Семь свиданий с Гермионой Джин Грейнджер

Жизнь Полумны Лавгуд никогда не была похожа на сказку несмотря на то, что волшебство окружало ее буквально повсюду. Еще с раннего детства, девушке было под силу увидеть то, что скрывалось от посторонних глаз. И не просто увидеть, а иметь возможность соприкоснуться. Луна видела красоту даже в самых уродливых существах, при виде которых у многих стыла кровь в жилах. Отчасти поэтому ее сторонились окружающие, считая странной и немного безумной. Лавгуд мало волновало мнение других. Она давно уяснила одну простую вещь — настоящие чудовища носят человеческий обличий. Полумна научилась абстрагироваться от обидных слов и смешков за спиной, посвящая каждую свободную минуту существам, лишенных внимания только потому, что их внешний вид пугал окружающих. Только в их компании, Луна всегда могла найти спокойствие и понимание. Они встречали ее, как родную, позволяя кормить, гладить и играть с ними. В целом такая жизнь полностью устраивала ее. За исключением тех моментов, когда внезапно становилось одиноко и пусто на душе. Словно она одна на всем целом свете, отвергнутая обществом, однокурсниками и даже некоторыми преподавателями, предпочитающих лишний раз не спрашивать ее даже на уроках. Хандра сходила быстро, но появлялась все чаще, пока однажды в жизни молодой девушки не появился знаменитый Гарри Поттер, который подарил ей не только крепкую дружбу, но и показал, что не все люди плохие, — нужно лишь встретить своих. Со временем, Полумна действительно нашла много «своих» людей, которые нашли место и желание, чтобы взять хрупкую когтевранку, так непохожую ни на кого другого, под свое надежное крыло. За каждого из них, Лавгуд не раздумывая отдала бы свою собственную жизнь, если представился такой случай. Моментов доказать столь громкие слова выдалось немало за последние годы. И каждый раз отважная девушка оказывалась в самой гуще кровавых событий, не пасуя перед трудностями, какими бы невыполнимыми они не казались. Субботний день Полумны Лавгуд начался с довольно позднего пробуждения. Накануне вечером она обнаружила пропажу весьма дорогих и любимых бус из розового кварца, которые достались ей в наследство от матери. Луна часами бродила по замку в поисках ценной для нее вещи, пока окончательно не отчаялась. Однако по возвращению в спальню ее ждал действительно приятный сюрприз. Бусы лежали прямо посреди ее кровати. Видимо — это была очередная шутка однокурсников, которые время от времени, от нечего делать, забавлялись подобным образом. Спать девушка легла, когда на часах уже был третий час ночи. Естественно, утром Полумна проспала как вкусный завтрак, так и долгожданный поход в Хогсмид. Конечно, можно было бы еще успеть пополнить запасы сахарных перьев, которые она нежно любила или выпить пинту безалкогольного брусничного эля в ближайшем от Хогвартса пабе, но на это оставалось слишком мало времени, а Луна не любила спешить. Спешка всегда приводит к неожиданным и не всегда приятным последствиям. Поэтому, решив особо не огорчаться, а принять случившееся, как судьбу, Лавгуд, прихватив с собой пакетик вяленых абрикосов, направилась к любимому месту — Запретному лесу. Вернее, к небольшой пещере примерно в километре от школы, которую она обнаружила несколько лет назад совершенно случайно, наблюдая за игрой недавно родившихся нунду. Обитатели леса уже давно перестали обращать внимание на молодую девушку, которая могла часами бродить по тропинкам босиком, тихо напевая какую-то мелодию. Она никого не трогала, и ее не трогали в ответ. Шаги позади себя она услышала сразу же, как только вошла в лес. Кто-то, крадясь, следовал за ней попятам, но при этом оставался в тени. Лавгуд вытащила палочку из рукава мантии и плотнее прижала ту к