Puzzle

На второй день пребывания в пансионате Тэхён умудряется наглотаться воды до такой степени, что его кожа приобретает мертвецки-бледный оттенок, похлеще, чем у Шуги, а местный спасатель с трудом успевает прийти на помощь. Врач, который прибывает на место в считанные минуты, делает несколько уколов и велит парню до конца дня не вылезать из постели, а ещё лучше – вообще больше не соваться в воду. Как Тэ удалось довести себя до такого состояния, будучи в спасательном жилете, не знает даже Чонгук, который всё это время был рядом. А Чимин ещё раз убеждается в том, что Тэхён – не от мира сего. Так как территория отеля огорожена по всему периметру, после обеда ребятам разрешают погулять самостоятельно, но ещё раз предупреждают о том, приближаться к воде нельзя ни в коем случае. Дневное солнце ощутимо припекает оголенные участки кожи, поэтому Чимин старательно мажет себя и белоснежного как мел Юнги солнцезащитным кремом. Перед тем, как отправиться на прогулку, он, на всякий случай, навещает прикованного к постели Тэхёна. Кожа друга все еще отдает в неприятный зеленоватый оттенок, но сам парень уже болтает без умолку. Правда, со стеной. Но для него это - норма, так что Чимин спокоен. Пак медленно передвигается по территории отеля, рассказывая Шуге о каждой мелочи, за которую цепляется взгляд. Юнги же идет рядом, тонкими пальцами цепляясь за локоть младшего, но периодически отходит, чтобы самостоятельно ощупать сильно заинтересовавший его предмет. Неожиданно для себя Чимин находит удивительное место, на которое во время обзорной экскурсии не обратил внимания. Выглядит оно как небольшой островок, состоящий из огромных валунов, соединенных между собой деревянными мостиками. На особо ровные камни даже прикреплены деревянные лавочки, окрашенные в зеленый цвет. На одной из них ребята и проводят ближайший час, прячась от беспощадно палящего солнца в прохладной тени и болтая обо всём и ни о чем одновременно. - Так в этом интернате все, получается, с какими-то отклонениями? - вдруг вспомнив вчерашний случай, интересуется Чимин. - Да нет, не все, - отзывается Юнги, - но многие. Классы смиксованы - нормальные ребята чередуются с.. с ребятами с отклонениями, как ты это назвала. - А у тебя.. у тебя есть какие-нибудь отклонения? - То есть того, что я ничего не вижу, тебе уже недостаточно? - Шуга приподнимает одну бровь, глядя в упор на Чимина и многозначительно закатывает глаза на испуганное "прости". - Ну правда прости, - Чимин цепляется пальцами за край футболки старшего и несильно дергает. - Не подумала. Прости-прости-прости. - Да нормально всё, - отмахивается старший, - лучше скажи, а у тебя какие отклонения? - А с чего ты взял, что я ненормальная? - наступает очередь Чимина обиженно надуть губы. - Ну, смотри, ты же сама спросила, "в этом интернате что ли все с отклонениями", - передразнивая высокий голос Чимина, произносит Юнги. Получает весьма ощутимый тычок под бедра и, потирая пострадавшее место, продолжает объяснять свою мысль, - значит, ты себя на автомате причислила к "ребятам с отклонениями", значит, у тебя что-то такое да есть. - Ну.. - задумчиво тянет Чимин, решая, стоит ли говорить. И, если стоит, то что именно. В конце концов лучезарно улыбается и произносит приторно-сладким голосом, - ночью тебя не зарежу, не переживай. Юнги вновь выразительно закатывает глаза и, бросив "и на том спасибо", поспешно переводит разговор в менее шаткое русло. Вечером Чимин на пару с Чонгуком выбирается на местную дискотеку. Шугу он оставляет в комнате всё ещё прикованного к постели Тэхёна, чтобы парни на время составили друг другу компанию. Всё занимательное действие происходит прямо на берегу – играет громкая музыка, по песку прыгают разноцветные лазерные лучи, народ подпевает и дергает телами в заводном ритме. Чимин любит и умеет танцевать, и, как оказывается чуть позже, Чонгук тоже, поэтому ребятам не составляет труда влиться в толпу веселящихся людей. Спустя час, более-менее опытные танцоры разбиваются на небольшие группки и соревнуются между собой в импровизированных батлах. Чимин с Чонкуком попадают в группу, который руководит парень из старшего класса их интерната. Зовут его Джей-Хоуп, и он просто нереально двигается. Чимин и сам не плох в танцах, но пластичности, ритму, грации этого парня он может лишь позавидовать. Хоуп оказывается очень милым и дружелюбным парнем, он постоянно улыбается, шутит и подбадривает свою команду. А после окончания дискотеки вылавливает Чимина и Чонгука из толпы: - Чон Хосок, - представляется старший парень. - Пак Чимин, - пожимает его руку Чим. - Чон Чонгук, - говорит младший, - рад был работать с Вами. - Ребят, вы очень классно танцуете, - с улыбкой на лице произносит Хосок, - не хотели бы присоединиться к нашему танцевальному кружку? Мы обычно собираемся вечерами по средам, пятницам и воскресеньям в танцевальном зале. Младшие парни, удивлённо хлопая длинными ресницами, переглядываются между собой и радостно кивают, словно китайские болванчики. Обменявшись ещё парой фраз с Хосоком, они отравляются обратно в отель, вежливо отказавшись присоединиться к небольшой пирушке, что устраивают старшеклассники, несмотря на то, что время отбоя давно прошло. - Ты знал о существовании этого кружка? - интересуется Чимин, задрав голову к ночному небу, усеянному мириадами ярких звёзд. - В нашем интернате два танцевальных клуба, - трёт переносицу Чонгук, - они различаются степенью мастерства их участников. В своё время, я успел побывать и там, и там, но как-то ни о чем. Тусовка Джей-Хоупа же идёт вне школьной программы. Так сказать, элитная сходка профессионалов, в которую можно попасть только засветившись в определенных местах, зарекомендовав себя с наилучшей стороны. А Чон Хосок там самый главный. И он лично пригласил нас. Я в шоке. Когда они возвращаются в номер Кука, к немалому испугу Шуга с Тэ там не обнаруживаются. Зато друзья находят их в номере Чимина – парни дрыхнут в обнимку на кровати Юнги. Чем они занимались до этого, что заснули на одной постели, да и в столь странных позах, остаётся очередной загадкой. Благородный Чонгук решает не будить натерпевшегося за день Тэхёна и уходит к себе в одиночестве.

