Несколько слов о джинсах и прочих милых мелочах

      После ужина пути Цеппелинов разошлись. Грант, Пейдж и Коул поехали по злачным местам свингующего Лондона, а Роберт и Кэти отправились на Риджент-стрит. Обоим хотелось сейчас тишины и покоя. До дома Кэти было не очень далеко, поэтому влюблённые не стали брать такси. Они шли в обнимку по Вест-Энду, оживлённо разговаривая о чём-то. Время от времени парочка останавливалась возле ярко освещённых витрин, рассматривая выставленные в них товары. Манекены бесстрастно взирали на знаменитого певца и его возлюбленную, а Роберту и Кэти не было никакого дела до этих больших пластиковых кукол. Осмотр витрин и разговоры неизменно заканчивались поцелуями, и влюблённые двигались дальше. Вдоволь нагулявшись по Риджент-стрит, Роберт и Кэти дошли наконец до дома. Поднявшись на третий этаж, они остановились перед дверью. Кэти открыла сумочку, пытаясь найти в ней ключи, впрочем, безуспешно: Роберт изо всех сил мешал любимой, притягивая её к себе. «Милый, подожди минуту, сейчас зайдём в квартиру, там можно будет обниматься сколько угодно, — сердилась Кэти. — Как маленький, честное слово!» Плант улыбнулся и оставил подружку в покое. Вырвавшись на свободу из цепких рук Роберта, мадам де Нуво довольно быстро нашарила ключи и, вытащив их из сумки, отперла дверь. Она невесомой тенью скользнула в дверной проём, следом за ней вошёл Плант. Тяжёлая дверь захлопнулась за его спиной, отгородив влюблённых от всего остального мира. Поцелуй в прихожей был долог и сладок. — Здесь довольно прохладно, — спустя некоторое время заметила Кэти. — Затопишь камин, милый? — Непременно! — ответил Роберт. — Отлично! А я пока приготовлю горячую ванну. Думаю, она нам с тобой тоже не помешает. Роберт отправился в гостиную — разжигать камин. Провозился он недолго. Вскоре в недрах очага весело потрескивало пламя и волны тепла начали распространяться по квартире. Плант понаблюдал за камином ещё немного, поправил дрова и пошёл в ванную. Ему стало любопытно, чем же там занимается возлюбленная. Дверь в ванную оказалась незапертой. Роберт слегка потянул ручку на себя и заглянул в проём. Увиденная картина вызвала улыбку умиления на его лице: любимая женщина сидела по самую шею в горячей воде; её нежные прелести скрывала пышная шапка вкусно пахнущей пены. Кэти нежилась в ванне и жмурилась от удовольствия, словно кошка, вдоволь поевшая сметаны. Почувствовав вторжение струи прохладного воздуха, Кэти открыла глаза. — Милый, ты пришёл, — томно протянула она. — А я вот первая ванну заняла. — Думаю, ты не будешь возражать, если я присоединюсь к тебе, — промурлыкал Роберт, расстёгивая рубашку. — По-моему, это отличная идея — погреть косточки вдвоём. Кэти не ответила, лишь улыбнулась загадочно. Роберт расценил это как приглашение. Скинув одежду, он потеснил возлюбленную в ванной, усевшись сзади. Немного повозившись, отчего вода пришла в движение, грозя перелиться через край, Роберт и Кэти устроились поудобнее и стали наслаждаться лаской горячей пены. Плант сидел, откинувшись на бортик ванны. Кэти пристроилась между ног Роберта, спиной касаясь его живота и груди. Волосы мадам де Нуво закрутила вверх и заколола инкрустированной перламутром заколкой, чтобы не намочить. Роберт не стал следовать её примеру, понадеявшись на то, что его роскошная шевелюра не достанет до воды. Но он просчитался, кончики волос всё равно намокли. Впрочем, это не страшно: пока влюблённые принимают ванну, квартира должна как следует прогреться. Роберт зачерпнул полную пригоршню тонко пахнувшей земляникой пены. Озорная мысль пришла ему в голову, и он мазнул рукой по лицу Кэти. От неожиданности разморенная горячей водой и близостью любимого мадам де Нуво вздрогнула. Мылкая пена тотчас нещадно защипала глаза. «Роберт, что ты делаешь!» — завопила Кэти и с головой ушла под воду. Кое-как смыв пену с лица, она вынырнула, сорвала бесполезную теперь заколку с волос и замотала головой, отряхиваясь. Брызги