Антибиотик

Суть идеи мисс Кавана заключалась в том, чтобы облегчить задачу и себе и нам. Женщина вкратце объяснила, что нам предстоит отыграть пьесу перед комиссией — это и будет наш зачет. Однако это не будет какой-то мега популярной историей о любви, страданиях и прочей чепухе. Нет. Мисс Кавана придерживалась своих принципов. У нее были друзья, которые с радостью писали как собственные произведения, так и сценарии. Ими-то она и пользовалась. Мисс Кавана оказалась строгой, но в тоже время настоящим профессионалом своего дела. На прослушивании она часто делала замечания, видимо, издержки профессии. Я решила процитировать один из сонетов Шекспира, а Мэг, будучи ярой поклонницей зарубежной литературы, выбрала Чехова. Мы направлялись к стенду, где должны были вывесить результаты проб. Вокруг толпились студенты, что-то бурно обсуждали, размахивали руками, возмущались. Кое-как протиснувшись, мы добрались до бланков с результатами. — Слава Богу! — подруга облегченно выдохнула, увидев, что ей отвели роль костюмера. Мне досталась некая Кассандра Вудс. Это не главный персонаж, но немало значимый. Я не сильно расстроилась, но и не обрадовалась. Пробежав глазами по длинному списку, невольно обратила внимание на фамилию Уилльямс. Кто бы сомневался, что этому смазливому индюку достанется главная роль. Я закатила глаза. Зал для репетиций был на половину полон. Заметив свободные места во втором ряду, мы с подругой присели. Буквально через пару минут мимо нас стали проталкиваться студенты. — Простите, прошу прощения, — услышала знакомый насмешливый голос. Адам протиснулся мимо и сел рядом, по левую сторону. За ним прошел Патрик и тоже сел в нашем ряду. Уилльямс поправил челку, запустив руку в густую шевелюру, и, хитро прищурившись, посмотрел на меня. Сделав вид, что не заметила его пристального взгляда, я отвернулась к Мэг. В зал вошла мисс Кавана и, похлопав в ладоши, призвала нас к тишине. Женщина вновь зачитала списки. После она взяла стул, поставила его в центр сцены и присела. — Пожалуйста, пересядьте. Я хочу видеть участвующих в пьесе впереди, а остальные разместитесь в конце, — скомандовала женщина. Несмотря на свой идеальный и ухоженный внешний вид, она выглядела усталой. Все с шумом принялись выполнять задание. — Я попросила пересесть, а не болтать, — грозно добавила преподаватель и зал мгновенно стих. Ей достаточно было посмотреть на кого-либо своими темно-карими, практически черными глазами, чтобы усмирить. Адам вновь сел рядом, причем уверена, он сделал это нарочно. Парень вальяжно сидел в кресле, его ноги были широко расставлены, и коленом он задевал мое. К тому же, его рука покоилась на нашем общем подлокотнике. Я постаралась не обращать на это внимание и просто смотрела прямо, ожидая, когда начнет преподаватель. — Что ж, начнем, — мисс Кавана пробежалась глазами по своим записям. Женщина обсуждала интересующие ее моменты с участниками пьесы, выслушивала варианты учеников и предлагала свои, делала какие-то заметки. Настала моя очередь, и она взглянула на список. — Мисс Лоусон, — преподаватель покачала головой. — Есть один вопрос. В конце пьесы будет эпизод, который я бы предпочла оставить, но все же спрошу ваше мнение, — она потрясла в руке свой экземпляр сценария. Не понимая, к чему клонит преподаватель, взяла в руки бумажки, которые до этого благополучно покоились под моей пятой точкой. Открыв последнюю страницу, я обомлела. Теперь я поняла все эти хитрые улыбочки Уилльямса, почему он подсел именно ко мне и что ему было нужно. «Кассандра подходит к Дастину и впивается в его губы сладостным поцелуем». Это была самая последняя строчка пьесы. Финиш. Адам кашлянул в кулак, но даже это не вывело меня из ступора. — Мисс Лоусон? — окликнула меня преподаватель со сцены. А я так и сидела с приоткрытым ртом, пытаясь поймать воздух, которого вмиг перестало хватать. — Давай, скажи нет, — заговорчески прошептал Уилльямс. Он коснулся кончиком носа моего уха, и я ощутила его горячее дыхание. Это заставило меня вернуться в реальность. Нахмурилась и покосилась на парня. — Ты же не сможешь согласиться, — он смотрел прямо в глаза, леденя душу, заставляя тело покрыться мурашками. — А почему я должна соглашаться? — возмутилась я. Адам коварно улыбнулся. — Потому что ты боишься. Боишься в меня влюбиться, — мои брови взлетели вверх от удивления и я прыснула. — Я? — хохотнула. — В тебя? Мне жаль тебя, ты настолько самоуверен, — ехидно улыбнулась. — Тогда давай проверим, — Адам протянул руку, предлагая спор. Внутри словно щелкнуло что-то. Всегда была падкой на эти вещи. Споры, пари… Меня словно клинило в такие моменты, включался режим победителя и я не могла с этим совладать. Как и сейчас. Я согласно кивнула и пожала руку парня. — Идет, — мое лицо сияло от удовольствия, уже предвкушала, как сделаю этого пернатого. — Мы оставляем сцену, — громко крикнула я мисс Кавана. Женщина пожала плечами, согласно кивнула и что-то записала в свой блокнот. Всю оставшуюся пару я ощущала гневные взгляды девушек, которые буравили мою спину. К тому же, уровень адреналина, что зашкаливал во время предложения Уилльямса, резко сокращался. А когда пара кончилась, и мы с Мэг сидели на заднем дворе университета, я наконец осознала всю глупость собственного поступка. — Ты сделала что?! — завопила подруга, когда я рассказала в чем дело. — Поспорила с ним, — еле слышно прошептала, уткнувшись взглядом в зеленый газон. Смотреть на Мэг не хотелось, она меня осуждала не только вслух, но и взглядом своих каре-зеленых глаз. — Ты дура? Объясни! Сперва ты ненавидишь его, поливаешь грязью при первой же возможности, а теперь сама соглашается целоваться с ним! — Мэг! Знаю, что дура, — взвыла и посмотрела на шатенку жалостливыми глазами. — Не знаю, блин. Ты же знаешь, как я закипаю, когда со мной спорят, — оправдывалась я. — Но я ему докажу. Докажу, что он самодовольный индюк и не все девушки готовы броситься к его ногам! — вскочила со скамьи и гордо, вскинув голову вверх, заявила. Я была полна решимости победить. И я сделаю это!