Антибиотик

Выходной начался вовсе не так, как хотелось бы. Вот уже третий час я билась над непосильными для моего ума задачами по математическому анализу. Эти цифры и закорючки сводили с ума! А всему виной моя «любимая» миссис Лонг, которая дала нам полтора десятка задач после своего короткого больничного. Мне никогда не давалась математика, что уж говорить о всех этих интегралах, дифференциалах и прочей математической ереси. Погода за окном наладилась. Несколько дней подряд лил дождь, но сегодня она благоволила и манила выбраться на улицу. Собственно говоря, что я и собиралась сделать чуть позже. В дверь постучали. — Уилльямс, если это ты, то тебе сюда нельзя, — в попытке сосредоточиться над очередной задачей буркнула я, вращая карандаш в руке. — Я не одета. — Брось, — послышалось по ту сторону двери. Я не ошиблась, это был он. — Чего я там не видел? — усмехнулся парень. Очередной подкол из уст брюнета заставил меня вскочить с кровати и метнуться к двери. Я резко распахнула ее. Адам стоял, облокотившись о дверной косяк, и улыбался. А заметив мое чуть покрасневшее лицо, еще и поиграл бровями. Нахал. — Знаешь Уилльямс, даже посылать тебя не буду, — устало выдохнула я. Сейчас, когда его волосы были спрятаны под черной шапкой, пожалуй, впервые, мне удалось полностью разглядеть его идеальное лицо. У него были аккуратные брови, льдисто-голубые глаза обрамлены длинными густыми ресницами, что казалось весьма необычным для парня, и надо признать, у него потрясающая улыбка. Адам тоже не упустил шанса осмотреть меня с ног до головы. Парню хватило пары секунд, чтобы скользнуть взглядом по моему лицу, шее, груди, талии и вернуться обратно к моим покрасневшим от недосыпа глазам. Улыбка на его лице стала еще шире, и мне впервые так сильно захотелось огреть его чем-нибудь хорошенько. — Лоусон, — необычайно мягко прошептал он. — Что? — лицо Уильямса вмиг стало серьезным и я даже напряглась, ожидая, что мой сосед скажет что-то разумное. — Милые трусики, — он старался быть серьезным, однако скрыть довольную ухмылку все же не удалось. Я опустила глаза и только сейчас сообразила, что кроме топа и черных кружевных трусов на мне ничего не было. Закатив глаза, хлопнула дверью у парня перед носом. «Идиотка!», мысленно ругала себя за эту оплошность. Схватила первые попавшиеся под руку джинсы, нацепила их на себя и обулась в любимые тимбы. — Ты готова? — Адам легонько постучал в дверь. Вновь закатила глаза, поражаясь этому человеку, но дверь все же открыла. — Чего тебе? — спросила я, пропуская молодого человека внутрь комнаты. Он ленивой походкой дошел до кровати и сел на ее край. — Права, — пожав плечами, пояснил молодой человек. — Твоя старшая сестра имеет дурацкую привычку класть в свою сумочку мои права. — Прекрасно, а причем тут я? — удивленно приподняла правую бровь. — Правильный вопрос, — подмигнул Адам. — Я не привык копаться в бабских сумочках, для этого ты мне и нужна. — Зашибись, — фыркнула. Обернувшись, я подошла к шкафу, где хранились вещи сестры. Их было много, слишком много. На секунду мне даже показалось, что я с головой могу уйти в кучу этого барахла. — Ладно, ты хотя бы помнишь, в какую из всех своих сумок она могла засунуть твои права? — Адам пробубнил что-то нечленораздельное. Продолжив поиски и перерыв несколько дизайнерских сумок, мне все же удалось найти нужные документы. Обернувшись, заметила, как Уилльямс что-то пишет в моих тетрадях. — Эй, какого хрена ты творишь? — я подлетела к парню и вырвала из его рук конспекты и домашку. — У тебя задачи решены неправильно, — пожав плечам, ответил брюнет. — Хочешь сказать, что ты тот человек, который сможет мне в этом помочь? — не скрывая раздражения в голосе, хмыкнула. — Если ты так сильно сомневаешься в моих умственных способностях, проверь по ответам, — Уилльямс встал, взял права и направился в сторону двери. Парень приоткрыл дверь и затормозил. — Кстати, — обернулся он. — Встретимся на ярмарке. Кажется, Джим упоминал об этом в машине, — Адам вновь подмигнул мне и скрылся за дверью.

