Антибиотик

— Подъем, спящая красавица! — противный голос сестры вырвал меня из объятий сна. Вот же дьявол! Эти вопли — не самое лучшее начало дня. — Отвали, Кэм, — сонно промямлила, уткнувшись лицом в подушку. Спать хотелось ужасно, потому что вчера, а точнее сегодня, я уснула слишком поздно, так как всегда долго засыпаю на новом месте. Мозг отказывался функционировать и посылать сигналы моим конечностям, к тому же, сегодня был последний день летних каникул, впереди меня ждал первый курс в университете, и этот день я вовсе не так планировала провести. — Миранда, уже полдень. Скоро приедет наш гость, — фыркнула блондинка. — Хотя мне плевать, можешь, хоть в трусах его встречать, — добавила она и вышла, как назло громко хлопнув дверью. — Стерва! — сквозь зубы процедила я, перевернувшись на спину. Мне потребовалось какое-то время, чтобы прийти в себя и разлепить глаза, но я тут же их закрыла, потому что солнечный свет меня ослепил. — Надо вставать, — уговаривала саму себя. Время поджимало, поэтому, пролежав еще пару минут, я нашла в себе силы оторвать собственное тело с кровати и пойти в душ.

***

Семья сидела в гостиной и все были при параде. Мама надела на себя строгое серое платье до колена, Саймон свою лучшую рубашку и черные брюки, а вот Камилла потрудилась на славу. Ее волосы ниспадали аккуратными волнами по спине, на ней было ярко-красное платье с глубоким декольте, черные шпильки и тонна макияжа. При виде этого чуда, я едва сдержалась, чтобы не прыснуть от недоумения. — Доброе утро, — угрюмо бросила я и села на диван. Мама осмотрела меня с ног до головы, при этом, не скрывая собственного удивления. Я не парилась, стоя перед зеркалом три часа, как наверняка это делала сестра, тупо взяла первые попавшиеся джинсы с дырками на коленях и черную майку, на которой тоже присутствовали дырки. — Может, стоило выбрать что-то приличнее? — спокойно спросила мама и тут же была удостоена моего гневного взгляда. — Речь шла о комнате, я свое дело выполнила. Одеваться я вольна, как захочу, — недовольно отчеканила я. Мама ничего не сказала, лишь покачала головой. Она привыкла к моему утреннему настроению, пусть даже мое утро началось в обед, поэтому возражать не стала. — Похожа на бомжа, — вставила свое слово сестра, разозлив меня окончательно. — А сама? Вырядилась, как проститутка! К тебе, между прочим, не Райан Гослинг приезжает! — Хватит! — прикрикнула мать и мы обе обернулись. — Ты, — она указала пальцем на Кэм. — Оставь сестру в покое. А ты, — теперь она указывала пальцем на меня. — Забудь все свои скверные словечки и будь добра, веди себя прилично. Или ты уже передумала идти сегодня куда-то? Этой фразы было достаточно, чтобы остудить мой пыл. Я слишком сильно мечтала попасть на сегодняшнюю вечеринку, что даже готова была помолчать денек. Вжавшись в диван и закусив нижнюю губу, я поймала тишину, но продолжила перекидываться недовольными взглядами с сестрой. Где-то на улице послышался звук машинных тормозов. Блондинка тут же шмыгнула к двери, пытаясь разглядеть через стекло происходящее. — Кажется, приехал! — радостно завопила она, захлопав в ладоши. Мама и отчим встали с дивана и направились в сторону двери. Я последовала их примеру. Меня не покидала мысль о том, какая мама сегодня счастливая. Стоило мне войти в комнату, как я всем своим естеством ощутила исходящую от нее энергию. Она светилась и радовалась, хоть я и не понимала почему. Заявку на участие в программе по обмену мама подала еще в прошлом году, но одобрили ее только сейчас. Я не видела в этом никакого смысла, сама идея мне казалась глупой. Человек, который сутками пропадает в операционной, что он может получить от данного мероприятия? Возможно, мне не понять этого никогда. Но это было полбеды. Я не хотела поддержать маму. Всеми своими действиями, даже выбором сегодняшней одежды, я противилась ее решению, не желала с ним мириться, а все из-за какой-то глупости. Ну, подумаешь, поживет в нашем доме какой-то парнишка, подумаешь, займет место в моей комнате, разве это нельзя перетерпеть? Нельзя. Нет, можно, но я так не могла. Меня поставили перед фактом, оповестили о решении вопроса, в котором я не принимала участия, и я разозлилась. А разве нельзя быть обычным подростком? Разве нельзя просто взять и закрыть глаза, утихомирить юношеский максимализм и желание найти на собственную задницу приключения? Единственным моим оправданием было то, что я такая, какая есть, и другой уже не стану. За собственными размышлениями, я не заметила, как Саймон скрылся за дверью. Я даже начала злиться на себя, в прочем, неудивительно, и продолжала терзать себя мыслями до тех пор, пока дверь вновь не хлопнула. — Обалдеть! — воскликнула сестра не слишком громко, но мне удалось расслышать. Не хотелось встречаться взглядом с человеком, появлению