Blue Alert

Один из июльских дней 1994 года стал для командующего Южно-Китайским фронтом Тамихиро Сато, пожалуй, самым волнительным в его жизни. Накануне генерал больше двух суток был на нервах и вертелся подобно ужу на сковородке. В городе Чанша, где дислоцировался его штаб, полным ходом шли таинственные, недоступные посторонним лицам приготовления. Самые сильные и выносливые солдаты местного гарнизона вместе с рабочим персоналом занимались погрузкой тяжёлого железнодорожного состава. Круглыми сутками сто человек таскали неизвестное барахло в вагоны и запечатывали его там, а затем обтягивали каждый вагон толстыми одеялами из наноматериала. Участники данного мероприятия обливались пóтом в три ручья и страшно завидовали тем, кто находился на передовой, но не решались возмущаться. Надо, значит надо! Что же касается самого генерала Сато, то он до последнего скрывал от воинов цель мероприятия, ссылаясь на спущенное сверху «секретное указание». Только он и три-четыре штабиста знали, зачем понадобилось тратить столько времени на какой-то непонятный груз. Наконец, утром ** июля длинный состав из двенадцати вагонов был полностью готов к отправке. В тот же день в расположение Сато прибыл один загадочный офицер Императорской армии. Без нашивок, наград и иных опознавательных знаков он приехал из Маньчжурии на очередное задание. Игнорируя всякий церемониал, офицер ступил на территорию базы. Лишь на входе в главный кабинет Сато он отвесил генералу почтительный поклон. Увидев нашего инкогнито перед собой, генерал незамедлительно приступил к брифингу. — Вот что Вас ожидает, ******-сан, — Сато нажал на кнопку на цифровом столе, и на последнем тут же отобразилась карта Таиланда. — Узнаёте эту страну? — Точно так, господин Сато. — Вы никогда не были там в качестве туриста? — Никак нет, господин Сато. — Вам повезло, ******-сан. Благодарите императора за предоставленную возможность. Вынужден малость огорчить Вас: пока что придётся обойтись без тёплого моря и дешёвых проституток. Вы сможете насладиться всем этим, когда выполните очередную миссию. Генерал выпрямился и посмотрел прямо в глаза коллеге. — Как Вы знаете, Бангкок ведёт крайне осторожную внешнюю политику. Симпатии короля склоняются в сторону Союзных Наций, но он пока что соблюдает нейтралитет. Между тем в нашем Генштабе негодуют, что король до сих пор не может определиться, вступать или не вступать в войну, потому что в свете последних событий Таиланд представляет собой лакомый кусок для Империи. Нашим шпионам в Бангкоке удалось установить контакт с прояпонской военной группировкой. Во главе последней стоит генерал К.П., известный своими громкими выступлениями против сближения с Альянсом и за тесное сотрудничество с Империей. Амбиции этого человека поражают. В его планы входят свержение короля, установление военной диктатуры и заключение союза с Империей. Однако поддержка К.П. среди военных незначительна, простые люди также не склонны воспринимать его всерьёз. В то же время тайцы упускают из виду тот факт, что у генерала-ренегата и его родственников есть незакрытые счета в японских банках, на которых накоплены десятки миллионов иен… Прокашлявшись, Сато продолжил: — Вы видели железнодорожный состав возле базы? Его конечная остановка — Бангкок. В первых пяти вагонах перевозятся комплектующие экспериментального пси-маяка. Это устройство недоступно для массового производства, санкцию на его применение даёт только император. Пси-маяк разошлёт сигналы по всему Таиланду, если Вы разместите его в заданной точке и соберёте согласно чертежам. Координаты станут доступны вместе с пакетом документов по окончании брифинга. В оставшихся семи вагонах поедут тридцать единиц тяжёлой техники, среди которых плазменные танки «Дзисин» и протонные орудия. Наш тайский друг предвидит вооружённое сопротивление со стороны населения, поэтому попросил пушки потяжелее для эффективной демонстрации силы. С Вами поедет небольшой пехотный отряд, усиленный барышнями из Пси-корпуса. Ваша задача — пробиться через все кордоны и незаметно провезти груз в Бангкок. Должен заранее предупредить: на границе Лаоса и Таиланда крайне высока концентрация средств контрразведки. Если груз обнаружат, то Ваша голова полетит к чёртовой матери, так что будьте осторожны. Но есть и маленькое «но»: даже если весь отряд погибнет, но груз прибудет в целости и сохранности, то миссия будет считаться выполненной. Знаю, как Вы соскучились по крупным наступательным операциям! Только воля микадо превыше всего. Может быть, в следующий раз получится разгуляться на открытом пространстве… Сато вновь прокашлялся. — Однако я закончил. Вот, держите документы, — генерал протянул коллеге папку с бумагами. — Садитесь в головной электровоз и принимайте командование операцией. Вольно! Генерал ****** поклонился и вышел на плац. Оттуда он уже бегом домчался до головного электровоза, который тотчас тронулся в путь, поведя за собой длинную змейку вагонов.

