Пакет с деньгами повесьте на руку товарищу Андрею...

Ханьцев удалось убедить, что им оказана великая честь. Престарелый глава корпорации, властный, красивый, прямой, как горная ель, принимал их в роскошном конференц-зале главного офиса. Чтобы гости ощутили всю важность момента, щелкали камеры столичных репортёров. Бакаев улыбался приветственной улыбкой монарха. А вот китайцы держались просто, в любезностях не увязали. - Мы очень рассчитываем на плодотворное сотрудничество, - на неплохом русском сказал их главный менеджер, - ваш металл должен обеспечить безостановочное строительство огромного жилого комплекса в Тайбэе. - Будем рады помочь, - важно ответил глава корпорации. Потом, разумеется, состоялся банкет, гости расслабились, Вадим Артурович тоже. Домой он вернулся поздно, слегка навеселе, в благодушном настроении. Крепче обычного приобнял супругу и даже потрепал Тимура по голове. - Что там нового от отца слышно? – спросил он. – Ну-ну, молчи, партизан. Можешь передать ему, что сорвать договор ему не удалось. – И удалился в королевскую опочивальню. На этот раз Слава проснулся, едва лишь солнце оторвалось от горизонта. Потянулся, поёрзал в постели и понял, что выспался. Место рядом пустовало, в доме было тихо. Одевшись, Слава спустился вниз, умылся в крохотной ванной комнате и вышел на белую террасу. Утренний воздух казался хрустальным. Густая роса покрывала жухлую траву и листву. Запах сырой травы и реки проник в легкие, заставив их глубоко и с наслаждением дышать. Тишина и умиротворение царили вокруг. Широко распахнув глаза, Слава любовался окружающей его красотой, впитывал все звуки и запахи живой природы. Единственное, чего не хватало ему сейчас, это присутствия Артёма. Обернувшись на плеск воды, он увидел черный нос лодки, выплывающий из-за поросшей камышом излучины. - Привет, соня! – крикнул с лодки Артём и потряс приличной рыбиной, все еще болтавшейся на крючке. - Здорово, рыбак. Так вот откуда вчерашняя уха. - Так точно. И если уж ты всё-таки выспался, тебе чистить рыбу. Славка испытывал голод, поэтому за чистку крупного карася и шести чебачков взялся с энтузиазмом. Артём пристроился рядом, разбирая катушку на спиннинге. От него пахло рекой и рыбой, и запах этот почему-то казался Славе очень привлекательным. Он искоса поглядывал на Артёма и наконец сообразил, что помимо обычного голода, испытывает еще и голод сексуальный. Попробовал вспомнить, когда же это было у них в последний раз… и захотел секса пуще прежнего. А вот Артёма, казалось, ничего не волновало: перебрал катушку, проверил леску, и ушел, насвистывая, в дом, чтобы переодеться. Подхватив ведро с рыбой, Слава поспешил за ним, чтобы взглянуть на мощный обнаженный торс любовника. Увы, слишком быстро прикрытый клетчатой рубашкой. Славик с досады прикусил губу. - Чего застыл? - одёрнул его любовник, - включи плитку, она долго греется. - Тём, я вот что подумал, - неуверенно начал Славка, - может, пока плитка греется… - Забудь, зайчик. – Насмешливо прервал его Артём. - Ты о чём вообще? – вскинулся Слава. -А ты о чём? - Хотел, чтоб ты в душ сходил, от тебя рыбой воняет! - А-а, вон оно что… Хорошо. А ты давай-ка поставь кастрюлю, картошку почисти… Славик обиделся, надулся и запретил себе думать об Артёмовом теле. И хотя некоторые его части упорно вставали перед глазами, на отсутствие силы воли Слава не жаловался. Так и протянул целые сутки, стараясь лишний раз не смотреть на Бакаева. Потом прижало с новой силой, хотя Артем ничем не провоцировал, обнажённой натурой больше перед Славой не щеголял. «Он что, не хочет меня?» – забеспокоился Слава. Встал перед зеркалом в стального цвета оправе, вгляделся в своё отражение… и самодовольно усмехнулся: он сам себе нравился! Весь день отирался возле Артёма, напросился на лодочную прогулку. В лодке Артём велел ему