Blue Alert

4 марта 1993 года. Синьцзян-Уйгурский автономный район, КНР.

***

«Первое моё задание не должно вызвать затруднений. Подумаешь — разогнать полсотни голодных оборванцев, имея в подчинении только пехотный взвод! Хотя… Глобальная Освободительная Армия и до этого устраивала нам множество подлянок. Товарищ Тай как-то рассказывал, как он под Кашгаром едва не угодил в засаду боевиков. А ведь тогда его миссия проще пареной репы! Что ж, если на первый раз не получится у меня, может быть, Генштаб чем-нибудь подстрахует. Вот на радаре мелькают три БТРа с красногвардейцами на борту. Да, они лишь пушечное мясо без звёзд и лычек, но силу Народной армии уважать стоит…». Вот такие размышления крутились в голове молодого перспективного офицера НОАК, только что выпустившегося из училища. Он сидел у себя в сборочном цеху и отслеживал показания радаров. Он не видел особых причин переживать за успех задания. Пока шла война с внешним врагом на востоке Китая, наш перспективный офицер был направлен в Синьцзян. Там боевики ГОА, воспользовавшись всеобщей сумятицей, окончательно вышли из тени и подбили местное население на восстание. Расквартированные в Синьцзяне части армии и полиции были не готовы к такой буре в стакане, и в период с 1 по 4 марта террористы захватили города Кашгар, Хотан и Карамай. А теперь они готовились дать генеральный бой правительственным силам в Урумчи — административном центре Синцзян-Уйгурского автономного района. Гневу Председателя КНР Бао Луна не было предела. Когда китайское командование в СУАР попросило его о помощи, товарищ Бао стучал кулаками по столу, на чём свет стоит материл незадачливых военачальников и угрожал им репрессивными мерами. Чуть позже он обратил взор на одного загадочного выпускника военного училища, которого рекомендовал сам Генштаб. Разрядившись после бури в стакане, Бао сказал офицеру: — Поднебесная в опасности. Наши лучшие генералы отражают внешнюю угрозу со стороны Союзников и Империи. Но их коллеги, несущие службу на периферии, совсем разленились и не смогли сдержать удар изнутри. А мы с Вами знаем, что Синцзян — это один из столпов, на которых покоится наша держава. Падение Урумчи станет первым этапом распада Китая, если не предотвратить его. Мы не позволили мятежникам развалить страну в 1989 году, а сегодня какие-то неграмотные бедняки хотят принять у них эстафету. Вот, смотрите, — Бао тыкнул пальцем в карту. — Это провинциальный город К. Несмотря на кажущуюся малозначительность, он таит в себе большую угрозу. Разведка нашла там тренировочный лагерь ГОА и большой склад оружия. Хранящаяся там техника пока стоит в гаражах, но с минуты на минуту она будет приведена в действие. Львиную долю ресурсов боевики получают именно из К. К сожалению, Вам пока не положено иметь в своём распоряжении крупные подразделения, но тех сил, что будут под Вашим командованием, достаточно, чтобы одним ударом обескровить смутьянов. Кроме того, идут слухи, что в К. назреват антикитайское восстание. Вы должны проверить данную информацию. Если гражданские действительно будут вооружены и агрессивно настроены, то утопите восстание в крови, как четыре года назад был утоплен мятеж на Тяньаньмэнь. Срочно отправляйтесь в К.! Небольшой отряд ждёт вашего появления и ваших приказов. Вольно! Утром 4 марта транспортный самолёт «Буревестник» вылетел в Синьцзян.