***

Двое суток ехал поезд через вражескую территорию. Практически без происшествий японцы миновали китайские погранпосты и незамеченными проникли на территорию Вьетнама. В 13 часов 32 минуты состав приблизился к мосту через реку Хонгха. Там японцы обнаружили мощный вьетнамский блокпост. Четыре танка Т-64 расположились вдоль дороги, позади них стояла группа солдат. По левой стороне полотна располагалась постройка, похожая на китайский центр пропаганды, но с вьетнамским флагом на башне. Когда поезд приблизился к мосту на километр, в динамиках электровоза зазвучал чей-то глухой голос. Это говорил кто-то из персонала центра пропаганды. Поскольку фраза была произнесена по-вьетнамски, никто из японцев не понял её, но сказано было следующее: — Остановите поезд. Нам нужно провести досмотр. Разумеется, никто не ответил. Командир только рассмеялся, услышав непонятную ересь. — Чего они там лопочут? Не обращаем внимания на них, мчим дальше! Машинисты прибавили скорость. — Остановите поезд! — произнёс человек на пропускном пункте. Кабина командира содрогнулась от мощного лобового удара. Через тонированное пуленепробиваемое стекло наш инкогнито увидел, как один Т-64 с огромной вмятиной в правом борту отлетел на три метра и едва не провалился в реку. — Ну всё, теперь попались… — произнёс командир вполголоса и приказал своему отряду, рассеянному по вагонам: — Занять позиции! Солдаты рассыпались по амбразурам вагонов. Радар отобразил скопление красных точек в северо-восточном углу карты. С третьего вагона сообщили: — Командир, видим вьетнамские МиГи! — Чёрт с ними, — спокойно ответил командир, — Не догонят. Продолжаем движение! Командир щёлкнул тумблером на пульте управления. В наушниках связиста загремели голоса вьетнамских военных: — МиГ-1, это МиГ-3, приём. Не могу догнать подозрительный поезд. — МиГ-3, отставить погоню. Китайская база на юге высылает поддержку. — МиГ-1, понял вас, возвращаюсь на аэродром. Связист, не знавший ни слова по-вьетнамски, догадался о приближающейся с юга подмоге, о чём и доложил командиру. Тот приказал солдатам, смотрящим в южную сторону, максимально сконцентрироваться, а сам впился глазами в экран радара. Красные точки очень быстро появлялись на юге карты, их становилось всё больше. И снова офицер связи перехватил переговоры: — База, это Хан-1, видим поезд! — Хан-1, Хан-2, стреляйте по голове поезда! Немедленно! Два китайских штурмовых вертолёта Тип-102 вылетели навстречу поезду. Связист возмутился: — Они с ума сошли! Как можно стрелять по своему же поезду? — Гайдзинов просто так не понять, — сказал командующий. — Но они по-любому почуяли неладное. Столкновение, увы, неизбежно. Самое главное сейчас — не дать им добраться до секретного груза. Командир щёлкнул все тумблеры на пульте, отвечавшие за связь с вагонами. — Господа, — крикнул он в микрофон, — вертолёты приближаются! Будьте начеку! Китайцы ударили по локомотиву в голове поезда. Но запоздало выпущенные ракеты попали в первый и второй вагоны. Оттуда псионики успели достать кинетическими стрелами ведущий вертолёт. Но поезд оказался быстрее, и лётчикам пришлось бесславно вернуться на базу. — Командир, нас обнаружили? — с тревогой в голосе спросила псионик из второго вагона. — Никак нет, Пси-6! — сказал командующий. — Позаботьтесь о грузе, а не о себе. Больше пока что никто не тревожил имперцев.

