Blue Alert

23 марта 1995 года. Рано утром на юго-востоке Самутсакхона — города-спутника бывшей столицы Таиланда остановилась большая транспортная колонна Миротворческих Сил Альянса. В 200 метрах от неё то же самое сделала колонна Союзных Резервистов. В два счёта полузаброшенная окраина города оживилась и превратилась в зачаток будущего военного лагеря. МСЦ продвинулся на 100 метров вперёд и приступил к трансформации в командный пункт. Когда из транспортных средств вышли вооружённые люди, войска разошлись по позициям. Приказ начинать операцию пока что не поступал, и солдаты имели возможность немного поговорить. Один такой разговор имел место в пустой хибаре на берегу речки Питтайя. Шестеро солдат нашли немного свободного места в прихожей. Трое из них сидели на широком продавленном диване. Хотя он и был наполовину ободран и пропитан застарелой грязью, а вокруг не было ничего, кроме пыли, никто не жаловался. Остальные двое — реактивный пехотинец и девушка в форме полицейского — сидели на таком же ободранном и грязном столе по причине отсутствия свободных мест. Парню-реактивщику с полной боевой выкладкой было очень неудобно сидеть, но он даже не подавал виду. — Всё, что происходит в последние месяцы, в голове не укладывается, — говорил ракетомётчик Джеймс Сандерс. — Согласитесь, отправка нашего командующего в эту задницу мира противоречит здравому смыслу. Сейчас Союзники терпят поражение за поражением от русских в Западной Европе и Канаде. В Китае не сегодня завтра «красные» возьмут Гонконг и Макао и замахнутся на Тайвань. В такой ситуации мистер ****** должен быть незаменим… — А его почему-то назначили отбирать у япошек на хрен не нужную им колонию! — сказала «полицейская». Тут включился в разговор реактивщик: — Позволю себе не согласиться с тобой. Если мы возьмём Бангкок, уничтожим пси-маяк и ликвидируем узурпатора К.П., то вернём Таиланд в нашу сферу влияния, а заодно получим мощный плацдарм для наступления на китайских сателлитов. Полицейская возразила: — Бред какой-то! Я согласна, например, с тем, что можно выбить "красных" из Лаоса и Камбоджи — тамошние национальные армии слабы, а присутствие китайцев и вьетнамцев незначительно. Русских там в помине нет, потому как это не их вотчина. Но вспомни про Вьетнам, Дени! Мы дважды в истории наступили на одни и те же грабли в джунглях. А делать это в третий раз… Так ты и ступай туда, если ты такой смелый! Дени не нашёлся, что сказать. — Трусишь? И тебя, такого труса, взяли в реактивные пехотинцы? — Чего ты к нему прицепилась, Китти? — одёрнул девушку резервист Орфеус Коупленд. — Он просто понял, что был неправ. — Не обращайте внимания, господа резервисты! — сказал Сандерс. — Мисс Валентайн всегда обладала взрывной натурой. Из-за пустяка она унизит и оскорбит любого. Неспроста она на гражданке завела себе трёх кошек, потому как все мужики её боятся. — А что до нашего командира, — продолжил Дени, — то можно найти сто причин его назначения сюда. Подковёрные интриги не исключены. — Ну, я так не считаю. Похоже, командующий некоторым образом провинился перед Генштабом, из-за чего и впал в немилость. Какой именно за ним грех, не знает никто. Во всяком случае, победа в Бангкоке должна смыть позорное пятно с командующего, если таковое есть. Однако пора кончать наши разговоры. Может, пойдём уже?

