День великого разрушения.

Риддл. Ещё один удар, ещё один синяк на моём теле. И вновь хотелось плакать, но не от того что было больно, а потому что было обидно. Обидно за он что именно мне приходилось терпеть эти побои поджав губу, и вновь и вновь подниматься с места ради того что бы увидеть эти безразличные, холодные янтарные глаза, увидеть в них своё отражение, и понять что это никогда не закончится. За окном уже было темно, а на дворе 2 часа ночи. В большом просторном помещении не было никого кроме нас двоих. Меня и моего отца. — Вставай! — по всему помещению раздался мужской властный голос. Я вздрогнул, однако из-за многочисленных побоев даже не мог поднять голову, что уж там деревянный меч и замахнуться им. Голова кружилась и хотелось упасть и все. Но я держался. — Я не могу, — тихо, практически шепотом, сказал я, с каждой секундой боясь реакции своего отца. Было страшно на него смотреть. На его глаза, выражение лица. Ведь совсем недавно он был моим любимым папой. Добрым и улыбающимся. И вот, совсем недавно превратился в настоящего тирана. А в моей жизни постепенно переставало присутствовать такое понятие как «счастье». Лишь сплошь слёзы, и виновное лицо сёстры, которая вновь и вновь обнимала меня и успокаивала. — Не заставляй повторять меня дважды, — вновь, более властным, но на этот раз громким голосом, сказал тот, от чего я только сильнее сжался, но так и не поднялся с места. — Не могу, — вновь повторил я, но видимо отец и вовсе не осознавал что я больше не в силах подняться. Из-за всего этого мне приходится вставать в 6 утра и впахивать как спартанцу ради наследника семьи что стоит выше нас, которому наша семья была обязана своим существованием уже несколько веков. Мы всегда были важными фигурами в их игре. Но тем ни менее так и оставались жертвами. Такова была участь каждого мужчины родившегося в семье Лейтрс. Чаще всего мы жертвовали своими жизнями ради своих хозяев, и умирали раньше чем успевали передать дела семьи наследнику. Тоже самое произошло и с моим дедом. Потому папа с юного возраста пытался вдолбить в меня знания и навыки. — Риддл… — Довольно! — отец и договорить ничего не успел, как на пороге просторного помещения появилась черноволосая женщина, с яркими сиреневыми глазами, как у Мины и меня. Ни сказав более ни слова она сорвалась с места, быстрым шагом направляясь в мою сторону. Остановившись, она присела возле меня, и поддавшись вперёд, обвивая своими руками меня, коснулась мягкими губами моего лба. — Мам… — стоило мне позвать её, как женщина отодвинулась от меня, а на её лице появилась мягкая добрая такая знакомая мне улыбка, которую я не променял бы ни на что на свете. — Тебе нужно обязательно отдохнуть. — Елена! — внезапно поднял голос мой отец, но мама словно не замечала его. Вместо того без особого труда она подняла меня на руки, крепко прижимая к себе что бы я не упал. — Я же просил тебя не вмешиваться. Это касается только меня и Риддла, — мама и досказать ему не чего не смогла, как резко обернулась, и не жалея сил начала давить ему ногу каблуком. — А теперь ты послушай меня, мой милый. Это касается и меня потому что если ты, конечно, не забыл, он мой СЫН! Своего ребёнка я никогда не дам в обиду, даже его собственному отцу, — тогда мама подошла со мной на руках к папе вплотную и опустив голову, уперлась ею тому в грудь. — Клиф, я прекрасно понимаю за кого я выходила замуж, и прекрасно осознавала что будет в случаи если у нас родится сын. У наших детей тяжёлая судьба, мы это понимаем оба, потому и пытаемся их научить всему тому что будет необходимо им в жизни. Но всему должна быть мера. Моя сила уже давно ушла от меня с рождением Мины, но сейчас Риддл для меня словно невесомый. Он недоедает, недосыпает, и все время плачет. Не забывай что он ещё ребёнок, и будь к нему более снисходительным. Забудь уже своего отца, ведь он не ты. — Я услышал тебя, — тогда мама сделала шаг назад оторвавшись от груди отца. Мои веки постепенно начинали тяжелеть, ужасно клонило в сон. Но тем ни менее я ещё ощущал прикосновения матери и особенно отца. Как осторожно он взял меня за мою маленькую ручку, и прислонился лбом к моему лбу. — Рид, прости меня. Я слишком много на тебя взвалил. Отдыхай… Именно после разговора с мамой папа начал более мягок со мной, давал время на передышки и разумно распределял время между занятиями и выполнением собственного долго. Но кое-что сделать он все же так и не смог… Он умер раньше того как передал свои обязанности мне, защищая до последнего своего хозяина… — Прости, у меня в мыслях не было тебя напугать, — в глазах по прежнему стояла темнота, которая лишь сильнее пыталась разгулять моё воображение. Я слышал слова, исходящие позади моей спины, и прикосновение тёплых рук, словно мне в шутку закрыли глаза и наровились сказать «угадай кто». Стоило мне это понять, как неизвестный убрал руки. Я осторожно приоткрыл глаза, в которые сразу начал полыхать яркий свет. Однако он не слепил меня. Повернув голову перед своими