груди. Бесшумно юркнув за широкий ствол дерева, Луна медленно досчитала до десяти и резко выскочила из своего укрытия, направив оружие в сторону незнакомца, который наконец-то показался среди зарослей деревьев. — Мерлин, как же ты напугал меня! — тут же пряча палочку обратно в рукав мантии, облегченно выдохнула Лавгуд, пытаясь унять дрожь от испуга. — Ты что, следишь за мной? — Не то, чтобы слежу. Просто решил, что сегодня замечательный день для важного разговора, — лучезарно улыбнулся Теодор Нотт, прислонившись плечом к стволу соседнего дерева, и сложив руки на груди. Несколько волнистых прядок упали ему на лицо, и он небрежно откинул их со лба легким движением руки. Мерлин, сколько же наивных девушек, наверняка, пали к ногам это самоуверенного мерзавца, стоило ему просто поманить пальцем. Даже Луна засмотрелась против воли на этого самоуверенного искусителя, но тут же взяла себя в руки. С ней это больше работать не будет. Пройдено. Девушка нахмурилась и довольно резко бросила: — Оставь меня уже в покое! Нам нечего с тобой обсуждать. Никаких обид и претензий у меня к тебе нет. Давай просто продолжим жить, как раньше. Ты не замечаешь меня, а я — тебя. На этом она посчитала разговор оконченным и, не дожидаясь ответа, направилась дальше с твердым намерением отделаться от одного из самых больших разочарований в своей жизни. — Как я могу не замечать свою же невесту? Ошибаешься, нам о многом нужно поговорить. Например, когда объявим дату свадьбы? Где будем праздновать? Кого пригласим? — стал перечислять Нотт, следуя за ней тенью. При этом его голос был настолько серьезен, будто между ними ничего такого не произошло в прошлом. Так, всего лишь небольшая ссора и недопонимание. Луна тут же остановилась, как вкопанная. Еще про нее говорят, что она не в себе. Тогда как насчет Теодора Нотта, который нес абсолютную чушь с невозмутимым лицом? — Невесту? Свадьба? — очнись уже, ничего этого у нас не будет, — нервно рассмеялась она, хотя внутри все кипело от злости и обиды. Полумна просто не понимала, зачем все это. Мало ему ее страданий? Хочет добить? — Ты уже забыл, что заказал убить свою невесту? По-моему, так говорят в мире людей. Это называется заказное убийство. — Да, я облажался, признаю! Я не хотел всего этого! Я пришел за тобой в тот же день, когда в Мэнор привели Поттера, Грейнджер и Уизли. Они просто опередили меня. И за твое спасение я им бесконечно благодарен. Это фраза была брошена до того, как я узнал, какая ты, — с горечью в голосе произнес Теодор, не сдаваясь. — Узнал, какая я? А что ты обо мне знаешь? Мой любимый цвет? Еда? Время года? Ну же, Тео — это простые вопросы. Луна покачала головой и неспеша подошла к парню практически вплотную, закидывая голову к самому верху, потому что Теодор Нотт был до безобразия высок, и с ее ростом она едва ли доставала ему до ключиц. Она редко позволяла себе вторгаться в личное пространство других людей и не любила, когда слишком близко приближались к ней, но сейчас ей казалось, что до него именно так следующая информация дойдет лучше, и он наконец-то уберется из ее жизни навсегда. — Ты ничего обо мне не знаешь. Каждый раз, когда я вижу тебя, мне становится больно. Я снова оказываюсь в поместье Малфоев. Дни проходят мучительно медленно, и в какой-то момент ты начинаешь с нетерпением ждать смерти, потому что в ней твое спасение от бесконечных пыток и издевательств. Я до сих пор не могу забыть посмертные крики волшебников. Мне снятся кошмары каждую ночь. Я просыпаюсь, задыхаясь от немого крика, что ничем не могу помочь им, потому что я такая же пленница, как и они. Пока ты развлекался за границей, я боролась за свою жизнь. Зачем тебе сломанная девушка? Хочешь загладить вину? Так не стоит, я больше не держу на тебя зла. Я хочу