Моя 'любимая' сестра.

Две печальные девушки-нимфы сидят на полу. Они обе прекрасны. Одна такая хрупкая и очень нежная. Белая кожа, светлые волосы, стройная фигурка, легкое белое платье и милые черты лица делали её похожей на фарфоровую куколку. Она аккуратно заправляет за ухо прядку волос другой нимфе. Та кажется очень могущественной и великой: длинные темные волосы, легкий шелковый платок, черное облегающее платье, такая же невероятно-белая кожа, что у первой девушки-нимфы. Она словно спит. Спит в объятиях своей робкой подруги. Прекрасная картина, прекрасные нимфы. ------------- — Маргарита? — позвала я, — сес… сестра? — Что? — слабый голос. — Как ты себя чувствуешь? — я очень сильно беспокоилась. — Прости меня, это я виновата. Мне стоило догадаться, что что-то не так! Стоило! Я должна была позвать учителей, но я так растерялась. Прошу, прости! Я осмотрела тебя: голова неразбита, ничего не сломано. Ты простишь меня? Простишь? — слезы навернулись на моих глазах. Я была готова забыть все старые обиды, лишь бы Маргарита почувствовала себя хорошо. — Все нормально, не плачь, — нежный голос, как у моей мамы. Такой заботливый и такой приятный. — Ты можешь встать? — Могу, но не хочу. Можно я еще немного вот так полежу? — говорит абсолютно серьезно. — Ну, если ты от этого почувствуешь себя лучше, то, конечно, — я удивилась, но, в тот момент, я была счастлива. — Girls, why are you here? You should to eat in the dining room. (Девушки, почему вы все еще здесь? Вы должны быть в столовой), — я вздрогнула от неожиданности, но не подала виду. — Thank you very much, Roche. We are leaving. (Большое спасибо, Роше. Мы уже уходим). Пока мы поднимались, учитель строго смотрел на нас. Вдруг он попросил Маргариту остаться. В столовую мне пришлось идти одной, а жаль. Я бы хотела обсудить с Марго наши отношения. Значит ли эта ситуация то, что теперь мы станем настоящими сестрами? Будем ли мы делиться своими секретами? Станем ли ездить на каникулы вместе? Поможет ли она мне с уроками? Познакомит ли со своими друзьями? Такие ведь отношения у настоящих сестер? Жалко, мы были этого лишены. Может, теперь мы все исправим? В столовой я села одна. Разговаривать ни с кем не хотелось. Я была полностью погружена в свои мысли. Тут заметила, как Никита направляется ко мне. Этого еще не хватало. Я собралась уходить, но стул, на котором я сидела, зацепился ножкой за другой стул. У меня не хватило времени выпутаться. Я оказалась в ловушке. — Куда спешишь? — насмешка. — От тебя подальше, — огрызнулась я, стараясь расцепить проклятые стулья. — Очень жаль, а я ведь извиниться хотел, — эти слова заставили меня повернуться к парню, — я недооценил тебя. Признаться честно, ты словно маленькая наивная девочка, которая еще не познала суровость этого мира. — А в итоге понял, что я не столь наивна, да? — ядовито ухмыльнулась я. — В точку, дорогая. — Да пошел ты, дорогой, — сказала я, уперев голову ладонями. — Извинения приняты, но ты все равно остался придурком. — Моя девочка, — меня передернуло. Эти слова из его уст звучали так, словно на меня вылили ведро грязи. — Больше никогда так не говори, — Никита сверкнул глазами и встал из-за стола. Спустя пару минут, нам объявили, что всем ученикам нужно собраться на футбольном поле. Будет сделано важное объявление. Я увидела Настю и предложила ей пойти вместе. Она согласилась. Мы вышли на улицу. — Прости моего непутевого братца, — сказала девушка, улыбаясь. — За что? — я удивилась. — Ну, за эту неудачную сценку в классе. Он рассказал мне. Понимаешь, у него такая схема. Брат притворяется несчастным, беспомощным, чтобы девушки его жалели… Ну, думаю, ты и так обо всем поняла. — Насть, а ведь в бутылке был не алкоголь. Если бы я выпила, то поняла бы это, раскусила б столь сложный план. — Ты бы не пила. Это очевидно. Ты слишком правильная, — и что это значит? Дальше продолжать не хотелось, поэтому я погрузилась в свои мысли, в которых проклинала Никиту и вспоминала о Марго. Футбольное поле было огромным, поэтому всех учеников собрали именно здесь. Я оглядела присутствующих, только сейчас я поняла, сколько здесь разных людей. Все они индивидуальны, по-своему уникальны. Взять ту же Настю: у девушки красные волосы, пирсинг в носу, яркая одежда. Она живет так, как считает нужным, делает по-своему, не боясь, критики. Рассмотрим Марка: он открытый парень, который знает, что популярен у девушек. Он этим не пользуется, но спокойно шутит на такие темы. Другой