Моя 'любимая' сестра.

На следующее утро меня разбудил Марк и пригласил пройтись. На часах было шесть утра. Подъем только через час, чего ему нужно? Недовольно бурча, я вылезла из-под одеяла и, не переодеваясь, пошла за ним. Все равно меня никто не увидит, ну, Марк не считается, ведь он видел меня и в более раскрепощенном виде. От этой мысли я залилась краской. Совсем забыла о снимке. Что-то слишком жарко стало… Он предложил пройтись по территории лагеря. Первые пять минут мы шли молча. Я злилась на него. Зачем Марк позвал меня, если не говорит ни слова? Ну, давай же, добей меня. — О чем думаешь? — я вздрогнула от неожиданности. Скрывать чувства не хотелось. Решила говорить правду. — О том, что ты видел ту фотографию. Не скрою, мне жутко не комфортно сейчас. Так зачем ты меня позвал? — Я принес то фото, держи, — он протянул мне конверт. — Дрочил, небось сегодня ночью? — ну нифига я сказанула, — ой, прости, с языка слетело! — но Марк только улыбнулся, хотя он тоже чувствовал себя неловко, это было очевидно. Я постаралась расслабиться. — Раз улыбаешься, то значит, дрочил, — я усмехнулась и спрятала конверт в карман пижамных штанов. — Ты знаешь, я впервые разговариваю так открыто с тем, кто младше меня на целых 3 года. — Хочешь сказать, я маленькая? — Неа, ты прикольная, — он потрепал меня по голове, словно котенка. И тут я опешила. Неужели подкатывает? Я посмотрела на него — такой беззаботный, но взгляд у него серьезный. Он не выглядел как влюбленный парень. Признаюсь, мне доводилось общаться с мальчиками, которым я нравлюсь. У них опущенный взгляд, или смотрящий куда-то в сторону. Они могут переминаться с ноги на ногу и нелепо улыбаться. Они постоянно чешут то затылок, то шею, то локоть. А Марк просто смотрел вперед. Да не, не подкатывает. Видимо, слишком высокого я о себе мнения. — Меня выгонят за драку? — Лиза приняла решение уехать. Она села в автобус с теми футболистами, что разнимали вас вчера. Поэтому свидетелей нет. У тебя совсем неглубокие царапины, которые можно считать за шрамы. — Я облегченно вздохнула. Вот и хорошо. Мы дошли до школы и присели на лавочку. Наш разговор был ни о чем. Немного обо мне, немного о нем, о погоде, природе и так далее. Мне было приятно просто так поговорить. Обычно я это делала с Викой, но позвонить ей не могла из-за плохой связи. Поэтому Марк стал для меня спасением. В 6:50 мы осознали, что мне нужно срочно вернуться в комнату, а то воспитатель будет сердиться. Попрощавшись со своим собеседником, я поспешила к себе. Лишь бы успеть до семи… Я завернула за угол, как вдруг резкий удар в лоб — лежу на асфальте. Какого… — Какого черта! — до боли знакомый голос. Ну, все, я приготовилась собачиться. — Смотри, куда несешься, а не на меня ори, — я поднялась, а сестра осталась сидеть. Я осмотрела её: короткий топ и спортивные обтягивающие шорты, густые волосы собраны в хвост, громкая музыка в наушниках. — Ты на пробежке? — Тебе какое дело? — Собственно никакого. Пока, — я обошла Маргариту и направилась к себе. Я еще долго могла слышать быстро удаляющиеся шаги. Ну, точно, бегает по утрам. Не знала… Надо же! Живу с сестрой в одной квартире и даже не в курсе, чем она занимается. А она не боится опоздать? Не мое дело. После завтрака мы пошли в школу языков. Я села на свое прошлое место, Ник опять присел позади меня. Урок был скучным, я то и дело поглядывала на пустое место, где некогда сидела Лиза. Вдруг меня кто-то нагло стал чесать, я обернулась — Ник. Кто бы сомневался. Но почему он чешет мою спину? — Ник, что с тобой? — даже ухом не повел, — Ник! — Alice? Do you have any problems? (Алиса, у тебя какие-то проблемы?) — вот попала. — No, Rosche. Iʼm sorry. (Нет, Роше. Извините). — Please, be quite, okay? (Пожалуйста, веди себя потише, хорошо?) — Of course, Iʼll be. (Конечно). Остаток уроков я просидела тихо. Не хотелось получить еще одно замечание. Как только прозвенел звонок, я повернулась к Нику с явно недовольным выражением лица. Он печально посмотрел на меня. — Зачем