отсесть подальше, если не хочет их перевернуть. На «случайные» касания не отвечал, спокойно смотрел на Славу и будто не замечал его голода. «Ничего.., будет ночь и будет пища» - решил Слава. Ложились рано, при отсутствии телевидения и интернета вечерами заняться было нечем. Но стоило Славику в постели обнять Артёма, как тот отстранился. - В чём дело? – недовольно поинтересовался Слава. - Ты сам сказал – без глупостей. - Когда я так говорил, я не имел в виду серьёзный секс. – И снова полез обниматься, но наткнулся на выставленные вперед руки Артёма. - Зайчик! Зайчик… не надо. Потерпи недельку, давай закончим лечение. Ты и здоровым мог после секса сознание потерять, а тут… что я с тобой буду делать, если тебе станет плохо? - О-о, перестань! Было то всего пару раз! Мне НАДО, Артём. Ну же, хватит ломаться, насиловать мне тебя что ли?! - Сказал же, потерпи! – вновь оттолкнул его Артём. – Славка, я люблю тебя, я хочу тебя, но рисковать твоим здоровьем я не буду. - Ты серьёзно? А по-моему – это просто мелкая, дешёвая месть! Я последний раз предлагаю… - Нет. - … а сейчас? - Нет! - Тогда вали отсюда! Ночуй на диване. Без всяких возражений Артём ушёл. Злой и обиженный Славка долго не мог заснуть. Одному на широкой постели было неуютно. К тому же Артём, по-тихому отдрочив себе, быстро заснул и стал похрапывать. Слава еле сдержался, чтобы не запустить в него чем-нибудь тяжёлым. И что понадобилось Бакаеву в комнате внука? Очевидно, жену искал, чтобы посетовать ей на своё здоровье. Наталья Витальевна действительно была там. Листала журналы, пока Тимур корпел над домашним заданием. Нарушив эту идиллию своим появлением, Вадим Артурович уже собрался заговорить с женой, как вдруг тихо, словно издалека, запищал мобильник. Тимур весь напрягся и посмотрел на бабушку. Наталья Витальевна встрепенулась и строго сказала: - Тимур, ты опять куда-то спрятал мой мобильник? А я важного звонка жду. От Елены Михайловны. Ну-ка, быстренько верни мой телефон! Тимур вышел из оцепенения и юркнул под кровать. - Ты что-то хотел, Вадим? – поинтересовалась женщина. - Да… Нет, ничего важного. Я буду у себя в кабинете, не забудьте про меня, когда сядете ужинать. И он поспешно вышел из комнаты. - Ух, бабуля, я даже испугался, - вылезая из-под кровати с мартышкой в руках, сказал Тимур. - Солнышко, ответь папе скорее. И мне дашь поговорить минуточку. Артём стоял за кухонным столиком и вилкой взбивал яйца с сахаром. В сказочном домике имелась электропечка, в сумке с продуктами нашлось несколько яблок, и Артём решил задобрить любовника шарлоткой. Спину его сверлил тяжёлый Славкин взгляд. «Плохо дело, - думал Артём, - Я так долго не протяну». Он непроизвольно поёжился. И вдруг его крепко обхватили сзади за плечи, и тёплые губы ткнулись в ухо. - Тебе холодно? – шепнул Слава. И как сумел так тихо подкрасться? Артём повел плечами, пытаясь освободиться из захвата, но руки лишь сильнее сжались, и вдруг Славка всем телом налёг на него, и как только Артём потерял равновесие, подставил ему подножку. Не ожидавший нападения Бакаев, не выпустив из рук миску и вилку, грузно шлепнулся на пол. Не ударился, так как Слава придержал его, но растерялся. Содержимое миски, описав небольшую дугу, выплеснулась ему на брюки. - Славка… дьявол!! – вскрикнул Бакаев. - Ай-яй-яй, что ж ты так неаккуратно, весь заляпался, - сказал Слава, - давай-ка переоденемся, снимай штаны. И дернул вниз спортивные брюки на свободном поясе. Артём опомниться не успел, как оказался с неприкрытой филейной частью. Он попробовал встать, но Славка запрыгнул на него сверху и надавил на плечи. Однако свалить Артёма силёнок не хватило, тот уже пришел в себя, сгруппировался и одним рывком опрокинул Славу на спину, придержав его, в свою очередь, оберегая от удара. Уже хотел было встать, но легковесный любовник мёртвой