***

База нашего инкогнито была готова к использованию. К началу операции необходимый минимум зданий работал в штатном режиме. Командующий имел в распоряжении ударную группу, в составе которой был отряд резервистов из Австралии. В деревне П., что в 10 км к югу от расположения командующего, обосновался генерал Грегори Смит. Между ними стоял непробиваемой стеной южный столичный район Такхам. Ввиду высокой концентрации самолётов Империи обоим генералам дали разрешение на производство вертолётов Гейзенберга. Мистер Смит уже имел в распоряжении один такой экземпляр. Он не уставал хвалиться своему блистательному коллеге, мол, как уйдёт «Гейзенберг» из нашего измерения, так всех обманет! Первым начал движение наш инкогнито. Ему не терпелось прощупать рубежи врага в Такхаме, где разведка отметила наиболее мощную оборону. На речном пляже имперцы понаставили «паучьих нор», чем затруднили продвижение Союзников на данном участке. Устройство пехотных бункеров не позволяло миротворцам и полицейским выкурить из них врагов; представлялась возможной только прямая атака. Тщательная обработка местности из «Горизонтов» несколько облегчила прорыв. Когда последний бункер был стёрт из пространства точным попаданием хроно-снаряда, отряд продвинулся на 800 м вперёд. Западнее у речушки Сахакон действовали австралийские резервисты. Им противостояла танковая группа имперцев в составе четырёх «Цунами». Несмотря на численное превосходство резервистов, хитрый неприятель заставил их потрудиться. Попаданием в левый борт был сожжён передовой танк «Мастифф», а ракетных защитников имперские танкисты обмотали и раздавили. Неизвестно, сколько ещё продолжалось бы такое издевательство, если бы наш инкогнито не поддержал товарищей высокоточным ударом «Артемиды». Далее резервисты были атакованы с воздуха вертолётами. Ракетчики едва спасли бронетехнику от полного разгрома, а отряд остановился для пополнения. Продвижение войск давалось с трудом. Кроме того, что враг имел в Такхаме глубоко эшелонированную оборону, маленький участок, где они двигались, представлял собой обширное водное пространство, изрезанное прямыми узкими дорожками. Раньше такого никогда не было; это имперцы для известных только им целей затопили участок водой и проложили грунтовые дороги. — О, смотрите-ка, один уже упал! — заголосили со стороны резервистов. Водитель австралийского «Рейнджера» не справился с управлением и улетел в воду. — Снижаем скорость! — скомандовал наш герой. Отряд Миротворческих сил двигался на другом участке, поэтому чувствовал себя комфортнее. Широкую асфальтную дорогу не тронула водная стихия; в такой обстановке несчастные случаи были исключены. Без небоевых потерь Союзники дошли до здания школы. На территории оной имперцы построили вспомогательную базу. В гуще зелёных насаждений были замаскированы пехотные бункеры. Засады «шляпников» расположились вдоль дороги в этом районе. Прорыв усложнился появлением из-за здания школы «Владыки Они». Едва выглянув из-за укрытия, робот взял разбег и одним ударом разнёс головной «Мираж». Танковый строй совершенно рассыпался, и только поддержка с воздуха позволила пройти дальше с минимальными потерями…

