Обезболивающее

      Легкое удушье… Не хватает воздуха… Ногти царапают спинку кровати… Опять этот сон. Снова этот мужской силуэт везде преследует и пронзает взглядом. Она не видит лица, только его глаза — вишнево-красного цвета. Человек? Нет… Дух? Нет… Демон? Нет… Он другой, он хуже, он создан, чтобы быть ее мучителем, а она создана, чтобы быть его идеальной жертвой. Тяжелые вздохи. Воздух шумно выходит из легких. Хрипы. Почти крики. Но никто не поможет, от него не сбежать. А потом снова рассвет, утро, день, вечер, ночь, все сначала…

***

      Каждое утро начиналось как-то одинаково — будильник, душ, кофе, завтрак, любимая, чтоб ее, работа. Единственный выходной — воскресенье. И даже в это самое воскресенье очень редко удается поспать. Например, на этот раз в начале девятого зазвонил телефон: — Да, — девушка, не открывая глаз, взяла трубку. — Лира, ты что, спишь? — зазвенел бодрый голос подруги. — Виктория, тебе повезло, что я не умею убивать через динамик. — Что, опять кошмары не дали выспаться? — Ага, один и тот же. — Слушай, я что, собственно, звоню, мне тут курьер принес коробку, там посылка, адресованная тебе, я ее не раскрывала, но вот письмо, предназначенное для меня, смущает… — Говори прямо, я пока что плохо соображаю. — Хорошо, тут некий аноним просит меня, чтобы я уговорила тебя прийти на встречу, а еще он хочет, чтобы ты надела то, что лежит в коробке, он пишет, что без этого встреча никак не возможна, имя не указано, но есть два наброска от руки — твой портрет и лицо какого-то парня. — Приезжай ко мне, разберемся вместе. — Ладно, буду к часу, у меня маникюр. — ЧТО?! И ТЫ ПОСМЕЛА МЕНЯ ТАК РАНО РАЗБУДИТЬ! ДА ТЫ… изверг. — Знаю-знаю, с меня тортик. «Точно, надо же в офис папку принести. А так хотелось поспать…»       Это воскресенье точно не задалось. Пришлось идти на работу. Повезло, что офис находится через два здания, дорога занимает всего десять минут. День такой жаркий, люди гуляют. Эх, счастливые. Они явно выспались — такие свежие, радостные, аж раздражает, по крайней мере, тех, кто не выспался. Лира от скуки начала смотреть в лица прохожим — «женщина с коляской улыбается своему чаду, парень немного волнуется, когда девушка смотрит на него, бабушка любуется толпой молодых парней в костюмах, мужчина в наушниках полностью расслаблен, парень с красными глазами и бледной кожей смотрит прямо в упор, девочка с собакой… Стоп, этот парень! Это же тот, из сна! Где он?! », — по телу Лиры пробежала мелкая дрожь, она пошла быстрее в офис, сжимая серебряный крестик на груди.       Лира вернулась домой, руки тряслись, поэтому она чуть не сломала ключ. Это взгляд… Холодный, мертвый, властный, она до сих пор ощущает его на себе. Слезы сами по себе лились тонкими струйками, а ладонь, сжимающая крестик, стала красной от крови, острые грани распятия впились в кожу. Она прижалась спиной к стене и, спустившись вниз, села, обнимая колени. Сердце все это время бешено колотилось. Вдруг она услышала скрип и резкий хлопок, её нервы сдали, и она закричала. — Ты чего? — подруга зашла в открытую дверь и обнаружила Лиру, сидящую на полу в слезах. — Помнишь, я рассказывала, как меня в кошмарах преследует парень? Так вот, похоже, я с ума схожу… Я видела его сегодня в толпе. — Тебе просто показалось, давай лучше разберемся с письмом и