***

В городском парке было много народу. Это был последний день ярмарки по случаю Хэллоуина, к тому же погода сопутствовала веселью. Мы с Джимми пробивались сквозь толпу. Паренек с таким воодушевлением рассказывал очередную историю из школьных будней, но я не слушала. Я искала в толпе Уилльмса, сама не понимая почему. Вполне вероятно, что это было потому что он в очередной раз заставил меня посмотреть на него под другим углом. Сперва я узнала, что он не просто выпендрежник, а действительно талантливый художник, теперь я узнала, что кроме таланта к рисованию у парня огромный талант в математике. Да, он был прав, его ответы сошлись, что было для меня шоком. — Эм, ты вообще меня слушаешь? — Джеймс упер руки в бока и недовольно на меня покосился. — Что? Да, конечно, — улыбнувшись мальчонке, взяла его за руку. — Ну что, начнем с автоматов или сладкой ваты?

***

Мы играли в автомат с клешней, когда я уловила силуэт Адама в толпе. Он был в компании одногруппников, веселился, смеялся. Рядом с ним кружили девушки, но только одна из них мне бросилась в глаза. Это была девушка с огненно-рыжими волосами, она не клеила его в открытую, но то, что парень ей был не безразличен видно было и невооруженным глазом. Рыжая смущалась, стоило Уилльмсу с ней заговорить, отводила взгляд, а потом украдкой посматривала за его действиями и другими девчонками. — Ну вот, мы вновь продули! — Джим надул губы и скрестил руки на груди. Надо же, я вовсе не заметила, как засмотрелась. — Мы обязательно выиграем в другую игру, — подмигнув, потрепала мальчика по его темно-каштановым волосам.