***

К полудню Союзники закрепились на южной половине района Такхам. К тому моменту неприятель сделал многое. Кроме того, что была усилена оборона по теперешней линии соприкосновения, он обзавёлся нано-генератором. В ответ Генштаб Союзников санкционировал применение хроно-технологий. Командующие получили в распоряжение чертежи хроносферы и мобильного хроно-моста. В полдень в течение часа имперцы десять раз атаковали позиции «синих». У здания бывшей автомастерской четверо полицейских при поддержке ракетомётчиков и инженера упорно сдерживали танковый рейд. После трёх неудачных заходов враг направил на место событий шестёрку «Кагэ». БТРы окружили пост, а вышедшие из них воины императора принудили солдат к сдаче. Развёрнутую инженером медицинскую палатку они порубили вместе с ним на куски с присущей им дикостью. Восточнее действовал генерал Смит, чьих пилотов имперцы постоянно держали в тонусе. Около буддийского храма потерпел крушение «Гейзенберг». Эскадрильи «Аполлнонов» было достаточно для полноценного эскорта, однако неприятель нашёл способ обдурить пилотов. В поле зрения пилота «Гейзенберга» Генри Блэкберна попал имперский кар. Подполковник Блэкберн дал указание стрелку «размазать эту муху» кварковым лучом, однако экипаж кара, непрерывно колеся кругами по земле, увернулся от попадания; луч врезался в землю в метре от машины. Затем сразу четыре кара и «Фукия» появились на радаре и синхронно открыли огонь. Повреждённая приборная панель не позволила пилотам включить режим «шести измерений». Они успели смести «Фукию», но не выдержали шквального огня и рухнули в 1,5 метра от здания храма. Грегори Смита, как ни странно, такая потеря не сильно обескуражила. У него в запасе был вновь построенный «Гейзенберг», который он попридержал до поры до времени. — Не говорите только, что я зря хвастался! — обращался он к нашему герою. — Новый ионный вертолёт готов к действию. Командующий промолчал и только лишь подумал: «Вы с ума сошли, мистер Смит! Пусть ваши победы и значительны, но не теряйте голову! В противном случае последние два слова приобретут буквальный смысл». Как бы то ни было, Союзники смогли покорить северную часть Такхама и выйти к району Бангкхунтхьян. На одном из перекрёстков их ждал сюрприз. Из ворот неопознанной постройки затопал… настоящий боевой слон! Закованное в нано-броню животное ступило на простор и угрожающе взмахнуло хоботом. — Назад! Полный назад!!! — загремели все динамики и рации. Союзники сдали назад и стали ожидать дальнейших действий слона. — Сэр, вы попали не в сказку и не в фантастический фильм, — объяснил связист нашего инкогнито. — Эти боевые слоны впервые поступили в войска после имперской аннексии Таиланда. Низложенный король этой страны ещё до указанных событий давал поручение военному ведомству начать тренировки боевых слонов, но процесс был доведён до завершения уже без него. Ближний бой — единственная стихия тайского боевого слона. В стандартном режиме он давит ногами наземные силы, причём каждый шаг вызывает ударную волну в малом радиусе. В альтернативном режиме слон наносит мощнейший удар хоботом, которым единовременно сносит вражеское здание. Самый главный недостаток — это полное отсутствие защиты от атак с воздуха… В момент появления животного на арене авангард нашего героя очутился в критическом положении. Несколько высокотехнологичных машин двигались в первой линии и рисковали быть запросто уничтоженными. Однако у нашего инкогнито имелись в распоряжении два хроно-моста. Когда слон приблизился на опасное расстояние, один из них распахнул дверь на левом фланге и впустил «Афину» и «Мираж» внутрь. Командир машины Питер Робинсон задал место назначения у восточных ворот базы — там как раз расположился военный завод, где можно было починить технику. На правом фланге экипаж второго хроно-моста спас от гибели мобильный ускоритель частиц. Командир был очень доволен дебютом нового образца техники. Перед его глазами тот полностью оправдал себя. — Если мне не изменяет память, я в учебке смотрел видеозапись, где демонстрировался хроно-мост в действии. Просто офигенная штучка! Если повезёт встретиться лицом к лицу с конструкторами, то в знак благодарности я завалю их трофейными тайскими угощениями. Атака слона стоила нашему инкогнито четыре единицы техники. Танкистам удалось проскользнуть в узкий переулок и там переждать угрозу, а габариты слона не позволяли ему свободно следовать за ними и продолжать добивание. На другой стороне улицы также была найдена лазейка на случай, если слон переключится на неё. В итоге участок улицы опустел, и командующий активировал замедление времени. На участке, где в данную секунду топталось животное, время замедлилось; одна секунда пошла за четыре. Такой финт позволил танкистам выбраться из укрытий и проскочить дальше, оставив слона далеко позади. Когда время вновь пошло в обычном темпе, они были уже далеко. К тому моменту подоспели вертолёты. В три залпа «Бураны» произвели быструю заморозку, а пулемётной очередью с «Апача» слон был развален на куски. — Фу, блять! — испуганно зажмурил глаза пилот «Апача». Ему было страшно видеть такое количество крови и внутренностей вперемешку со льдом. — Что с этих идиотов возьмёшь? — сказал пилот первого «Бурана» Ковальски. — Терять им нечего, считай, в последнее время. Вот и изворачиваются, насколько фантазия позволяет. Через две улицы сражался отряд резервистов из Австралии. За два часа они пережили четыре крупных авианалёта. В третьем заходе имперцы задействовали тяжёлую авиацию: пара «Райдзинов» подвергла обстрелу группу ракетных защитников, пытавшуюся окопаться в жилом доме. Сержант Орфеус Коупленд не успел запрыгнуть в ворота дома, однако нашёл укрытие за мусорным баком и прицелился из «джавелина» в киль первого самолёта. После точного попадания пилот стал терять высоту и в конечном итоге совершил посадку в районе Бангмот в 6 км от места стычки. Второй штурмовик был отогнан подоспевшими «Аполлонами», а на земле на случай ответного рейда истребителей «синие» приготовили «Икары». Когда на горизонте в самом деле замаячило звено тяжёлых истребителей «Фудзин», экипажи зениток развернулись на месте и нацелили пушки. Они сконцентрировали огонь на ведущем самолёте, тогда как «Аполлоны» ввязались в бой с двумя остальными. Такой крупный риск стоил жизни двум лётчикам, но потери имперцев были тяжелее. Из всего звена остался в строю только один, который вернулся домой, будучи уже на грани…