хваткой вцепился в рубашку, приподнялся вместе с Артёмом и неожиданно сильным толчком опрокинул его на лопатки, вновь оказавшись сверху. - Ловкий ты, бля, - удивился Артём. - А то! – запыхавшись, ответил Славка, хватаясь за Артёмов орган, уже успевший напрячься за короткую схватку. - Эй, прекрати! – крикнул Артём. – Я не шучу, ничего не будет, я сказал! - Будет, будет… - тихо и зловеще ответил Слава и, привстав, оглядел стол. – Где тут, блять, нож валялся? - Нож? Зачем тебе нож? - К горлу тебе приставлю и насиловать буду. В доктора решил поиграть? Или в папочку заботливого? Всё, бля, игры кончились! Артём нервно рассмеялся. На самом деле он был растерян и даже напуган. Любовник впервые вёл себя так напористо, и Артёму было незнакомо это выражение на Славкином лице: напряженном, покрасневшем, с плотно сжатыми губами и трепещущими ноздрями. Челюсти напряглись, резче обозначив скулы и подбородок. Захватчик, не знающий жалости. А уж глаза… Глаза полыхали синим огнём, глаза наводили жуть и ясно давали понять – да, игры кончились. - Зайка, ты пугаешь меня. - Веди себя хорошо, и останешься цел, – разбойничьим голосом шепнул Слава. – Говори, где у тебя презервативы и смазка? - Я ничего такого не брал. Еще плотнее стиснув челюсти, Славка безошибочно нашёл болевую точку над ключицей любовника и надавил. - Где презервативы и смазка? - Не брал! Честно, честно, не брал, - корчась, крикнул Артём. – Чтоб даже соблазна не было! Слав, не надо, нельзя… Слава упал ему на грудь и закрыл рот своими губами. Поцелуй был жестким и болезненным. Рука его, плотно сжимавшая член Артёма, начала двигаться, причиняя и боль, и острое удовольствие. Артём замычал и завертел головой, но затих, как только рука на члене сжалась сильнее. Наглые губы заставили его рот открыться, впустить скользкий язык. У Артёма бешено забилось сердце, вторя биению в прижатой к нему груди. Отвлекшись на поцелуй, он не замечал, как торопливо Слава избавляется от одежды. Бакаев всё еще не допускал мысли, что позволит Славе довести дело до конца, ведь он в любой момент мог тормознуть любовника. Вот только… КАК это сделать, не причинив ему боли? Он же не отцепится, не успокоится, еще и правда с ножом в руке пристанет… Пока Артём размышлял, Слава стянул с себя рубашку и остался совсем голым. Увидев прямо перед собой белокожую грудь с темными сосками, Артём зажмурился. - Не надо, – простонал он. - Масло, где-то масло было, - прохрипел Слава. – А, вот оно! Лишившись на мгновение груза на своём теле, Артём попробовал встать… - Лежать! – крикнул Славка, вновь опрокидывая его на пол. Упершись рукой в живот Артёма, он наклонился и заглотил одним махом большую часть члена любовника. Артём взвыл и выгнулся дугой. Слава выпустил член. - Дергаться будешь – откушу, - предупредил он. - Не надо! – слёзно, в который раз попросил Артём. - Хорошо. Я сам уже не могу, - по-своему понял Славка. Плеснув в руку растительного масла, растёр его по члену любовника. Пальцы его дрожали. Артёма вообще нешуточно трясло. Славка подался бедрами вперёд, одной рукой раздвинул себе ягодицы, другой направил член и резко опустился. - А-а-а ауууу!!! – завопил Артём. - Блять! Блять! Блять! – У Славки из глаз потекли слез. - Идиот! Ты что делаешь?! Обоих нас покалечить собрался? – кусая губы, прошипел Артём. – Слезь! Но Слава не слушал его. Зажмурившись, он продолжал теперь уже медленно насаживаться до упора, пока, наконец, не коснулся закаменевшими ягодицами бедер Артёма. - Ненормальный, больной, - шептал Артём. – Слава, послушай, слезь. Да выебу я тебя, только без этого садизма! Парень замотал головой, не открывая глаз. - Нет, Тёма, второй раз это в меня не полезет. Что ж так туго-то? Тёмочка, мне кажется, что у тебя член твердость потерял. - Тебе не кажется. - Возбудись обратно, прошу тебя. - Вот этот совет