*******

Чимин просыпается от того, что кто-то очень настойчиво трогает его лицо. Даже не трогает - лапает. Парень старательно игнорирует прикосновения к своим ушам, губам, щекам, но, после того, как чужой палец оказывается в его носу, Чим резко отстраняется, садится на кровати и настороженно смотрит Тэхёну в глаза: - Ты чё творишь? – спрашивает Пак. Тот, не разрывая зрительного контакта, наклоняет голову на бок, пожимает плечами, разворачивается и уходит в ванную. А потом, видимо, к себе в комнату. Чимин еще долго глядит ему вслед, после чего переводит взгляд на Шугу – тот мирно спит на животе, подмяв под себя подушку и свесив с кровати одну ногу. Парень опасливо поднимается с кровати, на цыпочках прокрадывается к двери в общую комнату и запирает её на щеколду со своей стороны. Так спокойнее.

*******

Следующий день проходит не менее насыщенно – ребята гуляют, купаются, загорают, играют в игры, веселятся все вместе и каждый по своему. Очередная небольшая неприятность случается во время послеобеденной прогулки - Юнги неожиданно замедляется, вцепляясь в руку Чимина сильнее обычного, а после с тихим "блять" падает вниз. Его голова лишь самую малость не долетает до каменной плитки - младший проявляет чудеса реакции и успевает подхватить обмякшее тело за мгновение до неизбежного, а Чонгук уже несётся за врачами. Очнувшийся буквально через полминуты Юнги утверждает, что с ним всё хорошо и обмороки на пустом месте - не особо частое, но вполне обыденное явление в его жизни. Чимин же прижимает хрупкое тело к своей груди и глотает слёзы, не в силах выдать что-то помимо жалких всхлипов. Подоспевшая на место происшествия медсестра, что сопровождает в поездке ребят из интерната, после беглого осмотра подтверждает - с Мин Юнги всё в полном порядке. И да, такое с ним периодически случается - просто слабый организм, переизбыток эмоций, ничего страшного. А вот ревущему рыжеволосому выдаёт пару таблеток успокоительного. Вечером старшеклассники, которым вчера несильно, но все-таки влетело за поздние массовые посиделки, организовывают пляжный волейбол. Чимину очень хочется пойти поиграть, но он также не желает оставлять Шугу в одиночестве. И скорее даже не из-за страха, что со старшим может вновь что-нибудь случиться, а потому что не хочется лишать себя возможности провести как можно больше времени наедине с объектом своего интереса. Беловолосый парень же всё понимает по-своему, и, чтобы из-за него Минни не лишалась удовольствия увлекательно провести время за активным отдыхом, молча выставляет её за дверь. Народу, желающего принять участие в игре, собирается слишком много для двух доступных площадок, поэтому Чимин поначалу просто сидит в очереди, наблюдая за происходящим. Игроки сменяются довольно быстро - кто-то устаёт, а кто-то просто не тянет на тот уровень игры, который задают старшие. Поэтому Чим, вступив на площадку, сразу же начинает выкладываться на полную. Его навыки игры в волейбол не так уж и хороши, но парень привык ставить себе цель и добиваться её, прилагая максимум усилий, выжимая из себя последние силы. Вот и сейчас Чимин доходит до того, что остаётся в последней партии "выживших" ребят, на удивление обнаруживая на своей стороне