все забыть, но видя тебя, разговаривая с тобой, у меня ничего не получается. Полумна не собиралась плакать. Все это она уже прошла некоторое время назад, но от тяжелых воспоминаний не так легко избавиться, поэтому несколько слезинок все же скатились по щеке, но прежде, чем она успела их смахнуть, Нотт протянул руку и смахнул влагу подушечками своих пальцев. Его руки дрожали, а боль в глазах была такой искренней, что Лавгуд на одно мгновение прикрыла веки, нежась в секундной ласке. Где-то резко взмыла в небо птица, и звук ее крыльев в тишине был настолько оглушительным, что девушка тут же распахнула глаза и сделала шаг назад. — Завтра, — тихо произнесла Лавгуд, смотря Нотту прямо в глаза, — отец заключит соглашение с другой семьей. Я выхожу замуж за Рольфа, внука Ньюта Саламандера. Согласие на брак уже получено. Второй раз в жизни Теодор Нотт почувствовал, как его устоявшийся мир перевернулся с ног на голову. На него разом нахлынуло столько чувств, таких чуждых, всю жизнь отвергаемых им же, что на одно мгновение Тео даже растерялся от такой полноты. Злость. Разочарование. Боль. Неверие. Прямо сейчас, на этом самом месте, он чувствовал все это одновременно и очень пронзительно. — Ты не сделаешь этого, Полумуна. Я тебе этого не позволю. Никогда! — так же четко, выделяя каждое слово, глухо прошипел Тео, делая шаг к Лавгуд. Полумна презрительно фыркнула. — Я не прошу твоего благословения. Я ставлю тебя перед фактом. И ты не сможешь мне помешать. — Я слышал, — задумчиво произнес Теодор, неожиданно обходя ее стороной, — что семейство Саламандер очень чтут традиции. Женщины, которые роднятся с такой уважаемой семьей, должны быть девственницами. Дальнейшую речь Полумне слушать уже не нужно было, так как она с ужасом поняла, что задумал Тео. Выхватив палочку, девушка круто развернулась, но опоздала буквально на мгновение. Нотт успел первым выпустить в нее луч. Палочка отлетела куда-то в сторону, а тело наполнилось такой тяжестью, что Лавгуд начала оседать вниз. Сильные руки поймали ее над самой землей и прижали к себе. — Я никогда тебя не прощу, если ты так поступишь со мной, — засыпая, пробормотала Лавгуд, едва ощутимо дергаясь в его объятиях, борясь со слабостью. — Ты мне за это еще спасибо скажешь, — ответил Нотт перед тем, как ее разум окутал густой туман.

***

Полумна лежала с закрытыми глазами, пытаясь понять, где находится. Запах, шум — ей все казалось таким знакомым. Теодор был где-то поблизости, девушка слышала его нервные шаги, но давать понять ему, что она пришла в себя, пока не хотелось. В начале нужно придумать план, как ей выбраться отсюда. Немного приподняв веки, Луна обвела взглядом помещение и, конечно же, сразу узнала место. Нотт притащил ее в пещеру, куда она, собственно, и направлялась. Как давно он следил на ней, если узнал о ее тайном убежище? Радовало одно: сейчас они находятся в знакомой ей обстановке, а значит и шансы сбежать, у нее резко увеличиваются. Ну не будет же он ее силой удерживать в самом деле. Спину приятно грело тепло от небольшого костра, зажженного, по всей видимости, Теодором, а сама Лавгуд лежала на чем-то мягком и весьма пушистом на ощупь. Что же, это могло показаться даже романтичным, если бы она не почувствовала себя пленницей. Снова накатили тяжелые воспоминания. Подземелья Малфой-мэнора. Сырость. Холод. Темнота. Истошные вопли волшебников, молящих о смерти. Луна крепко зажмурила глаза, пытаясь прогнать жуткие картинки, ожившие в ее сознание, и с силой закусила губу. Боль всегда отрезвляла в такие минуты. Заставляла вынырнуть из темноты и увидеть дневной свет. — Я знаю, что ты пришла в себя. Можешь не притворяться больше, — глухой голос парня, прорезал окружающую вокруг тишину. Лавгуд вздрогнула и тут же обернулась в