***

В 5 вечера по пекинскому времени наш инкогнито приземлился на базе южнее К. Сразу, как только им было принято командование операцией, он дал команду БТРам двигаться в центр города. Сметя бамперами хилый заслон из повстанцев, машины выгрузили солдат на главной площади. Там красногвардейцев ждала злобная толпа из пятидесяти вооружённых гражданских. Напротив неё дымился сожжённый пропагандистский фургон, выезжавший двумя часами ранее, чтобы утихомирить буйных. Было очевидно, что повстанцы не хотят по-хорошему расходиться и нуждаются в кровопролитии. Ещё не вышли красногвардейцы из БТРов, а в них уже летели камни и «молотовы». Двадцать четыре солдата, следуя инструкции, дали предупредительный залп в воздух. В 89-м тоже сначала стреляли поверх голов демонстрантов, но они не образумились, и тогда по ним открыли огонь на поражение. Как и в Пекине, жители К. были слишком взвинчены для быстрого успокоения. Лишь когда один из солдат был сражён насмерть камнем в голову, его товарищи открыли огонь по толпе. Первые ряды демонстрантов пали на землю как подкошенные. Следующие за ними не дрогнули и продолжали пулять подручными средствами в стражей порядка. Красногвардейцы точными выстрелами свалили и вторые ряды. Бутылка со смесью попала в ногу одному солдату, тот тут же загорелся и, превозмогая боль, поскочил в БТР, где ему оказали первую помощь. Вскоре число мятежников снизилось с пятидесяти до двадцати, в то время красногвардейцы потеряли только троих ранеными. Но это не значило конца приключений. Когда толпа отступила назад, из кварталов севернее площади выплыли ещё двадцать вооружённых людей! С удвоенной яростью они выдвинулись навстречу войскам и перешли в контратаку. Тогда военным самим пришлось отступить и укрыться в жилых домах. На помощь пехоте двинулись танки «Дракон». Командующий привёз в К. ещё две партии солдат. По ту сторону баррикад тоже не дремали: толпы мятежников усилились за счёт стрелков «регулярных» частей ГОА и джипов, выехавших из северной окраины. Понятное дело — «кафиры» посягнули на оружейный склад! Один из красногвардейцев, глядя на происходящее, грустно заметил: — Этот город основали всего восемь лет назад. Здания и дороги выглядят как новые. Товарищ Бао заявлял однажды, что лично позаботится о том, чтобы этот город стал образцовым для Синьцзяна. Чего мы недодали уйгурам? — Товарищ, скажу откровенно — многие уйгуры сами по себе такие. Уж очень любят они бунтовать! Но лишь малая их часть способна на радикальные действия. Остальные нас побаиваются. — Так какого чёрта мы сидим тут? — возмутился третий солдат. — Командующему нужно сберечь силы. У него не такой подход к людским ресурсам, как у большинства генералов, — объяснил первый. Китайский командир, тем не менее, избрал проверенную временем тактику. Выставив вперёд «Драконы», он погнал их в атаку впереди живой силы. Толпа солдат бросилась вперёд, сметая врагов. Злобная толпа была просто испепелена «Драконами», а боевики были расстреляны и заколоты штыками красногвардейцев. «Охотники на танки» в свою очередь справились с джипами.