ты меня чесал? — странно звучит. — Захотелось. — Зашибись. — Смотри, что у меня есть, — парень достал из сумки бутылку алкоголя и поставил прямо передо мной. — Ты что! Спрячь, пока никто не увидел! — я кинулась закрывать бутылку. — Расслабься, мы остались одни. Тут никого нет, — он грустно улыбнулся. — Выпьем? — тут, словно ниоткуда он достал два пластиковых стаканчика и начал наливать. — Я не буду. — Ну, тогда закрой дверь. Не хочу, чтобы кто-нибудь вошел и увидел. — Я пойду, наверное, — что-то здесь не ладно. — Ну, если ты не хочешь пить, то хоть компанию составь. Хочешь, поговорим? Как твои дела? — парень выпил стакан залпом. Мои глаза округлились. — Ничего себе, ты даешь! — Да это слабое пиво. Хочешь? — Нет, не хочу. Я не пью. — А как же тот первый день? Насколько я знаю, водка похлеще пива будет, — Ник выпил второй стакан. — Откуда ты знаешь про ту ночь? — Сестра сказала, Настя. Ты с ней гуляла еще. У неё волосы красные. — Я знаю её. Не сказала бы, что вы родня. — Неужели, совсем не похожи? — Совсем. Я пойду. Вижу, тебе и без меня неплохо пьется, — Ник осушил еще один стакан, поднялся и подошел ко мне. — Проводить? — Спасибо, но я сам… — договорить я не успела, Никита пошатнулся и потерял равновесие. Парень схватился за парту, но повалил её вслед за собой. Я вскрикнула и подбежала к нему. Он был без сознания. Твою мать! Что делать? Звать учителей нельзя — отправят Ника домой за алкоголь. Позвать друзей? Я подбежала к окну. Надо же! Под деревом сидела Маргарита, она смотрела прямо на меня. Опять рисовала? Я стала судорожно махать ей руками, показывая, что нужно срочно прийти. Кричать я не стала, учителя могут услышать. Сестра поняла меня сразу же. Спустя минуту, она была здесь. — Что стряслось? — Ты выглядишь напуганной. — Захлопнись! Кто это? — Маргарита подошла к Никите и пощупала его пульс. Потом она посмотрела на валяющуюся бутылку рядом с ним. Девушка поморщилась. Сестра не переносила алкоголь. — Я… Я не знаю, как это произошло… — почему я оправдываюсь? Напугана, вот почему. — Ты знаешь, это ведь не алкоголь, — сказала сестра, нюхая горлышко бутылки. Она сделала маленький глоток. Это окрашенная вода, — она повернулась ко мне, ничего не понимая. — Что? Тогда почему он валяется… пьяный? — я ничего не понимала. Вдруг, лежащее тело зашевелилось. Никита очнулся, встал и, как ни в чем не бывало, принялся поднимать парту. На тот момент я просто обалдела. Потом парень отхлебнул из горла и спокойно направился в сторону двери. — Стоять! — в один голос приказали я и сестра. Мой «друг» остановился, но не сказал ни слова. Тогда я обошла его и встала прямо перед ним, встав в позу «руки в боки». Но его глаза… Они были не такие печальные, как раньше. Самые обычные, живые. Ничего не пойму. Но моя сестра поняла. Она подошла к нему и резко развернула к себе. — Ты чего задумал?! — почему она кричит? — что ты задумал, подонок?! Отвечай! — Всего лишь хотел трахнуть твою сестричку, — он ведь шутит? — по идее, она должна была пожалеть меня, обнять, а потом я б её трахнул. Все просто, — объяснял он все на пальцах, словно маленькому ребенку. Вдобавок, ко всему этому, эта тварь улыбалась, как ни в чем не бывало. Вот те на. Сердце пропустило удар. Я ведь считала его своим другом. Как тогда дружить с парнями, вспоминая эту ситуацию? Ведь любой человек, не важно какого пола, будучи самым близким, самым родным, способен предать. А за что? Вроде все было хорошо? Как же потом тяжело и тоскливо на сердце. Гнев, разочарование бушуют в человеке, обманутом своим же другом. А потом… пустота. А потом все с чистого листа. Проблема больше не кажется такой серьезной. Но чтобы дожить до этого момента, нужно как-то пережить несколько месяцев боли, а может, даже несколько лет. Обдумывая эту мысль, я отвлеклась от происходящего, но, придя в себя, с ужасом увидела, как Никита оттолкнул мою сестру. Он не рассчитал силы, Маргарита сильно ударилась о шкаф. Парень быстро вышел, а я подбежала к девушке. Следующие 20 минут я провела с Марго.