Like a hurricane

Саймон разглядывал на танцполе извивающееся тело черноволосой девушки и хлестал виски. На ней было короткое синее платье, волосы метались из стороны в сторону, а на лице играла лёгкая улыбка. Он глушил боль, потому что начал влюбляться в эту чертовку. И не только в её идеальную внешность, но и в улыбку, в сияние глаз, в привычку заботиться о брате, в звонкий смех, который он слышал каждый раз, стоило ему сказать что-то невпопад. Она была очень мила и добра с ним, всегда поддерживала разговор, подмигивала на прощание и называла какими-нибудь ласковыми словами. Но от этого было больнее, и Саймон уже твёрдо решил закрыть в себе это ноющее чувство. – Саймон? – Иззи вернулась к бару и нашла там спящего Льюиса. – Просыпайся, дорогой, – она подняла его голову и нежно похлопала по щеке. – Ммм, – промычал Саймон, медленно открывая глаза и видя перед собой ласковое лицо Изабель. – Это лучшее пробуждение, – пробурчал он, а девушка тихо рассмеялась. – Нам пора, – шепнула она и перебросила его руку себе через плечо, не давая Саймону рухнуть на пол. – А где твой парень? – Ловит такси. Мы отвезём тебя домой, не переживай. Они, опираясь друг на друга, вышли из клуба, где их уже ждал Калеб.

***

Утро началось для Саймона с невыносимой головной боли и сухости во рту. Еле добравшись до кухни, он выудил из холодильника бутылку воды и полностью её опустошил. – Доброе утро, – услышал он голос и медленно повернулся. Перед ним стояла Изабель с растрёпанными волосами и без макияжа. На ней была только его – Саймона! – футболка, которая доходила до середины бедра. Он остановил свой взгляд на голых ногах девушки и нервно сглотнул. «Нет. Вот самое прекрасное пробуждение», – пронеслось у него в голове. – Ч-что ты тут делаешь? – спросил он дрожащим голосом. – Жду, когда же ты приготовишь завтрак, – усмехнулась Иззи и взобралась на стул за барной стойкой. – Ты здесь ночевала? – Ну да, ты разве не помнишь? – она поковырялась в корзине с леденцами, но не нашла ничего интересного и лишь вздохнула. – Мы с Калебом отвезли тебя домой, и ты предложил нам зайти. Потом мы ещё немного выпили пива и остались на ночь у тебя. – А где тогда Калеб? – Он уехал на работу, – девушка закинула ногу на ногу, ещё больше оголив бедра. – Ну-с, накорми меня, – улыбнулась она. Саймон потянулся к холодильнику, вытащил яйца, молоко, зелень, некоторые овощи, бекон и приступил к готовке. Минут через пятнадцать перед Иззи уже стоял ее завтрак. – Выглядит аппетитно, а пахнет просто превосходно, – пролепетала она и погрузила в рот первый кусочек. – Ммм, ты где научился готовить? Даже Алек не умеет так вкусно. – Всё дело в приправах, – замялся Саймон. – И в человеке, для которого готовишь, – еле слышно добавил он и вернулся в комнату, оставив Изабель в полном недоумении и с раскрытым ртом на кухне. Через некоторое время хлопнула входная дверь. Саймон облегчённо выдохнул и посмотрел на часы. 10:22. Что ж, сегодня можно и опоздать.

***

– Ты написал статью? – налетела Клэри, как только вошла и увидела Алека на рабочем месте. – Я в процессе, – ответил он, не отрываясь от экрана. – Дай мне время до обеда. Потом покажем Джо. – Где Саймон? – Он опоздает. Джо хмурился, когда читал статью. Это было его привычкой, и она ужасно раздражала всех работников, так как не было понятно, что испытывает он при чтении. Даже если бы там было написана самая смешная история на свете с множеством шуток, он бы её сначала прочёл до конца, а уже потом, отложив в сторону, начал смеяться. Клэри и Алек неловко переминались возле стола в его кабинете в невыносимом ожидании. – Не мог написать покороче? – тихо прошипела Клэри. – Она и так небольшая, Фрэй. Наконец, Джо отложил статью и уставил свои глаза на двух молодых людей. – Вы хоть понимаете, что наделали? – еле слышно произнёс он. – Это просто взорвёт всю общественность! – завопил он. Алек и Клэри на радостях обнялись. – Конгрессмен-гомофоб в гей-клубе – это просто бомба! Особенно на фоне его предыдущего выступления, Боже, мы разместим эту статью на обложке, – он схватил файл и выбежал из кабинета. – Ну и как? – поинтересовался Саймон у вернувшихся друзей. – Просто супер! – подпрыгнула Клэри и обняла Саймона. – Сыграем? Они как обычно уселись за овальный стол и наклеили друг другу стикеры на лоб. Долго отгадывали, меняли персонажей и громко смеялись. – Так, – хохотал Саймон, нацепив стикер Алеку на лоб. – Ты ни за что не отгадаешь. – Посмотрим, как скоро отгадаешь ты, – усмехнулся Алек, глядя на надпись Льюиса, которая гласила «Влюблённый в Иззи идиот». – Александр Лайтвуд, – раздался голос за спиной, от которого у Алека перехватило дыхание. Он развернулся и увидел перед собой Магнуса. – И, конечно, ребята, – улыбнулся он остальным и снова перевёл взгляд на Алека. – Эта статья просто шикарна, и это то, о чём мы говорили. Вот твой стиль, придерживайся его. – Спасибо, – пробормотал Лайтвуд в ответ, глядя в золотисто-изумрудные глаза, и покраснел, видя, как Магнус склоняется к его уху. – А это мы можем исправить, – шепнул он, указывая на стикер, который был всё ещё приклеен ко лбу Алека, и, развернувшись, зашагал прочь. Лайтвуд медленно повернулся к друзьям. Клэри хихикала, Саймон удивлённо таращился на него, а Морган еле сдерживал смех. – Что это было? – пару раз моргнув, прошептал Алек и отлепил стикер со своего лба. На зелёном листочке корявым почерком Саймона было выведено единственное слово, прочитав которое, Алек вспыхнул всеми оттенками красного, а сердце пропустило удар. «Девственник».

