Грешники

Стоило догадаться, что, если ты живёшь в Мистик-Фоллс, то ночью из дома не стоит выходить, хоть в моём случае безопаснее было бы сидеть взаперти круглосуточно. Всё ведь было так хорошо! Мы с Каем удачно сбежали из ресторана, потом я целый день провела с Фионой и пиццей, а сейчас сижу на стуле со связанными руками чёрт знает где в обществе двух свихнувшихся вампиров. И приспичило же мне прогуляться ночью по городу и попасть в потасовку между неизвестной мне блондинкой и каким-то парнем! — Что-то ты молчаливая. Не хочешь, наконец, сказать хотя бы своё имя? Поднимаю взгляд на девушку. Любой нормальный человек решил бы, что её не стоит злить, но меня вряд ли можно назвать адекватной, поэтому я продолжаю упорно молчать. Она пожимает плечами, уже, похоже, расставшись с надеждой меня разговорить. Так даже лучше: я не горю желанием рассказывать каждому встречному о себе. — Не хочешь говорить — хорошо, — как-то совсем спокойно произносит парень. Его, кажется, зовут Стефан. — Но, может, хотя бы выпьешь с нами? Прямо перед моим носом появляется бокал с непонятной алкогольной жидкостью. Они что, решили споить меня? — Что это? — впервые за два часа, что я здесь сижу, подаю голос. Девушка даже просветлела. — Маргарита. Тебе понравится, обещаю. Маргарита? Как символично. Вампирша подносит бокал к моим губам, и я делаю небольшой глоток. Что ж, весьма неплохо, но пить много я не буду, даже не надейтесь. — Окей, я скажу своё имя, — наклоняю голову в бок, — но только если ты скажешь своё. — Я же говорила уже! — недовольно хмурится девушка, и мне, наверно, должно быть страшно, но ни фига. — Прости, у меня память короткая. И не вспомнить, что было минуту назад. Она хмурится ещё сильнее. Переглядывается со Стефаном и, наконец, выдыхает, возвращая своё лицо в нормальное состояние. Мне стоит радоваться? — Кэролайн. Кэролайн Форбс. Понятно. Форбс, ага. Дочь шерифа, которая, кстати, недавно умерла. Я читала, что вампиры могут отключать эмоции, чтобы не чувствовать боль, жалость и прочую им ненужную ерунду. Видимо, передо мной именно такой случай. А с парнем что? Неужели тоже кто-то из семьи умер? В прочем, мне всё равно. Итак, я ведьма. Они вампиры. Если разозлить их, то они станут уязвимее, и я смогу освободиться, пока им предстоит разобраться с тем, как лучше меня убить. — Меня зовут Алексия, — без зазрения совести называю имя своей погибшей сестры. — А ты, наверно, — с улыбкой говорю я, смотря на блондинку снизу вверх, — решила отключить эмоции из-за того, что твоя мама умерла. Вот забавно! — Что забавно? — она говорит спокойно, но глаза её уже метают молнии. — Ты ни черта не сильная. Слабачка. — Как ты меня назвала?! — шипит Кэролайн, раздавливая на полу носком обуви бокал с недопитой Маргаритой. — Слабачкой. Была бы ты хоть немножечко сильнее, чем хочешь показаться, то никогда бы не стала отключать эмоции. Процесс пошёл. Девушка кладёт руки на спинку стула, на котором я сижу к которому я привязана и наклоняет его назад, да так, что я едва ли не подметаю длинными волосами пол. Она злится и явно борется с желанием вырвать моё безжалостное сердце, а я лишь улыбаюсь, как ненормальная. Нет, мне определённо нужно прекращать общаться с Каем, ибо его влияние очевидно — я медленно становлюсь социопатом. — Заткнись, пока я тебя не прикончила! Я пожимаю плечами настолько, насколько позволяют связанные за спинкой стула руки. Краем глаза замечаю, как Стефан с интересом за нами наблюдает. Я завидую — ему не нужно бояться этой особы, которую моё безразличие к угрозам злит ещё больше, чем напоминание о её собственной слабости. Хотя не уверена, что я боюсь. — Если бы ты хотела меня убить, то уже бы это сделала. Кэролайн рычит, словно обозлённый хитрой жертвой хищник, и наклоняет стул ещё ниже, заставляя меня едва ли не касаться головой пола.