полетели Планту в лицо. А вслед за этим Кэти заработала локтями, стараясь побольнее пихнуть любовника в бок. Тот сгрёб её в охапку, и девушка затрепетала в его железных объятьях. «Пусти, Роберт, пусти!» — восклицала Кэти, тщетно пытаясь вырваться: силы были явно неравны. Плант смеялся, сжимая любимую всё крепче и крепче. От этой возни вода переливалась через край, что вызывало у Роберта ещё более буйное веселье. Наконец обессиленная Кэти затихла. Грудь её бурно вздымалась в попытках выровнять дыхание. Голова мадам де Нуво откинулась назад и прижалась к плечу музыканта. Он тотчас ослабил хватку, чуть повернул к себе ладонью лицо Кэти и приник к её губам нежным поцелуем, как бы извиняясь за свою шалость. Кэти ответила ему; некоторое время в ванной стояла тишина, прерываемая лишь звуками поцелуев. Несколько минут спустя нарушенная выходкой Планта гармония была восстановлена. Кэти млела в объятьях Роберта, а он ласкал её, размазывая жидкое мыло по груди и плечам возлюбленной. Его крепкая ладонь гладила нежное женское тело, мокрое и скользкое от душистой пены, что вызывало у обоих некоторую весёлость. Плант улыбался, прижимал к себе Кэти и снова целовал её, а она льнула к Роберту, не в силах забыть о предстоящей разлуке. Подчиняясь какому-то внезапному порыву, влюблённые завозились вновь, отчего вода опять пришла в движение и стала небольшими порциями выплёскиваться через край. Это немного отрезвило Кэти. Она оторвалась от Роберта и, навалившись плечом на бортик, посмотрела вниз. Весь пол был залит водой. Её было настолько много, что казалось, будто ванная превратилась в небольшое озерцо. Стало совершенно очевидно: ещё чуть-чуть — и вода просочится этажом ниже. — Придётся мне тебя покинуть, милый, — озадаченно сказала Кэти. — Надо срочно убрать воду, не то соседей зальём. Оплатить им ремонт — дело пустяковое, но не хочется портить людям настроение. Она осторожно вылезла из ванны и отправилась на поиски ведра и тряпки. Несколько минут спустя Кэти вернулась и, сетуя на то, что одна хулиганистая рок-звезда заставила их сиятельство превратиться в уборщицу, принялась собирать тряпкой воду и отжимать её в ведро. Роберт с интересом наблюдал за возлюбленной, время от времени отвечая на её выпады, что некая графиня сама виновата, не может и пяти минут посидеть спокойно, вот пол-ванны и расплескала. В ответ Кэти обеими руками зачерпнула пену и водрузила её на голову Роберта. Тот засмеялся и ушёл под воду, пуская пузыри. Впрочем, под водой Роберт не задержался и в скором времени вынырнул, всё так же хохоча. Вокалист Лед Зеппелин представлял собой довольно комичное зрелище: мокрые волосы прилипли к щекам, по лицу стекали потоки воды, белоснежная шапка пены наподобие короны украшала макушку Принца Мира. Сердиться на него не было никакой возможности. «Один-один, ничья, — улыбнулась довольная Кэти. — Теперь нам обоим придётся вымыться с головы до ног». Пол был уже почти сухим, и Катрин де Нуво унесла ведро и тряпку куда-то с глаз долой. Вернувшись, она сполоснула под краном руки и снова погрузилась в ванну к вящему удовольствию Роберта. Вдоволь понежившись в горячей воде, влюблённые помылись как следует и завернулись в махровые халаты. Нырнув в мягкие тапочки, они прошлёпали в гостиную, где от камина во все стороны разливалось сухое тепло. Кэти ушла на кухню готовить чай, а Роберт подкинул ещё дровишек и придвинул поближе к камину два кресла с журнальным столиком. Так что когда Кэти вернулась с подносом, на котором дымились две чашки чая, Роберт уже сидел в кресле, вытянув ноги в сторону огня. Кэти поставила поднос на столик и опустилась в соседнее кресло. — Последний вечер вместе, — обронила Кэти, обхватив обеими ладонями чашку. — Так не хочется расставаться, милый! — Мне тоже не хочется, — ответил Плант. — Но я должен ехать домой. С минуту посидели молча. Потом Роберт взял в руки чашку и попробовал обжигающий напиток. — Ммм, какой чай! — воскликнул