посылкой, вот, держи свой и его портрет, кажется, у тебя завелся талантливый поклонник, - Виктория хихикнула от умиления. — ЭТО ОН! — Лира отбросила набросок, как только увидела его глаза, она вновь почувствовала его пламенный взгляд на себе. — Точно? Ты не ошиблась? — Нет, определенно нет. — Вскроем посылку, он написал, что хочет встретиться, когда ты наденешь то, что лежит в коробке. — Он точно маньяк, — девушка достала из коробки легкое шелковое платье белого цвета с открытой спиной. — Красивое, примеришь? — Нет, там есть обратный адрес? Я напишу ему все - чтобы прекращал меня пугать, иначе подам на него заявление. — Эх, такая романтичная история обломалась, — Виктория разочарованно взглянула на подругу. В который раз она упускает шанс пойти на свидание, да и этот тип весьма хорош собой, а еще очень оригинальный, наверно. — Не смешно! И вообще, режь торт, хочу заесть стресс. — Поаккуратнее, а то в платье не влезешь, — Виктория засмеялась. Вечером, когда Лира проводила подругу, ей захотелось расслабиться, она набрала горячую ванну и взяла с собой вино, плевать, что завтра на работу. Она старалась ни о чем не думать, старалась уйти от реальности, но ей не дал этого сделать до жути приятный, но такой пугающий мужской голос: — Почему ты не надела его? Мы все равно рано или поздно встретимся… — Кто это? Кто здесь? — адреналин мгновенно разнесся по венам, стало тяжело дышать, от страха она почти забыла, как это делать. — Надень то платье и кулон. — Какой к-кулон? — она начала заикаться и медленно соображать. — Который вы с подругой не заметили. — Кто ты? — Я тот, для кого ты предназначена.       Сколько бы вопросов Лира не задавала, он больше не отвечал, девушка пошла спать, но не могла успокоить нервы и расслабиться, пришлось принять приличную дозу снотворного, но даже оно не избавило ее от кошмаров. Удивительно, как за две недели красивая девушка может превратиться в невыспавшееся, запуганное существо с бледной кожей, темными кругами под глазами и обветренными губами. Сейчас она выглядит так, будто смертельно больна, но на самом деле она просто устала. Устала не спать, устала бояться, устала думать, что сошла с ума. Когда ей стало совсем плохо, она бросила документацию и ушла в туалетную комнату, посмотрев в зеркало, она не узнала себя, а потом увидела знакомый силуэт: — Упрямая. — Вон из моей головы! — Ты нужна мне, сделай то, что я просил, и ты сможешь отдохнуть. — Да иди ты! — Как хочешь, и умойся, тушь от слез потекла, — он исчез.       Лира отпросилась с работы, хорошо, что с начальником повезло, вошел в положение. Дома она первым делом скинула с себя неудобно одежду и надела мягкий халат. Она подошла к зеркалу, чтобы посмотреть, весь ли макияж она успела смыть, а он снова смотрел на нее. — Тебе не надоело? — девушка еле стояла на ногах. — Мне нет, а тебе? — Сволочь…       Она легла на диван в надежде хоть немного отдохнуть, но из-за ощущения постоянного присутствия кого-то постороннего она не выдержала. Ей показалось, что он просто хочет довести ее до самоубийства, не давая спокойно жить. Все, баста. Нервы Лиры не железные. Она надела это чертово платье, кулон, взяла нож, легла в теплую ванну и решила отправиться туда, где он ее не достанет. Как же она ошиблась… — Зачем ты это сделала? — С меня хватит, — она потеряла сознание.