***

В 17 часов 25 минут поезд подобрался к вьетнамско-лаосской границе. К тому времени ситуация обещала накалиться до предела. Офицер связи постоянно перехватывал переговоры и сообщал о присутствии вьетнамских и китайских войск в районе следования поезда. На мосту через реку Да рота китайских «Мастеров битвы» пыталась остановить подозрительный поезд. Один танк встал прямо поперёк дороги, за что его экипаж и поплатился: лобовым ударом локомотив протащил его впереди себя и перед выездом на другой берег столкнул в воду. Спустя полчаса связист засёк китайский самолёт-шпион. К счастью, на тот момент дорога раздваивалась, и машинисты свернули направо — подальше от контрразведчиков. На границе имперцев ждала опасность. Тревожно пропищали сканеры на локомотиве: в районе пограничного городка Тайчанг вьетнамские ополченцы заминировали мост. К сожалению, даже генерал Сато не предвидел этого. Он не верил в то, что возможно минирование железной дороги, и не снабдил локомотив тралом. Но даже это не поколебало японского командующего. Он сказал так, словно ничего не должно было произойти: — Вперёд, только вперёд! Нет никаких мин! Тем не менее, сканеры не могли врать. На въезде в Тайчанг операция едва не закончилась катастрофой. Перед самым носом у локомотива что-то очень громко и ярко бахнуло. Под полом сильно застучало; пассажиров поезда подбросило вверх на несколько сантиметров. Лишь чудом поезд не сошёл с рельсов. Тяжесть его колёс спасла японцев от трагического провала. — Это невероятно… — только и смог произнести первый машинист. — Господин, вы здесь едва не погибли, — сказал связист. — Сметать препятствия ценой собственной живучести — слишком безумно. Может, стоит снять с какого-нибудь вагона солдат и поставить их защитить локомотив? — Нет! — отрезал командир. — Броня крепка, выдержим и не такое. — Простите, господин, но операция… — промямлил связист. — Молчать! — гаркнул командир. — Голову отрублю! Пришибленный связист замолк и уткнулся обратно в приборы. Командир решил, что впереди врагов будет меньше, и откинул голову влево. Вскоре ему захотелось немного поспать, и с правого переднего сиденья послышался громкий храп. Видя, в каком состонии несколько мгновений назад пребывал босс, никто не осмелился будить его. Очнулся наш инкогнито на подступах к лаосской столице. Как и следовало ожидать, напряжение достигло апогея. До гарнизона Вьентьяна уже дошли сведения о подозрительном «китайском» поезде. Вдоль пути в районе вокзала встала тяжёлая техника, там же кружила эскадрилья МиГ-9. У самой границы с Таиландом лаосские миноукладчики установили минное заграждение. — Всё, маски сброшены! — объявил командующий на въезде в город. — Плазмомётчики, перемещайтесь в локомотив и в первый вагон! Японцы правильно поняли первую фразу командира. Он имел в виду не сброс одеял, защищавших поезд от сканеров. Солдаты покинули укреплённые позиции и вышли на воздух… Смерть преследовала японцев по всему Вьентьяну. Особенно тяжело было в середине пути. Лаосские сверхтяжёлые танки «Повелитель», приобретённые местными военными у китайцев, дали залп по каравану. В третьем вагоне враги сделали здоровенную дырку, из которой едва не выглянули комплектующие пси-маяка. Кроме того, танкисты чуть не сорвали буфера между пятым и шестым вагонами. Подарки сторонникам тайского генерала-ренегата грозили задаром достаться красным! Трое инженеров вызвались вручную соединять буфера. Парни буквально навалились всей тушей на них в надежде не дать составу расцепиться окончательно. Под тяжёлым винтовочным и пулемётным огнём инженеры спасали честь своего командира. Воины императора и снайперы из четвёртого вагона едва справлялись с вражеской пехотой. Один инженер свалился на насыпь, с головы до пят изрешеченный пулями. Второго, тяжело раненного в спину и обе ноги, буквально отодрали от буферов свои же товарищи — настолько крепко вцепился он. На выезде из Вьентьяна японцев ожидали мины. К счасть, на этот раз генерал серьёзнее отнёсся к совету связиста, данному несколькими часами ранее. Когда мины замелькали на сканерах локомотива, плазмомётчики меткими выстрелами обезвредили их. И снова чудеса преследовали японцев: все двенадцать вагонов состава благополучно миновали повреждённый участок и выехали на таиландскую территорию.

