Грешники

      — Выглядишь подавленным. Что случилось?       Мы были в комнате Кая, дверь заперта, никто нас не потревожит. Я стояла рядом с братом и пыталась поймать его взгляд.       — Ничего не случилось, — он отвернулся и сделал шаг в сторону, что сильно удивило меня. — Всё в порядке.       Слишком наглая ложь.       Я взяла ладони брата в свои и слегка притянула его к себе.       — Скажи мне. Пожалуйста.       Кай несколько секунд прожигал взглядом пол, после чего, наконец, поднял голову. Хорошо хоть убеждать его признаться долго не пришлось.       — Завтра будет затмение.       После этих слов у меня внутри всё перевернулось. В последнее время Кай часто говорил о таких вещах, так как они с Джозет уже были в том возрасте, когда обычно совершалось слияние. Я не следила за тем, что там происходит в небе, но вот брат, казалось, наизусть знал каждое астрологическое событие, которое должно было произойти, по меньшей мере, в ближайший год.       — Ты же знаешь, что…       — Знаю, — Кай резко прервал меня, и в его глазах вспыхнула ярость. Он так сильно сжал мои руки, что они онемели, но я старалась не придавать этому значения, внимательно смотря на брата, чтобы он продолжал говорить. — Я знаю, что для меня это не должно иметь никакого значения, ведь есть Лукас и Оливия.       Имена младших брата и сестры он произнёс с таким отвращением, что мне стало страшно от осознания того, насколько же Кай их ненавидел. Это и так было понятно, но в тот момент эта ненависть, похоже, достигла своего апогея.       Отпустив мои руки, брат сел на кровать и потёр виски. Я аккуратно подошла к нему, но не осмелилась сделать ещё что-либо.       — Это всё папа, — тихо произнёс Кай, не поднимая головы. — Во время обеда ему обязательно нужно было сообщить всем об этом. Слышала бы ты его.       — Что он сказал? — мой голос был едва слышным, ещё тише, чем голос брата, но я надеялась, что он услышит.       — Что-то вроде «если бы ты не был таким выродком, завтра у клана Близнецов уже мог бы быть новый лидер».       Кай невесело усмехнулся и поднял на меня взгляд. Я с трудом смогла сохранить зрительный контакт, так как мне было больно видеть его таким… разбитым. Он теперь постоянно был таким, но сегодня в особенности. Хорошо бы папа умел молчать.       — Кай, — я аккуратно обхватила его лицо руками, — папа сам виноват в том, что сейчас происходит. Ему всегда стоило относиться к тебе лучше, и я не устану напоминать тебе об этом.       — Та ладно папа, — убрав мои руки от своего лица, Кай отстранился и окинул меня каким-то странным, сомнительным взглядом. — Чего стоила реакция на его слова наших братьев и сестёр. Наша дорогая Алексия даже позволила себе усмехнуться, глядя мне в глаза. Знаешь, моё терпение не бесконечное.       — Что ты имеешь в виду?       — Без младших братьев и сестёр было бы гораздо лучше, — Кай смотрел куда-то в сторону, размышляя, и ход его мыслей мне совсем не нравился. — Конечно, я рад, что папа с мамой решили завести ещё детей, так как есть ты, но остальные… они явно лишние. В особенности близнецы.       — Ты их тоже не особенно жалуешь, — к своему собственному удивлению, я нашла, что сказать, и слава богу мой голос звучал достаточно твёрдо. — Неудивительно, что они от тебя не в восторге. Но они все ещё дети, которые смотрят на отца и думают, что то, что он делает, — правильно…       — Ты несёшь какой-то бред, — Кай снова прервал меня, и на этот раз выглядел он ещё более злым. — Оправдываешь их?       — Просто хочу, чтобы ты понял…       — О, я понимаю, ещё как. Ты тоже думаешь, что папа всё правильно делает?       — Нет, — я уже тоже начинала злиться, так как он снова это сделал: зациклился на себе. — Разве ты не видишь, что я на твоей стороне? Может, перестанешь строить из себя самого несчастного, и мы просто нормально обо всём поговорим?       — Ну нет, у меня не то настроение.       Он поднялся со своего места и, довольно грубо схватив меня за плечо, повёл к двери.       — На сегодня хватит.       — Подожди, — я пыталась сопротивляться, даже хотела применить магию, но прежде, чем я успела придумать, что сделать, уже оказалась в коридоре. — Кай!       — Пока!       Дверь его комнаты закрылась прямо перед моим носом, и мне не оставалось ничего, кроме как оставить брата одного. Злая как чёрт на Кая, на отца и в принципе на всю нашу семью, я спустилась вниз.