глазами я увидел мужчину, старше меня лет на 5 внешне. Каштановые волосы, светлая, даже бедная кожа, и выразительные золотые глаза. Это первое что запомнилось мне при виде его. А после и слабая, но по-настоящему добрая улыбка на его лице. Он сделал шаг назад, что бы мы не стояли друг к другу вплотную. Честно сказать, я не совсем понимал что происходит. Я чувствовал помимо присутствия Танатоса внутри себя еще одну сущность, это я понял еще в самолете, но в одно мгновение как будто меня ударили чем-то тяжелым, и мое сознание и вовсе поплыло в далекие дали. — Еще одним странным типом в моей голове больше. Только не устраиваете между собой дебатов, а то моя крыша полетит далеко и надолго, — моим словам неизвестный не мало удивился, но после не скрывая рассмеялся, хватаясь за живот и стирая слезы с глаз. Я понимал что в моем сознании появился еще один новенький, и это будет не малой проблемой. Однако это существо передо мною вел себя словно настоящий человек. По крайне мере мне так казалось. — Прости, я не ожидал что ты подобное скажешь. Я представлял тебя более интеллигентным, — он говорил это сквозь слезы, стараясь успокоится от безудержного смеха. — Ну извини что твои предоставления обо мне разбились об жестокую реальность, — на подобные слова неизвестный развал руками, словно это было неизбежно, а я подумывал о том что врезать том у с ноги да в челюсть. — Ты кто? — я все-таки задал вполне логичный вопрос, которым задался любой на моем месте. — Меня зовут Агний. Что бы заранее не появлялось лишних вопросов, да, я демон, но лишь на половину. Но на вторую половину я человек. — Допустим. Но раз ты человек, то почему ты заселился в мое тело, когда должен иметь свое. — Я родился в аду, потому тела которое держалось бы в этом мире у меня нет. — Но почему именно мое тело? У меня уже есть один поселенец, — тогда я указал в сторону огромной белоснежной решетки, за которой на своей ледяной глыбе, как на троне, восседал Танатос. Заметив то что я обратил на него внимание, он улыбнулся, и помахал рукой, словно приветствуя второго демона. — Если особо долго не разглагольствовать, то лучше всего будет сказать что основной причиной является Елена. — В смысле? Моя мать что-то тебе сделала? — ответа на свой вопрос я так не получил. Все пространство в котором наше трио находилось начало неистово трясти в разные стороны, словно землетрясение началось, пусть это никак не отразилось на льду Танатоса. Я ясно понимал что меня кто-то звал, и явно пытались разбудить, но не словами, а толканиями из стороны в сторону, что и вело к подобному внутреннему землетрясению. Я пытался понять, но после перевел взгляд на Агния. — Я тебе позже все расскажу. Просто верь мне. Я тебе не враг, — после этих слов в глазах все потемнело. Такое происходило со мной не впервой, я не в первый раз проваливаюсь в темноту по разным причинам. Танатос любил самовольничать и парой просто сбивал все мои сны, из-за чего это место внутри моего сознания стало для меня мозговыносящим пространством. Возможно так и не за горами день когда он захватит мое тело, ведь в этом вся суть одержимости. Хотя что он будет делать со своим новым сожителем мне было крайне интересно. Надеюсь если они побьют все в моем внутреннем мире где они поселились это не отразится на моем психическом или физическом состоянии. Но я и вовсе позабыл о всех посторонних мыслях когда мои глаза открылись. Перед моим взором сразу же промелькнула красная относительно длинная шевелюра и зеленые глаза. Только после того как я несколько раз похлопал глазами я взглянул на данную картину с другой стороны. Перед моими глазами, сидя прямо на мне, устроился мальчик, с виду лет 3-4. Он молчал, однако с неистовой силой умудрялся трясти меня из стороны в сторону, от чего начиналась кружится голова. Только поняв что я проснулся, фигура по левое плечо от меня все же соизволила убрать этот маленький груз, пусть мальчишка все ровно цеплялся за мою одежду. — Прости. Он сегодня чрезмерно активен, — иной фигурой, сидящей рядом со мной оказался никто иной как мой дядя, Витторио. Он посадил мальчишку рядом с собой, однако тот все ровно вырывался и из собственного любопытства все ровно полз в мою сторону, хоть дядя и пытался пресечь все его попытки. — Твой сын? — Да, мой сын, Абель. Абель, а это твой двоюродный брат, Риддл, — а мальчишке явно было до фонаря на это. Красноволосое чудо лишь пару раз моргнуло глазами, пнуло отца в живот, и приполз ко мне, в то время когда я уже принял положение сидя, в позе лотоса. Мальчишка встал прямо на мои ноги, не особо заботясь о том какого мне, и прислонился ухом к моему сердцу. Но не прошло и пол минуты как это произошло, как в ушах я услышал странные, но такие знакомые слова, которые словно музыкой отдавались в моих ушах. Стоило мне это ощутить, как я обратил внимание на мальчишку, глаза которого из зеленого начали принимать на удивление белый цвет. — Риддл, немедленно оторви его от себя! — вновь послышался голос в моих ушах, подобно