Моя ложь

Мир стал серым. Нет. Он всегда был серым, просто я жила в своих розовых мечтах. Только после смерти родителей я поняла, что мир может быть очень жесток, а люди самые настоящие твари. И в этом жестоком и ужасном мире был лишь один человек, который всячески пытался помочь мне — мой брат. Мартин Александрович Сахаров. Двадцатипятилетний обеспеченный парень. С короткими черными волосами, зелеными, как изумруд глазами, с щетиной и всегда улыбающимися розовыми, тонкими губами. После смерти моих родителей брат забрал меня к себе. Все мои родственники, которые до этого говорили как мне, так и моим покойным родителям, что, если что-нибудь случится, они всегда приютят меня. Но вот вышло всё наоборот. Хах, даже смешно. До этого всегда думала, что я самая счастливая, ведь у меня лучшие родственники, которые любят и готовы помочь в любой ситуации. Кстати, я же даже не представилась. Меня зовут Мирослава Александровна Мюллер. Фамилия у меня мамина, в отличии от моего брата. Мне пятнадцать лет. Длинные слегка вьющиеся русые волосы, голубые глаза, бледно-розовые губы практически всегда сложенные в тонкую линию и, пожалуй, единственное, что мне нравится в себе, бледный цвет кожи. Сейчас я должна была перейти в новую школу, так как старая находилась очень далеко от моего теперешнего дома. Заводить какие-либо знакомства я не хотела. Да и зачем они мне? Я уже убедилась, что все люди мрази. Лучше быть одной, так намного проще. Тебя не предадут, не сделают больно и ты не будешь разочарован в том или ином человеке. Но брат же настаивал, что мне следует завести знакомства. Он говорил, что в этой школе учатся очень добрые дети, но только я в это не верю. — Мира, я тебя прошу, пожалуйста, — брат держал меня за руки и с надеждой смотрел в мои пустые глаза. — Март, это бессмысленно, — выдохнула я, устав повторять одно и то же. — Мира, заведи двух друзей и всё. Я большего не прошу. — Зачем мне друзья? — Пообещай, — он сильнее сжал мои руки. — Ну, зачем тебе это? Не проще просто забить на меня? — он нахмурил брови и, отпустив, наконец, мои руки, встал с дивана, а после подошёл к окну и, смотря куда-то в даль, тихо проговорил: — Не смей больше говорить такие гадости, Мирослава, — назвал полным именем… Злится на меня. — Ты ведь прекрасно понимаешь, что нужна мне. Я понимаю, тебе тяжело, — его голос стал тихим. — Но ведь и мне не легко. Я так же, как и ты, потерял родителей, — повернулся ко мне, — и я не хочу потерять тебя, Мира. Ты единственная моя семья. По щеке медленно потекла слеза. Я даже не успела осознать, что сжала руки в кулаки и кусала нижнюю губу до крови. Опустила голову вниз. Слёзы капают мне не кулаки и джинсы. Теплые руки обняли меня, а тихий голос успокаивал, вот только от этого на душе стало еще хуже. Я всхлипывала, вытирая с глаз слёзы, которые начали жечь щёки. — Поплачь, Мира, — тихо шептал брат. — Станет легче. Мартин лишь гладил меня по спине, а я рыдала в голос, и слезы безостановочно текли по щекам, унося с собой боль, скопившуюся у меня внутри. Брат был прав, когда слёзы закончились, мне стало намного легче. Я подняла свои опухшие и красные от слёз глаза и посмотрела в глаза брата. — Хорошо, Март, я заведу двух подруг, — он улыбнулся уголками губ, а после нежно обнял меня. — Я люблю тебя, сестра, — тихо произнёс Мартин. — Спасибо тебе, брат, — так же тихо ответила ему я.