***

      В гостиной были Алексия и близнецы, и я, чувствуя, что всё ещё на эмоциях, подумала, что лучше мне сейчас ни с кем не говорить, особенно с ней. Но моим лучшим побуждениям не суждено было сбыться.       Прежде, чем я успела уйти на кухню, сестра окликнула меня, и мне совсем не понравился её насмешливый тон.       — Как там Кай? Нормально? Мне показалось, что из-за стола он вышел каким-то расстроенным. Он уже успел пожаловаться?..       — Прекрати, — я бросила взгляд на Лукаса и Оливию, но они оба были так поглощены игрой, что едва ли обращали внимания на происходящее вокруг. — Конечно, он был расстроен, кто бы не был после того, как родной отец обозвал его и в очередной раз намекнул на то, что крайне разочарован? Может быть, вам всем стоило бы быть слегка снисходительнее?       Алексия усмехнулась и встала с дивана, чтобы подойти ко мне.       — Неужели это он так повлиял на тебя, что теперь ты его защищаешь?       — Я просто понимаю, что он не заслужил такого отношения к себе.       — Да? — сестра даже руками всплеснула. — А как нам к нему относиться после того, как он постоянно крадёт нашу магию? Это больно, если ты вдруг не знала. Тебя-то он почти не трогает. Хотя…       Сделав шаг назад, она осмотрела меня с ног до головы, и мне захотелось ударить её по лицу. Я итак злая из-за Кая, и именно сейчас ей захотелось сказать мне это. Столько времени Алексия молчала и не вспоминала о том, что видела, но видимо не только у Кая кончается терпение. И, похоже, скоро оно закончится и у меня.       — Уже раздвинула перед ним ноги, да?       Это было слишком. Всего секунда, и я не выдержала, залепив младшей сестре пощёчину. Вышло, пожалуй, даже сильнее, чем я хотела, так как она отшатнулась и чуть не упала. Я уже пожалела о том, что не сдержалась, и собиралась извиниться, но Алексия, прижав ладонь к горящей щеке, рассмеялась, глядя мне в глаза.       — Так я и думала, — по её лицу потекли слёзы, и я не могла понять, от боли это или от смеха. — Тебе от самой себя-то не противно?       Глядя на сестру, у которой, судя по всему, был приступ истерического хохота, я поняла, что она очень похожа в этот момент на Кая. Думаю, ни его, ни её эта схожесть не обрадовало бы.       Близнецы уже не играли, а смотрели на нас с Алексией. Надо сворачивать лавочку и уходить, пока ещё кто-то не стал свидетелем этой ситуации.       Как только я собралась выйти из гостиной, в которую, вообще-то, даже толком войти не успела, сестра обошла меня и рукой слегка втолкнула в комнату.       — О, не утруждайся, я сама уйду, — проговорила она со смешком, — не хочу находиться в одном помещении с такой как ты.       Я закатила глаза, но была рада, что сестра наконец-то уходит. Проводив её поднимающуюся по лестнице фигуру взглядом, я вдруг заметила в темноте коридора Джоуи с яблоком в руках. Он смотрел на меня своими большими глазами и явно не понимал, что происходит. Господи, надеюсь, что он ничего не слышал, так как два человека, которые в курсе меня и Кая, — итак уже чересчур много.       — Что у вас произошло? Вы поссорились?       — Немного, — я постаралась придать голосу непринуждённость, но так как всё ещё была зла, получилось очень сомнительно. — Как давно ты тут стоишь?       — Да я только что вышел из кухни. Услышал смех Алексии, а потом эти её злые слова…       Брат прошёл мимо меня в гостиную, и я за ним. Мне надо было убедиться, что он ничего не знает. Однако даже если и не знает, судя по тому, что произошло между мной и сестрой, всё скоро может измениться. Мало того, что в курсе Джозет и Алексия, так ещё и папа теперь узнал, что мы с Каем проводим много времени вместе. В последнее время мы с ним уже даже не так сильно скрывались, и взрослому человеку легко будет сложить два и два, особенно если кто-то намекнёт.       Однако я не успела даже ничего спросить, как наверху послышались какие-то крики. По голосам я поняла, что это были Кай и Алексия, но не смогла разобрать слов. Это вскоре прекратилось, и я снова обратила внимание на Джоуи.       — Опять, — он грустно вздохнул и сел в кресло.       — В смысле?       — Ну, они в последнее время постоянно ссорятся. А сегодня за обедом так вообще…       — А что было за обедом? — хоть я и была в курсе того, что случилось, мне хотелось услышать ещё одну версию произошедшего.       — Папа снова заговорил про слияние, — Джоуи, казалось, не очень хотел об этом говорить, но я стояла рядом и выжидающе смотрела на него, так что ему ничего не оставалось, кроме как рассказывать. — И Алексия, она… она что-то тихо сказала Каю с улыбкой. Думаю, это было что-то очень обидное, так как он чуть не перевернул свою тарелку, или даже стол. Наверное, он больше никогда не сядет с ней рядом.       Джоуи было всего восемь, но он уже понимал. Мне всегда казалось, что он один из немногих в этом доме, кто понимал Кая и старался к нему нормально относиться, хотя вполне очевидно его боялся.       — Ты сказал, что в последнее время они много ссорятся.       — Да, — брат кивнул и встал с кресла, — ты не замечала? Почти каждый день. Правда, начинает обычно Алексия, как будто специально злит его…       Джоуи подсел к близнецам, я же, в очередной раз за этот день разозлившись, вышла из гостиной и поднялась в свою комнату. Мне нужно было подумать о том, как заткнуть Алексию.