***

К 9 вечера Союзники продвинулись ещё на 10 км. В их руках теперь были южные половины районов Бангкхунтхьян и Бангмот. Это означало, что путь к цели сократился вдвое. Главной задачей операции было объявлено уничтожение большого пси-маяка, держащего в рабстве Империи 60-миллионное население Таиланда. Изначально маяк располагался среди трущоб возле железнодорожного вокзала, куда минувшим летом приехал первый имперский «поезд дружбы». Тайский генерал К.П., он же генерал-губернатор оккупированного Таиланда, неоднократно выступал с заявлениями о необходимости сближения с Империей Восходящего Солнца, но не находил поддержки у народа. Тогда он тайно запросил помощь от Империи в проведении государственного переворота. Минуя все кордоны и блокпосты, поезд с секретным грузом проделал путь от Чанша до Бангкока через Вьетнам и Лаос. А утром ** июля 1994 года произошёл беспрецедентный случай. Тайский король в телевизионном обращении к подданным объявил об отречении от престола и о добровольном присоединении к Империи Восходящего Солнца. Как ни странно, ни один подданный не посмел выступить против! Невероятная лёгкость крушения вековой монархии насторожила разведки Союзных Наций, поскольку Таиланд всегда рассматривался ими как потенциальный сателлит. Наконец, в феврале 1995 года в Пентагон поступило долгожданное сообщение. Спутниковая разведка засекла некоторые странные перемещения. Детальное изучение снимков привело к единственно верному выводу: это имперцы перемещали устройство, ответственное за вывод Таиланда из сферы влияния Союзников, из спального района к мосту Рамы III. Верховный главнокомандующий Роберт Джефферсон приказал уничтожить это устройство, ликвидировать генерала-ренегата К.П. и восстановить существовавший ранее порядок в Таиланде. Итак, в 9 вечера Союзники находились на полпути к заветной цели. И тут в адрес нашего инкогнито поступило видеосообщение. Генерал К.П. обращался из своего командного бункера ко всем командирам «синих»: — Ну что, гайдзины, решили поиграть в синдром Плюшкина? Зачем Вам тайские земли, если Вы свои собственные не защитили как следует? Вспомните, как Вы разорили и довели Таиланд до нищеты и сами толкнули его в объятия Империи. Под её могучим крылом тайский народ процветает и идёт к лучшей жизни, и никакая сила не способна повернуть время вспять! Или думаете, что сможете спрятаться здесь от красных флагов над Уолл-стритом? Не выйдет, дорогие мои! Сейчас я запущу таймер обратного отсчёта. Ровно через час рванёт бомба, которая убивает не хуже ваших темпоральных зарядов! Ровно через час пси-маяк заработает на полную мощь и накроет своими волнами Вас всех! А Вас, — таец сделал персональное предупреждение нашему герою, — этот негодяй Фуллер будет оплакивать кровавыми слезами, когда всё закончится! Связь оборвалась. Командующий задумался: — Это уже не игрушки. Вроде бы цель близка, но за 14 часов я преодолел только половину пути! Видимо, я ещё ни разу не использовал хроносферу рационально… Прервав размышления, он поочерёдно связался с командиром резервистов и генералом Смитом: — Сэр, как ваши аборигены поживают? — У нас проблемы в районе храма Ват Лао. «Шляпники» прессуют нас с трёх сторон, а у стрелков заканчиваются патроны. Может, пришлёте «Соловьи» с боеприпасами! — Сию минуту! <…> Мистер Смит, много ли имперцев в небе? — Так точно. Возле кондоминиума кружит «Масакари», а внутри слишком много пехотинцев. Псионики не дают близко подойти никому. — Окей, высылаю туда «Икары» и «Валькирию». Держитесь! Войска нашего героя бились на подступах к проспекту Рамы II. Взвод реактивных пехотинцев впервые проявил высокую активность. Столкновение с одиноким псиоником у веломагазина едва не привело к гибели всего отряда. Уоррент-офицер Деннис Кейн (тот самый, кого сегодня утром прессовала полицейская Китти; позже её взяли в плен имперцы) ценой своей жизни спас товарищей: тяжело раненный, он спустился на землю и принял на себя огонь псионика. Кейн погиб, но и псионик была расстреляна с воздуха протонными сгустками. — Эх, Дени! — позже с горечью произнёс его товарищ Лукас Ховард. — Ты был великолепным парнем… «Передать бы этой дуре Китти, что он не трусом покинул нас, — подумал он. — Сегодня утром он что-то говорил о реванше за Вьетнам, а она его осадила и обозвала трусом, когда