Магос Поттер и Великое Приключение

— Успокойтесь, Духи, Я делаю, что должен, Простите вмешательство моё, И даруйте мне доверие своё Ибо верну я жизнь форме вашей, В другое тело её перенеся, — бормотал себе под нос Гарри, потихоньку разбирая сломанную микроволновку и осторожно вынимая из неё магнетрон. Как он и ожидал, Дурсли до сих пор боялись его бить или наказывать, ибо некогда собранная им из зарядного устройства для аккумулятора, остатков старого телевизора, рулона фольги и коробки радиоэлектронных запчастей дуговая винтовка Тесла до сих пор пугала семейство одним своим видом, заставляя потирать места бывших ожогов и радоваться тому, что тогда ни у кого от разрядов не остановилось сердце. К сожалению, школьные хулиганы не поверили Дадли и продолжили задирать Гарри, а дуговая винтовка была слишком большая для того, чтобы пронести её в школу и, вдобавок к остальным недостаткам, после совершения выстрела могла перезарядиться только от сети, так что сейчас Гарри непрерывно читал литании и понемногу собирал микроволновый лазер, который можно было бы спрятать в рюкзак и который мог бы проработать хотя бы минуту до полной разрядки. Примерно три часа парень работал над своим творением и, удовлетворившись результатом, начертил на нём книгу с железными крыльями, вписанную в шестерню, положил его в неприметную коробку и спустился с чердака, превращённого Поттером в небольшую, но уютную мастерскую. Гарри прошёл в ставшую его несколько лет назад спальню, которую он тоже быстро превратил в храм Машины, поставил лазер на зарядку, осенил себя знамением крылатой книги в шестерне и принялся за лёгкий развлекательный ремонт поломанных вещей Дурслей, с которых он нередко снимал полезные детали, прежде чем окончательно объявить ненужную ему вещь не подлежащей восстановлению, произвести обряд финального освобождения и выкинуть её на помойку. Ремонт занял менее часа, так что Гарри по его завершению достал тетрадки, учебники и занялся уроками, что, однако, не заняло у него особо много времени. Вскоре после этого тётя Петуния позвала всех на ужин и Гарри, слегка размявшись, спустился. Как и следовало ожидать, Дурсли всё ещё посматривали на Гарри со страхом, однако тот демонстративно не показывал вражды и сел за стол, предварительно вознеся благодарность машинным духам за то, что вся техника сегодня работала на отлично. Ужин прошёл в молчании, так что Гарри по его завершению произнёс несколько литаний и загрузил посуду в недавно отремонтированную им посудомоечную машину, работавшую гораздо лучше, чем раньше, после чего запустил её и вернулся к себе в спальню. Все Дурсли спокойно выдохнули, а Гарри, закрыв дверь на свой электромеханический замок, вознёс ещё несколько литаний Омниссии, прежде чем лечь спать. Засыпая, парень злорадно подумал, какая завтра нехорошая участь предстоит тем, кто решил поиздеваться над адептом Машинного Бога.

***

— То есть, вы утверждаете, что мистер Поттер сначала сказал, что Машинный Бог покарает вас за то, что вы беспричинно атаковали его адепта, а потом у мистера Полкисса резко обожгло руку? И затем мистер Поттер заявил, что Омниссия карает тех, кто противодействуют искателям знания? — Д-да, — заявил один парень из шайки Полкисса, со страхом косящийся на улыбающегося и возносящего хвалу Омниссии Поттера. — Как-то это всё очень по-идиотски звучит. Мистер Полкисс, вы знаете, что у мистера Поттера в этот момент вообще не было ничего, что могло бы причинить вам вред? — Но ведь нас могли подкараулить его дружки! — ляпнул Пирс и тут же осознал, какую глупость сморозил — некогда его с Дадли, а теперь только его шайка всегда препятствовала появлению друзей у Поттера. — Мистер Полкисс, вы хоть сами понимаете-то, что вы ляпнули? Тем более, что другие свидетели подтверждают, что там никого, кроме мистера Поттера и вашей компании не было. Мистер Поттер, а вы что скажете по этому поводу? — А что я могу сказать? — улыбнулся Гарри. — Омниссия покарал тех, кто противодействовал несущему Его волю в этот мир. — Но у него же были при себе какие-то детали от техники! — в отчаянии выдал Пирс. — Вот именно, что детали, — заявил директор. — Поверьте мне — они вам могли бы навредить, только если бы вас огрели ими по голове. Идите отсюда и больше не приставайте ко мне по вымышленным поводам. Все ребята вышли из директорского кабинета и направились по домам. Шайка Пирса, подозрительно косясь на Поттера, пошла окольным путём, а Гарри же выдвинулся напрямую. Придя домой, он осторожно выложил детали из рюкзака и, читая литании просьбы о прощении, собрал их обратно в микроволновый лазер, который тут же поставил на зарядку. После этого Поттер ещё раз осмотрел всё и снова одобрил своё решение о том, что лазер нужно было установить в ранец скрытно и так, чтобы одна встряска превратила его в неузнаваемую мешанину деталей без особого для них вреда, а активация же лазера по нажатию скрытой в рукаве свитера радиокнопки была вообще проще простого. Единственной сложностью была установка излучателя так, чтобы и Пирса прищучить, и самому не поджариться, но да с помощью Омниссии Гарри справился с этим. Парень произнёс несколько хвалебных литаний лазеру и Машинному Богу, после чего сел и приступил к урокам.