***

      Придя в себя, я едва ли не падаю со стула, на котором сидела. У меня совсем нет сил на это всё.       С тех пор, как я увидела то воспоминание на свадьбе Джо, моя голова болит почти круглые сутки. Прошло уже пять дней, и мне кажется, что я умираю. Всё это время в моей голове всплывали различные моменты из прошлого, некоторые из них безобидные, некоторые же не совсем. Всё это — небольшие отрывки, разные мелкие ситуации, которые у меня забрали, чтобы я не помнила своих чувств к Каю. Я даже вспомнила ту чёртову лаванду, о которой он говорил. Оказывается, в то время у меня действительно был пунктик на это растение, и так странно это всё осознавать.       Дело идёт к концу, ещё немного, и я вспомню, что случилось и при каких обстоятельствах со мной это сделали. Блок, поставленный на мою память, трещит по швам, выпуская абсолютно всё, и кто бы мог подумать, что это будет так жёстко.       Я не хочу вспоминать этот день. Смерть братьев и сестёр, вообще всё, что случилось девятого мая, спустя столько лет всё ещё отдаёт болью в сердце. Я знала, что со дня на день должна буду вспомнить это, и от нервов даже закурила, хотя не делала этого уже много лет. С горем пополам сходила в магазин за кофе и пачкой сигарет, и это всё, на что меня хватило. Я не в состоянии ходить на работу, так как могу отключиться в любой момент, поэтому пришлось взять больничный. Не знаю, конечно, что я буду делать, когда придётся выйти на смену без выписки, но мой мозг слишком забит воспоминаниями, чтобы я могла думать о таких проблемах.       Эта ссора с Алексией… так странно. Я совершенно не помнила, чтобы она так себя вела под конец. Последнее моё воспоминание, связанное с ней, это её слова о том, что она посидит с близнецами, и всё. Не могу поверить, что моя пощёчина — последнее, что я сделала перед тем, как она погибла.       На самом деле, перед тем, что сделал в тот вечер Кай, произошло довольно много того, что мне пришлось забыть, так что неудивительно, что последние годы я совсем не знала, чем была занята весь день, потом объясняя это себе тем, что у меня был шок.       Я поджигаю сигарету и делаю тягу. Становится немного спокойнее, но руки всё ещё трясутся от напряжения. Когда же это всё уже закончится?