***

Первое сентября… И в эту школу я иду одна, так как моего брата срочно вызвали на работу. Волосы я оставила распущенными, надела белую блузку с длинным рукавом, чёрную юбку чуть выше колен и черные туфли на небольшом каблуке. Наверх я надела легкую чёрную куртку И вот я уже стою у ворот школы. Вздохнув, я иду вперед. Поднялась по ступенькам, а после открыла дверь и зашла внутрь. — Мирослава? — ко мне подошёл мужчина тридцати лет. — Да, — он улыбнулся. — Я твой классный руководитель. Меня зовут Алексей Григорьевич. — Очень приятно. Это вам, — протянула ему цветы, которые купил мой брат. — Ох, не надо было, но всё равно, спасибо, — улыбнулся он. — Куртку можно повесить там, — он указал на гардероб. — Спасибо, — кивнула я и пошла вешать куртку. Как только я её повесила ко мне сразу подошло около шести девушек. Каждая из них мне улыбались. — Привет, — хором ответили они и засмеялись. — Мы твои одноклассницы. — Ты Мирослава? — спросила одна из них. — Можно просто Мира или Слава, — ответила я. А после они начали называть мне свои имена, но я не запомнила ни одного из имён, уж слишком быстро и много они говорили. — Дети, пошлите в актовый зал, — крикнул нам Алексей Григорьевич, и я последовала за своими одноклассницами. В актовом зале мы пробыли около часа, если не больше, после мы отправились по классам. В классе мы около полтора часа просидели, пока наш классный руководитель рассказывал, что ждёт нас в этом учебном году и так далее, после нас отпустили. Я сразу же поспешила домой, не хотелось мне снова разговаривать с кем-нибудь из этого класса. Домой я добралась гораздо быстрее, чем предполагала. Как только я зашла внутрь, на пороге меня встретил брат и при этом он улыбался. От его улыбки мне становилось, мягко говоря, отвратительно. Он вынуждает себя улыбаться рядом со мной, и всё это только ради того, чтобы я снова стала прежней. Вот только он не может понять, меня прежней больше нет. Мирославы, летающей всегда где-то в облаках и улыбающийся всем подряд, — нет. Есть только Мирослава, которая поняла всю жесткость этого мира. — Эй, Мира, ты где летаешь? — брат щелкал передо мной пальцами. — В облаках опять? — усмехнулся он. — Нет, я не летаю в облаках уже давно, — с его лица исчезла улыбка. — Как всё прошло? Как дети? Как учитель классный? Рассказывая, как всё происходило, я сняла туфли, и мы с братом пошли на кухню. Одев фартук, Мартин достал продукты из холодильника, кухонные приборы, которые ему были нужны для приготовления обеда, и начал готовить, попутно слушая мой рассказ. — Вот так всё и было. — Как интересно, — повернувшись ко мне, брат улыбнулся. — Иди переодевайся и мой руки. Я молча встала с места и пошла переодеваться. Открыла шкаф, достала из него зеленую футболку с непонятной мне надписью и серые спортивные штаны. Переодевшись, заплела косу, а после пошла мыть руки, как только их помыла я вернулась обратно на кухню, где брат готовил обед. — Ты быстро, Мира. Подожди пятнадцать минут, — я кивнула. — Ты мне скажи, тебе мальчик какой-нибудь понравился? — Март, какие мальчики? Я еще слишком маленькая, — вздохнула я. — Мира, а где смущение? Где словишки: «Братик, ты чего такое говоришь?»? Где все эти слова? — я только тяжело вздохнула. — Эх, Мира, Мира… Когда брат приготовил еду, мы сели обедать. — Приятного аппетита. — Спасибо, сестричка, тебе того же. И пока мы ели, Мартин не унимался и задавал мне много вопросов, связанных с сегодняшнем днём. Мои ответом почти всегда был вздох. И это брата не устраивало, он с большим интересом докапывался до меня. Когда я закончила с едой, поблагодарила его и ушла к себе в комнату. Но долго Мартин покоя мне не дал, и уже через несколько минут он постучал мне в дверь. — Заходи. — Мира… — Март, давай закроем тему о сегодняшнем дне? Я уже устала, — перебила его, ибо сил и вправду не осталось. — А? Да не, я про другому вопросу пришёл, — улыбнулся он. — Но тема та ещё не закрыта, ты так и не ответила. — Так чего ты хочешь? — уселась на кровать, смотря на брата. — Прогуляться не хочешь? — Нету желания. — Пошли, — улыбка с его лица не уходила. — Март, — он вопросительно посмотрел на меня, а я лишь опустила голову. Брат подошел к кровати, а после сел рядом со мной. — Что-то не так? — Незачем заставлять себя улыбаться. — Какая ты дурёха, — он потрепал меня по волосам. — Я улыбаюсь, потому что счастлив. — Счастлив? — подняла голову. — Да, Мира, — улыбнулся Мартин. — Объясни, — брат лишь рассмеялся. — Ох, это трудно. Ты ещё маленькая, подрастёшь, сама поймёшь, — встал с места и повернулся ко мне. — Пошли прогуляемся? — помотала головой в знак протеста. — Пошли. Будет весело, обещаю. — Хорошо, дай только переодеться, — сдалась я. Только вот Мартин ошибся, весело не было. Как только мы вышли из дому, пошёл ливень, и нам пришлось вернуться домой. Вечер мы провели отдельно — брат сидел за компьютером, занимаясь своей работой, а я же лежала на кровати и слушала музыку, глядя на потолок.