также как это делал раньше Танатос, но ныне я слышал не его, а нашего новенького, Агния. Я не знал что происходит, но ясно понимал что это ни к чему хорошему не приведет. Особенно для этого ребенка. Для меня было большим грузом отцепить этого ребенка от себя. Глаза Абеля вновь приняли зеленый цвет, а мальчик смотрел на меня с недоумением, словно не понимал что происходит. Но больше ко мне не тянулся, а наоборот, завалился на мои ноги, и успокоился, словно всего этого сейчас и вовсе не происходило. — Что это только что было? — спросил я, только про себя, мысленно. — Из-за его внешности я даже и не понял что этот ребенок жертва, да еще и сосуд. — Жертва? Сосуд? О чем ты толкуешь? Объясни. — Сейчас внутри меня хранится ключ, запечатывающий врата ада. Этот ключ представляет из себя не нечто материальное, а заклинание, которые ты сейчас слышал. Этот ключ существовал не всегда, а был создан несколько веков назад. После создания этого «ключа» заклинание перемещалось из одного человека в другого, и как зачастую люди не знали что являются сосудами для ключа. — Но ты сказал что ты его не узнал из-за внешности. — Сосуды всегда обладали одной и той же особенностью: они были не похожи на обычных людей. Их отличительной чертой были белоснежные волосы, и золотые либо красные глаза. — Но Абель ни по каким параметрам не подходит по твоему описанию. Но если он потомок, с поколениями его внешность вполне могла изменится — Но все же, не сильно сближайся с этим ребенком. Если он заберет ключ, демоны со всего мира откроют на него охоту. Я и Танатос сможем защитить тебя, но ребенок полностью беззащитен. — Понял, — это все что я сказал Агнию. После этого он замолчал, и продолжительное время я его и не слышал вовсе. — Риддл! — меня позвал громким голосом дядя. Со всем этим я погрузился вглубь своих мыслей и совсем позабыл о том что нахожусь вместе с дядей и своим двоюродным братом, оказавшимся сосудом для «ключа». — Прости, я задумался. — Хотел спросить, каким образом ты стал советником правителя? И почему Мина более не первый генерал? — не удивительно, честно сказать, что Витторио не знал что происходит в Эдеме. Ведь на сколько я знаю Иггдрасиль только недавно связался с нами, потому не знает о положении вещей внутри государства. — Мина уже долгое время не является генералом. Как только она нашла меня, ушла от дел, и начала зарабатывать кузнечным делом. А что касаемо того как я стал советником, так это была всего лишь воля случая. Робин не особо общительный человек, часто его принимают за демона, а единственный человек помимо предыдущего правителя с кем он хорошо общался был я. А по законам Эдема, советника правителя и первого советника совета тринадцати выбирает правитель, все остальные на совести гражданских. — Вот как. Ну что ж, надеюсь ты сможешь достойно представить страну пока твой правитель будет у нас в заключении, — тогда дядя подошел ко мне, и взял ребенка с моих рук. Несколько секунд я сидел ошарашенный, не понимая что происходит. В смысле в заключении? Как они посмели? Ведь у Робина неприкосновенность, получается они нарушали союзный договор между странами. Осознав все, я поднял серьезный взгляд на Витторио, спустив в то же время ноги с кровати. — Что вы сделали с моим правителем? — я был как никогда серьезен. Сейчас я наплевал на то что он был моим дядей. Он посмел посадить моего правителя за решетку, я как минимум должен был знать причину подобному поступку. — Он нарушил один из главных законов. В Иггдрасиле запрещено находится полноценным контракторам, даже если это правитель другой страны. Потому он был заключен под стражу, и будет находится под ней до тех пор пока вся свита Эдема не покинет Иггдрасиль, — красноволосый говорил уверенным твердым голосом, но это мало меня интересовало. — Тогда как ты сказал «свита» Эдема покидает Иггдрасиль, — я резко встал с места, натягивая на себя кожную белую куртку являющейся формой символизирующий нашу страну, а с рядом стоящей тумбы ухвати перо, после чего уверенным шагом подошел к Лондо. — Я никому не позволю запятнать честь нашего правителя. Вы не имели никакого права сажать его за решетку, — тогда я прошел мимо, направляясь в сторону двери, которую сразу и хлопнул, лишь покинув помещение. Я перемещался по коридорам помещения, по дороге цепляя белое перо на прядь находящуюся возле уха. Лишь позже встретив Инферно и сгусток стражи скопившийся в коридоре мне без слов было понятно что именно за рядом стоящей дверью заперт Робин. Это и подтверждала табличка на двери. Я направлялся вперед, прямо к комнате, как стража скопившись одной большой дружной кучкой, остановили меня, выставив передо мною оружие, и скрестив копья возле двери, за которой находился Робин. — Пропустите! — Просим прощение, советник правителя Эдема, но мы не имеем права Вас пропустить без разрешения нашего правителя или его советника. — Тогда я сам пройду, — именно в тот момент из кобуры, что весела у меня на поясе я достал револьвер, без суда и следствия