***

— О Машинный Бог, что это за бред? — произнёс Гарри, читая письмо из некоего «Хогвартса». — «Школа Магии и Волшебства»?! Хотя стоп, кажется, я помню что-то такое… Что-то белое, огромное, космическое и связанное с искусствами… Но ведь это совершенно не то! Гарри бросил письмо на кровать и, ради успокоения мыслей, занялся сборкой улучшенной версии дуговой винтовки, способной выдать три выстрела на максимальной мощности без нужды в подзарядке. Через два часа, когда главный блок конденсаторов и генератор первичной ионизации были закончены, Гарри прервался и вновь вернулся к письму. Как ни странно, но смысла от этого в нём больше не стало, так что Гарри спустился к тёте Петунии и попросил помощи. К удивлению Поттера, та побледнела и начала что-то лепетать про свою сестру, ведьм и волшебников, так что Гарри пришлось подать ей стакан воды, валерьянки и вновь попросить разъяснений. Как Гарри понял из дальнейшего её рассказа, его мать была волшебницей (у Гарри в мыслях откуда-то всплыло слово «псайкер», которое ему понравилось гораздо больше, так что он решил использовать его в своих размышлениях) и в одиннадцать лет тоже отправилась в эту школу. Дальше она всё сильнее и сильнее отдалялась от своей семьи, позволяла своим дружкам шутить над лишённой псайкерских способностей сестрой и её тогда ещё парнем Верноном, отчего Гарри начал думать, что что-то в этом скрытом псайкерском мире неладно. Как он понял из окончания рассказа тёти, на самом деле его родители умерли не в автокатастрофе, а погибли на гражданской войне, а Гарри же просто подбросили к его родственникам. — Гнилая какая-то история с этой войной, не в обиду вам, тётя, — сказал ей Гарри, прохаживаясь по комнате. — Чую я, что что-то совсем не так, но что — пока не могу понять. Так значит, я псай… волшебник? — Получается, что так, — ответила ему та. — Во имя Омниссии, ну что же это такое?! — почти что крикнул Поттер, после чего глянул на окружающую их технику и без слов утащил лежавший неподалёку прототип новой дрели дяди к себе в комнату, где он, как он говорил своей тёте, «дорабатывал её конструкцию до оптимальной, дабы машинные духи не гневались от несовершенства своего вместилища». Как ни странно, но конкретно это увлечение Гарри нравилось дяде и он, с разрешения Поттера, копировал доработки племянника на чертежи, после чего пускал улучшенные модели дрелей в производство. Как и следовало ожидать, такие модели пользовались немалым спросом, так что дела фирмы «Граннингс» последние два года шли вверх, а сам Вернон стал относиться к Поттеру ещё осторожнее, потому как помнил присказку о собаке и кормящей её руке.

***

— Кто-то здоровый и бородатый идёт, — прошептал Дадли, смотревший в окно через выданный ему Поттером магнавизор. Гарри и Вернон кивнули ему и каждый из них сжал своё оружие покрепче: стоявший в центре гостиной Вернон — охотничье ружьё, а притаившийся в углу Гарри — улучшенную дуговую винтовку, зловеще отсвечивавшую индикаторами заряда. Очередной разряд молнии осветил зловещую фигуру незваного гостя, явно направлявшегося к дому Дурслей, и его вид совершенно не внушал доверия. Целый месяц Гарри и его родственникам приходили письма, но, так как они не имели возможности на них ответить по причине отсутствия почтовой совы, Петуния решила, что в конечном итоге кто-то наведается к ним лично. Судя по всему, предчувствие не подвело тётю, так что Гарри сильнее сдавил рукоять и слегка провернул верньер регулировки мощности выстрела. Вскоре некто ударил дверь так, что она чуть не слетела с петель и потребовал впустить его. Гарри, Дадли и Вернон переглянулись, после чего Дурсль-младший быстро сбежал на кухню, Дурсль-старший занял позицию за диваном, а Гарри встал на одно колено, навёл дуговую винтовку на дверь и стал шёпотом читать литанию точной стрельбы. Через несколько секунд незваный гость выбил дверь и ввалился в дом. Гарри, увидев его и прочитав выданные магнавизором данные, побледнел и провернул верньер, увеличивая мощность выстрела. Человек-гора же, злобно рыкнув что-то в сторону прицелившегося в него Вернона и отбросив его к стенке чем-то непонятным из своего зонтика, повернулся, осматривая комнату. Гарри, понимая, что сейчас он окажется на линии огня незнакомца, резко крикнул «Зажмурьтесь!», навёл винтовку в сторону гиганта, включил затемнение линз магнавизора и нажал на спусковую клавишу. Раздался ужасающий грохот, вспышка света почти ослепила Дурслей даже сквозь плотно закрытые веки и сожгла бы матрицы магнавизора Гарри, не затемни он линзы, а в воздухе отчётливо запахло озоном с небольшим добавлением горелого мяса. Гарри, подождав две секунды, отключил затемнение линз и увидел то, на что и надеялся — гигант неподвижно лежал на полу, а в его шубе зияла обгоревшая дыра до самого тела, на котором виднелся приличный электрический ожог. К счастью, Гарри правильно рассчитал требуемую мощность выстрела, так что незваный гость остался жив, что позволяло чуть позже разузнать о целях его визита без риска для своей жизни. — Слава Омниссии и машинным духам, что всё сработало как надо, — произнёс Гарри, слушая характерный свист накачки конденсаторов. — Дядя, что мы будем с ним делать? — Разберёмся, — буркнул поднявшийся Дурсль, откладывая своё ружьё в сторону и направляясь за стяжками повышенной прочности — очередным творением Гарри.