***

В дверях кухни, где я и находилась, появился Кай. Я попыталась даже не смотреть на него, продолжая сидеть на стуле и жевать шкварки. Брат не испортит моего настроения, ни за что. Хотя, пожалуй, уже испортил одним своим присутствием. — Привет, — спокойно сказал он, делая пару шагов ко мне. Я всё также игнорировала его, не поднимая глаз с упаковки. — Ты до сих пор дуешься из-за того, что было в твоей комнате? Тут я бросила в Кая полотенце. Брат с ловкостью словил его и положил на стол. — Ведь ничего такого не произошло… — Ну конечно! — я устроилась поудобнее на стуле, потому что братец вряд ли покинет это место в ближайшее время. — Ты просто потянул меня под одеяло, а потом начал душить подушкой. Мама до сих пор в шоке от того, что я выкинула её! — Это была шутка, — начал оправдываться Кай, подходя ко мне. — Не смешная. Я могла умереть. — Я не собирался убивать тебя, зайчонок. И, тем более, я извинился. Уже тысячу раз. — За то, что ты сделал, одних извинений мало. Ладно, может, он и вправду просто пошутил, потому что чувство юмора у него так себе, но прощать Кая я была не намерена. Я снова принялась есть шкварки, в надежде, что Кай всё поймёт и оставит меня наедине с собой. Но, к сожалению, похоже, он тугодум и только сократил расстояние между нами, сев на кухонную тумбу, что находилась за моей спиной. Чёрт, там же совсем рядом ножи лежали, это не к добру. Нет, я, конечно, не думала, что брат решит убить меня, но некое чувство тревоги зародилось в груди. — Эти шкварки купил я. Специально, чтобы извиниться. Но ты нашла их раньше. Недоверчиво осматриваю упаковку, как будто на ней могло быть написано, кто именно и для каких целей покупал её. — Хорошо, возможно, я и прощу тебя.  Я услышала, как Кай облегчённо выдохнул. — Я сказала «возможно». — Но у меня всё же есть шанс, — он резко дёрнул за спинку стула, на котором я сидела. — Угостишь? Брат потянулся к упаковке, но я выставила руку вперёд, не позволяя ему взять желаемое. Какой-то он странный — купил шкварки для меня, а теперь ещё и выпрашивает их. — И не подумаю, — на моём лице появилась улыбка. — Ты не заслужил. — Почему же? Хмыкнув, Кай снова дёрнул стул на себя, отчего я с него чуть не свалилась прямо на пол. Чёрт, я такого точно не ожидала. Рука брата всё же дотянулась до упаковки. Я недовольно нахмурилась, наблюдая за ним. — Ладно, я с тобой поделюсь, — сдалась я, и Кай, наконец, вернул стул в прежнее положение. Усевшись на стол напротив меня, он запустил руку в упаковку. Пачка довольно быстро опустела. Похоже, игра наперегонки была лишней. — Последняя — моя, — заявила я, доставая шкварку. Кай проследил за тем, как я перекрутила её между пальцев, а потом зажала зубами, оставив половину «на улице», дабы подразнить братца. — Не уверен. На мой вопросительный взгляд он лишь ухмыльнулся. А после наклонился к моему лицу, схватив зубами оставшуюся часть шкварки. Наши губы на долю секунды соприкоснулись, отчего я вздрогнула и испуганно взглянула в серые глаза Кая. Он откровенно смеялся надо мной. Отклонившись назад, брат прожевал небольшой кусочек «отравы», который наглым образом отобрал у меня и подмигнул. — Думаю, теперь я прощён.