выстрелив в ногу парню, который сейчас разглагольствовался передо мною. Тем ни менее остальных это не остановило. Стража сгруппировалась вместе, направив все оружие что было у них в арсенале. Такого оказалось много. — Танатос, поможешь? — спросил я про себя у демона, на что я услышал звонкий радостный смех. — Выбрасывай свой игрушечный пистолетик, и держись крепко, будет холодно, — словам демона я не сильно удивился, а лишь усмехнулся, как бы усмехнулся, наверное, Робин. Убрав пистолет в кобуру, чему стража была явно в недоумении, я почувствовал холод на обеих руках, а также на ногах. Удивительно, но в этот раз он не захватил мое тело, а передал мне свою силу. Я понятия не имел как ей пользоваться, однако инстинкты словно сами собой заставляли меня двигаться. Взмах рукой, и стражу окружили колья со всех сторон в большой круг, а в центре всего этого, раздвигая стражников по сторонам, образовался небольшой коридор, через который мог пройти спокойно один человек. Но более того, когда стража касалась льда, сами они обращались в лед. Таким образом, когда я уже вышел с другой стороны, и холод с моих рук и ног отступил, большая часть стражников обратилась в огромные глыбы, а оставшиеся еще как-то отмахивались от кольев. Хотелось расцеловать Танатоса, но нет, это уже даже для меня перебор. В придачу это он захватил мое тело, пусть платит за проживание. Взломать дверь не составило особого труда. Замок здесь был настолько доисторическим, что я его просто прострелил, и вошел внутрь помещения. Само помещение было со всеми удобствами и удовольствиями, трудно было назвать это темницей или решеткой, но что больше привлекало мое внимание, это подтверждение того что это она и есть. Робин сидел на одноместной кровати, его руки были скованны большими кандалами к стене на длинной цепи. Он мог двинуться, но не дальше этой комнаты. Но что больше привлекло мое внимание, куда больше чем эти оковы, это бинты по всему его телу: шея, руки и ноги. Еще бы голова, и в гробницу к мумиям отправляй. — Что с тобой произошло? — быстрым шагом я подошел к мальчишке, спокойно устроившегося на кровати, словно так и должно было быть, и остановился только рядом устроившись на кровати, и начиная снимать бинты, что бы осмотреть ранения. Но на мои действия Робин пытался лишь вырваться, он явно не хотел что бы я наблюдал за тем что у него под бинтами, потому ударил меня кандалами по рукам, но бинты с того порвались, и я смог увидеть его руку. Это был настоящий ужас. Его кожу не то что бы прожгли, его словно на ритуальном костре жгли как ведьму, я только потом понял что черноволосый вырывался не потому что не хотел показывать, а потому что это была ужасающая боль. Я никогда не видел Робина таким. Когда я поднял глаза, мог наблюдать как скрутилось от боли его лица, а свою губу он настолько прикусил, что по подбородку вниз пошла кровь. Для меня, честно говоря, это было шоком. Я знал про регенерацию полноценных, все эти раны должны были уже зажить, но они держались, что больше пугало, я ведь и понятия не имел сколько я спал, и как давно у Вайта появились эти ужасные раны. Что бы не травмировать того еще больше, я не стал спрашивать что произошло, и как давно. Наоборот, я помог обратно замотать бинт на его руке, пока тот терпели в целом старался прийти в себя. — Мы возвращаемся в Эдем… — Нет! — пусть боль не отступускала Робина, тем ни менее говорил он спокойно, словно обычный он, не обращая внимание на боль. — Надо разобраться со всем дерьмом что здесь происходит. — Но они держат тебя на привязи как собачку. — Они имеют на это право, — тут я не много перестал понимать что происходит. — Я нарушил их главный закон. Полноценный контракт запрещен на территории Иггдрасиля, и их можно понять, ведь если я сорвусь и выпью хоть каплю крови стану вампиром, — Тогда Робин опрокинулся на стену, опираясь об нее. — Но мы не можем просто взять и махнуть обратно. Иггдрасиль реально в жопе. Этих индюков не просто атакуют, их захватывают. Если не остановим происходящее, то это место превратится в настоящий зомбиленд. — Если люди так и продолжат обращаться в вампиров, а высший будет кусать людей они как марионетки будут ходить по его указке. — Смекаешь. Хрен там мы можем позволить этому произойти. Из мемуаров Михаэля, которые я нагреб у него в усыпальнице (на рабочем столе), последний раз когда он махнул в Игддрасиль, до того как стал плясать под шарманку демона, здешние гномики (правительство) начало разработку противодемонического оружия, и на сколько я знаю в нынешнее время оно уже используется. По силе оно может еще составить конкуренцию демоническому. Если подобное оружие «волшебный образом» окажется не в тех руках, всему человеческому роду придет жопа, — тогда Робин начал вытирать кровь со своего подбородка. — Теперь вдупляешь? Мы не можем покинуть Иггдрасиль. Поэтому, я хочу что бы ты взял ответственность за нашу страну на себя. — Я? — Ну, а кто? Я что ли? Да я хуже раненого кота на привязи, — тогда Робин указал