***

— Как на счет мороженого? — спросила я Джимми, заметив, что мальчик немного утомился от игр. Он радостно закивал головой и помчался в сторону ларька. — Два вишневых льда, пожалуйста, — я протянула купюру продавщице, и в это время чья-то широкая ладонь накрыла мою. — Три, будьте любезны, — над головой прозвучал знакомый бархатный голос. Подняла глаза вверх. Адам улыбался мне уголками губ. — Спасибо, — буркнула недовольно. — Но я и сама могу за себя заплатить. — Я угощаю, — Уилльямс взял у продавщицы мороженое и протянул одно мне, а другое Джиму. Третье парень оставил себе. — Привет, — поприветствовал он мальчика. Тот немного нахмурился, но поздоровался в ответ, забирая свое фруктовое лакомство. — Разве ты не спешишь к одногруппникам? — спросила, присаживаясь на скамью. Джимми сел справа, а Уилльмс слева. — Они уже ушли, — пожал плечами брюнет. — Тогда что мешает тебе тоже пойти домой? — Не могу упустить возможность провести с тобой время, — с издевкой ответил парень. Мне еще сильнее захотелось от него избавиться. Мы доели мороженое в тишине. Выкинув фантик, я протянула руку Джимми, предлагая встать. — Миранда, — он указал пальцем на плакат позади себя. — Давай сходим в Хижину страха? Посмотрев на рекламный щит, я нервно сглотнула. От мысли о кромешной тьме, различной гадости в виде скелетов, вампиров и прочего тело забило мелкой дрожью, а сердце забилось сильнее. Ладони вспотели за секунду, мне пришлось вытереть их о свои джинсы. — Джимми, может в другой раз? — мой голос задрожал. — Но сегодня последний день, — мальчик указал в нижний правый угол, где красовалась надпись: «10.30-11.14». — Правда, давай в другой раз, — я вновь попыталась отговорить ребенка от этой затеи. Я еще не вошла в темное помещение со спертым воздухом и Хэллоуинской нечестью, а мне уже было ужасно страшно. — Ууу, — протянул Уилльямс, стоявший рядом. — Кажется, кто-то испугался. Мне ужасно не хотелось показывать парню свои страхи. — Ничего я не испугалась! — в голосе ощущалась хрипотца. — Оно и видно, аж колени дрожат, — заметил Адам. — Если трусишь, так и скажи. Я посмотрела на Джимми. Мальчишка расстроился, но был готов к моему отрицательному ответу. На лице Уилльямса красовалась коронная улыбка, как всегда. Он сложил руки на груди и перекатывался с носка на пятку. Ненавижу, когда меня берут на слабо, а именно это сейчас делал Адам. Его взгляд так и говорил, что я струшу и не сунусь на этот аттракцион. Собрав волю в кулак, нашла в себе силы ответить. — Ничего я не боюсь! Идем! — схватив мальчонку за руку, я потащила его в сторону Хижины. Очередь была огромная, но, к моему большому сожалению, продвигалась довольно быстро. Чем ближе мы оказывались к Хижине, тем сильнее меня охватывала паника. Даже мысль о том, что это лишь для того, чтобы доказать этому выскочке, что он не прав, а он был прав, не тешила. Я терла ладони о джинсы, от волнения они потели. — Следующая группа, — скомандовал молодой человек у входа и мы продвинулись вперед. — Расслабься, — Адам легонько пихнул меня локтем в бок. — Ты же не боишься? Я готова была испепелить его взглядом, но, отмахнувшись, ответила: — Нет. Из Хижины доносились визги, крики, устрашающий грохот, и с каждой секундой мне все больше становилось не по себе. Ноги словно в землю вросли, а пульс отдавал в виски. — Следующая группа, — настал наш черед. Мы и еще двое зашли внутрь. На стенах висели распятые скелеты, в углах паутина с