он не нашёлся, что ответить. И что? Дени с честью уходит в рай, Китти же была дерзкой только перед своими, а перед врагом струсила. Честно говоря, если её обезглавят имперцы, я буду только рад». Вскоре Союзники попали под жесточайший артобстрел. Это издалека били шагоходные гаубицы «Нэдзуми». Бойцы рассыпали по укрытиям, а реактивщикам было приказано найти гаубицы и заставить их перейти в мобильный режим. Реактивщиков поддерживал «Гейзенберг» в сопровождении трёх истребителей «Ахиллес». Имперцы поспешили сняться с позиций и переехать на север. Видя значительное превосходство Союзников на данном участке, они окопались на левом берегу реки Чаупхрая, оставив жилые кварталы незащищёнными. В 11 вечера командующий инициировал массовый хроносдвиг. В одно и то же время заработала хроносфера и начали десантирование хрономосты. Крупная группировка в составе восьми единиц техники и двух взводов пехоты высадилась на проспекте у моста Рамы III. В ответ имперцы включили нано-генератор. Широкий непроницаемый купол накрыл нападающих, и последние очутились крепко запертыми в самой гуще врагов. Пока купол действовал, враг подтягивал войска к нему. Вокруг «синих» завязывался тугой мешок, из которого не было выхода. Все ближайшие здания были заняты солдатами, а на дороге встали тяжёлые механоиды. Командующий вышел на связь с космосом: — Хроношторм под угрозой провала! Немедленно активируйте минимизаторы! Вечерний небосклон прорезали сверху вниз лучи зелёного цвета. Спутниковые орудия начали бомбардировку механоидов. Когда купол рассеялся, танкисты продолжили движение к цели. Они смогли прорвать кольцо на востоке, раздавить несколько машин имперцев и ступить на мост. Но лишь преодолели они первый пролёт, как тот развалился буквально за долю секунды! — Твою ж мать! — негодовал наш инкогнито. — Чёртовы имперцы заминировали мост! А оборону вокруг пси-маяка голыми руками не прорвёшь. Надо построить новый хрономост или вызвать следопытов. Он выбрал второе. Вскоре «Центурион» выбросил на правый берег Чаупхраи штурмовую группу в составе танка «Стюарт» и восьми следопытов. С интервалом в 10 секунд с другого транспортника десантировалась спецагент Таня Адамс. Это было её первое появление в битве; командующий приберегал Таню для этого важного момента. Первым делом группа взялась за прорыв обороны у речного вокзала. По неизвестной причине имперцы застроили прилегающую к нему территорию электростанциями. Последние были расположены в четыре ряда, по два с каждой стороны от здания. Коридоры между ними охранялись «Защитниками» и лазерными башнями, а на конце каждого из них поджидали неприятеля окопавшиеся в «паучьих норах» снайперы. «Хрен поймёшь этих желтомордиков, — подумала Таня, глядя на столь серьёзную оборону. — Зачем им строить столько электростанций вокруг речного вокзала? У пси-маяка было бы логичнее делать это, но здесь-то что такое?». «Стюарт» первым начал работу. Пока следопыты совместно с Таней отбивали контратаки имперцев южнее речного вокзала, танкисты занялись уничтожением стационарной обороны. Действовали очень осторожно: орудия были расставлены в шахматном порядке, причём «Защитники» стояли впереди, а лазерные башни обладали высокой дальностью выстрела. Лишний метр — и мощный залп лишит нападающих самого ценного, что у них есть. Однажды это едва не случилось в реальности. Водитель танка по неосторожности заехал на метр вперёд; не обрати он вовремя внимание на свечение панелей башни, «Стюарту» пришёл бы конец. Под грозную брань командира он дал задний ход. Башня потеряла цель, и выстрела не произошло. К тому времени к зачистке периметра подключилась пехота. По запросу Тани генерал Смит инициировал ковровую бомбардировку жилого квартала, откуда наступали волны имперских войск и где была построена одна из вспомогательных баз. Ветераны Смита великолепно знали своё дело; под ними земля горела и дымилась, ничего не было видно внизу после падения бомб. Полное уничтожение базы поставило крест на контратаках, и штурмовая группа вновь соединилась. Первая часть энергоблока была успешно уничтожена. Когда Таня сообщила командующему о намерении пройти внутрь речного вокзала, он дал согласие: — Как бы странно это ни выглядело, проверьте всё до мелочи. Такая застройка территории может иметь под собой основание.