при изнасиловании - расслабиться и получать удовольствие - это, знаешь ли, полнейшая чушь. Слава постарался ослабить мышцы, немного посидел неподвижно и начал осторожные движения. - Мммм, всё… всё хорошо уже, - прошептал он и открыл блестящие от влаги глаза. – Я люблю тебя, Артём. - Больной, – не сводя испуганных глаз, сказал Бакаев. Шелковый хомутик перестал безжалостно сдавливать его плоть, жаром вновь налились чресла. До конца не веря, что всё происходит наяву, он толкнулся в пульсирующую глубину. Слава застонал. Прикрыл глаза, прогнулся, опираясь на колени Артёма. Они задвигались ритмично, слажено, но если Славка весь отдался собственным ощущениям и бездумно кайфовал, то Бакаев всё ещё был напряжен, придерживал своего насильника за талию и в основном думал о том, не грохнется ли тот после секса в обморок. - Глубже, Артём, хочу сильнее и глубже.., да, давай, глубже! – бесстыдно просил любовник, стонал, вскрикивал, разводя колени и насаживаясь жаркой и тесной дыркой на ствол. Он до боли впивался ногтями в кожу Артёма, но тот терпел, придерживал Славку, плавно двигался внутри него, а затем и осторожно, двумя пальцами, взялся за головку его члена. Нежно обвел, пощекотал уздечку. Пальцы стали липкими от смазки, Артём растер её по всему стволу, обхватил ладонью и большим пальцем стал тихонько массировать щелочку. Слава застонал еще громче, задергался в судороге оргазма, выплескивая густую сперму на свой живот и живот Артёма. - Боже, как хорошо… Люблю тебя… - хрипло прошептал он. – Детка, а ты не кончил? - Слезь с меня, и я кончу. - Что? Покинуть такой замечательный стояк? Я ещё в своём уме. Теперь Артём издал стон. - Нет, ты спятил. Хватит, ненормальный, тебе это боком выйдет! - Боком, сзади – это всё потом, - рассудительно сказал Славик, вновь начиная двигаться. Плавно, медленно, до конца, заставляя пах Артёма изнывать от сладкой истомы. – Ну же, Тёмочка, чего ты боишься, глупый? Мне хорошо, мне охренительно хорошо. Не думай ни о чём… Артём и не мог больше думать. Теперь он только чувствовал: членом, сердцем, каждой мышцей своего тела, омываемой волнами наслаждения. Мог видеть только лицо любовника, исполненное страсти, его синие глаза, тёплые и хмельные, как южное море. Он тонул в них, неумолимо шёл ко дну, чтобы в один необыкновенный миг взорваться изнутри, взмыть над водной гладью, устремившись к слепящему золотому диску солнца… Медленно, плавно опустился Артём на грешную землю, ощутив себя на полу, с прижатым к груди телом любимого. - Славка… - тихо позвал он. - Мм? Не двигайся, прошу тебя, мне так хорошо. - Ну конечно, это же не ты лежишь голой задницей на холодном полу, придавленный потной тушей сексуального тирана. - Хм, с каких пор я стал тушей? Ты всегда говорил, что я лёгкий, как пёрышко. И не тиран я, я просто тебя люблю. - Знаешь, ты за последние двадцать минут сказал эту фразу больше, чем за пять лет нашей совместной жизни. - Правда? – Слава едва не мурлыкал. – Я, наверное, пожалею о том, что сейчас скажу, но… скажу. Я всегда считал, что должен держать дистанцию между нами и вообще молчать о своих чувствах к тебе. - Почему? - А надо объяснять? Ну, хотя бы потому, что всё, что происходит между нами – неправильно, нелогично, и не должно происходить. Но я сейчас не о том говорю… Помнишь, когда ты подарил мне Мазерати, как я отнёсся к подарку? Артём усмехнулся. - Ты решил, что я захотел подколоть тебя. Но это так и есть - с твоей манерой вождения можно подумать, что ты каждый раз на права сдаешь. - Я сделал вид, что недоволен подарком. И тебе было обидно… - Вовсе нет. - Обидно, я знаю. А мне ведь едва не сплохело от счастья. Я и мечтать не смел о такой машине. Но… разве это машина, Тём? Она живая, она всё понимает! Я всю неделю насмотреться на нее не мог, а когда в пятницу вы с Тимуром на занятия в клуб