А я все еще помню

      Стас молча шел по коридору, он просто хотел слышать ее голос, ее смех, а в ушах звенела только тишина. Карпов вспоминал, как Ира смеялась на кухне в его объятиях, как нежно злилась на него, когда он косячил. А теперь что… Мужчина остановился в дверном проеме, а теперь она только плачет…       Кутаясь в теплый плед молочного оттенка, Ира сидела на ковре, облокотившись о диван. Она слегка запрокинула голову, видимо, удерживая слезы, и долго, беспрерывно и бестолково смотрела в одну точку где-то на светлом потолке. Скрываясь в пледе, женщина пыталась построить иллюзию защищенности, безопасности, но сознание раз за разом напоминало ей о происходящем, и слезы то и дело срывались из-под длинных ресниц, оставляя за собой тонкие потеки макияжа. Ночь вступала в свои права, и с наступлением темноты Ира снова оставалась наедине со своим подсознанием, которое отчетливо рисовало ей темную фигуру.       Зимина сильнее сжала в руке край пледа, как вдруг услышав шорох со стороны двери, резко обернулась. Даже увидев Карпова, она еле сдерживала вырывающееся из груди сердце. Прикрыв глаза, Ира постаралась удержать слезы, но они градом покатились по впалым щекам. Такие горячие падали на неприкрытые ключицы ледяными каплями, заставляя Зимину покрываться мурашками. -Ну что ты? — прошептал Стас, присев возле женщины и крепко обхватив ее плечи. Ира молчала. Только слезы медленно стекали по ее щекам, а она молчала. В последнее время Ира вообще часто закрывалась в себе. Страх сковывал ее при малейшем дуновении ветра и лишал возможности здраво мыслить. Карпов притянул женщину к себе, покрепче размещая ее в своих сильным руках. Он тоже уверял себя во власти над ситуацией, но на самом деле их попытки были лишь иллюзией. После долгой, томящей и нагнетающей тишины слова Иры прозвучали довольно отчетливо, хотя ее голос был тихим и неуверенным. — Мне страшно, Стас, — потеки туши, дрожащие губы, ледяные руки. Ира смотрела в одну точку, еле-еле выговаривая связные фразы.       Стас со злость сжал кулак, но постарался скрыть это от Зиминой. Кто он? Кто этот человек, который так дерзко вмешался в их жизнь и буквально пробрался к ним в подсознание? Почему он возомнил, что имеет право дергать их за ниточки, словно кукол?       Мужчина покрепче обнял хрупкую Иру, прижавшись губами к ее виску. — Он везде, понимаешь? — дрожащим голосом произнесла Ира и отстранилась от мужчины, внимательно рассматривая темноту. — Даже сейчас… — ее голос перешел на хрипловатый шепот, — мне кажется, что он даже сейчас здесь, — Ира резко перевела взгляд на Карпова, заплаканные темные глаза Зиминой сверкнули при тусклом свете ночника, — мне страшно.       Мужчина снова притянул Иру к себе, закрывая ее от темноты. Теперь она молчала, изредка всхлипывая на плече у Стаса. Так они просидели очень долго, но для Карпова это время пролетело мгновением, а все потому, что он думал. Пытаясь вспомнить малейшие подробности предшествующих событий, мужчина разбирал по полочкам все хода этого человека и только убедился, что они с Ромой все делают правильно, и уже завтра причина Ириных слез будет у них. Завтра вечером Савицкий и Карпов наведаются к нему в квартиру во второй раз, только вот теперь они просто так не уйдут. Мужчина перевел взгляд на Зимину, которая, обхватив его руку, крепко спала. Стас аккуратно освободился от ее объятия и, стараясь не разбудить женщину, поднял ее с ковра. Уложив Иру спать, он оставил включенный ночник. С недавних пор она боится темноты, боится оставаться одна, боится открыть конверт и снова увидеть этот до тошноты идеальный, тонкий почерк, приводящий ее в ужас. Выходя из комнаты, Карпов оставил приоткрытую дверь, еще раз взглянув на Иру — Завтра все закончится, — прошептал он, — завтра. Верь мне.