***

Внутри речной вокзал не казался каким-то примечательным. Один ресепшн на всё здание, залы ожидания, буфеты, ряды скамеек — какие там военные тайны, скажите? Разве что редкие боевые посты были разбросаны по вокзалу, которые смести не составляло труда. Одинокие «Защитники» стояли по углам и не представляли большой опасности; экипаж «Стюарта» лихо справлялся с ними. Сафари закончилось, когда Таня Адамс наткнулась в одном закутке на некое подобие ЭВМ. Огромная широкая панель серого цвета была испещрена красными и зелёными кнопками, а в середине мигал синий экран. — Жаль, что инженера нет рядом с нами, — сказала Таня, вглядываясь в предупреждения на тайском и японском языках. — Я не расшифрую эти иероглифы, если командир не придаст нам сведущего человека. — Инженеры уже в пути, — ответил командующий. Он постоянно был на связи с группой и не пропускал ни одного слова, ни одного действия. — Идите со следопытами на другую сторону и энергоблока и добивайте его. Пока инженеры выяснят, что к чему, всё должно закончиться. Группа отправилась к северным воротам вокзала. Спустя пять минут к южным воротам был телепортирован «Волнорез» с двумя инженерами. В процессе уничтожения электростанций следопыты дважды попали под огонь с воздуха. «Седзе» впервые появились из глубин Чаупхраи и сделали два круга над набережной, где в ту секунду действовали «синие». Услуги генерала Смита понадобились здесь; полковник Алан Хадсон, один из лучших пилотов его армии, в одиночку вылетел в проблемную зону и самолично раскрошил два самолёта. — Охуенно! Такие тощие, а прутся в пекло! Вот так тебе, сучка, вот так! — приговаривал Хадсон, расстреливая из лазерной пушки третий «Седзе». Когда наваждение было остановлено, он передал штабу: — Сэр, скажите Тане и друзьям, чтобы не тревожились. Я остаюсь патрулировать участок. Смит положительно оценил рвение своего аса: — Хорошо! Но, летая в одиночку, вы рискуете лишить свободный мир такого замечательного пилота. Поэтому помогать вам будет звено «Аполлонов». Благодаря поддержке с воздуха ни один из следопытов не погиб. Правда, один из них с позывным «Спектр» получил тяжёлое ранение, а инженеры ещё возились с таинственной ЭВМ. По слову Тани первый инженер Роберт Фланаган всё-таки оторвался от дела и поспешил развернуть санитарную палатку. Спектра двое товарищей на руках отнесли в здание, где ему оказали первую помощь. Фланаган свернул палатку и вернулся к компьютеру. Вскоре он сообщил некоторые сведения касательно ЭВМ: — У нас не получилось расшифровать всего, но мы кое-что выяснили. Пока вы взрывали электростанции, полоска в правой части экрана падала вниз. Похоже, что это индикатор энергообеспечения маяка. Сейчас он показывает 25%, хотя у речного вокзала всё уничтожено. Билли, мы что-то проморгали? — Сейчас всё увидите, — сказал второй инженер Уильям Принс и тыкнул какую-то кнопку в левой части панели. Перед глазами предстала схема прилегающих районов Бангкока. Оранжевым цветом на ней были раскрашены военные объекты Империи, серым — гражданские постройки. Некоторые из них были помечены жёлтой молнией. Скорее всего, от них и питался пси-маяк, но путь к ним преграждали мощные заслоны. В самом низу был таймер обратного отсчёта. — Чёрт побери, осталось только двадцать минут до всплеска энергии! Бросаем всё и туда, на восток! — сказала Таня.