***

В 22:10 наступил заключительный этап операции. Рискованное мероприятие постепенно превращалось в лёгкую прогулку. Таиланд официально сохранял нейтралитет со всеми участниками глобального конфликта, в том числе и с Китаем, в связи с чем не прекращались торговые связи с ним. Поезд с китайскими опознавательными знаками не вызвал особых подозрений у погранцов и спокойно прошёл на территорию страны. В провинциальном городке П., что в 17 километрах от границы с Лаосом, поезд впервые остановился для небольшого ремонта. Работники местной железнодорожной станции оказались невежественными и доверчивыми людьми. Наш инкогнито умело воспользовался их темнотой. На вопрос, куда направляется поезд и зачем, генерал ответил на чистом тайском: — Поезд едет в Бангкок. Китайские инженеры разработали… знаете, что? Медицинские радиовышки! Рабочие расхохотались до упаду. — Да ты что, серьёзно? — спросил их главный. — Вы знаете, китайцы — ребята непредсказуемые и хитрые! Сначала кажется, что они только и умеют воровать чужие изобретения, а в один прекрасный момент — на тебе! — такой номер выкинут, что даже американцы локти до крови искусают. — Небось у янки сплагиатили? — Да без понятия! — Командующий врал на ходу, не краснея. — Это государственная тайна, если что. В Пекине одни параноики сидят. Боятся, что враги Поднебесной используют эту наработку против них самих. Только никому не говорите, хорошо? — Мамой клянусь, дружище! — улыбнулся бригадир. — Тебе скоро быть на месте? — Очень боюсь опоздать. Мы должны немедленно трогаться. Удачи Вам! — Удачи! Поезд медленно двинулся с места. Когда он отдалился от П. на три километра, по всему составу прокатился инфернальный многоголосый хохот. Ржали все: и рядовые бойцы, и машинисты, и офицер связи. Даже командующий не контролировал себя. — Ну и лохи, ну и лохи! — оценил он произошедшее, успокоившись после приступа смеха. — Встречусь с королём Таиланда — пожму ему руку. Правильно он делал, что держал своих подданных в темноте и невежестве! А ведь ещё есть и более важная вещь… — Какая же? — спросил связист. — Вы разве не заметили, К.-сан, как легко наш состав едет по Таиланду? Король не спешит отгораживаться ни от Китая, ни от пограничных стран. Если бы он это сделал, то поезд вряд ли бы двинулся вглубь страны. Всё содержимое выпотрошили бы и уничтожили как контрабандный груз. А тут — халява! Вот ещё за что я пожму руку властелину. — Вы хотите сказать, господин, что дальше нас проверять не будут? — Отставить панику! — вновь разбушевался командующий. — Ночь близка, а вместе с ней и наш успех. Прекращайте ссать и следите за приборами.