***

      Ира, на удивление, проснулась в хорошем настроении. Ну как в хорошем, просто оно не было плохим и на фоне ее психоэмоционального состояния в последнее время, это настроение считалось хорошим. Она вылезла из-под теплого одеяла, в которое ее, видимо, вчера укутал Стас, и побрела к зеркалу. — Что ж, — тихо обратилась Ира к своему отражению, — не все так плохо.       Конечно, глаза немного опухли от пролитых вчера слез, но в них появился такой волнительный блеск. Сегодня Зимина чувствовала себя довольно спокойно и одухотворенно, что ли. Она и сама не знала, от чего ее внезапно отпустили переживания. Возможно, вчерашние слова Карпова, произнесенные шепотом, когда она уже крепко спала, остались в подсознании женщины и как-то усмирили ее волнение.       Стаса снова не было с самого утра. Уже закрывая входную дверь, Ира проверила телефон, но ни звонков, ни смс от него не было. Также женщину ждала первая неприятная ситуация. Вчера она, утопая в объятиях Карпова, уснула в беспамятстве и не сделала ничего, что обычно привыкла делать на сон грядущий. В это «ничего» попал телефон, который обыкновенно не зарядили вчера. Хоть на дисплее и светилось пятьдесят процентов, Ира ждала от него подвоха в любой момент, так как хорошо знала свою технику, но все же надеялась, что он дотянет до вечера.       Без проблем добравшись до работы и даже не обнаружив слежки, Ира зашла в родное ОВД. Этот день начинался слишком хорошо, что аж тошнило. Честно, какой бы нормальный человек не обрадовался тому, что все идет своим чередом? Ира не радовалась! За последнее время она привыкла, что все шло наперекосяк, и даже стала воспринимать это как должное, как неотъемлемую часть своей жизни. Углубившись в работу с документами, Зимина не замечала времени. Потом позвонил Стас, он с утра был на работе, но не по официальным делам, конечно. Потом Ира пошла обедать, все как всегда. В два вернулась и села за стол. Подписала пару документов, и тишина вокруг. Серьезно, аж тошнит.       Вечер подкрался, можно сказать, незаметно. Стрелки размеренно выстукивали, неумолимо двигаясь к восьми часам. Ира подняла безразличный взгляд на часы. — Аж тошнит, — прошептала она, откинувшись на спинку кресла.       Только «умирающий» телефон подавал какие-то признаки жизни в этом сонном царстве перфекциониста. Зимина взяла его, повертела в руках, приложив палец, разблокировала, потом, немного погодя, заблокировала снова и вернула на место. Прошло пару секунд. Женщина снова ткнула в «умирающего», он засветился, оповестив, что заряда батареи осталось всего восемь процентов. Глубоко вздохнув, Ира решила послать все к чертям. Прихватив вещи, женщина заперла кабинет и, вручив ключи Олегу, наконец-то вышла на свежий воздух. Вдыхая озоновый, дурманящий запах, Зимина простояла так несколько минут. Редкие минуты гармонии и спокойствия — так попыталась объяснить свое занятие Ира уставившемуся на нее толстому белому коту, который целый день вальяжно валялся под елкой во дворе ОВД, но потом поняла, что она, в принципе, говорит с котом, что само по себе не обязывает ее оправдываться и, смерив усталым взглядом полудремлющее животное, пошла к машине. Вставляя ключ зажигания, женщина вспомнила, что не плохо было бы позвонить Стасу, а то он на целый день пропал, та и дело уже движется к ночи, но, взяв телефон в руки, она обнаружила, что пациент скорее мертв, чем жив и уже не подает никаких признаков жизни. Отбросив телефон на соседнее сидение, Зимина завела машину и выехала со двора ОВД.

***

      Стас и Рома молча поднялись на лифте на восьмой этаж. Уверенно зажав дверной звонок, они выждали около двадцати секунд, но на неприятную трель так никто и не вышел, на что опера, собственно, и рассчитывали. Кроме них двух никто и не знал, что всю ночь они провели в отделе, пытаясь нарыть все, что возможно было, на этого психа. Ребята изучали все возможные его хода, пытались проследить логику в его поступках, периодичность его «напоминаний о себе» и главное — дату задуманной им встречи. Ближе к четырем утра на их стол легло последнее звено этой замысловатой цепочки, и вся картинка собралась воедино. Действовать нужно было незамедлительно, поэтому, даже не спав всю ночь, они целый день в ускоренном режиме разрабатывали план, который уже сейчас собирались воплотить в жизнь. Снова без большого труда проникнув в квартиру, они аккуратно закрыли за собой дверь, чтоб хозяин ничего не заподозрил. В квартире все так же горел ночник, а на той чертовой доске уже появились свежие фотографии и записи, датируемые сегодняшним числом. Правда, их сейчас это уже мало волновало. Опираясь на свои подсчеты, они определили, что сегодня вечером застанут его дома. Поэтому, разойдясь по комнатам, они засели в ожидании. Стас еще пару раз безуспешно попытался набрать Иру, но механический голос в трубке без устали твердил «абонент не в зоне действия сети». Не смотря на всю ситуацию, он был более или менее спокоен за нее, так как знал, что главная угроза сейчас под его контролем и скоро будет у них в руках. Только Стас и предположить не мог, что они ошиблись всего на один день.