***

— Лира, очнись, тебе лучше? — Ты? Что происходит? — перед глазами первое время все было мутным, а потом она увидела, что вместо порезов на руках у нее едва заметные следы. — Надо было резать вдоль, — он улыбнулся. — Где я? — В моей скромной обители. — Почему? Зачем? Я хочу домой? Зачем я тебе нужна? — у нее началась паника. — Тихо, успокойся, дело в том, что я не совсем человек. Я вампир. А у каждого вампира должен быть кормилец, ты проживешь всю жизнь, не старея, я буду лишь раз в два-три дня пить твою кровь. Не бойся укусов, наш эфир не даст почувствовать боль. — Значит, теперь я до конца жизни буду здесь? — Убери этот обреченный тон, иногда ты сможешь появляться в своем мире, но там будешь выглядеть на свой положенный возраст. А здесь ты не будешь ни в чем нуждаться. — И сколько вас? — Вампиров? — Да, тех, кто будет пить мою кровь… — Только я, кстати, сегодня ночью жду тебя у себя, я жутко голоден, но обещаю быть осторожным.       Ближе к полуночи Лира привела себя в порядок. Странное чувство… Как будто он победил, она ненавидит проигрывать, но придется делать то, что он скажет, кто знает, что у него на уме…

***

      Просторная темная комната. Посередине кровать с балдахином из черного атласа, черные простыни, расшитые золотой нитью, свечи, огромные книжные шкафы, камин и кресло-качалка. Очень красиво, но мрачно. Лира сделала несколько неуверенных шагов вперед, но остановилась, когда почувствовала чужие руки на своих плечах. — Ты готова? — он шепнул ей на ушко. — Да, — она тоже ответила шепотом, потому что голос срывался от волнения. — Сначала будет немного неприятно, но потом станет хорошо.       Он убрал ее волнистые волосы на одну сторону и слегка коснулся губами ее шеи, девушка вздрогнула, тогда он крепче сжал руки на её плечах, поддерживая и резко вонзил клыки в плоть. Лира шумно выдохнула. Её тело пронзала резкая боль, словно это не первый укус, а первый секс. Она чувствовала, как ее кровь пульсирует, как все тело тянет, как немеют ступни. Он убрал зубы: — Тебе больно? — Да, — у нее затряслись руки. — Черт, на тебя не действует эфир, но я знаю еще один способ снять боль. — Какой? Он указал взглядом на расстеленное ложе. — Потерплю. — Как знаешь.

***

      Целых четыре месяца она терпела боль. Из-за нее Лира стала раздражительная, ведь целыми днями она ощущала ломку в костях, словно ее кто-то подолгу избивает, все время шумит в висках и периодически темнеет перед глазами. Но ему все равно. Она иногда кричала на него, пыталась оскорблять, вырваться, бежать, тогда он тоже начинал нервничать, грубее и сильнее сжимать ее шею, останавливать ее, хватит за руку до синяков, стал пить больше крови, она с каждым днем ненавидела его все больше… Или не ненавидела.