больше на кандалы нежели на свои ранения. — Только советник может замещать правителя на его посту. Здесь я просто обуза для вас, — тогда на лице мальчишки появилась его обычная усмешка, которую я так привык видеть. — Да ты не стремайся. Оллисия если что все подскажет и расскажет. Опыт у нее есть. — Оллисия? — я был не много в недоумении. Собственно, а кто это? — Оллис Уэйнрайт и Оллисия Уэйнрайт — это один человек. Он на самом деле она, — тогда Робин показывал все это время на пальцах, со своей, якобы, милой наивной улыбочкой. На тот момент мое лицо надо было видеть. Честно сказать, я не мог в это поверить. Оллис и внешне и характером более походит на мальчишку, примерно биологического возраста Робина, может старше, но что бы он оказался ей, в этот момент я просто выпал из реальности, от чего Робин начал звонко смеяться, словно и вовсе не чего не произошло, и сейчас мы не обсуждали важную проблему, касающуюся обеих стран. Тем ни менее я начал осознавать, что действительно, в случаи если мне придется уехать из замка дядюшки, мне придется как-то связываться с Робином, и каждый раз спрашивать что да как. Это как минимум было бы не удобно. Я уже направлялся к выходу, но не успел я покинуть помещение, как Робин вновь меня окликнул. — Риддл, — тогда я обернулся, взглянув на Робина, который развалился на мягкой кровати на спину, в последний момент перед падением ухватив красное яблоко с небольшой плетенной корзинки, что лежала рядом на тумбе. — Оллисия, конечно, привела верно в пример значение хозяина и слуги в данной ситуации. Я даже удивился увидев в тебе не тебя вовсе, но, надеюсь, сейчас ты понимаешь что расклад вещей поменялся? — тогда Робин кинул красное яблоко в мою сторону. Я поймал его, осмотрев по разным сторонам, и заметил как на нем, зубочисткой была вырезана корона, криво, и явно на скорую руку, ну или просто кривожопо. — Сейчас ты — хозяин! Делай что хочешь, поступай как знаешь, но умей анализировать ситуации и отвечать за свои поступки. Ты больше не слуга при богатом доме, ты один из представителей человеческой расы на нашей необъятной. — Не думал что услышу от тебя такую грандиозную речь, — на моем лице появилась улыбка, стоило мне лишь взглянуть черноволосого, а с его лица все не сходила та же знакомая мне усмешка. — Спасибо тебе, — я уже выходил из помещения, как дверь передо мною открылась, а на пороге оказался все знакомый нам Инферно. Он не зашел в комнату, лишь заглянул, но не обратил внимание на Робина, словно его и вовсе здесь не было. Мне даже показалось что они поссорились как малые дети, ибо Инферно так себя и вел. — Красный, там гости, — синеволосый указал на выход, а за ним, стояли две фигуры. Из-за спины демона я мог разглядеть лишь блондинистую шевелюру, а также все знакомую нам всем белую форму, представляющую страну Эдем. Что больше я приметил в тот момент, как только появился Инферно, мне как будто на сердце стало тяжело, а сознание начало метаться. Подобное как минимум мне казалось странным. — Филиан, — окликнул тогда Робин синеволосого, но не его именем, «Инферно», а именем его сосуда, насколько мне было известно полное его имя было Филиан Грей, и сосуд Инферно, как и моя сестра, является героем дня великого разрушения. Но стоило Робину окликнуть Инферно, как тот обернулся, пристально взглянув на черноволосого. — Пригляди за Риддлом, — видимо для Инферно это был большой груз, ведь его лицо в ту секунду выражало целую палитру неприязни и лени чуть ли не ко всему миру. — Будешь должен. — Так точно, — Робин, словно совсем мальчик, в кандалах, поднял руки, и отдал честь Инферно, пусть и играя. Ситуация действительно стояла серьезная, в придачу раны Робина были такими, что хоть стой и плач. Тем ни менее ни смотря на это натура Вайта никуда не ушла. Все тот же человек с детскими привычками, и своим задорным, но в то же время нахальным характером. После этих слов Инферно закрыл дверь, оставляя Робина наедине с самим собой, а мой взор с Инферно упал на два силуэта, что до того мельком проявлялись за спиной демона. Из себя эти два силуэта представляли мужчину и женщину, в придачу не абы каких, а настоящих генералов, находящихся в тройке самых сильных. Это было понятно по гербам на их белоснежных одеяниях. Женщина с длинными волосами заплетенных в высокий хвост, и такими же сиреневыми глазами как у меня, я знал ее. Огромный арсенал оружия при себе, и боевые доспехи. Передо мною стоял настоящих первый генерал Эдема, известная народу больше как Афина. И второй, уже неизвестный мне мужчина, беловолосый, с красными глазами. О таких как он мне совсем недавно рассказывал Агний, возможный сосуд для «ключа». А также, по гербу символизирующий наш флаг, было вполне ясно что мужчина этот представляет из себя второго генерала Эдема. Считая еще Оллисию, которая прибыла вместе с нами, все основные силы нашей страны сконцентрированы сейчас в Иггдрасиле. Эта ситуация напоминала мне случай, когда меня, Робина, и остальных представителей человеческой