поля недавнего знакомого - Чон Хосока. Старший тоже вдруг замечает рыжеволосого мальчишку и радостно машет ему рукой, отвлекаясь от игры, за что и получает мячом в ухо. Правда, эта маленькая неудача его ничуть не огорчает, напротив, придаёт сил и Хосок забивает последующие два мяча, чем и приводит свою команду к окончательной победе. В свой номер Чимин, в очередной раз, возвращается далеко после отбоя, удачно обогнув воспитателя, что отлавливает в коридоре поздних пташек. Парень аккуратно закрывает входную дверь, стараясь не шуметь, быстро принимает душ. В комнате подозрительно пахнет сигаретами, и, решив, что балуется кто-то из соседей, Чимин прикрывает распахнутое настежь окно, после чего забирается в свою постель. Он дико устал, но, в то же время, чувствует невероятное счастье, разливающееся по приятно саднящим мышцам. - Как поиграли? - раздаётся хриплый голос. - Очень хорошо. Мы победили. Я тебя разбудила? - испуганно спрашивает Чимин. - Я еще не ложился - музыку слушал. Ты в порядке? - внезапно обеспокоенно интересуется Юнги. - Да, конечно, в полном, - растерявшись, лепечет младший. - А ты? - Тоже. Спокойной ночи, Минни. - Приятных сновидений, - удивленно хлопает глазами рыжий, после чего укутывается в одеяло, моментально погружаясь в долгожданный сон. На следующий день во время прогулки, свободной от присмотра воспитателей, четверо друзей возвращаются к игровым площадкам, что были обнаружены ещё в первые часы отдыха. Тэгуки сразу же завладевают детским комплексом, состоящим из всевозможных горок, лесенок да перекладин. Чимин поначалу носится вместе с ними, а, подустав, присоединяется к балдеющему на качелях Юнги. К слову, Тэхён верхом на розовом качающемся слонике - то ещё зрелище. Чуть позже в руках бесконечного энерджайзера Чонгука появляется мяч, а вся компания, незаметно для себя, перемещается на баскетбольную площадку. Поначалу Чон с Паком на расслабоне перекидываются мячом между собою, а Тэ с Юнги меряют площадку шагами, о чём-то увлеченно переговариваясь. Чимин периодически бросает на них взгляд, в очередной раз с беспокойством засекая Шугу, висящим на баскетбольном кольце. Но стоит парням подтянуться поближе к мячу, как поступает предложение сыграть в известное во всём мире "тридцать три". Неловкая пауза неприятно ударяет по слуху, и три взгляда сталкиваются на одном лице. Несколько секунд старший выразительно молчит, сомкнув губы в тонкую линию, а после, неожиданно для окружающих и самого себя, взрывается: "Да я вас всех одной левой уложу!" и, выхватив у опешившего Чонгука мяч, закидывает прямиком в кольцо. - Я раньше профессионально баскетболом занимался, - рассказывает Юнги тем же вечером. Они с Чимином лежат чуть ли не в обнимку (места мало) на кровати старшего и делят наушники с музыкой в стиле хип-хоп на двоих. - И в соревнованиях различных участвовал. У отца должны были сохраниться медали и кубки. - И это первый раз, когда Юнги упоминает кого-то из своей семьи. В его глазах и интонациях столько боли, обиды и разочарования, что Чимин, вспоминая снимок, что стоит у старшего на столе в комнате интерната, неожиданно понимает, что раньше баскетбол был неотрывной частью Юнги, найти замену которой он так и не смог.