***

      Очередная ночь. Он придет. Она ждет его, сама не зная, почему. Есть в его холодности и иногда злости что-то притягательна, красные глаза, длинные клыки, темные волосы… Его магнетизм перебивает ее страх, её нежелание существовать в ненавистных стенах, её жажда свободы, её любовь к солнцу, её страсть ко сну… Она снова почувствовала за спиной холодное дыхание, услышала тихие шаги. Он осторожно, но все равно больно вцепился клыками в пульсирующую сладким нектаром венку. От предвкушения невыносимой боли ноги девушки подкосились. — Встань, — сказал он приказным тоном, поднимая ее за талию, снова потянулся к шее. — Хватит, я так больше не могу, — она опустила голову, чтобы скрыть слезы. — Тебе больно? — он аккуратно поднял ее подбородок и посмотрел в глаза. — Да, это сводит с ума… — Ты же понимаешь, что облегчить боль можно только…? — Да, — она побледнела, но сердце стало биться чаще, она почти поймала себя на мысли, что давно этого хотела.       Неожиданно, но он накрыл ее губы своими. Его поцелуи такие нежные и глубокие, когда он слегка провел языком по ее нёбу, она буквально растаяла в его руках. Вампир, увидев, что девушка уже готова к большему, поднял ее на руки и перенес на кровать. Нависнув, сверху, он наклонился к её уху и, задевая губами мочку, прошептал: — Лео, меня зовут Лео.       Ему буквально снесло крышу, когда он сорвал с Лиры платье, оставив ее в одном белье. Девушка резко выгнулась в спине, когда его руки начали вырисовывать замысловатые узоры на коже, а горячий язык щекотал ключицы. Лео спускался от её шеи и почти до самого низа живота, оставляя засосы и подтеки от укусов, а Лира, почти забыв саму себя, посмотрела на его руки, как напрягаться мышцы, она пошло облизнула губы, забыв, что Лео ее видит, а потом стянула с него рубашку. И правильно, она ведь только мешает!       Когда она с коварной улыбкой провела пальцем по его груди, а потом по прессу, а потом ниже, Лео издал почти звериный рык: — Сумасшедшая, я могу и сорваться. — Я разрешаю, — она резко притянула его к себе за жадным и страстным поцелуем, обнимая его талию ногами.       Руки Лео свободно блуждали по телу Лиры, но остановились на ее ягодицах, которые сжались, ведь прямо между ног ей упирается возбужденная плоть, по-видимому, внушительных размеров. Он не в силах снять с нее белье, поэтому просто разорвал его, оставив ее белое тело на темных простынях совсем обнаженным. — Чертов эстет, — недовольно простонала Лира. — Что? — Говорю, не отвлекайся, — она перехватила инициативу в свои руки — повалила Лео на спину и, ловко расправившись с ремнем, отправила его штаны в свободный полет.       Лира одна из тех, кто любит растягивать удовольствие, поэтому она не стала спешить избавляться от последней вещи на теле Лео. Она припала к его шее, губам, ключицам, покусывая их и целуя. Естественно, она решила поиздеваться над изнемогающим парнем, поэтому начала двигаться прямо на нем, причем медленно. Очень медленно. — Ну, все, поиграли и хватит, — он опрокинул ее и завел руки да спину одной рукой.       Он вцепился губами в её грудь, а потом зубами.       Вся спальне наполнилась криком и довольным стенами.       Он резко и без предупреждения вошел в нее двумя пальцами, не отставая от вздымающейся груди. Она запустила руки в черные волосы Лео и притянула его ближе.       Сжимающийся ранее колючий ком внизу живота сменил приятный жар. Чертовски хорошо, если он может довести ее тело до дрожи всего лишь двумя пальцами, то страшно представить, на что он способен в полной мере. И вот настал тот долгожданный момент, когда их тела, наконец, слились воедино.       Он заменил пальцы в ней на свой напряженный член. Угнетающая пустота внутри Лиры оставила её, ведь он заполнил ее до конца. Движения Лео постепенно набирали темп, попутно руками он ласкал ее тело, а она уже охрипла от стонов, поэтому просто тяжело и сладко дышала.       С каждым новым толчком его движения становились все жестче, он перестал плавно входить, а начал вдалбливать ее в кровать со всей своей экспрессией. Она крепко сжала его спину руками, оставляя глубокие царапины, которые сразу же зарастали. Он же оставлял синяки на её ребрах и заднице. Нежное и чувственное соитие перешло в практически в садо-мазо, когда он, приблизившись к оргазму, вцепился клыками вы ее шею и перевернул тело девушки на живот. Теперь он наслаждались кровью и остервенело трахал её сзади.       Она первая не выдержала и издала изможденный полустон, означающий достижение грандиозного пика. Буквально через пару минут кончил и обессиленный Лео. Он хотел ей что-то сказать, но она не могла даже пошевелиться и просто уснула.       Утром ей будет неохота вставать и покидать его объятия, будет неудобно идти, она будет хромать и ей будет от этого неловко. Он будет смеяться и смущать ее, но никогда не отпустит ее и не причинит ей боль, теперь он знает, как превратить ее в удовольствие. А она будет любить своё обезболивающее так сильно, что оно станет ее наркотиком.