которого я была не рада. — Добро пожаловать в наш дом, — поприветствовала мама гостя. — Меня зовут миссис Браун. — Рад знакомству, — раздался бархатный голос в другой стороне холла. — Меня зовут Адам Уилльямс. Услышав нечто похожее на пение ангела, я обернулась и опешила. Молодой человек чуть склонился и коснулся губами тыльной стороны ладони матери. Боже, какое подхалимство! Разглядеть лицо было невозможно, поскольку неровно стриженные черные волосы закрывали его. Одет он был весьма обычно. Белая футболка с логотипом «Адидас» на груди, штаны-бананы с узором милитари и черные кеды. Челюсть Камиллы валялась где-то на полу, это слишком позабавило меня, а вот щеки мамы покрылись румянцем. Даже Саймон был удивлен подобной реакции. — И… И мне приятно, — промямлила мама, чем ввела нас с отчимом в еще больший ступор. Мама отошла в сторону, когда парень выпрямился. Высокий, накаченный, с широкими покатыми плечами и выступающими на руках жилками. У него были льдисто-голубые глаза, которые я уверена, покорили не одну девушку, прямой нос и пухлые губы. Он был смазлив, надо это признать. Чертовски смазлив. Но для меня это не играло никакой роли. Это был чужой человек, который вторгся в мое пространство, в мою жизнь. Его не звали, не ждали, скорее, мечтали избавиться. И пусть это мнение разделяла одна я, плевать. Ох, поскорей бы пролетел этот год. Сестра, в подтверждение моей теории, буквально подлетела к нашему новому соседу, видимо, на крыльях любви. — Камилла, — она нагло протянула парню руку, в надежде, что тот повторит свой жест. — И мне очень-очень приятно познакомиться, — прощебетала блондинка. И брюнет повторил. Он невесомо коснулся своими губами тыльной стороны ладони сестры, не скрывая довольной ухмылки на своем лице. Это вызвало очередную волну отвращения и на долю секунды мне даже показалось, что меня скрутит пополам прямо в собственном холле от такого выпендрежа. К несчастью, остаться незамеченной мне все же не удалось. Молодой человек и я столкнулись взглядами. Ни один мускул на лице парня не дрогнул, но бездонные глаза говорили о многом. В них смешалось разочарование, отвращение и, может быть даже легкий испуг. Я намеренно скривилась, показывая свое отношение к происходящему, в надежде, что участь сестры и матери минует меня. Он сделал шаг в мою сторону. — Мы люди не королевских кровей, — буквально выплюнула я. — Нам руки целовать не обязательно, — как говорят: «Лучшая защита — это нападение», вот и у меня своеобразная защита. Оттолкнуть и не впускать, ни к чему это. К тому же, я не буду против, если парень покумекает и сам догадается о моем мнении на счет происходящего. Заметив пристальный взгляд мамы, буквально прожигающий насквозь, невольно поежилась и решила реабилитироваться, дабы не добивать ее до конца. — Ну, в смысле, я — Миранда, — вздохнула обреченно. Брюнет усмехнулся. — Приятно познакомиться, Миранда, — с улыбкой на лице произнес он, при этом выделив мое имя как-то по-особенному. — Идем скорее, я покажу тебе твою комнату! — Камилла подхватила нашего гостя под руку и потащила наверх. Тот еле успел чемодан схватить. Я тоже рассчитывала исчезнуть под шумок следом за парочкой и уже ступила на вторую ступень, но не тут-то было. — Стоять! — грозным тоном велела мать. Опустив голову, я сделала, как было велено, и встала напротив мамы. — Джесс, может не сейчас? — попытался вступиться за меня отчим, но и его удостоили тяжелым испепеляющим взглядом. — Нет, сейчас, — мама едва сдержалась, чтобы не перейти на крик. — Почему мне должно быть стыдно? Скажи, Миранда. Вчера я предупреждала, без твоих фокусов, но ты опять все портишь. А знаешь что? Я тоже могу все испортить! У тебя есть время до вечера, сейчас шагом марш на кухню готовить обед и если еще хоть слово вылетит из твоего рта — ты не только останешься дома сегодня, ты останешься дома навечно! — прорычала женщина. Ее левый глаз даже начал дергаться, а лицо покрылось красными пятнами. — Я не обязана перед ним стелиться, — неожиданно для всех в этой комнате и для самой себя, ответила я и начала размахивать руками. — Мне вообще эта идея не нравится, но разве ты меня спросила? Почему бы ему не разместиться в комнате Камиллы? Нет же, в моей удобнее! А меня? Меня кто-нибудь вспомнил? Меня поставили перед фактом! Так что извини, что нагрубила ему, мне очень жаль. А нет, вру, не жаль. Мама устало покачала головой и потерла виски. Она спокойно выслушала мою тираду, даже не перебив, удивляя тем самым меня. Когда она подняла на меня свои вмиг опустевшие глаза, я заметила, что губы матери были плотно сжаты, а это вовсе не добрый знак. — Пожалуйста, иди готовь обед, — устало выдохнула она и, развернувшись, направилась в сторону своего кабинета. Мне ничего не оставалось, кроме как смириться и молча отправиться на кухню.