сторону голоса. Она настолько погрузилась в себя, что не заметила, как шаги, слышимые где-то вдалеке, уже давно затихли у нее за спиной. Пришлось перекатиться на бок и сесть на колени, чтобы не выворачивать себе шею, а также не терять на всякий случай Нотта из виду. Только вот парень сидел на пне и хмуро разглядывал носки начищенных до блеска ботинок, непринужденно вертя в руке волшебную палочку. Плечи его были опущены и весь вид буквально кричал о том, что он находится в неменьшем смятение, чем она сама. — Где моя палочка? — Луна облизнула пересохшие губы и ритмично потерла ладони между собой. Несмотря на огонь и теплую подстилку, в пещере было весьма прохладно в такое время суток. Камни еще не успели нагреться, да и на дворе сентябрь, а значит все меньше теплых солнечных лучей. Если и будет тепло, то ближе к вечеру. А согреться хотелось здесь и немедленно. — Здесь. — Тео как-то вяло и безразлично похлопал по заднему карману брюк. Отсутствие беспечной мальчишеской улыбки на лице, встревожило Лавгуд сильнее, чем его поступок с ее усыплением. Совершенно очевидно, что Нотт совершенно запутался, и его действия сейчас действительно могли быть совершенно непредсказуемыми. — Верни ее мне. Я хочу уйти, — Луна попыталась смягчить голос, чтобы лишний раз не провоцировать Теодора, но нотки негодования все равно прорезались. — Как ты мог применить ко мне заклинание? Нотт на это лишь невесело усмехнулся. — Ты не оставила мне выбора. Дать тебе уйти я не могу. Не собираюсь молча наблюдать за тем, как любимая девушка собирается совершить ошибку всей жизни. Я вообще не знаю, что мне делать. Почему ты не можешь дать мне шанса все исправить? Ты же всегда всех прощала. Так почему не можешь простить меня? На удивление Полумна довольно резво вскочила на ноги. Он просит шанс все исправить. А какой шанс он предоставил ей, когда пожелал ее смерти? Если он так не хотел свадьбы, то достаточно было просто сказать об этом. Они бы что-нибудь придумали. Да, в какой-то момент ей начал нравиться Нотт. Нет, она не влюбилась в него с первого взгляда. Просто начала обращать на него внимание в коридорах и постепенно привыкать к мысли, что этот красивый мужчина в скором времени будет принадлежать ей. Почему-то это делало ее счастливой. Она была реалисткой и прекрасно понимала, что выбивается из общества высокородных волшебников. Не такая манерная и изысканная. Ее поведение вызывает негодование вперемешку с жалостью. Ведь большинство считало ее просто сумасшедшей. Ему же хотелось доказать, что она не безумная, а просто особенная. Если бы в итоге они поняли, что действительно не подходят друг другу, то она отпустила бы его. Даже тогда, когда она выяснила, на какой стороне будет сражаться Теодор в случае войны, не заставило ее поменять своего решения. Пока его руки не запятнаны кровью ее друзей, она будет с ним. Только вот судьба, а точнее он сам, решил вопрос по-своему. Ей никогда не забыть, с каким наслаждением Беллатриса рассказывала, насколько она противна Теодору, насколько сильно парень ненавидит и презирает ее. Единственный финал, который ждет их, как пару — медленная и мучительная смерть. Ее смерть. Полумна очень медленно, будто боясь спугнуть, подошла к Тео и встала прямо перед ним. Сейчас их лица находились практически на одном уровне. — Я прощала всех потому, что не собиралась за них замуж. Какой смысл держать обиду на малознакомых людей? Сегодня они есть в твоей жизни, а завтра — нет. Ты же предал меня. Человек, который в будущем должен был стать мне защитой, поступил со мной, как последняя сволочь. Я не понимаю лишь одного — чего ты сейчас добиваешься? Я никому не рассказывала о случившемся и не собираюсь этого делать в будущем. Это мое прощение тебе. Так что можешь спать