огромными резиновыми пауками, у которых было по восемь ярко-красных глаз, а над головой люстра с бардовым абажуром. Перед нами замигала стрелка, показывающая вперед, и группа последовала указаниям. Пол под ногами скрипел, а темноту лишь изредка освещали красные вспышки. Я сделала шаг, и доска под ногой прогнулась. В этот же момент на головы нам посыпался муляж из пауков. Все вскрикнули, но громче всех были мои визги. Ребята обернулись, чтобы взглянуть, кто так сильно вопил и мне стало еще хуже и неудобнее. Теперь все будут на меня оборачиваться! А этот напыщенный индюк Уилльямс — как всегда будет подкалывать меня. Впереди был узкий длинный коридор, и пока мы шли вперед, сбоку выскакивали Дракулы, мумии, оборотни и прочая Хэллоуниские страшилища. Я отчаянно пыталась подавить крики, но это плохо выходило. С каждым разом все было страшнее и страшнее. Миновав коридор, мы поднялись по лестнице, ведущей на второй этаж. На окнах висели дырявые шторы, шкафы были покрыты пылью, а книги на них были с потрепанными корешками. Когда в очередной раз кто-то выскочил с правой стороны, я завизжала и отпрыгнула в сторону, хватаясь за первое, что под руку попалось. Почувствовав что-то теплое и твердое, я распахнула глаза. С высоты своего роста на меня смотрел Адам и улыбался. Но это не было похоже на ту ехидную улыбочку. Это было что-то другое, словно парень умилялся моему поведению. — Прости, — промямлила, отпуская руку брюнета. Он ничего не ответил, пошел дальше, и я последовала за ним. Свернув за еще один поворот, на нас упал скелет, выскочил Фрэдди Крюгер и впереди идущую девушку схватили за плечо ведьмы, с огромными носами и зелеными лицами. Меня всю трясло, до ужаса. Пальцы тряслись, ноги подкашивались, а глаза совсем не хотелось открывать. Когда в очередной раз мы оказались в темном коридоре, кто-то схватил меня за ногу и я впервые за весь наш поход закричала, что было сил, от страха. В этот момент моей руки кто-то коснулся, сжал ладонь и переплел пальцы. Я распахнула глаза. Это был Адам. Он нежно улыбнулся и притянул меня ближе к себе. — Так будет спокойнее, — мягко прошептал он. Я хотела отпустить руку, но эта мысль улетучилась сразу же, как только над головой кто-то злобно хохотнул и коснулся волос. Я сильнее вжалась в Адама. Еще несколько страшных комнат остались позади, мы свернули к финишу. Я посмотрела на Уилльямса. Он был невозмутим, словно все происходящее было ему нипочем. Заметив, как я внимательно изучаю его лицо, брюнет кинул на меня быстрый взгляд и улыбнулся уголками губ. Меня мучил вопрос: какую игру он ведет? К чему весь этот спектакль? К чему такие мягкие, нежные взгляды, переплетенные пальцы и ласковый тон? Я не могла не думать об этом, даже несмотря на ощущение какой-то защищенности рядом с ним. Когда мы вышли из Хижины, солнце практически спряталось за горизонтом. После нескольких минут пребывания в темноте, мне потребовалось какое-то время, чтобы восстановить зрение. — Вау! Это было круто! — Джимми обернулся к нам, хлопая в ладоши. Улыбка исчезла с его лица, когда мальчик опустил глаза ниже, на наши руки. Я даже не заметила, что мы все еще держались за руки. Отдернув руку, отскочила в сторону и уставилась в пол. Кажется, у меня вспыхнули щеки. — Может, еще немного поиграем и по домам? — разрядил неловкое молчание Адам. Джим пристально посмотрел на него, мне даже показалось, будто мальчонка дыру прожжет своим взглядом, но согласился.