бы на его месте гулял налево и направо, а у Марка даже в мыслях такого нет. Правильно ли он поступает? Никто не знает. У каждого есть своя точка зрения, манера общения. Каждый из нас воспринимает реальность по-разному. Это восхищает. Как здорово разговаривать с человеком, а потом сравнивать его с прошлым своим собеседником. Абсолютно разные люди. Сколько же всего повлияло на то, что теперь у каждого из нас сформировано свое представление о правильности. Оно не навязано родителями, не навязано табличками «Правильно, не правильно», оно само пришло в процессе становления ребенка личностью. Тем, кто знает, что мир — это не детские сказки. Тем, кто с каждым днем набирается опыта. Тем, кто наблюдает за другими людьми, анализируя их. Какие мы все разные! В середину поля вышла взрослая женщина лет пятидесяти. У неё была очень неплохая фигура для своего возраста. Её волосы были рыжие, аккуратно уложенные, словно в салоне. Темно-синий бархатный костюм подчеркивал всю её элегантность. Звали женщину Валентиной Андреевной. — Итак, уважаемые ученики, — в её голосе слышались нотки власти, которые заставили окружающих, как по команде, замолчать, — мне что сообщили, что сегодняшним вечером будет продолжительный ливень. Также ожидается сильный ветер. Поэтому, в целях вашей безопасности, я попрошу вас пройти с вожатыми до мест вашего проживания. Я усиленно старалась рассмотреть в толпе Марго, но тщетно. Вдруг кто-то схватил меня за руку. Марк. Чего ему нужно? Спросить я не успела — парень подмигнул мне и потащил за собой. Мы стали отдаляться от группы. — Куда ты меня тащишь? — не буду церемониться. — Увидишь, — он точно улыбался, по голосу слышно. — Нам нужно быть со всеми. Штормовое предупреждение, забыл? — Да куда уж там. Только дождик покапает, да ветерок подует. Каждую смену эти предупреждения, так все живы, здоровы. Мы пришли! Я подняла голову: передо мной стояло огромное здание из красных кирпичей, окна его были круглые, а колонны настолько высокие, что я почувствовала себя букашкой. Я присвистнула. — Сколько здесь этажей? — Двенадцать. Самое высокое здание в английской деревне. Здесь хранятся всякие бумажки, различная информация, досье учеников. Ещё располагается офис директора, его помощников, и здесь ночуют вожатые. — Ты меня ночевать что ли привел? — любопытство брало верх. — Нет, я хочу тебе кое-что показать. Пойдем. Марк стал заходить внутрь, и я, немного потоптавшись, последовала за ним. Мы зашли в лифт и поднялись на самый верхний этаж. Потом Марк выломал люк, который закрывал выход на крышу. Парень вылез на поверхность, а потом помог и мне подняться. Неожиданно он закрыл мои глаза своими ладонями и приказал идти вперед. Я послушалась, но в голове промелькнула глупая, но на тот момент вполне вероятная мысль: «Не собирается ли он меня столкнуть?». Через несколько шагов он остановился, тормозя меня. Как-то холодно наверху, я обхватила свои плечи руками. — Замерзла? — какой внимательный. — Да, немного совсем. Куда ты меня привел? — Сама посмотри. Марк убрал руки с моих глаз, я смогла осмотреться. А тут неплохо, очень чисто, даже уютно. Если поставить палатку, то можно здесь жить. Мой сопровождающий положил руки мне на плечи и подвел меня к краю крыши. Я обомлела. Здесь было так красиво, словно я оказалась в настоящей сказке. Если бы небо можно было разделить на две части… С одной стороны светило яркое солнце. Оно грело восточную часть английской деревни. Зеленая трава под его светом переливалась различными изумрудными оттенками. А другая сторона была хмурой и холодной. По небу грозно плыли грозовые тучи. Они бросали тень на высокие и низкие дома, на футбольное поле и бассейн, на учеников и учителей. Под их тенью та же зеленая трава становилась темной и мрачной. Даже воздух здесь был другой, более плотный и влажный. Как же это красиво! В этом месте словно столкнулись два мира, совершенно противоположные друг другу. И вот им предстоит сразиться за право быть повелителем на этой земле. Я почувствовала себя властелином. Казалось, если взмахну рукой, то подует ветер, если топну ногой, то начнется землетрясение, а если улыбнусь, то солнечные лучи покроют это сказочное место, после которого у меня наверняка останется столько воспоминаний! — Как тебе? — нежный женский голос. — Это изумительно, Марк! — но тут я осеклась, повернула голову и увидела свою сестру, стоящую в паре шагов от меня. Она тоже любовалась этим пейзажем, о котором я уже напрочь позабыла.