***

— Хде я? — буркнул гигант, потихоньку отходивший от электрического шока. — Литтл-Уингинг, Тисовая 4. Кто вы и зачем вы сюда пришли? — раздался не по-детскому серьёзный детский голос. Гигант приподнял голову, силясь рассмотреть в ослепляющем свете направленных на него ламп говорившего. — А ты-то хто? — проворчал незваный гость, силясь разорвать необычайно крепкие стяжки. — Адепт Омниссии — Машинного Бога, а зовут меня Гарри Поттер. Дядя Вернон, притушите лампы и включите верхний свет, — произнёс тот. Через несколько секунд освещение изменилось и стало видно, что напротив скованного гиганта в кротовой шубе стоял зеленоглазый паренёк лет одиннадцати со зловещего вида дуговой винтовкой в руках и с необычным прибором, напоминавшим гибрид тепловизора, бинокля и видеокамеры, на лбу. — Гарри? — удивился гигант. — Вот те на! А я тебя ещё вот таким помню! — гигант попытался показать размер тогдашнего Гарри руками, но стяжки держали его прочно. — Повторяю — кто вы и зачем вы пришли сюда? — произнёс Гарри ещё более жёстким голосом, наводя дуговую винтовку на незваного гостя, отключая предохранитель и проворачивая регулятор мощности выстрела на максимум, отчего разрядник винтовки негромко затрещал и засветился. — Зови меня Хагрид, — ответил гигант. — Меня так все зовут. А вообще я ж хранитель ключей в Хогвартсе. Ты, конечно, знаешь, что это за штука такая, Хогвартс? — Знаю и не могу сказать, что это мне нравится, — произнёс Поттер, включая предохранитель на дуговой винтовке и слегка опуская её. — По какой причине вы вломились в дом тех, кто содержит адепта Омниссии и атаковали явно псайкер… волшебством моего дядю? — Дык что ж ещё с глупым магглом делать-то, ежели он не хочет по-нормальному пускать и ружжом тыкает? — Может быть, дядя Вернон и маггл, но он уже несколько лет помогает мне с материалами и деталями, а я помогаю ему наладить контакт с машинными духами! — прошипел Гарри, вновь снимая дуговую винтовку с предохранителя, наводя её на Хагрида и через несколько секунд немного опуская её. — Впрочем, возможно, вы всё ещё сможете послужить мне и Омниссии в великом поиске знаний. — Гарри… ты чего эта? — произнёс не на шутку испуганный тоном и жёстким взглядом молодого Поттера Рубеус. — Того, что вы меня завтра проведёте по этой вашей Косой Аллее и побудете моим сопровождающим. И без лишних глупостей, — сказал Гарри, выключая дуговую винтовку и запуская процесс холостой разрядки конденсаторов. — Ну, дык так и так мне надо сделать, — сказал практически отошедший от последствий электрошока Рубеус, которому от Гарри было явно не по себе. — Хорошо. Простите уж за неудобство, но поспать вам придётся вот в таком вот неудобном положении, потому как мне моя жизнь дорога. Тетя, дядя, Дадли — спокойной вам всем ночи. Кстати, Дадли, верни магнавизор. Младший Дурсль, вздохнув, подошёл к Поттеру и отдал тому наблюдательное устройство, схожее с таковым у Гарри, после чего все разошлись по спальням. На самом пороге своей комнаты Гарри обернулся и неожиданно мягким и доброжелательным тоном произнёс: — И вам тоже спокойной ночи, Рубеус Хагрид. Надеюсь, что наши приключения не будут мешать друг другу.