Русалочка в XXI веке

- Вова, ты опять бросаешь одну? - Умопомрачительная блондинка надула свои силиконовые губки и обиженно посмотрела на молодого человека. Она лежала на шелковых простынях, намеренно приняв самую соблазнительную, на её взгляд, позу. - Прости, детка, у меня еще много дел, - зеленоглазый красавец поправил перед зеркалом галстук и залюбовался своим отражением, не обращая никакого внимания на старания девушки. - Каких дел? Проиграть еще сотню-другую тысяч в казино? Напиться с друзьями? Ты совсем не думаешь обо мне! - вскочила с кровати и заголосила Ира, или Оксана, а может Юля? Вова редко запоминал имена своих "подружек", ибо их было слишком много. - О нет, не начинай истерику, пожалуйста! Я не только о тебе не думаю. - Ляпнул он и тут же пожалел. С другой стороны, это было хорошим поводом избавиться наконец от лишней подстилки, использующей его деньги. - Что-о-о? Это я истеричка? Подонок! Гад! - Подушки полетели в сторону мужчины. Владимир лишь возвел глаза к потолку и пошел к выходу. - А ну стой! Я еще не закончила! - Малыш, ты меня достала, честно. Соберешь свои шмотки и сваливай отсюда сегодня же, окей? - С этими словами мужчина вышел и захлопнул дверь. Выйдя из подъезда, он сел в свой черный "Бентли" и направился к "Sokol Industry". , Он не собирался работать, впрочем, как и всегда, но показываться в компании иногда надо было.

***

"Sokol Industry" являлась одна из крупнейших нефтяных компаний в России и за рубежом. Глава компании, Николай Соколов, добился невероятного успеха и являлся почитаемым человеком в разных кругах общества. Что было удивительным для многих - несмотря на свои богатства и славу, он не зазнался и не заболел манией величия, как это происходит со многими людьми, относящимися к категории "из грязи в князи". Он все так же общался со старыми друзьями, был вежлив с журналистами и предан семье. Никому не было понятно, как у подобного человека мог вырасти такой сын... Владимир Соколов, пожалуй, мог бы стать рекордсменом по наглости и самолюбию. Окружающих людей он ни во что ни ставил, пользовался любой девушкой, как и когда ему было угодно, наплевав на любые чувства и понятия совести, а отцовские деньги он тратил с завидной скоростью. Даже такая важная должность, как вице-президент компании, его не волновала. На работу он являлся так, будто делал отцу одолжение. И будущее, как собственное, так и организации, его явно не волновало.

***

Припарковав машину на частной стоянке, Владимир вошел в здание, располагающееся недалеко от комплексов Москва-Сити. Интерьер всех помещений сводился к минимализму, а цвета преобладали в основном стальных и нейтрально-белых оттенков. Такая скромность раздражала Соколова-младшего. Он, не здороваясь со служащими на рецепшн, вызвал лифт и поднялся в свой кабинет. - Владимир Николаевич, вас про... - Я занят, - перебил он секретаршу. - Но эта встреча... - Уволена. Ты меня достала, - крикнул он, заходя в кабинет. На эту фразу девушка не обратила никакого внимания. "Добрый" шеф увольнял ее каждый раз, когда приходил, и это скорей уже было традицией. Секретарша уверенно прошла вслед за мужчиной. - Хорошо, я перенесу встречу с иранскими представителями, но я вынуждена настаивать, чтобы Вы зашли к Николаю Ивановичу. Он ждет Вас с утра. - Да что ему опять надо? Ладно, Машенька, не беспоко... - Я Марина, - вздохнула девушка и вышла из кабинета. - Да, точно. Принеси мне кофе! После легкого завтрака, Владимир соизволил-таки направиться к отцу, даже не кинув взгляда на папки с важными документами, которые нужно было прочитать перед встречей с людьми из Ирана. Он застал Соколова-старшего ходящим по кабинету из угла в угол. Вены на его висках пульсировали, края воротника были подняты, а галстук слегка ослаблен. - Вызывали, Николай Иванович? - Сын, с важным видом подняв голову, вошел к отцу. - Перестань паясничать. Не успел войти, а уже ведешь себя, как ребенок. Нам нужно серьезно поговорить. - Хорошо, я больше не буду тратить столько денег в казино. Можно идти? - Я не об этом. - Я не виноват, что нам не прода... - Да помолчи, в конце концов! - Грозный окрик заставил Владимира испуганно притихнуть. Он редко видел отца, выходящим из себя. - Я слушаю. - Тебе 27 лет. Перед тобой открыты любые двери, у тебя миллион возможностей. И как ты этим пользуешься? - Ну а что, я должен вкладывать половину капитала в детские дома и фонды защиты природы, как ты? - Владимир снова вернулся к наглому тону. - Да хоть бы и так! Наша компания приносит немалый ущерб окружающей среде, но я хотя бы пытаюсь это компенсировать. Ты же приносишь ущерб не только компании, но и семье, а также многим людям! Ты грубый, самовлюбленный и несамостоятельный. Мой сын не может быть таким! - Николай Иванович покраснел еще больше, на лбу проявились капельки пота. Он остановился возле рабочего места и сжал край столешницы. До такого еще никогда не доходило. Владимир, кажется, впервые увидел в глазах отца сильное разочарование и даже нечто, похожее на боль. - Пап, я... - Слушай меня внимательно, мой мальчик. Я долго к этому шел. Я даю тебе последний шанс. Иначе я выгоню тебя из дома без единой копейки. Будешь сам зарабатывать себе на жизнь, может поймешь, какого это - жить без поддержки, пытаться прокормить себя на жалкие гроши, начинать с нуля. - Я исправлюсь... - Это я слышал не раз. Помимо всего прочего, до Нового Года ты должен найти себе нормальную девушку, желательно из хорошей семьи, образованную и воспитанную. Указывать, в этом деле я тебе не собираюсь, просто даю совет. Все это время ты будешь ходить на работу и исправно исполнять свои обязанности, иначе ты вылетишь с поста вице-президента уже завтра. Ты не будешь грубить коллегам и разбрасываться деньгами. Все ясно? - Да. - Коротко ответил молодой человек. Кажется, где-то в глубине своей души он понимал, что это всё правильно, что нужно изменять свою беспечную жизнь, но... о Боги! Как это было сложно. И как можно найти себе верную любимую за несколько месяцев? Когда вокруг крутятся лишь те, ком нужны его деньги. Хотя... Не его... отцовские. - Это еще не все. Я забираю у тебя долларовую карту, привязанную к моему счету, будешь жить на свой рублевый счет. Там более чем достаточно. - Он протянул руку ладонью вверх. Владимир молча достал портмоне и отдал отцу карточку. Он вышел из кабинета директора и вернулся к себе. Когда он молча взял дополнительные материалы по сделкам со стола секретарши и углубился в чтение, у Марины отвисла челюсть...