***

Новость о гей-конгрессмене разлетелась по городу за несколько часов после выхода свежего номера New York Life. Дональд Макгрегор подобную ситуацию пока никак не комментировал, и бытовало мнение, что его политической карьере настал конец. Карьера Алека, наоборот, только взошла на пик своей популярности. Его статью высоко оценили как критики, так и простые люди. По данному случаю в издании решили устроить небольшой ужин в ресторане, чтобы отметить успех. Магнус и Алек сидели на разных концах длинного стола, но весь вечер переглядывались, и если первого это нисколько не смущало, то второй смущался так, что сейчас по оттенку напоминал недоспевший помидор. – Знаешь, – Саймон обратился к Клэри. – Ничего подобного не устраивали, когда я написал блестящую статью. – Может она была не блестящая? – усмехнулся Морган. – Нет, была, – окатил его холодным взглядом Льюис. – Я о том, что Алек явно стал любимчиком Магнуса. – Не неси чушь, – фыркнул Лайтвуд и встал из-за стола. – Я пройдусь. Как только Алек скрылся в холле ресторана, Саймон нагнулся ближе к друзьям: – Вы же тоже заметили их стрельбу глазками и неуместные попытки флирта? – Да, Саймон, – ответил Морган. – Но мы не суём свой нос, что и тебе советуем, – с этими словами он легонько толкнул друга. Свежий, слегка прохладный воздух принёс облегчение, и Алек расхаживал перед рестораном, пытаясь отрезветь от выпитого вина. – Вышел подышать? – услышал он бархатистый голос за спиной и обернулся. Перед ним стоял Магнус. – Голова закружилась от вина, – кивнул Алек и покосился на босса. Тот со счастливой улыбкой на лице вглядывался в лицо Лайтвуда. – Что? – не выдержал Алек и смущённо улыбнулся в ответ. – Впервые вижу твою улыбку, – признался Бейн и скользнул взглядом по его губам. – Я часто улыбаюсь, – попытался убедить скорее себя, чем Магнуса, Алек. – Да, но сейчас ты делаешь это только для меня, – Бейн сделал шаг ближе, и Алек уставился на его шею. Верхние пуговицы белоснежной рубашки были расстегнуты, открывая взору смуглую кожу. Под воротником пульсировала венка. Алек сглотнул, подавляя желание припасть к ней губами, и повернул голову в сторону. Магнус уже приоткрыл рот, чтобы что-то сказать, как тут к Алеку подлетел седовласый мужчина и со всего размаху впечатал кулак ему в лицо. – Сукин сын! – заорал он и прежде, чем ударить снова, был сбит с ног Магнусом. – Ты мне всю жизнь испортил! Алек вытер капли крови тыльной стороной ладони и внимательно всмотрелся в обидчика, который сейчас вырывался из рук Магнуса. – Дональд Макгрегор, – выдохнул он. – Не думал, что вы опуститесь до такого. В это время, услышав крики, на улицу выбежала охрана ресторана и увела сыплющего проклятья уже на всех подряд конгрессмена. – У тебя кровь, – Магнус подошёл к Алеку, доставая платочек из кармана брюк и прикладывая его к носу. – Какая наблюдательность, – хмыкнул Лайтвуд в ответ и взял платок в свои руки. – Спасибо. – Я отвезу тебя домой, – Магнус направился к своей машине. – Ты пьян, – хотел усмехнуться Алек, но застонал от пронзившей скулу боли. – Один бокал вина не снёс мне крышу, Алек. Немедленно садись в машину, – крикнул он прежде, чем усесться самому. Алек обречённо вздохнул и плюхнулся на переднее сиденье. Всю дорогу они молчали, не считая тех моментов, когда Алек показывал, куда сворачивать. – Спасибо, – пробормотал он, когда они остановились возле его дома. – Тебе надо будет приложить что-нибудь холодное, – сказал Магнус и повернулся к Алеку всем телом. Он поднёс руку к его лицу и большим пальцем потёр щёку Лайтвуда, а тот, казалось, перестал дышать. – Кровь, – улыбнулся Бейн, показывая палец, и с большой нежностью посмотрел ему в глаза. – Тебе когда-нибудь говорили, что у тебя очень красивые глаза, Александр? – Нет, – честно признался тот. – Я первый, – просиял Магнус. – Мне… – Алек отвернулся и помотал головой, словно отряхиваясь ото сна, – мне пора. Ещё раз спасибо, – он вышел из машины и взбежал по лестнице к двери. – Сладких снов, – услышал он прежде, чем закрыть за собой подъездную дверь, и счастливо улыбнулся, прикусывая нижнюю губу.