спокойно. Также я снимаю с тебя ответственность за нежеланную свадьбу. Ты в праве сам выбрать, с кем связать свою судьбу. Мы больше ничего не должны друг другу. — А теперь, — нетерпеливо протянула она руку, — верни мне палочку, и покончим с этим. Отсутствие какой-либо реакции раздражало и без того натянутые нервы. Луна от нетерпения топнула ногой и, перегнувшись через плечо парня, попыталась самостоятельно дотянуться до заднего кармана. Руки Нотта моментально обвили ее талию, притягивая ближе к себе. Теперь ее ноги касались его коленей, а лица были настолько близко друг к другу, что Лавгуд смогла увидеть золотистые крапинки на радужке глаз. — Я люблю тебя! — четко, уверенно смотря прямо в ее глаза, произнес Нотт с мольбой в голосе. — Прекрати! Это уже ни капли не смешно. Полумна тут же попыталась отодвинуться, но куда ей было тягаться с его силой. Она вцепилась пальцами в сильные мужские плечи, борясь за крохи расстояния между ними. Только Тео продолжал удерживать ее, впрочем, не причиняя боли, но в тоже время так отчаянно, словно разомкнуть руки означало чуть ли не начало конца совета. — Я люблю тебя! И буду доказывать это тебе всю оставшуюся жизнь. Легкий поцелуй в лоб и снова серьезный пристальный взгляд прямо в глаза. — Да что с тобой такое, Тео? Не поступай так со мной! Ты не имеешь на это право после всего, через что мне пришлось пройти! Полумна сильнее сжала пальцы на его свитере, понимая, что начинает сражаться сама с собой. Еще пять минут назад девушка была абсолютно уверена, что между ними ничего не может быть, но стоило ему огорошить ее словами о любви, как вся непоколебимость начала разрушаться буквально на глазах. Он посеял сомнение, которое разрасталось с каждым новым словом и минутой, проведенной в непосредственной близости к нему. В такую правду сложно поверить, но ведь и лгать ему не за чем. Каким бы он не был, но едва ли испытывал моральное удовлетворение, причиняя осознанно боль другим. А Тео, будто почувствовав ее колебания, продолжил: — Я люблю тебя! Обещаю, что ты никогда не пожалеешь о своем решении, если дашь мне всего один шанс. Опять легкий поцелуй, на этот раз в губы. И снова серьезность во взгляде. Полумна недоверчиво всматривалась в лицо Теодора, пытаясь увидеть хоть намек на неискренность, но не видела ничего, кроме надежды. Прикрыв на секунду глаза, девушка прислушалась к своему внутреннему голосу, который уже твердил ей лишь один правильный ответ. Все аргументы против предательски замолчали, оставив ее наедине с парнем, о котором она когда-то очень много фантазировала. — Я люблю тебя, Полумна Лавгуд, и сделаю все для того, чтобы ты ни разу не пожалела о том, что связала свою жизнь с таким подонком, как я. Ты нужна мне! Свою жизнь я могу связать только с тобой. Никого другого мне не надо. Прости, что я так поздно это осознал. С последними словами Нотта, Луна поняла, что ее выдержке и уверенности, пришел конец. То, от чего она так долго бежала и всячески пряталась, сейчас находилось в нескольких сантиметрах от нее. Как бы не было постыдно признавать, но с того момента, как она узнала имя будущего супруга, у нее по факту не осталось никаких шансов. Теодор Нотт олицетворял ходячую фантазию всех девичьих грез. В него просто невозможно было не влюбиться. Пусть даже умом ты понимаешь, что этот слизеринский красавчик в конце концов оставит тебя с разбитым сердцем. Желание поддаться искушению было многим сильнее, чем благоразумие. Поверила ли словам? Не полностью — на это нужно больше времени. Захотела ли дать шанс отношениям? Бесспорно. Потому что всегда верила, что что-то может получиться, надеялась на это. Папа утверждал, что люди не просто так врываются в твою жизнь. Если ты оживаешь рядом с кем-то — не отпускай. А рядом с Теодором