он. — Детка, это просто потрясающе! Люблю твой чай, люблю, как ты готовишь, люблю тебя. Ты просто прелесть, моя королева! — Спасибо, милый, — ответила Кэти. С минуту она размышляла о чём-то, неспешно потягивая чай. Потом решительно отставила чашку в сторону, поднялась с места и, подойдя к серванту, взяла в руки какой-то небольшой предмет. Вернувшись к камину, Кэти протянула руку Роберту. — Что это? — удивлённо спросил он. — Возьми, милый, возьми, — ответила Кэти и вложила то, что держала, в ладонь Роберта. Плант разжал пальцы — на ладони лежала связка ключей. — Они от этой квартиры, — видя недоумение Роберта, пояснила Кэти. — Девятнадцатого после репетиции можешь сразу приехать сюда, я буду ждать. Только спрячь их подальше, чтобы Морин не нашла. А то начнутся расспросы, подозрения, упрёки. Нам это ни к чему. — Спасибо, милая, — ответил Плант. — Морин их не найдёт, не беспокойся. — Вот и славно, — улыбнулась Кэти. — Давай ляжем спать пораньше? Роберт утвердительно кивнул и отставил недопитую чашку в сторону. Поднявшись на ноги, он сунул ключи в карман джинсов и подхватил Кэти. — Хочу носить тебя на руках, — прошептал он. — Это становится доброй традицией, — улыбнулась Кэти. В ответ Роберт поцеловал свою королеву и направился в спальню. Час спустя он сладко спал, обнимая возлюбленную. А Кэти прижималась головой к милому плечу и всё думала, думала о чём-то. Перед её глазами медленно проплывали картины тех двух недель, что они с Робертом провели вместе. Кэти упивалась этими сладкими видениями и страстно желала, чтобы время остановилось. Но оно всё шло упрямо, отсчитывая минуту за минутой. Невозможно было замедлить его размеренный ход. Кэти подумала об этом, и в голове сами собой сложились строчки будущего стихотворения: Мне ни за что не догнать День уходящий, Ведь невозможно начать Что-то сначала. Мне остаётся опять Дождь моросящий И та мелодия, что Не дозвучала. «Ждать да догонять — две самые поганые вещи на свете, — долетел до слуха графини де Нуво знакомый голос, — я говорила тебе об этом, Катя». — «Бабушка? — встрепенулась Кэти. — Как ты здесь оказалась?» Две женщины, молодая и пожилая, стояли на залитой призрачным лунным светом поляне перед гостевым домом Шато-Нуво. Тень от большой ветки старого бука падала на лицо бабушки Кэти. «Соскучилась я по тебе, внученька, — ответила Нина Никитична, — вот и решила проведать. Тебя ведь в гости нескоро дождёшься». Кэти печально улыбнулась. «Я приехала бы с удовольствием, да не пускают, визу не дают». — «Дадут, куда они денутся. Вот он похлопочет да начальник его, — бабушка кивнула на Роберта. — Им разве откажешь? Дадут». Кэти оглянулась. Они были теперь в квартире на Риджент-стрит; Плант спал, разметавшись по кровати, а бабушка с внучкой стояли в изголовье. «Ты откуда знаешь?» — изумилась Кэти. «Я, Катюша, много чего знаю, — задорно подмигнула Нина Никитична. — Давно на свете живу». Она внимательно посмотрела на Роберта. «Хороший парень, весёлый. Лена мне о нём рассказывала. Ишь, кудрявый-то какой. Саня, дед твой, тоже был кудрявым. Жаль, тебя понянчить ему не довелось». Пожилая женщина вздохнула. «Пойду я, внучка, пора мне. Может, свидимся ещё когда». — «Бабушка, бабушка, погоди, постой!» — вскрикнула Кэти. Но бабушки уже не было в комнате. Кэти в одиночестве стояла возле спящего Роберта. В смятении она опустилась на кровать. Роберт заворочался во сне: вероятно, у него затекла спина и он искал позу поудобнее. Локтем Плант нечаянно задел Кэти. От резкого толчка она проснулась и обвела комнату непонимающим взором. Они с Робертом лежали рядышком и, по-видимому, спали уже давно. «Это был сон, всего лишь сон, — подумала Кэти. — Бабушки не было здесь, она мне приснилась». Кэти вздохнула. Роберт наконец улёгся на правый бок и затих. Кэти пристроилась к нему, обняла и закрыла глаза. Через несколько секунд влюблённые снова спокойно спали, и сны на этот раз не тревожили ни Роберта Планта, ни Катрин де Нуво.