***

В час ночи японский поезд остановился на вокзале Бангкока. Тайский генерал К.П. в сопровождении группы миротворцев встретил делегацию на безлюдном перроне. Смуглый среднего роста брюнет в форме защитного цвета поздоровался с японским офицером и, обведя рукой высадившихся солдат, спросил: — Это Ваши люди? — Так точно, — отчеканил командир. — Мои солдаты трое суток обеспечивали безопасность грузов и с честью выполнили задание. — Великолепно! Ваш поезд выглядит как новый. — Мы останавливались в городе П., где местные рабочие устранили некоторые повреждения. Вы знаете, они наивны как маленькие дети. Они слишком легко поверили легенде о медицинской радиовышке. — Удивляться нечему, — сказал таец. — Мне горько признавать это, но у нас уровень образования в глубинке оставляет желать лучшего... Выдержав паузу длиной в три секунды, таец спросил: — Может, пошлёте своих людей на работу? Пусть распечатывают вагоны, собирают пси-маяк и выкатывают машинки. На другой стороне железнодорожного полотна есть целый квартал недостроенных зданий, куда ни одна собака не заходит. Думаю, он идеально подойдёт для размещения пси-маяка. А мы с Вами пойдём в столовую и там поболтаем. Я целый день ничего не ел, и Вы, наверное, тоже? — Точно так, — быстро ответил наш герой и тут же обратился к своему отряду: — Господа! Вскрывайте все вагоны, доставайте запчасти от пси-маяка и стройте его вон в том здании! Как закончите, приступайте к разгрузке тяжёлой техники. Марш! Отряд из двадцати девяти человек мигом отправился на работу. К работе подключилась личная охрана К.П. Тот в свою очередь направился вместе с японским коллегой в ближайший ресторан, где заказал две чашки с рисовой лапшой и загодя оставил официантке двести батов в качестве чаевых. Потом оба сели за стол в самом дальнем углу и продолжили беседу. — Итак, продолжим. Я только что услышал, что ситуация с образованием в Вашей стране плачевна. В чём корень зла? — В Союзных Нациях, — смело заявил К.П. — Странно, но я почему-то ожидал такой ответ. А впрочем… — Удивляться нечему. Посмотрите, в каком состоянии находится образование в Соединённых Штатах. Флагман свободного мира! Светоч демократии и справедливости! Сколько красивых и громких эпитетов мы слышим по всем мировым телеканалам! А если по чесноку? Справедливость и свобода заключаются в том, что для богатых и бедных, по сути, образовательные системы разнятся! Ты не вхож в высший класс? Ты не сможешь даже правильно написать своё имя, а дважды два будет равняться пяти! Несмотря на это, Его Королевское Величество изволил пригласить в Бангкок целый батальон советников из Вашингтона и Брюсселя. Они полностью занимают один из этажей в здании правительства. Как по мне, так это чистой воды диверсия. Это преступление против собственной страны! Посмотрите хотя бы на страны Африки, где сейчас рулят марионеточные правительства Союзников. Вместе со ставленниками англосаксов там правят нищета, голод, безграмотность, преступность! Только умоляю Вас — не подозревайте меня в симпатиях к «красным». Не отрицаю их достижения в социальной и экономической сферах, но стоит ли напоминать, какова цена этих достижений? — Погодите секунду, — прервал собеседника японец. — Когда-то и мы были под американской оккупацией, но янки сделали некоторые добрые дела. С чей же подачи случилось всем известное «экономическое чудо»? Конечно же, американцев! — Я согласен с этим. Но те же янки сбросили Вам на головы ДВЕ АТОМНЫХ БОМБЫ! А перед этим они напалмом выжгли пол-Токио! — Это мы знаём. Японский народ был вынужден прогнуться перед Америкой. Ему впарили сказку о том, что атомные бомбардировки были призваны напугать русских, от которых исходила куда более страшная угроза. Не буду рассуждать, реальность ли это или выдумка, но последствия психологической травмы мы преодолеваем по сей