уехали, я поехал за город, к Александровским прудам, там место есть одно… Ну, и устроил Мазерати тест-драйв. Тёма-а, это нечто! Я летал, я даже орал, кажется… я не помню. Такие виражи выписывал, ты бы меня видел! - Хорошо, что не видел, - нахмурился Артём, - забрал бы игрушку от греха подальше. - Вооот… и… и… занесло меня, в общем, хорошенько. Даже не знаю, как я руль вывернул в последний момент. А так бы без передней фары остался. Когда адреналину поубавилось, мне так страшно стало. Вот расхерачил бы я новую машину, и что бы ты подумал? Решил бы, что я нарочно, назло тебе. - Славка, ты мне зачем это рассказал? Я, по-твоему, недостаточно за тебя переживаю? - Не то, Артём. Я хотел сказать, что очень дорожу тобой и твоими подарками. Мне не всё равно, нет. И я ценю всё, что ты делаешь для меня. И в первый же день, как я проснулся на этом острове, я понял, как много ты делаешь для меня, на какие жертвы идёшь. А я – я не прав. Да, я тоже на всё готов ради вас с Тимой, но что-то делаю неправильно… Запутался я. Тёмка… - Что? - Короче, - вздохнув, сказал Слава, - ты мне просто скажи, что мне для тебя сделать? И я сделаю. Всё что угодно. - Ох, что же попросить? Даже не надейся, что я великодушно забуду твои слова. Но, чёрт, ничего в голову не приходит, – Артём рассмеялся. - Помнишь, ты просил съездить с тобой к Максу? – тихо сказал Слава. – Я согласен. Я подумал; если уж ему так не терпится в монахи постричься, и ему для счастья только моего прощения не хватает, что ж, не буду чинить ему препятствия. Хотя, Макс – монах, это даже звучит тупо. Артём снова покрепче прижал к себе любовника. - Спасибо. Я знаю, тебе это непросто. Но, правда, ты бы видел его – это совсем другой человек. Я сочувствую ему, - Артём вдруг усмехнулся. – А он, вот, сочувствует мне. Слава немного поёрзал на бёдрах Артёма и снялся с его члена. Присел на корточки и оглядел себя и любовника. - Ну, пиздец. Идем в душ, Артём. Вечером, пока Слава мыл посуду и наводил в домике порядок, Артём пошёл залить топливо в генератор, а заодно и проверить свой мобильник, припрятанный среди канистр и бутылей с водой. На дисплее высветился пропущенный звонок от Тимура. Так как Артём договаривался с сыном, что будет звонить сам, чтобы не засветить перед Славкой наличие связи, он разволновался и немедленно перезвонил. - Тимка, у вас что-то случилось? - Это не Тимур. Здравствуй, сын, – ответил ему старший Бакаев. – Где вы? - Здравствуй, батя. Мы недалеко. Ни за что не поверю, что Тимур сдал нас. - Правильно, не верь. Но ребёнку меня не провести, он прятал телефон в своей мартышке - не самая удачная идея. - Однако, не сразу ты его нашёл. - Как себя чувствует Слава? – сменил тему Вадим Артурович. - Гораздо лучше. Тимур сказал, что договор вы подписали. - Да. Знаешь, Славик молодец, он проделал огромную работу. И чутьё у него развито, и хватка просто железная. Я не жалею, что доверил ему дело всей моей жизни. - Хм, я передам ему твои слова. - Нет! Зачем? Хотя.., скажи, если хочешь. - Надеюсь, ты злишься только на меня. Слава оказался здесь помимо своей воли. - Да, я зол на тебя. Ты сознательно поставил меня в такое затруднительное положение. - О, не думаю. Я знал, что ты справишься. - Редкого наглеца я произвёл на свет, – вздохнул Бакаев. - Хотя сейчас, когда всё уже позади, и я успокоился, я нахожу некоторое оправдание твоему поступку. Скажи, когда вы вернетесь? - Дней через пять. - Учти, через неделю ханьцы переведут на наш счет предоплату, и получить ее должен Слава. И первую партию отправить тоже должен лично он, ханьцы настаивают. - Хорошо, не волнуйся. - И… сынок, я хочу, чтобы впредь мы больше доверяли друг другу. Как раньше, помнишь? Я вовсе не претендую на твою зазнобу, он взрослый парень и давно вышел из-под моей опеки. По-моему, он даже слишком независимый, и ни тебе, ни