расы прямо посреди столицы похитили демоны, и отправили к властительнице юга, Астарот. Первый и второй генерал не стали особо церемониться, стоять на месте и терять время. Они приложили руку к гербу на их белых длинных плащах, и поклонились мне. Для меня это было неожиданно, но не то что бы прям удивительно. — Приветствуем Вас, новый советник, — произнесли те в один голос, и только после этого выпрямились, смотря прямо на меня. В подобной ситуации будь мое мнение как со стороны слуги, я бы поступил иначе. Но сейчас я лишь кивнул в знак приветствия. — Перед тем как мы перейдем к действиям, я хотел бы с вами обоими переговорить. — Как пожелаете, — обернувшись, первый и второй генералы направились дальше по коридору, в противоположном направлении от ледышек, которые я здесь развел. Но на удивление в противоположной стороне, на встречу нам, я увидел Витторио, моего дядюшку, который некоторое время не осознавал что происходит из-за картины стоящей за моей спиной. Для меня вообще была загадкой как долго он тут стоит, но видимо относительно недавно, ведь тогда принял бы какие-нибудь действия что бы оттопить своих подчиненных. Я остановился прямо перед ним, подняв гордо голову, выпрямив спину, подобно тому как учили моего Молодого Господина, когда он был еще жив. — Я и мои люди, находящийся в Иггдрасиле поможем вам с вампирами. Скажу честно, желания у меня никакого нет вам помогать, но выбора у нас особого нет. Но только попробуйте сделать с нашим правителем что-то не то, мы сразу развернем свои силы и вернемся в Эдем. Что делать дальше будите, разбирайтесь сами, — я уже проходил мимо Витторио с генералами Эдема, как краем глаз увидел довольную улыбку на физиономии мужчины. — Ты все больше напоминает мне Клиффорада. — А как иначе? Ведь я его сын — я и останавливаться не собирался, а прошел дальше, направляясь прямиком за генералами. За мной же, волоча еле ноги плелся Инферно. Спустя пять минут мы прибыли в выделенное генералам, а теперь ныне и нам помещение, представляющее из себя огромный зал с ответвлениями в другие комнаты. Правителю и его советнику выдавалась отдельные комнаты в отличии от остальных, а генералы жили вместе, естественно по разным комнатам в зависимости от пола. Таким образом я жил в комнате советника, где и должен был по своему статусу, Инферно поселили в царское ложе, в котором должен был до того расположится Робин, ибо демон был крайне привередлив в плане спать с кем-то рядом. Робин был не в счет, он его, как оказалось, лупил чем попало. Девушки, то есть Оллисия и Афина жили вместе, в женской комнате, а второй генерал жил в мужской комнате, где по сути до этого и должен был расположится вместе с ним Инферно. Однако я только после бросил на то внимание. Сейчас мне действительно было важно обсудить несколько деталей с генералам, по которым Робин собственно и катился за тридевять земель, но в итоге оказался не в таких уж удобных апартаментах, в каких был мог оказаться в случаи если бы его не вывели на чистую воду. Я устроился на небольшой диван, на самую середину, в то время как два генерала умостились с противоположной стороны также на диваны, как и я. Мы не долго церемонится, ходить вокруг да около. Я даже раньше ради приличия не узнал их имена. — Я понимаю, вам наверняка неудобно наблюдать на месте правителя и советника меня, но тем ни менее я сам не рад попасть в подобную ситуацию. Тем ни менее я хотел бы сразу начать, ибо время у нас не так много, а дела желают ждать лучшего, — в тот момент, обращая внимание на генералов, я осознавал что те ловили каждое мое слово, хоть я явно был на много младше этих обоих, тем ни менее видимо мое положение вызывало уважение у этих двоих. — Насколько мне известно, дела в Иггдрасиле стоят не самые наилучшие. Третий круг уже практически пал, и в приоритете сейчас стоит эвакуация жителей второго круга и его защита, — тогда я задумался на некоторое время, с глаз остальных наверное можно сказать что я завис на своих мыслях, что ввело окружающих в недоумение, но тем ни менее я продолжил, пусть и не совсем в том ключе с которого начал. — Нет. Честно сказать я и Робин прибыли мы сюда не совсем по просьбе Иггдрасиля. Вы и так уже обратили на это внимание, пусть и не задавали вопросы, но Михаэля здесь нет, а Робин и я заняли место нынешних правителей. — Оллис ввел нас в общем в курс дела, касаемо Михаэля и что с ним произошло, — сказала Афина, за что я был благодарен. Мне не придется рассказывать все подробности произошедшего в Эдеме. — Это значительно облегчает мне задачу. Афина… — Лелея. Это мое настоящее имя, Лелея Фалс. А белошевелюрный — Ниул Маклафлин. — Лелея, я и Робин прибыли сюда из-за Вас. Из-за того что Робин показал на всеобщее обозрение сущность внутри Михаэля его признали как нового правителя. Но как мы и так уже понимаем, неизвестно сколько продолжится это влияние на людей, плюс Робин не может стать полноправным правителем на законным основаниях. — Народ его, конечно, признал, но он все ровно