***

«Хи-хи-хи! — потирал руки командующий. — Что, будете в следующий раз уважать силу Пекина? Будете? А теперь ваш драгоценный склад оружия взлетит на воздух!». Ударная группа двинулась на север К., где предположительно находился искомый склад. Его быстро нашли на территории городского рынка, превращённого террористами в тренировочный лагерь. Его инфраструктура была представлена тремя казармами, двумя точками продавцов оружия, а товарный склад был переоборудован в лабораторию. Генерал тотчас сообщил Пекину о находке. Из столице немедленно поступил приказ сровнять рынок с землёй. Тогда же прямо у ворот рынка китайцев встретил рабочий. — Ребята! Не убивайте меня! Я знаю, где наш лидер. — Говори быстрее! — грубо рявкнул на него один из солдат. — Идите в нашу лабораторию, он там прячется. Только не разрушайте ничего! — Не пойдём мы никуда! Мы уничтожим здесь всё и всех! Испуганный рабочий убежал, а солдаты пошли громить рынок. К тому времени к базе ГОА подогнали пять «Мастеров боя». В разы усиленный отряд катком прошёлся по рынку, не оставив ничего целым. На всё про всё ушло не более часа. Красногвардеец Ли Сян вспоминал потом: — Первым делом мы зачистили лабораторию. Как выяснилось, никаких серьёзных исследований там не велось, если не считать найденных пяти колб с токсинами. Я заколол штыком главного специалиста, отстреливавшегося из «калаша». Остальной персонал эвакуировался через тоннели в другое место. Когда наш взвод покинул помещение, внутрь его проникло пламя — это работали экипажи «Драконов». Горящее здание обстреляли «Мастера боя». Очень быстро здание рухнуло и похоронило под собой горловину тоннеля. Под обломками мы не смогли найти главаря ячейки — то ли рабочий обманул нас, то ли мы не успели вовремя перехватить преступника… Поиски продолжились на остальной части территории. Его рассказ продолжает командир «Дракона» Ван Шэньяо: — Приказ командующего выжигать людей отовсюду успешно претворялся в жизнь. Из первой казармы стреляли так называемые «защитники тоннелей». Я приказал экипажу максимально приблизиться к зданию и в упор сжечь всё, что было внутри. Здание было моментально охвачено огнём, нигде не осталось свободного места. Одновременно с нами товарищ Цзао поджигал жилище торговца оружием. «Мастера боя» разрушили его, и красногвардейцы увидели, как упавшие обломки придавили живьём горевших боевиков. Позднее в одном из них нам удалось опознать лидера ячейки ГОА. Он сбежал через тоннель из товарного склада и нашёл свою смерть вместе со своим другом-контрабандистом… Когда операция приближалась к финалу, Ли Сян заметил, что в северо-восточном углу рынка что-то зашевелилось. — Товарищи, вражеская техника движется на нас! Он не ошибся. Шесть «Скорпионов» и два химических трактора выехали из подземных гаражей. Танкисты и противотанковые стрелки выдвинулись вперёд для остановки врага. После уничтожения техники «Драконы» и «Мастера боя» принялись разрушать гаражи. Второй гараж после проникновения туда напалмовой струи громко бухнул. То же самое случилось в третьем и седьмом гараже. Неужели там хранили взрывчатку для будущих терактов? Потом выяснилось, что в гаражах действительно было чем поживиться. Красногвардейцы обнаружили бесчисленные фрагменты взрывпакетов и железных бочек. Судя по всему, здесь складировали взрывные устройства, которые предполагалось использовать для полевых засад и оснащения террористов-смертников. В третьем гараже весь пол был залит зелёной жидкостью — это было топливо для резервуаров химических тракторов. В других гаражах нашли много автоматов АК-47, гранатомётов и даже несколько дробовиков американского производства! Возможно, слухи об американском следе в деятельности боевиков ГОА скоро подтвердятся. Операция была завершена. Группа в полном составе вернулась на базу таинственного офицера.

***

На следующий день те самые командующие, которых недавно чихвостил Председатель, торжественно докладывали: — Товарищ Бао, наши войска успешно наступают. Атаки террористов на Урумчи захлебнулись. Пехотный батальон ГОА в полном составе сдался в плен красногвардейцам. Танковые войска начинают бросок на Карамай и Хотан… Бао Лун наконец-то сменил гнев на милость в отношении незадачливых военных. Во-первых, новоиспечённый офицер НОАК оправдал надежды Генштаба, подавив мятеж и разгромив житницу террористов. Во-вторых, тот же офицер спас командующих войсками в СУАР от расстрела и вдохновил их на решительные действия. Не успел наш герой отчалить из К., как ему позвонил товарищ Бао: — Честь имею поздравить Вас с успешно сданным экзаменом! Вы не только минимизировали внутреннюю угрозу, но и дали коллегам шанс реабилитироваться! Но, к сожалению, Вы не останетесь в Синьцзяне надолго. Это была только разминка. Возвращайтесь в Пекин за новыми инструкциями… В столице наш перспективный товарищ получил приказ ехать в Маньчжурию и оказывать там содействие генералу Цинь Мэйлин, сдерживавшей наступление армии генерала Мурасаки. Это была действительно только разминка. Герою придётся познакомиться с более опасным врагом. (продолжение следует)