Ноттом Полмуна буквально горела. Все ее тело замирало в каком-то странном предвкушении, стоило ему лишь посмотреть на нее. — Если ты обманешь меня снова, то клянусь, я убью тебя, и меня никто за это не осудит. А знаешь почему? Лавгуд постаралась вложить в свой голос и взгляд, как можно больше серьезности, чтобы Тео еще капельку помучился. Он заслужил это. — Потому что ты… особенная? Эта заминка вызвала у нее улыбку, которую она не сумела сдержать. Он так аккуратно старался подобрать правильные слова, еще до конца не осознавая, что нужные и желанные уже сказаны. Что же, Полумна оценила его тактичность. — Абсолютно тронутая! — заговорщицки прошептала она ему в губы, притягивая чуть ближе к себе. — Тогда мы просто созданы друг для друга! — от хрипоты его голоса, по позвоночнику прошлась приятная дрожь и девушка не сдержала рваный выдох от предвкушения того, что не заставило себя ждать. Теодор с большой осторожностью коснулся ее губ, медленно проведя кончиком языка по нижней губе. И Луна тут же послушно приоткрыла рот, давая полный доступ. Мягкий язык тут же проник внутрь, лаская ее собственный. Изящно, томно и так сладко, что колени моментально сделались слабыми. Парень не давил на нее, будто боялся сделать лишнее движение. Словно все еще не верил, что победил в своей настойчивости. Будто она вот прямо сейчас передумает и оттолкнет его. Но Полумна не собиралась его отталкивать, наоборот, прижалась к нему настолько близко, насколько это было вообще возможным. Зарылась в темные пряди волос, аккуратно пропуская их через пальцы. С удовольствием приняла его язык, который изучал ее горячий рот, отвечая с неменьшей самоотдачей. Руки Тео тут же опустились ниже, любовно огладив округлые бедра и сжав на них пальцы. Она едва слышно вздохнула, открывая для себя новое прикосновение, которое пламенем разнеслось по всему телу, цепляя нервные окончания. С неохотой разорвав поцелуй Луна, под внимательным взглядом Нотта, попятилась назад смущенно улыбнувшись, и расстегнула мантию, которая тут-же соскользнула с плеч. Все слишком быстро? Нет. Она хотела этого два года. А недавние события доказали, что подходящего момента ждать абсолютно бессмысленно. Он может попросту не настать. Если он обманет ее… она горько пожалеет об этом, но чуть позже. Не сегодня. — Что ты делаешь? — все так же хрипло произнес Тео, не сводя пристального взгляда с Лавгуд. Такого финала он не мог и представить себе. Это просто не укладывалось в голове. Зато другая часть тела отреагировала весьма более сговорчиво тут же затвердев в ожидании. — Ты не хочешь? — притворно обиженно надула губы Луна, прекрасно осознавая, что он то как раз ой, как хочет. — Ты все еще можешь остановить меня, Тео. Ее мягкое «Тео» ударило прямо в затылок, заставив вздрогнуть не только тело, но и член, который болезненно уперся в ширинку брюк. Нотт все еще не мог пошевелиться, продолжая восторженно наблюдать за открывающейся картиной. И тут же понял, что ничего более красивого в своей жизни не видел: полутьма пещеры, огонь и девушка, сводившая его с ума своей чистотой и искренностью. Языки пламени ласкали ее стройное тело, которое с каждой расстегнутой пуговицей кислотно-желтого платья открывалось ему все больше и больше. Дыхание стало тяжелым и прерывистым, а брюки — тесными до неприличия. — Я буду полным идиотом, если откажусь. Он так стремительно оказался возле нее, что Полумна не успела даже моргнуть. Нотт резким рывком рванул платье вниз, от чего пуговицы не выдержали столь грубой силы и рассыпались по разным углам. — Ты даже не представляешь, как я хочу тебя! — прорычал он, практически заваливая Луну обратно на мягкое покрывало, и покрывая тонкую шею жаркими поцелуями. Такая напористость слегка испугала, но Лавгуд интуитивно