***

Сидя на скамейке, я смотрела за тем, как весело играют в автоматы парни и наслаждалась тихим шуршанием листвы над головой. Из головы никак не выходила мысль о том, что произошло в этой чертовой Хижине страха. Я прокручивала в памяти вновь и вновь момент, когда Адам коснулся моей руки, его озорной и в тоже время нежный взгляд, его невозмутимое лицо. И сейчас впервые стало противно. От его действий, от своей реакции. Разве не этого он добивался? Это ведь Адам, парень, в постели которого побывала не одна девушка нашего университета, и, вероятно, куча других из нашего городка. Парень, который встречается с моей старшей сестрой и при этом позволяет себе ходить за ручку со мной! Внутри стало жутко неприятно от этой ситуации. К скамье подошел Уилльямс и сел, оставляя между нами приличное расстояние. — Я думал, он меня убьет, — сказал мой сосед. Он достал пачку сигарет из кармана и закурил. — О чем ты? — не оборачиваясь, спросила я. — О твоем приятеле. Как он сверлил меня взглядом после Хижины. — Не понимаю о чем ты, — вновь повторила. — Брось, — Адам затянулся и стряхнул пепел. — Неужели ты до сих пор не поняла? — нахмурившись, уставилась на парня. — Он влюблен в тебя, — пояснил он. — Ты несешь чепуху, — закатила глаза я. — Почему же? Он в таком возрасте, когда мальчикам начинают нравиться девочки, особенно постарше. — Уилльямс, это бред сивой кобылы. — Он так на тебя смотрит. Даже сейчас, пока мы играли, он успевал окинуть тебя взглядом. Или как он покраснел от злости, заметив, что мы держимся за руки. Не отрицай очевидного, Лоусон, — Адам докурил и выбросил окурок. — Он в меня не влюблен, — парировала я. — Тебе так сложно в это поверить? — кажется, молодой человек не был готов прерывать дискуссию. — Почему он не может быть влюблен в тебя? — Потому что любви не существует! — не выдержав, шикнула на него. — Люди умеют любить. — Да брось! — не выдержав, я усмехнулась. — Взять к примеру тебя. Оглянись вокруг, ты хочешь каждую девушку в короткой юбке и с красивым личиком. Другие не отличаются от тебя. Желания, животный инстинкт, страсть, вот что движет ими. Никак не любовь. К тому же, Джим слишком мал, чтобы что-то чувствовать, — процедила я, в надежде закончить беседу. — Как-то все по-кафкиански у тебя, — усмехнулся Адам на мою тираду. Молодой человек откинулся на спинку скамьи и вальяжно расселся. — Думаешь, я не способен любить? — А разве ответ не очевиден? Это был последний вопрос, прежде чем между нами возникла пауза. Мне хотелось победно улыбнуться. Но чувство триумфа было ненадолго. — Мишель, — голос Адама впервые дрогнул, он был с ощутимой хрипотцой, больше обычного. — Что? — Ее зовут Мишель. Девушка, которую я любил, — казалось, ему было неприятно об этом говорить. Больше он ничего не сказал, а я не спрашивала, продолжая сидеть нахмурившись и в каком-то недоумении. — Ладно, — наконец выдавил сосед. — Нам пора. Еще Джимми до дома проводить надо, — молодой человек встал и направился в сторону автоматов. Мы достаточно весело добрались до дома семьи Фоллоуз. Точнее парни. Я украдкой поглядывала на то, как они общаются между собой. Для не очень открытого человека, Джеймс достаточно близко подпустил Уилльямса за этот вечер. Они смеялись, о чем-то шептались, не обращая внимания на то, что я плетусь позади. Когда ребенок был доставлен, нам с Адамом пришлось долго отбиваться от настойчивой миссис Фоллоуз. Предложение зайти на чай и шарлотку звучало очень заманчиво, учитывая то, что ничего вкуснее этого пирога в своей жизни я не пробовала. Заверив, что мы не голодны и опаздываем, мы отправились домой. Тишина, повисшая между нами, давила, и я решилась начать разговор первой. — Откуда такие познания в математике? В смысле, никогда бы не подумала, что ты так хорошо в ней разбираешься. — По линии моей матери практически все разбираются в точных науках, — ответил брюнет. — В основном они либо преподают, либо работают в сфере экономики и бизнеса. — Значит, твоя мама тоже преподает? — не знаю откуда во мне взялось это любопытство, но захотелось побольше узнать о парне. Сегодня он показался мне другим человеком, намного глубже, чем он пытается быть. Правильно говорят, у медали две стороны, может и у Адама тоже?.. — Нет, — покачал головой он. — Мама едва успела окончить школу. Ей исполнилось семнадцать, когда она забеременела Тобиасом и Фиби. Потом ей было не до образования, — парень улыбнулся. Я перевела удивленный взгляд на своего соседа. — Не знала, что у тебя есть брат и сестра. — Еще мелкая. Нас четверо, — поправил меня брюнет. У самой двери Адам замер. Он повернул ручку и промурлыкал своим дьявольски-ласковым голосом: — Только после дам. — Не пытайся быть джентльменом, — беззлобно бросила я. — Да я и не пытался, — Уиллльямс почесал затылок. — Знаешь, сегодня было весело. Конечно, если бы ты так громко не визжала, — подколол меня парень. Но мне показалось в этом подколе не было умысла как-то задеть или обидеть меня. Я нахмурилась. — Прости за сегодня, — удивленно вскинула брови. — Если бы я знал, что ты так боишься, я бы не потащил тебя туда, — он виновато улыбнулся и пожал плечами. Посмотрев в его льдисто-голубые глаза, я замерла на секунду. Мне не хотелось его ударить или стереть с лица земли, как прежде. Сейчас казалось, он говорит искренне. — Это было странно. И страшно. Но в любом случае, мне понравился сегодняшний вечер, — улыбнувшись, честно ответила. — Тогда может повторим? — заговорчески прошептал парень. — Ну уж нет!