нарушитель, и ему даже нет 20 лет, — девушка постепенно понимала мой ход мыслей. — Именно. Робин это ясно понимал, но добраться до тебя так и не смог. Дела в Эдеме совсем плохи. Страна на данный момент находится без правителя, пусть временно им стал Робин. Это может привести как к еще одному похищению, так и к внезапному нападению империи Хаос. Ко всему прочему даже будучи временным правителем, Робин не умеет управлять страной и народом. Михаэль умел слушать народ и совет, тем самым принимая верные решения, а Робин умеет слушать только самого себя. Лелея, народ тебя уважает и почитает за все твои подвиги совершенные ради страны, но также всем известно как ты ценишь свое место генерала, потому он и хотел попросить что бы ты временно заняла место правителя, до того пока не найдется человек действительно способный заменить Михаэля. — Полагаю, выбора действительно более никакого нет, и кандидатов тоже, — тогда девушка задумалась, приложив пальцы к подбородку. — В любом случаи думать тут нечего. Выбор другого нет. Но меня больше волнует, справитесь ли вы здесь? — На счет этого можешь не беспокоится. — Тогда оставлю все на вас, — Афина встала с места и направилась в комнату девушек что бы собраться и сегодня же вылететь обратно в Эдем. Оно вполне было понятно, ведь если прилетая сюда по времени мы прилетаем примерно во столько сколько и улетали, то на поездку в другую сторону мы прилетали куда позже. Разница во времени в общем. — Ниул, возможно я сейчас ошибаюсь, но я хочу что бы ты остался в замке и присмотрел за Робином. Не считая ран по всему его телу, я не знаю что может удумать здешний правитель с его законами. Если что-то пойдет не так они могут ему и глотку перерезать. Не пойми меня не правильно, но оставляю я именно тебя потому что как второй генерал ты сможешь в случаи чего вынести всю эту орду голожопиков. — Понял, — видимо Ниул не был особо многословным, да и честно сказать внешне выглядел куда старше чем Лелея, да и моя сестра. Ему явно как минимум внешне было лет 28-32, не старше. Подобным описание он напоминал мне Инферно. Тогда мужчина встал и направился вон из помещения, в то время как Оллис, то есть Оллисия прошла внутрь. — Я не ожидал что ты так быстро впишешься в свою должность, — девушка остановилась возле дивана на котором я сидел. Я опрокинулся на него, переведя взгляд на блондинку. — Приходится, — я тяжело выдохнул. — Что-то произошло за это время в Иггдрасиле? — после этих слов Оллисия и сама прошла вперед, обойдя диван, и устроилась на нем, рядом со мной, сложив руки в замок, и опрокинувшись на спинку. — Третий круг полностью пал. Людей со второго круга эвакуировали, а у врат между третьим и вторым кругом сейчас находятся придворные рыцари во главе со вторым рыцарем. Завтра туда отправляется советник вместе с первым рыцарем, — тогда Оллисия повернула голову в мою сторону, скрестив руки перед собой. — Риддл, надо отправляться туда если хотим встретится с врагом. Я целиком и полностью уверена что за этим захватам стоит Каллен Вайт. — Так и сделаем. — Хотел спросить, почему ты оставил именно Ниула, а не Инферно? — Инферно — демон. Узнай здешние власти о том что Филиан не тот кем является — ему сразу перережут глотку. Сомневаюсь, правда, что они это смогут, ведь Инферно один из сильнейших демонов, но тогда Робин окажется беззащитным, особенно в подобном состоянии, когда раны такие ужасные, а регенерация настолько медленная. — Вот значит как ты подошел к этой ситуации, — тогда Оллисия поднялась с места. — Тебе стоит отдохнуть. Завтра что бы отправится вместе с советником и первым рыцарем придется подниматься рано, — Оллисия хотела уже пойти, как внезапно остановилась, и обернулась. — И да, Инферно полностью под твоим попечением. Спокойной ночи, — после этого уже точно Оллисия повернулась, и направилась в женскую комнату. Еще некоторое время я провел в большой гостевой комнате. Спустя пару минут после нашего разговора женскую комнату покинула Лелея. Я отправился вместе с ней к одному из наших самолетов, на котором прибыла Лелея вместе с Ниулом. Примерно в то же время в письменной форме я отдал указ о том что до прибытия в страну Робина, временным правителем становится именно Лелея заменяет его. Я не имел права отдать указ о том что Лелея станет временным правителем на постоянной основе, учитывая что временный правитель уже есть. Народ должен знать о том что власть переходит к другому новому правителю, но это уже должен был лично сделать Робин, что естественно он сделать не мог сейчас. Витторио отдав указ о том что один из наших самолетов покидает Канаду, Лелея отправилась обратно в Эдем, а я в обществе своего дяди, которого я «внезапно» невзлюбил, вернулся обратно в выделенные нам апартаменты. Зашел в свою комнату, снял перо, кожную куртку, и завалился на кровать. Мне много времени не понадобилось что бы уснуть. Я слишком устал, хотя особо многого за день не сделал. На следующий день пришлось подниматься рано, не потому что нужно было собираться