Моя 'любимая' сестра.

Моя жизнь не особо интересна. Мне 16 лет. Что касается моей внешности, мой рост 171 см. Кожа у меня ну очень белая. Прямо как у мертвеца. Так сложилось, что загорать я не люблю, да и моя бледность меня устраивает намного больше, чем перспектива стать шоколадкой. Даже, если это не очень красиво, я все равно утешаю себя мыслью о том, что на Руси, девушки, у которых была светлая кожа, считались аристократками. Волосы у меня волнистые и русые, чуть ниже лопаток. Глаза карие, а нос курносый. В общих чертах, мое лицо ну самое обычное. Мне хочется быть какой-то особенной, со своей изюминкой. А, нет! Изюминка у меня все же одна есть. Это шрам на полщеки. «Удачное» падение с велосипеда. В общем, имея под рукой тональный крем, я быстро маскирую его. Он уродливый, как по мне. Такое подробное описание я составила лишь потому, что в наше время, люди смотрят исключительно на внешность. Вот и тебе, дорогой читатель, нужно хоть немного представить меня, Милу. Думаю, в следующих главах, мой образ раскроется тебе полностью. ------------------------------------- Прекрасное утро августа. Птички за окном щебечут, солнышко освещает мою комнату. Я спала очень сладко, и снилось мне тоже что-то сладкое. Моя сестра ворвалась ко мне в комнату в 6 утра с диким визгом. Я так напугалась, что решила, будто бы нас грабят, или убивают, или пытают… Вскочив с кровати, я увидела ее широкую улыбку (значит, затеяла что-то, стерва). Я сильно зла на нее. Она посмела разбудить меня столь тупым образом. Я была до сих пор напугана, но, помаленьку осознавая произошедшее, злилась еще сильнее. Я просто уставилась на нее с явным вопросом в глазах: «Какого ты тут устроила?». А ей-то что. Она лишь улыбнулась еще шире, показывая идеально ровные белые зубы. Потом гордо развернулась на 180 градусов и промаршировала к себе в комнату. Я так и осталась стоять на своей кровати в миленькой пижамке и с растерянным видом. Как же я ненавижу эту дрянь, Маргариту. Маргарита — моя сестра. У нее длинные и густые каштановые волосы. У нее прекрасная осанка. Она такая статная и прямая. То есть, красивая девушка (как же тяжело дались мне эти слова). Маргарита-стройная девушка с длинными ногами и вторым с половиной размером груди. Я терпеть ее не могу. Мы никогда не любили друг друга. Дело в том, что она приемная. Родители приняли решение ее удочерить. Они были уверены, что мама не сможет забеременеть. Два года назад у нее случился разрыв кисты. С тех пор забеременеть так и не получилось. Но как только все документы по усыновлению были оформлены, мама узнает, что беременна мной. Поначалу (по их словам) они были в замешательстве. Но маленькая Маргаритка, находясь в детском доме, таила детскую надежду. Ей уже сообщили о ее судьбе. Огорчать девочку не хотелось, да и мама с папой привязались к ней. Решив, что это судьба у них такая, они, не медля, забрали девочку к себе домой. Спустя 9 месяцев, родилась я. Тогда уж Маргарита и начала меня недолюбливать. Но она только игнорировала меня, не больше. Через 5 лет (это самое дальнее мое воспоминание) она забрала у меня цветок, который я сорвала для мамы и растоптала его. Я тогда сильно плакала из-за этого. Мне было невероятно обидно, ведь я так долго выбирала тот самый, непохожий на остальные. Такой же красивый, как и моя мамочка. Следующее воспоминание — 8 лет. На День Рождения сестры мама испекла огромный клубничный торт. А я в тот день опаздывала, возвращаясь из садика. Я очень любила этот торт и поэтому попросила Маргариту мне оставить кусочек. Она же усмехнувшись, сказала, что «обязательно позаботиться о своей любимой и единственной сестренке». Когда я приехала, то на столе стояла его добрая половина. Но торт был покусан, помят и залит соком. Видимо, столько съесть не смогла, вот и расхерачила его к чертям. Но зло наказуемо. Весь остаток своего Дня Рождения она пролежала в больнице. Просто у нее живот заболел. От переедания. А потом еще и аллергия на клубнику оказалась (переела опять же, потому что). С этого дня она стала ненавидеть меня еще больше. А я ее. Так и живем. От шока я отошла довольно быстро. Я уже почти привыкла к ее фокусам. Аж противно! Она старше меня на целых три года. А ведет себя так глупо для ее возраста. Я уже давно перестала ей мстить. Не хочу выглядеть такой же идиоткой. Не переодеваясь, я вышла в кухню попить воды. Этой суки здесь не было. Отлично! Утро мне испортила, надеюсь, обед не сможет. Тут я украдкой глянула на часы. КАКОГО ХРЕНА?! На табличке значилось: 6:09. Вот же зараза! Знает ведь, что я не могу засыпать после пробуждения, да еще и такого резкого. — Почему не спишь? — в голосе явно слышалась насмешка. — А ты угадай, — я не спешила любезничать. (Я стояла к ней спиной). — Ну не злись, ну пожаааалуйста, — пропела она, а после расхохоталась. — Рыло закрой, родители не должны страдать из-за непутевости их дочери. — Я повернулась к ней, глядя прямо в глаза. — Что ты сказала? — она злобно зыркнула. — То, что ротик твой поганенький. Хотя, мне казалось, об этом ты знать должна. И отстань от меня. Надоело смотреть на такое ничтожество. — В моем голосе передалось все неуважение к ней. После этих слов, я взяла пульт со стола и села на диван. По телевизору показывали мой любимый сериал. Ну и отлично. Может, это утро не настолько и плохое? Спустя 15 минут, я краем глаза заметила, что она до сих пор стоит в дверном проеме. И, мне показалось, смотрит на меня. Я резко повернула голову. — Чего? — Просто ты так мило пялилась в этот ящик, что я даже забыла какая ты, — вот же язва. — Какая я? — мне захотелось ее ударить. — Тупая. АХАХАХАХАХАХАХ! — клянусь, мне заложило уши. Такой гогот в ее репертуаре. Я, конечно, могла подколоть ее на счет этого дебильного смеха. Сказать что-то про соседей или еще что. Но не стала. Я не хотела продолжать эти пререкания. И я забылась вновь, наблюдая за людьми в этом «ящике». Спустя два часа проснулась мама. Она вышла в кухню и включила свет. Потом резко вскрикнула. Я глянула на нее, мол «Что с тобой?». — Да не заметила я тебя, — сказала она это, выдохнув. — Ты бы свет хотя бы включила или шторы открыла, а то темно ведь. Ее рука потянулась за стаканом с водой. — Кстати, а ты чего так рано? — Любимая сестренка разбудила, — сказала я так, словно она и в правду была моей любимой сестренкой. — Ну, что на этот раз? Опять что ли собачитесь? -мама сильно переживала за наши отношения с Марго. — Она разбудила меня в 6 утра. Я так и не уснула. — Понятно… — мама вздохнула. — Меня вот тоже разбудили рано. Так я часа два ворочалась в постели. — А кто разбудил-то? — Я так и не поняла. Звук какой-то тяжелый был. Словно эхо. Жутко. Я лишь хихикнула. Да уж, Маргарита рождена для того, чтобы жутко смеяться. Ей бы ведьмой быть, да детишек пугать. Улыбнувшись этой мысли, я пошла в ванную. Почищу зубы и сразу завтракать. Я жутко голодная. Но то, что я увидела, когда открыла дверь, повергло меня в настоящий шок…