***

Группа проскочила окольными путями мимо позиций имперцев. Пси-маяк располагался в 600 метрах к северо-востоку от речного вокзала. Ранее разведка сообщала, что на его месте стояла протестантская Церковь новой эры, но имперские варвары снесли её и на её место переместили маяк. Когда они убедились в высокой надёжности устройства, они перестали скрывать его и переместили из трущоб на открытую местность. Данное преступление совершалось с молчаливого одобрения христианской общины, которая сама была порабощена и лишена всякой воли к сопротивлению. И вот настал самый решающий момент. На подступах к маяку группу встретили вражеские танкисты. Тройка «Тануки» атаковала её с западной стороны, а с востока напали два меха-угонщика «Икирё». Как наиболее надёжный и опасный член группы Таня взяла на себя противопехотные машины, а следопыты позаботились об угонщиках. Стрелок по кличке «Раптор» буквально грудью перекрыл одному меху дорогу, когда тот приблизился на опасное расстояние к «Стюарту». Танкисты виляли из стороны в сторону, не давая приблизиться угонщикам. В конечном итоге контратака была отбита, но бесшабашная Таня оказалась на грани жизни и смерти. Правда, она активировала обратный прыжок во времени, что позволило ей отчасти восстановиться. — Скорей туда! 300 метров оставалось дойти до маяка. Несмотря на плохую видимость в условиях полуночи, следопыты отбили ещё три атаки, а Таня приблизилась на максимум к устройству. «Надо полагать, это генератор, — решила она, увидев массивный чёрный металлический ящик. — Попробую-ка разнести его». Заряд был установлен. Когда следопыты сделали двадцать шагов назад, они очутились в окружении вражеских солдат. Семнадцать человек зашли со спины и достали катаны, изготовившись обезглавить всю группу. «Цунами» появились справа и нацелили стволы на одинокий танк «синих»…

***

В 01:25 весь Бангкок, да и весь Таиланд в целом, стал свидетелем необъяснимого природного явления. В центральном городском районе Сатхон гражданские и военные наблюдали странное ярко-красное свечение. Исходило оно от того места, где когда-то стоял протестантский храм, а вместо него возвышался огромный пси-маяк. Красные молнии исходили из одной точки разрезали ночное небо. Что это было такое? Первая догадка осенила тех, кто ближе других находился к месту событий. Они видели, что маяк был взорван. Порча генератора привела к перегрузке устройства и его самоуничтожению. Огромный шпиль высотою с небоскрёб накренился в правую сторону и рухнул вниз, унеся с собой пять соседних зданий. Наиболее примечательной была реакция вражеских войск. Все видели, как тысячи солдат Империи затряслись и забились в конвульсиях. Многие брались за головы и затыкали уши. — Это невозможно! — удивлялся наш инкогнито. — Хотя, в принципе, объяснение мы получим прямо сейчас… Около получаса длился экстаз имперцев. Когда всё закончилось, они в массовом порядке побросали оружие и покинули свои машины. Наш герой и генерал Смит отдали приказ о прекращении огня. Всем было ясно: с разрушением пси-маяка произошло освобождение разума тайцев, порабощённых имперскими оккупантами прошлым летом. Так было на большинстве участков фронта. Однако у руин маяка было не так весело. Из сорока человек не «проснулись» шестеро; они совершили нападение на следопытов, но были легко уничтожены. Один из солдат, прекративших сопротивление, пояснил: — За этих не дрожите. Они пришлые. Они были здесь с ноября месяца. Мне искренне жаль, что бился бок о бок с этими придурками. — Довольно переживаний! — успокоила его Таня. — Где прячется генерал К.П.? — Чёрт его знает, — сказал таец. — В последние три недели он постоянно менял место пребывания. Сначала он был в районе Ратбурана, через день переместился сюда, в Сатхон, потом опять туда… Никто не знает, где конкретно сейчас находится К.П. — Ну да и хрен с ним! Всё равно он остался сейчас один в капкане. Стоит ему высунуться, и пуля полетит прямо в лоб. Оставайтесь здесь, я пойду его искать.