***

— Мира, подъём! Ты в школу опоздаешь, — лениво открываю глаза, а после потираю их. — Вставай. — Я встала, почти, — ответила, но он вряд ли услышал. Встала с кровати и пошла в ванную, но в неё я не попала, ибо её занял Март. Попросив его побыстрее, решила пойти одеться в школьную форму. Я надела белую блузку, наверх черный пиджак, черные брюки и такого же цвета носки. Волосы заплела в две косички. После я пошла завтракать горячим чёрным чаем без сахара и несколькими бутербродами с сыром и колбасой. — Мира, ванная свободная, — крикнул брат, и, доев последний бутер и запив чаем, пошла умываться и чистить зубы. Через десять минут я была готова. Но что-то я всё-таки забыла, только что?.. — Сестра, а где твой рюкзак? — Точно! — забежав в комнату, взяв рюкзак и засунув в него всякие тетради и ручки с карандашами, я вышла и улыбнулась брату. — Готова. — Вот только времени у тебя меньше, — вздохнул он. — Пошли, довезу тебя, раз уж тут такое. Не прошло и пяти минут, как мы подъехали к воротам в школы. — Удачи, Мира, — положил свою руку на мою. Я поспешно её убрала и вышла из машины. — Спасибо, Мартин. Тебе тоже, — брат кивнул, и, как только я закрыла дверь машины, он уехал, а я, собравшись с духом, пошла в школу. Внутри меня ждал сюрприз, если его так можно назвать. Несколько девочек из моего класса стояли у дверей. — Ох, привет, Мира, — поздоровалась одна из них. — Я твоя одноклассница, помнишь меня? — я кивнула. — Мы тебя, кстати, ждали. Пошли на первый урок. — А какой урок? — Вот ты балда, Настя. Мы ведь только что смотрели расписание, как так можно? — Ну, забыла, что такого? -Пойдём, Мира, это надолго, — улыбнулась девушка с русыми длинными волосами. — Они ещё долго будут спорить. Меня Алиса зовут. Если тебе понадобится помощь, обращайся. — Хорошо, — ответила я ей. — Вау, она говорить умеет, — сзади послышался голос парня. — Эй, ты тупой? Она же новенькая, стесняется ведь, — Алиса дала ему подзатыльник. — Мира, дальше по коридору, последний кабинет, а я тут пока поговорю с этим молодым человеком. Я лишь кивнула и пошла вперёд. Не уверена, что смогу тут с кем-то подружиться. Алиса, конечно, выглядит нормальной, но… — Привет. Ты новенькая? — Да, — кивнула я. — Тебя Мирослава зовут? — я снова кивнула. — Необычное имя. — Мирослава, а у тебя есть парень? — А ты целовалась хоть раз? — А как далеко у вас всё доходила? — Ты девственница? Все вопросы, которые мне задавали оставались без ответа. Да я и не вникала в вопросы, я смотрела на эту Алису, которую окружали люди. Она им улыбалась и смеялась, а после Алиса начала бегать за парнем, при этом крича ему, что когда догонит его, ему несдобровать. И мне так захотелось быть ближе к ней. Алиса была похожа на лучик света в моей тьме, который так и манил к себе. — Мирослава, всё в порядке? — Алиса подошла ко мне и вопросительно изогнула бровь. — М? Да, всё нормально. Извините, я немного замечталась. — У тебя есть парень? — снова спросили меня, я посмотрела на Алису, а после ответила: — Да есть. — Вау! Вы целовались с ним? — Ты ещё спрашиваешь? Конечно, мы ведь встречаемся, ведь без этого никак нельзя. — С языком? — Алиса развернулась и ушла обратно в ту компанию, а на меня посыпалось ещё больше вопросов, чем раньше. И с каждым их вопросом я врала намного больше. Я придумала себе жизнь, которой не существует, и теперь ничего не смогу вернуть обратно.