кому-то еще не удастся держать его под контролем. - Ага, я тоже так думал. До сегодняшнего дня. А теперь я переполнен оптимизмом. - Смотри, не лопни. Хотя вы стоите друг друга. До встречи, сын. Время двигалось к полудню. Солнце, окутанное тонкой бледно-жёлтой дымкой, хотя и поднялось высоко, но почти не грело. Усилился ветер, подняв торопливые серо-зеленые волны на реке. Не подходящий день для рыбной ловли; если с утра еще клевала всякая мелочь, то вот уже второй час рыбак-одиночка впустую гипнотизировал взглядом удочку, ёжась от сырого ветра. Вытащив из воды оснастку и уложив удочку на дно плоскодонки, рыбак заглянул в ведро, где плескалось пять окуньков-недоростков. Что ж, хотя бы рыжий шуринов кот спасибо скажет. Можно было возвращаться домой. Покинув заводь, рыбак вывел лодку на быстрину и поплыл по течению, лениво правя одним веслом. На берегу острова новобрачных сидел на поваленном бревне Славка, вздыхал и с тоской смотрел на реку. Он снова проснулся один (если б в домике были часы, он увидел бы, что дело к полудню), на столе его ждал завтрак и записка от Артёма с поцелуем и обещанием прибыть к обеду. - Это мне, что ли, обед готовить? – запечалился Слава. Открыл дверцы резного буфета и обнаружил пакет гречки и банку тушёнки. Два дня назад этих продуктов здесь не было. Почесав затылок и пожав плечами, Слава поставил крупу вариться, а сам пошел на берег реки выглядывать Артёма. Плоскодонку он заметил издалека и радостно подскочил, приняв её за надувную лодку. Но как только понял, что ошибся, потерял к ней всякий интерес и снова уселся на бревно. Рыбак приветственно помахал ему веслом. Слава тоже поднял руку. Лодка развернулась носом к берегу и медленно подплыла. Затаскивать ее на берег рыбак не стал, только воткнул весло в песчаное дно, чтобы не сносило. - Привет, - поздоровался рыбак. - Привет. - Давно здесь отдыхаете? - Неделю уже. - Холодно, блин. Обычно домик на лето снимают. Хотя сейчас цена ниже, наверное. Рыбачили? - Угу, только клёв плохой. Одна мелочь. А что у тебя? Рыбак показал ведро. - Не густо, - сказал Слава. – Слышь, а отсюда далеко до Тобольска? - Далековато. Верст пятьсот, я думаю, если не больше. - Надо же… - До Тюмени ближе. - Глушь какая! А вообще, какой населенный пункт поблизости? «Странный парень» - подумал рыбак, а вслух сказал: - Лесничество в километрах пяти вниз по реке. А так Берёзовский недалеко, я сам оттуда. Ну, как не далеко – километров сорок будет. - Берёзовский? Слушай, друг, а что за река? Не Пышма, случаем? «Не, он как сюда попал? – удивился рыбак. - Видать, сильно перебрал на свадьбе». - Пышма, само собой. - Твою ж мать… Так мы, значит, под Екатеринбургом! - Нуу, до Ёбурга отсюда все пятьдесят, если не больше. Да еще по таким дорогам! Глухие места, это ты точно сказал. Синеглазый чудик заинтересовал рыбака. - А ты что один тут сидишь? Где твоя половина? - А-а, он с утра уплыл. Рыбачит, наверное… - Он?! - … А может, и не рыбачит. То-то я смотрю, запасы сами по себе пополняются… - Не, погоди, ты мне объясни: ты не с девушкой сюда приехал? - Нет, не с девушкой. Геи мы. Прожженные. – Ответом Славке был выпученный взгляд рыбака. – Друг, спасибо за информацию, но мне пора, у меня там гречка закипает. - Ага, гречка… - тупо повторил рыбак. – Слышь, толкни лодку, вон палка валяется. «Ну, Тёмочка, неплохо, классный развод, – подумал Слава. – Вот только попробуй мне сегодня не дать поговорить с Тимуром! Давно я, что-то, не скандалил. Или… молчать уже? Попросить задержаться здесь еще на несколько дней? Раз мы так близко от дома...» - Эй! – закричал ему с середины реки рыбак. Слава обернулся, ожидая оскорблений. - А вам не скучно вдвоём? А то, может, третий нужен? - Плыви давай! - крикнул Слава, хотел подкрепить слова неприличным жестом, но передумал, махнул рукой и пошел к домику.