и убегать, а потому что нужно было будить Инферно. Это оказалось настоящей пыткой, ибо Инферно разбудить, легче пешком обратно до Эдема дотопать. Мне понадобилось туева куча усилий что бы его хотя бы поднять. Но в итоге стоило мне что я на мастерю ему пиццу, он уже одевался, и выбегал к выходу, торопя наоборот уже меня. Мы отправились на третий круг прямиком на вертолёте Иггдрасиля. Оно понятно, ведь нас было всего пятеро, включая меня: я — в качестве советника, но выполняющего функции правителя, Оллисия — третий генерал Эдема, Инферно — более известный как Филиан Грей, временно являющийся первым советником, Аника Гаррелтс — первый рыцарь Иггдрасиля, и Орландо Лондо — как и я, советник, выполняющий функции правителя. Прибыли на место с виду в жилой район, ведь пусть народу тут более не было, но прилавки, магазины и даже кафешки, все тут было как в нашей столице, а это третий круг. Иггдрасиль по масштабам явно был больше нашего, особенно в плане населения. Но в прошли мы в куда более старое здание, по крайне мере так казалось со стороны. Здание было больше похоже на театр, коим и оказалось. Не трудно было догадаться что именно здесь обустроились все рыцари Иггдрасиля. Но оказавшись внутри было безлюдно. Лишь в дали, в самой тени я мог наблюдать странный черный силуэт. Мы продвигались вперед, вместе с советником и первым рыцарем, как остановились возле самой сцены, услышав лишь мельком голос, который начал рассказывать о чем-то непонятном. Том, что для меня было загадкой до определенного времени. — Первый вопрос: кто? Демон. Но действительно ли только демон? Нет. Полукровка. Наполовину страшный демон, а на вторую половину наш сородич, человек. Второй вопрос: возможно ли такое? До некоторое времени слияние между человеком и демоном было невозможно. Ребенок умирал в утробе матери, неважно в человеческом или демоническом. Третий вопрос: но почему он выжил? Воздух, подпитывающий его и его мать вполне смогло дать ребенку жизнь. Четвертый вопрос: но как такое возможно? А вы знали что еще до того времени как врата ада начали закрывать, они постоянно были открытыми? Люди, находящиеся рядом с вратами ада вдыхали воздух ада, из-за чего их внешность начала меняться. Их отличительными чертами стали белые волосы и золотые либо красные глаза. Ко всему этому люди получали способности, которые ранее были им неведомы. Из-за этого в далеком прошлом таких людей как правило называли ведьмами и колдунами. Но что люди предприняли что бы закрыть врата? Они приносили жертву. Этими жертвами был беловолосый народ, который своей смертью и жизненной энергией были способны закрыть врата. Но на долго ли это хватало? Нет. Как правило максимум на 50 лет. Последней жертвой которой принесли вратам была женщина. Ее сбросили в ад, но волей судьбы или нет, она там не умерла. Окутанная пламенем она попала в самый центр ада, где спустя время породила двух детей, близнецов. После рождения мать умерла, а ее дети стали хранителями врат. Исполняя последнее желание своей матери, они создали «ключ», который запирал врата. Но этот ключ должен был использоваться с обеих сторон, потому одному из братьев пришлось покинуть ад, и выйти в свет. Но он не смог со своим демоническим телом жить в мире людей, потому был вынужден захватить тело одного из человеческого рода, после чего братья с обеих сторон закрыли врата. Сатана был озлоблен выходкой близнецов, потому он постоянно мучал одного из братьев, оставшихся в аду. Но обуздав свою силу, младший брат, оставшийся в аду начал открывать проходы, сквозь которые пытался выбраться, но старший брат близнец закрывал эти проходы, опасаясь того что своей энергией демоны отворят врата, и ключ сломается. Озлобленный младший брат сломал ключ запирающий врата изнутри и выбрался наружу. Старшему брату стоило больших усилий что бы запереть врата лишь со своей стороны. Младший брат как и старший брат понял что не может прибывать в своем собственном теле, потому захватил тела другого человека. Но что дальше произошло? Младший брат озлобленный из-за старшего пытался его убить, в результате чего и произошел день великого разрушения. И в конце пятый вопрос: кто? Семья Блэк и семья Вайт. Именно они стали первыми носителями наследного контракта, и именно их потомкам досталась эта тяжелая ноша. Но почему я все это рассказал? — именно в тот момент из тени вышел высокий мужчина с длинной красной шевелюрой, его глаза были закрыты, тем ни менее было такое ощущение словно он меня и без того видит. Он остановился возле меня, сложив свой железный веер, и приблизившись к моему лицу. — Какого это незнание того, что это именно ты из-за силы этого демона ранил своего друга? Что именно из-за демона живущего внутри тебя произошел день великого разрушения? И какова эта тяжесть ощущать боль демона, который находится рядом со своим отцом? Лишь услышав слова красноколосого «мужчины», я резким движением руки достал из кобуры пистолет и направив прямо в лоб мужчине, выстрелил без промедления.