***

      За окном уже успело стемнеть, а я всё размышляла о том, что произошло днём. Я уже не злилась, просто думала. Больше всего меня тревожил Кай. Он снова замкнулся в себе, и на этот раз даже не позволил мне ему помочь. Может, всё-таки стоило настоять? Ну, может быть, но скорее всего, это бы плохо кончилось, так как таким злым я его давно не видела.       Судя по всему, младшие братья и сёстры решили устроить в доме какую-то беготню. Меня не особо трогал шум, это здесь было обычным делом, но в тот момент меня слишком многое раздражало. Всё было приглушённо и непонятно, так как я лежала на кровати, накрывшись одеялом. От всех сегодняшних ссор и не очень приятных разговоров меня клонило в сон, но в какой-то момент кто-то внизу что-то крикнул, и это окончательно меня разбудило.       Нет, с тем, что мне пришлось встать, всё было в порядке, так как ещё было рано для того, чтобы укладываться на ночь, но, выбравшись из-под одеяла, я поняла, что в доме резко стало тихо. Никакого шума. Вообще. Все они вышли на улицу, или что?       Я решила всё же выйти из комнаты, впервые за несколько часов, чтобы узнать, что происходит.       В коридоре было тихо и безлюдно, поэтому я направилась к лестнице, но замерла, сделав всего шаг из своей комнаты.       Моё сердце остановилось, а внутри всё сжалось. Нет-нет-нет. Этого не может быть.       Схватившись за перила, чтобы не упасть, так как ноги тут же подкосились, я с трудом дошла до середины лестницы. Мне пришлось закрыть рот ладонью, не позволив себе ни кричать, ни даже всхлипывать.       К перилам, как раз там, где я стояла, были привязаны верёвки, а на них висели уже безжизненные тела Тони и Эрики, моих двенадцати- и десятилетних брата и сестры. Не трудно было догадаться, кто сделал это с ними.       Всё ещё борясь с приступом подступающей истерики, я спустилась по лестнице. Я не могла отвести взгляда от их тел, от верёвки на их шеях. Нужно было их снять, но мне было очень плохо и хотелось просто упасть на колени и заплакать.       Краем глаза я увидела что-то на полу у входа в гостиную и, повернувшись, с ужасом поняла, что это была кровь. В гостиной было темно, но свет из коридора освещал её небольшой участок.       Сделав шаг, я увидела её. Алексия лежала на полу в луже собственной крови, которая пропитала ковёр. В её животе была огромная рана, из которой всё ещё медленно лилась тёмная кровь, голова как-то странно повёрнута, а глаза были открытыми и пустыми.       Теперь я не смогла сдержать слёз, которые все эти долгие несколько минут застилали мои глаза. С тихим всхлипом я упала перед сестрой на колени и сразу же попыталась найти пульс, хотя надежды на то, что она ещё жива, почти не было.       — О, сестрёнка, наконец-то! А я-то думал, когда же ты спустишься.       Почему у него такой весёлый тон?       Медленно повернув голову, я увидела Кая, стоящего у входа в гостиную. Его розовая кофта была в брызгах крови, а рукава ещё и почему-то мокрыми. В руках он держал охотничий нож и с невинным выражением лица глядел на меня.       — Зачем? — это всё, что я смогла сказать. Мне больно и страшно, и я не знала, чего ждать от брата сейчас, хотя до этого казалось, что я знаю всё о нём самом и о том, на что он способен.       — Моё терпение закончилось, — Кай говорил таким беспечным и даже немного весёлым голосом, что становилось жутко, перекидывая нож из одной руки в другую. — Кстати, даже не пытайся. Она уже умерла. Я убедился в этом, прежде чем пойти и утопить Джоуи.       — Что сделать? — мой голос дрогнул.       Я попыталась встать, но не смогла. Моё сердце билось как сумасшедшее, дышать было трудно и всё моё тело дрожало. Неужели он правда это сделал? Я всё ещё надеялась, что это просто дурацкий розыгрыш.       — Утопить Джоуи. Он так отчаянно сопротивлялся. Откуда в восьмилетнем ребёнке столько силы? Я сам чуть в этом бассейне не искупался, ты только полюбуйся.       Кай показал мне мокрые рукава своей кофты и сделал шаг вперёд. Я дёрнулась и попыталась отстраниться назад, но чуть не завалилась на мёртвое тело Алексии. Мне некуда было деться, а встать на ноги я просто не могла.       Опустившись передо мной на корточки, он прожигал изучающим взглядом моё заплаканное лицо.       — Я слышал, что она тебе сказала, — тихо и серьёзно произнёс брат, кивнув головой за мою спину, — и это было довольно грубо с её стороны, разве нет? Ты даже умудрилась ударить её по лицу, молодец. И можно было бы всё оставить как есть, но поднявшись наверх и увидев меня в коридоре, наша смелая Алексия решила и мне выразить своё недовольство. Огромная ошибка. Это было последней каплей.       — Ты сошёл с ума, — я смотрела на него затуманенным взором, понимая, что явно недооценила его. Если бы я заметила раньше… Ведь всё на это намекало, но мне казалось, что это было несерьёзно.       — Возможно. Но я наконец-то сделал то, о чём давно мечтал. Правда, ещё не всё. Осталось найти близнецов, и дело в шляпе, — Кай задумчиво посмотрел в сторону, а потом снова на дрожащую меня. — Эй, не беспокойся, тебя-то я не трону, ты же понимаешь.       Он коснулся рукой моей щеки и приблизил своё лицо, пытаясь меня поцеловать, но я отвернулась.       — Что ж, — едва ли его смутил мой отказ, судя по тону. — Ладно. Но кто это тут у нас? Джозет?       Кай поднялся и повернулся к выходу из гостиной. Там, в коридоре у лестницы действительно стояла наша сестра, и выглядела она неважно: бледная и перепуганная, но на ногах стояла твёрдо, в отличие от меня.       — Куда ты их дела? — брат, резко посерьёзнев, перекинул нож в правую руку и быстрым шагом направился к выходу из комнаты. — Где они, Джозет?!       Сестра метнулась по ступеням вверх, Кай за ней.       Мне пришлось приложить титанические усилия, чтобы подняться на ноги, и ещё больше для того, чтобы побежать за ними. На середине лестницы мне удалось схватить брата за руку.       — Остановись!       — Уйди, Марго, даже ты не остановишь меня! — его голос настолько грубый и полон откровенной ярости, что мне стало ещё страшнее, но я не отпустила его, а потянула на себя. — Да чтоб тебя!       Я закричала от боли, так как Кай вытянул из меня магию, и через мгновение столкнул меня с лестницы. Заклинание было не очень сильным, так как магии он забрал совсем немного, и за счёт того, что я держалась за перила, я почти не пострадала. Однако свалиться на пол было совсем не приятно, к тому же я здорово приложилась головой.       Наверху слышались крики старших близнецов, но я не могла разобрать слов, а перед глазами была тьма, так что я даже не видела, что происходило.       Когда боль во всём теле и особенно в голове немного отступила, а зрение прояснилось, я смогла сесть и даже привстать, однако всё ещё была не в состоянии сделать хоть что-то.       — Ладно, не хочешь говорить, значит, просто уйди с дороги!       — Нет!       Я отчётливо увидела, как Кай воткнул охотничий нож сестре прямо в живот. Она лишь приглушённо вскрикнула и тут же начала падать, но Кай удержал её за плечо и провернул нож.       — Не беспокойся, Джозет, это всего лишь селезёнка. Ты поправишься, ведь ты нужна мне живой.       Стонущая от боли сестра с шумом упала на пол, а Кай спустился с лестницы и остановился передо мной.       — Прости, Марго, но я должен был это сделать. Ты же понимаешь.       — Нет, не понимаю, — прохрипела я и попыталась встать, схватившись за перила. — Остановись, пока не стало слишком поздно…       — О нет, сестрёнка, — брат помог мне встать на ноги, но я тут же убрала его руку со своего плеча. — Уже слишком поздно. Никого ничего не спасёт.       Он снова взял меня за плечо и, начиная вытягивать из меня магию, потащил в конец коридора. Я пыталась вырываться, но от боли ничего не соображала и просто тащилась за ним.       Бросив меня на пол возле кухни, где было совсем темно, Кай опустился передо мной на корточки.       — Мне жаль, но если ты останешься невредимой, они станут задавать вопросы.       — Что? О чём ты…       Я не успела закончить фразу, как почувствовала острую боль в пояснице. Из моей груди вырвался сдавленный крик, и я привалилась спиной к стене, с ужасом глядя на брата, который смотрел на свою руку.       — Да уж, магия — нереально полезная вещь. И снова прости, Марго. Вынужденная мера.       Я не успела ничего сказать, как он взмахнул рукой и произнёс заклинание. Я мгновенно погрузилась в сон.