день. То, что мы в 1993 году не бросили перчатку в лицо Союзникам, ещё не говорит о нашей слабости. Да, раны Империи кровоточат, гноятся и требуют экстренного лечения. Ещё до войны микадо умело использовал недееспособность тогдашних лидеров Альянса в своих интересах и навязал им серию соглашений о выводе американских войск с территории Японии. Кто знает, может быть, «красные» смогут ослабить «синих»… От этих слов глаза тайца стали как пять копеек. Коллега вдруг смеет говорить в пользу врагов Империи! — Вижу-вижу, — невозмутимо продолжал японец. — Микадо может натворить что угодно. А что если однажды настанет день, когда нож воткнётся в спину ослабнувшим янки? Вот тогда мы припомним им и Хиросиму, и Нагасаки, и Токио! Мы предъявим Вашингтону счёт, который никогда не будет оплачен! Президент Фуллер сломает сто станков, опустошит сто сейфов, но ни за что не расплатится с долгами. Я могу рассчитывать на Вашу поддержку? К столу принесли две чашки с лапшой. Генералы взялись за палочки и попутно продолжали общение. — В предыдущей мировой войне Таиланд был с Вами в одной компашке, и в этой тоже будет! Этим утром король начнёт планомерно исправлять допущенные им ошибки, оказавшись под влиянием пси-маяка. Деваться ему некуда. — Это понятно. А поконкретнее — каковы дальнейшие планы? — Я не знаю, как подействует пси-маяк. От него фактически зависит успех спецоперации. Я не хотел бы никого обманывать… — Даже мы не знаем, как поведёт себя это устройство, коллега! Пси-маяк нестабилен, поскольку ещё используется в тестовом режиме. Императору не терпится проверить его в полевых условиях. Так что не скрывайте ничего и говорите, как есть. — Король радикально изменит внешнеполитический курс. Он уволит прежнего главу правительства и на его место поставит меня, ха-ха-ха-ха! — Таец захихикал. — Естественно, многим не понравится такой поворот событий, но Ваши танки пригодятся для подавления возможного мятежа. Затем будет проведена реформа вооружённых сил по японскому образцу. Конечно же, с очень серьёзной поправкой на тайские реалии. — Видимо, что-то эксклюзивное нас ожидает? — По-любому. У нас уже есть один проект. Не так давно король задумался о подготовке боевых слонов. Японец рассмеялся как ненормальный. — Смешно, не правда ли? — продолжал говорить К.П. — А ведь это не шутка! Уже с ВАШЕЙ помощью мы можем развить этот проект. Я не сомневаюсь в его успешности. — Хорошо, — сказал успокоившийся командующий. — А что насчёт борьбы с буйными соседями? — Это прерогатива монарха — самолично определять направления ударов по коммунистам. Но у меня давно готов план, который Его Величество просто обязан одобрить. План предполагает войну на три фронта. Мы ударим по Лаосу, Мьянме и Вьетнаму. Если Вы окажете помощь, то никакой Вьетконг не устоит. А если вдруг на короля будет оказано негативное воздействие, а я окажусь в благоприятном положении, то я смогу взять страну под свой контроль. Новым королём буду я, я, и только я! — Рисковый же Вы парень, однако! Союзники уже второй раз больно ударились о вьетнамские грабли. Про Ваши амбиции я вообще молчу. — Империя так не станцует на граблях, как янки! А если Вы построите ещё один пси-маяк в Ханое, то обеспечите краснопузым реальный взрыв мозга. Потому что такой свободолюбивый народец по-другому не приручишь. Кстати, как в Китае Ваши воины поживают? — Трудно сказать. Генерал Тамихиро Сато, который меня прислал сюда, успешно наступает в юго-восточной части Китая. У генерала Мурасаки, который сейчас воюет в Маньчжурии, дела похуже. Три месяца назад китайцы выбили его из Харбина. А в Корее вообще всё интересно складывается: регулярные силы КНДР капитулировали, и мы с Союзниками делим полуостров поровну. С недавних пор мы в разных лагерях, но не враждуем друг с другом и пока что находим компромиссы. — А что с русскими? — С