чувствовала, что он сможет остановиться, если она попросит. Только вот она не хотела останавливаться, прекрасно знала, на что шла, бесстыже предложив себя ему. Мужские руки тем временем методично стягивали с Полумны последние остатки одежды. Теодору казалось, что он никогда в жизни не был так возбужден и уж точно никого так сильно не хотел, как девушку, лежащую под ним. Пообещав себе, что он позже обязательно как следует отблагодарит Мерлина на столь драгоценный подарок, ниспосланный ему неизвестно за какие заслуги, он провел языком от шеи до ключицы, а затем спустился еще ниже, сомкнув губы вокруг небольшого розового соска, который от прохлады пещеры моментально затвердел. Втянув его в рот, он моментально почувствовал отклик Луны. Она выгнулась и издала тихий стон, распаляя тем самым его еще больше. Покончив с одним соском, он тут же с жадностью переключился на второй. Правая рука гладила подтянутый живот и опускалась все ниже, пока не дошла до мягких складок потаенного женского места. И тут она оказалась идеальной: мягкой, нежной и очень влажной. Полностью готовой принять его. Черт! И это все он практически просрал по собственной инициативе. Тео снова вернулся к ее рту, погружаясь в него глубже, пока его пальцы играли с чувствительным бугорком. Луна, уже не сдерживала себя, стонала ему в рот и подавалась вперед на каждое движение пальцев. Ее разрядка была близка, и Нотт не стал медлить, сильнее сжав клитор, выводя на нем ритмичные круги, пока Полумна не начала содрогаться в мощном экстазе, громко застонав. Теодор стянул с себя одежду и лег между беззастенчиво разведенных в сторону женских ног. В Полумне Лавгуд его всегда привлекало именно отсутствие какого-либо стеснения. Она делала то, что хотела, не заботясь, что при этом о ней подумают окружающие. Такой же искренней она была сейчас и с ним, — ни капли не стесняясь своей наготы. Ее лицо было полностью расслабленным и удовлетворенным, а в глазах еще виднелась дымка от недавно пережитого оргазма. — Ты такая красивая! — Нотт провел большим пальцем по ее нижней губе, чуть покрасневшей от поцелуев, и девушка тут же лениво и играючи лизнула подушечку, слегка прикусив кожу. — Мне так жаль, что тебе придется пройти через это, детка. Если хочешь, я могу наложить заклинание против боли? На это Лавгуд лишь благодарно улыбнулась, но тем ни менее отрицательно покачала головой. Нега еще не оставила ее расслабленное тело, но все, чего ей хотелось — это чтобы Теодор оказался в ней. — Я хочу почувствовать это. Хочу почувствовать тебя полностью, Тео. Нотт подарил ей еще один чувственный поцелуй, и медленно ввел член, закатывая глаза от удовольствия. Полумна была узкой и очень горячей. Его пробила мелкая дрожь от волнения, когда он наткнулся на преграду, но он заставил себя остановиться, предоставляя девушке возможность привыкнуть к чувству непривычной наполненности. — Продолжай, — томно выдохнула Луна, слегка подавшись бедрами вперед. Рывок с его стороны был достаточно резким. Правда он тут же снова замер, давая возможность ей прийти в себя, и попытаться снова расслабиться. Лавгуд, на удивление, достаточно стойко перенесла боль, лишь негромко вскрикнув. Ее лоно еще сильнее сжалось, начало пульсировать, и Тео снова прикрыл глаза от накатившего блаженства. Первые толчки были неспешными. Он входил и тут же подавался назад, но природный инстинкт сдерживать оказалось тяжело. Жар и узость влагалища, нежный запах цветов, исходивший от женского тела, буквально сводили с ума. В голове настойчиво вертелось всего одно слово «моя». Целиком, полностью и навсегда. Тео не врал, когда говорил, что любит. Другого объяснения попросту не было тому, что с ним происходило последние полгода. Видеть и не терять надежды, что Полумна в итоге