***

Уже утро, а я сижу за столиком этого проклятого бара и скучаю. Кажется, теперь я знаю, чем закончился тот инцидент в моей кровати, который я вспомнила в ресторане. Ну, по крайней мере, Кай меня не изнасиловал, уже радует. Кэролайн и Стефан до сих пор не могут понять, что со мной случилось, когда я будто бы отключилась почти на десять минут, сидя на стуле. Я оправдываю себя тем, что больна и просто потеряла сознание, но девушка отказывается верить. — Почему ты ей просто не внушишь? — Стефан окидывает меня странным взглядом, будто я какой-то экзотический зверь в зоопарке. Даже неприятно как-то. — Так не интересно, — отнекивается блондинка, меняя на двери табличку «Открыто» на «Закрыто». — Она провела с нами достаточно времени. Уверена, наша Алексия почти раскололась. Ухмыляюсь про себя. Они действительно поверили, что это моё имя. Забавные эти вампиры, однако. А Кэролайн — и подавно. Кажется, она хочет потащить меня на какое-то прослушивание. Вот и зачем оно мне надо? Решившись на отчаянный шаг, захожу за барную стойку и беру оттуда бутылку водки. Её бы с чем-то смешать, но не будем рисковать. Стефан вон и так подозрительно на меня смотрит, хотя Кэролайн, похоже, даже рада, что я впервые за несколько часов поднялась со своего насиженного места. Алкоголь как-то веселит и придаёт сил. Даже два вампира не кажутся мне уже такими надоедливыми и страшными. Да и вообще, чего их боятся? Я ведь ведьма и в любой момент могу их остановить, если только им захочется тронуть меня. Облокачиваюсь на барную стойку и делаю небольшой глоток из бутылки. Не хватает закуски. Оглядываюсь по сторонам в поисках какой-нибудь еды, но дверь в бар открывается. Это странно, ведь заведение, вроде как, закрыто. Да, сейчас, конечно, девять утра, но всё же. Поворачиваю голову в сторону посетителя. Я видела этого парня раньше в городе, но не знакома с ним. Какой-то посторонний и, похоже, табличка «Закрыто» ему ни о чём не говорит. — Да ладно! — восклицает Стефан, но на его лице нет ни тени улыбки. Они знакомы? Что-то мне не кажется, что это хорошо. — Ты чего-то хотел? — От тебя — ничего, — голос незнакомца спокойный, но видно, что он насторожен. Да и вообще, похоже, то, что здесь оказались мои «друзья» стало для него полной неожиданностью. — А от кого же тогда? Брюнет оглядывается и, заметив меня, слегка улыбается. Так, стоп, кто он вообще такой, и что он хочет от меня? — Мне нужна Маргарита Паркер, — он кивает головой в мою сторону, а я удивлённо вскидываю брови. А имя моё он откуда знает? — Секундочку, — Форбс недовольно смотрит на меня. — Ты же сказала, что тебя зовут Алексия, ведь так? — Ну, да, — пожимаю плечами. — Подумаешь, притворилась своей младшей сестрой, которую убил мой старший брат. Разве это преступление? — так, а это, кажется, говорил Кай. Определённо, общение с ним нужно свести до минимума. Если вообще его не прекратить. Стефан в мгновение ока оказывается рядом со мной. Он открывает рот, выставляя мне на обозрение острые клыки. Кэр, похоже, уже тоже не в лучшем расположении духа. У меня, в конце концов, получилось их разозлить. Пришло время вспомнить о том, что я всё же ведьма. Щёлкаю пальцами, и оба вампира падают на пол со сломанными шеями. Почему я не сделала этого раньше? Ведь всё так просто и легко. Переступив тело лежащего без чувств (во всех смыслах) парня, я иду к выходу, держа в руках почти полную бутылку водки. Ну не расставаться же с таким добром! К моему несчастью, брюнет, которого я не стала вырубать, ведь не факт, что и он вампир, останавливает меня, схватив за руку. Закатываю глаза и поворачиваю голову к нему. — Нужно поговорить. — Извини, но родители учили не разговаривать с незнакомцами, — хмыкаю, вырывая руку из ослабшей хватки парня. — Деймон Сальваторе. Что-то знакомое. Вот только где же я слышала это имя? Фамилия понятно — от Стефана, они вероятно, родственники, но имя… — Ты был в тюрьме вместе с Каем и ведьмой Беннет, — неожиданно вспоминаю я. Теперь этот человек предстаёт передо мной в новом свете. — Точно. Бонни, кстати, удалось выбраться. С помощью Кая. Вот это поворот! И он поучаствовал в этом? Вот застранец, а мне ни черта не сказал. Я бы его даже по головке погладила за такое хорошее дело. А может, и нет. — Как ты меня нашёл? — задаю вполне уместный вопрос, интересующий меня ещё с того момента, как он назвал моё имя. — Лив, — коротко отвечает Деймон. — В общем, она сказала, что ты единственная, кто может убедить Кая нам помочь. — Помочь в чём? Сальваторе вздыхает. Неужели нужно кого-то убить? — Мой брат Стефан, с которым ты уже, вероятно, успела познакомиться, — говорит он, — отключил человечность. Её может вернуть только наша мать, а она находится в вашей ведьмовской тюрьме 1903 года. Кай, как глава клана «одинаковых», — на этих словах я ухмыляюсь, — может вернуть её оттуда, но он отказывается. Если ты убедишь его нам помочь, то Стеф снова станет нормальным, а он сможет вернуть человечность и Кэролайн. Это вон та блондиночка, которой ты сломала шею. Киваю, решив оставить без внимания то, что Деймон решил, будто мы с дочерью шерифа не знакомы. Это не важно. Всё оказалось ещё хуже, чем банальное убийство. Ему нужен мой ответ и, причём, прямо сейчас. В принципе, двумя психованными вампирами меньше. Но далеко не факт, что мне удастся уговорить брата, да и выпускать какую-то ненормальную тётушку у меня нет желания. — Я помогу, — отпиваю немного алкоголя, дабы придать уверенности в своих будущих словах. — Но немного другим способом. Деймон хмурится, видимо, не доверяя мне. Что же, убеждаю я так себе. Дубль номер два: — Поверь, мы вернём Стефана и Кэролайн. Но выпускать твою мать, которую, наверняка, заперли в мире 1903 не за красивые глазки — не самая лучшая затея. — Иначе нельзя… — начинает злиться брюнет, но я, демонстративно прикрыв глаза, делаю довольно большой глоток, что даже слёзы наворачиваются. — Просто доверься мне. — Видишь ли, Марго, — Деймон складывает руки на груди, а я делаю лицо «заинтересованной» ведьмы. — Парадокс в том, что твоему чокнутому брату я доверять не хочу. Этот вариант — единственный и максимально безопасный, к тому же… Снова перебиваю его, но только теперь тем, что молча ухожу. Я всё сказала. Покидаю заведение, намереваясь пообщаться с Каем с глазу на глаз. У меня есть замечательная идея по возвращению Стефана и его подружки, но всё же это нужно с кем-то обсудить. Желательно с тем, кто имеет достаточно сил для совершения задуманного.