русскими? Ещё хуже. На сегодняшний день мы удерживаем прибрежную часть Приморья, Сахалин, Курилы и Камчатку. Камчатка развивается и процветает под руководством генерал-губернатора Миядзаки. То же самое и о Сахалине. Но русские так и лезут напролом, и это им удаётся, к сожалению. Я бы повернул красный шторм вспять за два-три месяца, но… — Император гоняет Вас, как футбольный мяч. — Именно! Я даже не знаю, стоит ли списывать поражения на русском фронте только на танковые лавины и фанатизм комми. — Ладно, не будем о плохом. Скоро ли построят маяк? Японец связался со своим снайпером, руководившим процессом строительства: — С.-сан, как продвигается строительство? — Господин, скоро всё закончится, — ответил С. — Шпиль маяка доделаем, и всё. — Поторопитесь там, — строго сказал командир. — Король Таиланда должен проснуться со светлыми мыслями. Положив рацию в нагрудный карман мундира, японец спросил: — Я забыл спросить: что будете делать с западными эмиссарами? — Казнить вряд ли кого-то будем. Если маяк не подействует на них, советники смирятся с незадавшимся планом по вовлечению Таиланда в сферу влияния Альянса и просто упакуют чемоданы. Мы отпустим их с миром туда, откуда они пришли. Репрессии? Ещё раз повторяю: они маловероятны! Как никак, а война Империи против Союзников пока не намечается. — Пока, — поставил японец акцент на главном слове. — Однако, лапшичке нашей конец. Может, пойдём на улицу? Король наверняка ещё спит. — Пойдёмте! Генералы синхронно встали из-за стола и направились к выходу.

***

Настало утро ** июля 1994 года. В 5 утра по бангкокскому времени весь Таиланд и весь «свободный мир» потрясла сенсация. Король Таиланда в парадном обличии в окружении многочисленных придворных выступил по телевидению. Его слова вызвали тихий шок среди подданных и ударили эхом по кабинетам высоких чиновников в Брюсселе и Вашингтоне. — Сегодня… — Властелин очень волновался и моментами глотал слова. — Сегодня великий день. Как для нас… Так и для вас, уважаемые тайцы. Все эти годы мы… обращали взор за Атлантический океан в надежде на то… что благодатная Америка поддержит нас во всём и посодействует нашему развитию и процветанию. Но эта ночь… была полна серьёзных и долгих раздумий. Было трудно сворачивать… с проторенной дорожки и выезжать на незнакомое место. Однако… мудрость наша и стремление послужить народу… привели нас… к единственному решению. Мы осознали ошибочность нашего излишнего тяготения к странам свободного мира. Мы нашли абсолютно другой путь к гармонии и процветанию. Мы… — перечислив титулы, король заключил, — объявляем Таиланд верным и преданным союзником Империи Восходящего Солнца! Выступление завершилось овациями и пениями гимнов. Следующие три дня Бангкок бурлил как паровой котёл. В первый день король подписал отречение от престола за себя и за всех сыновей. Под прицелом сотен телекамер королевский кортеж покинул пределы резиденции и отправился на вечные времена в один из провинциальных городов на юге Таиланда. В тот же день японский император подписал указ, согласно которым генерал-ренегат К.П. назначался генерал-губернатором присоединённого королевства. Во второй день сбылось предсказание К.П. Если в целом по стране отречение короля тайцы приняли спокойно (вот парадокс!), то в Бангкоке тысячи людей вышли на улицы с требованием вернуть короля на трон. К.П. решил проблему с помощью присланной японской техники. Протонные орудия и танки «Дзисин» на следующий день быстро рассеяли демонстрантов; на главной площади последние оставили до шестидесяти убитых и раненых. Тогда же микадо объявил благодарность генералу за проявленное усердие. А что же наш герой? Чтобы не выдавать своего участия в секретной операции, он отказался от предложенного императором ордена. Вместо того он попросился на новое ответственное задание… (продолжение следует)