будет его и услышать, что она собирается замуж за другого — это породило в нем такую жгучую ревность и отчаяние, что парень не нашел ничего более умного, чем удержать ее силой. Конечно, он не сделал бы ничего против ее воли, но в тот момент, Тео руководствовался эмоциями, которые кричали: «ни в коем случае не отпускать». Луна наконец-то расслабилась, положив руки на мускулистые плечи парня, цепляя влажную кожу ногтями. Боль отступала, хотя чувство дискомфорта по-прежнему было весьма острым. Ей нравилось ощущать под ладонями, как перекатываются мускулы от ее прикосновений, как Теодор напрягается, уже более уверенно и ритмично, входя в нее. Ей хотелось подарить ему не меньшее удовольствие, и она самозабвенно осыпала его лицо поцелуями, гладила бедра, прижимая их максимально близко к себе. Ощущение близкой разрядки, на этот раз мужской, настигло внезапно. Нотт не стал растягивать удовольствие, прекрасно понимая, что девушка в первый раз навряд ли кончит, поэтому сделав еще пару ритмичных движений, он резко вышел из нее и бурно излился в сторону. Лавгуд с каким-то любопытством наблюдала за его действиями, пока не поймала насмешливый взгляд карих глаз. Тут же захотелось отвернуться, но Теодор не позволил. Устроившись рядом с ней, он одним движением притянул ее к себе и звонко поцеловал в макушку. Некоторое время они лежали молча, расслабленные и сытые, не сводя друг с друга изучающего взгляда. — Что же, это было весьма неплохо, — первым нарушила молчание Луна, устраиваясь поудобнее на груди у Теодора. Она мягко прикоснулась губами к горячей коже на груди и едва заметно улыбнулась, когда Тео одобрительно погладил ее по голове, зарываясь пальцами в белокурые локоны. — Неплохо? — немного обиженно хмыкнул Нотт, тут же нависнув над ней, но придержав ей затылок, чтобы она не ударилась головой от резкой смены положения. В глазах Лавгуд мелькал насмешливый огонек, и он понял, что эта девчонка просто дразнит его. — Я действительно люблю тебя, Полумна Лавгуд, — его взгляд моментально сделался серьезным, — и готов доказывать это каждую минуту, начиная с этого момента. Луна тут же закусила губу, когда ладонь Теодора мягко погладила ее по животу, спускаясь ниже. Она непроизвольно расставила ноги чуть шире, но Тео тут же шлепнул ее по бедру, расплываясь в озорной улыбке. — Я покажу тебе космос, детка, но сперва не помешало бы подкрепиться. Я умираю с голоду. Ты готова к скандалу? Потому что я не собираюсь отпускать тебя от себя, даже если ты будешь умолять меня это сделать. Я твердо намерен вернуться в нашу альма-матер, держа тебя за руку. Что ты на это скажешь? Полумна задумалась лишь на мгновение. И даже скорее для того, чтобы еще немного потрепать нервы Нотту, который был уж слишком напряжен, ожидая ответа. Она нашла его руку и тут же переплела их пальцы вместе. — Скажу, что самые безумные идеи — зачастую являются самыми замечательными. А к повышенному вниманию я привыкла. Главное, чтобы тебя они не смущали. — Если после ты будешь меня жалеть также нежно, как и десять минут назад, думаю, что могу принести себя в эту жертву и смириться с еще чуть большим вниманием к своей скромной персоне. — Какой же ты позер, — фыркнула Луна, легонько стукнув кулаком Нотта в плечо. — Тогда предлагаю не тратить время на пустые разговоры, потому что я тоже не прочь что-нибудь перекусить. Не беспокойся, Тео, мы будем очень заботиться о тебе и не дадим в обиду. — Мы? — удивленно приподнял бровь Теодор, озадаченно уставившись на Полумну. Луна на это лишь хихикнула, взъерошив еще больше и без того спутанные волосы молодого мужчины. — Я тебя со всеми познакомлю. Ты только не убегай после с воплями. Ведь я тоже больше не намерена отказываться от тебя. Даже, если ты меня об этом очень попросишь.