерть их мужей, братьев и отцов. Это нескончаемая боль и мучения твоих родных и близких. Война и ее вечные спутницы: смерть и горе. Они не щадят никого. Разница между ними лишь в одном: смерть забирает сразу, горе же убивает медленно, высасывая и истончая твою душу. С трудом уловимое шуршание тяжелой ткани рассеяло жуткие картинки и мысли, тревожившие мое сознание и пробудило от легкой дремы. Сердце радостно подскочило, хоть и поводов для этого было не много. Даже не переводя взгляда на визитера, я знала, что это владыка лесов. Чувствовала его своей душой, будто мы были связаны невидимой нитью. Король присел на стул и, закинув ногу на ногу, смерил меня тоскливым взглядом. В тусклом свете свечи слегка поблескивали его доспехи и была видна запекшаяся кровь и прилипшая грязь. - Доброго время суток, Трандуил. Я рада, что ты невредим, – тихо произнесла я. Губы короля были сжаты в тонкую линию, а желваки играли на его скулах, будто он был зол на меня. Но что я сделала? - Я тоже, – и, закатив глаза, он продолжил – Какая безрассудная мысль заставила тебя вступить в битву? Почему не укрылась во дворце? – наш диалог приобретал явно не положительную сторону и от этого становилось не по себе. - Я пыталась помочь Майрилиму, – грустно произнесла я, подавив очередную волну слез. - Не пристало юной, не обученной толком искусству боя, эллет играть в героев. Настоящая битва - это не обычная тренировка, коими вы занимались с этим стражником. Битва - это борьба за жизнь и честь, свою и своего народа. И ты эту борьбу почти проиграла. Чем ты думала, когда направлялась, как ты выразилась, помогать стражнику? – с каждым словом голос звучал все громче и четче. Впервые король предстал передо мной таким злым. За кого он меня принимает? За эльфийку, которая будет сидеть и заниматься шитьем, прозябая вечность в скуке и взаперти? - А что мне надо было сделать? Бросить своего друга одного? – возмущенно воскликнула я, на что ребра и мышцы сразу отозвались болью и заставили тихо застонать. - Это его долг, защищать замок и его жителей. Если бы каждая девушка, во имя своих друзей и мужей кидалась на войну, то их во всей Арде не осталось бы ни одной, и в их честь возвели бы самый большой склеп из ныне существующих. Объясни мне как можно было не заметить тролля? - Я забылась и перестала смотреть по сторонам. Я даже толком не знаю что произошло. - Твое счастье, что откинув тебя, тролль прошел мимо. И в двойне, что всего-навсего рукой, а не молотом, - молвил король и, слегка помедлив, добавил - Но приземлиться у единственного горящего дерева - это глобальное невезение. Так вот что произошло. Воображение сразу заполнило болезненные пробелы в памяти и стало понятно, что меня ударило и откуда взялся огонь. Автор Непроглядная тьма помещения была озарена лишь огарком свечи. Разговор с королем так вымотал эльфийку, что сама того не заметив, она уснула. Рядом с этим эльфом ей было спокойнее и лучше, будто он разделял с ней боль. Немного погодя, король поднялся и, еле коснувшись сухими губами лба эльфийки, потушил свечу. Ступая размашистым шагом в зал советов, король пытался утихомирить свое сердце и здраво подумать о битве. Он переживал за эльфийку. Нет, он переживал не за ее физическое состояние, ведь раны не были смертельны, его беспокоил изорванный и сломленный ужасами битвы дух эльфийки. Он видел это в ее глазах: пустой, измученный взгляд задевал струны его души, наигрывая печальную мелодию. Но сейчас было не время думать об этом. Король вышел к двустворчатым, массивным дверям с каждой стороны которых стояли стражи. Массивные створки зала переговоров были неспроста такими толстыми, а для того, чтобы все обсужденные темы остались лишь в стенах этой комнаты, да в памяти совещающихся. Но спор шел столь горячо, что его содержание слышалось еще задолго до открытия дверей. Двери с тихим скрипом распахнулись, однако эльфы не сразу заметили вошедшего короля. Очередная склока не поделивших что-то стражей. Опираясь о деревянный стол, они громко обсуждали вопросы разгоревшейся во владениях лесного короля битвы. Карта под их руками была смята и сдвинута в сторону, а волосы взъерошены. Многие эльфы что-то читали, судорожно перебирая пальцами страницы и пытаясь разузнать как можно больше о том, с чем они столкнулись. Кто-то подливая масло в огонь наблюдал за спором. И лишь принц и пара стражей изучали карту в другой стороне стола. Леголас поднял голову и, столкнувшись с взглядом короля, произнес: - Отец, - и приветственно склонил голову. - Владыка, - хор тихих голосов успокаивал стены после длительных тревог. Как только все обратили на короля внимание и приветственно склонились, настала тишина и только звон металлического кубка мерно перекатывающегося по каменному полу нарушал ее. Хоть лицо короля и оставалось спокойным, но внутри бушевал гнев. Что они устроили? Какое неуважение проявили. - Хотелось бы мне сказать, что день добрый, но это не так, - молвил король и двинулся к сыну. - Владыка, что за темные силы скрыли от нас небеса? Я не нашел ничего в летописях, - молодой стражник был напуган неизвестностью. - Это всего навсего тучи, Талион, - король подошел к сыну и вытянул из под его рук карту. - И на самом ли деле они такие простые? - молвил принц на столько тихо, на сколько это было возможно. - Не имеет значения, - и действительно, не имеет. Ведь тучи, они что естественные, что магические, несут лишь воду и грозу. Король знал, что это происки колдуна, для того, чтобы его орки могли передвигаться под солнцем, но говорить об этом подданным не стал. К чему тревожить бойцов понапрасну? - Отец, эта битва только началась. Они еще вернутся, - Принц раскладывал карты местности, дабы разработать план и расставить бойцов. Именно этим они и принялись заниматься. Нанося пометки и расставляя знаки, они просматривали каждый миллиметр карты, и без того заученную до дыр. Но в этом была необходимость.