***

…Через три дня наш блистательный инкогнито и Грегори Смит разыскали законного правителя Таиланда, отрекшегося от престола в июле 1994 года. С момента отречения он проживал с семьёй и двором в северо-западной провинции Лампун, где вёл закрытый образ жизни и занимался хозяйством. Предсказуемо он приветствовал все начинания новых хозяев страны и делал богатые пожертвования из своего капитала в пользу Империи, но старался поменьше привлекать внимание прессы и не давал интервью. Местные крестьяне также не лезли в его личное пространство. А теперь, когда Таиланд снова стал суверенным государством, он готовился вернуться в Бангкок. Правда, король теперь понимал, что стал жертвой заговора имперцев и предателя К.П. и сильно переживал, что не уберёг себя и страну. Он и на этот раз отказался общаться с прессой, но с удовольствием поговорил с генералами Союзников за закрытыми дверями. — Признаться, мне очень стыдно перед подданными, — говорил он. — На этот имперский флаг можете не обращать внимания. Он многие месяцы висел здесь, но теперь его можно будет положить на пороге, чтобы было обо что ноги вытирать. — Правильное решение, Ваше Величество! — одобрительно заявил Смит. — Я пока не «Ваше Величество», мистер Смит. Ещё ничего не готово для повторной коронации. Вот послезавтра я въеду в Большой дворец, тогда и называйте меня «Ваше Величество»! А пока что я простой смертный, такой же, как и шестьдесят миллионов тайцев. — Мы ещё не сообщали о судьбе генерала-ренегата. Утром ** марта мы нашли его труп в бункере в районе Ратбурана. Освобождённые из плена пси-маяка тайцы рассказали, что в последние три недели К.П. восемь раз переезжал с места на место. Даже высшие военные чиновники не имели понятия, где конкретно он находился. — Это объяснимо. После того, как Империя объявила войну Союзным Нациям, генерал почувствовал скорую расплату за свои преступления. — Видимо, в какой-то момент его обуяла мания преследования. Мы уже не узнаем, что именно чудилось К.П. — авиаудары, космические атаки или хроноштормы. Во всяком случае, он был единственный, кого не держали под контролем энергетические волны. Но он не выдержал краха авантюры и сделал себе харакири. — Так ему и надо! А вам спасибо, что выцепили меня и всю страну. Правда, мне всю жизнь придётся каяться, пусть даже и под могучим крылом Союзников. — Будем надеяться на лучшее. А имперцам спасибо за хорошее наследие в виде передовой промышленности, которую можно будет направить в конструктивное русло. Многие технологии мы направим против них самих и против красных. — И то верно! Вы же поможете мне реанимировать страну? — Честное вашингтонское! Молодые демократии Востока быстро развивались и процветали с помощью США. Это касается и тайской монархии. А вскоре, если получится сломить сопротивление русских в Америке, поможем и Мьянме, и Камбодже, и Лаосу. А там, дай Бог, и Вьетнам с Китаем вылечим… Свободный мир ведь тоже может рассчитывать на вашу помощь?