***

      Когда я пришла в себя, в доме всё ещё было тихо. Слишком тихо. На моей памяти здесь никогда не было такой жуткой тишины.       Голова раскалывалась, а глубокий порез на пояснице дико жгло, но я заставила себя встать и дойти до лестницы. Господи, тела Тони и Эрики всё ещё висели на перилах. Я магией подожгла ту часть верёвки, которая была обмотана вокруг перил, и через пару секунд мёртвые брат и сестра упали на пол. У меня не было времени сделать что-то ещё, поэтому, стараясь не смотреть вниз, чтоб снова не заплакать, я поднялась наверх. На полу была целая лужа крови, рядом ещё лужицы поменьше, ведущие к комнате Джозет, откуда слышались её всхлипывания.       Прежде, чем я дошла до комнаты, из неё выбежали Лукас и Оливия. Они хотя бы живы и вроде как не ранены.       — Рад, что ты в порядке, — Кай, с битой в руках, прошёл мимо меня.       Я, дойдя до комнаты сестры, увидела её на полу, плачущую и корчащуюся от боли. Я тут же бросилась к ней и приложила руки к её ране в животе, однако Джозет, глядя на меня с ужасом, оттолкнула меня и отползла назад, ближе к перевёрнутой кровати.       — Ты с ним заодно? — в голосе сестры слышались горечь и ненависть.       — Конечно нет, — прошипела я сквозь зубы и снова направила руки в сторону неё. — За кого ты меня держишь?       Я произнесла заклинание, но вряд ли оно сильно поможет при такой-то ране. Однако Джозет вздохнула с облегчением и предприняла попытку встать.       — Я соглашусь на слияние.       — Что? Нет!       — Иначе он убьёт и Лукаса с Оливией, — сестре удалось встать и, держась за живот, она обошла сидящую на полу меня и направилась к выходу. — Это то, чего он хочет.       У меня не было сил останавливать её, к тому же, сестра говорила твёрдо, значит, она знала, что делала. По крайней мере, я на это надеялась.

***

      Мы с Джозет шли по лесу, а за нами добрая половина клана.       — Всё получится, — произнесла сестра шёпотом, — обязательно получится.       Я знала, что она успокаивала себя, а не меня, но всё же решила спросить:       — Думаешь, папа успеет сделать это до того, как произойдёт слияние?       — Оно не произойдёт, так как у меня нет магии.       — В смысле? — я даже остановилась от удивления, но Джозет схватила меня за руку и повела дальше. — Что ты имеешь в виду?       — Я утратила её после того, что случилось. Слишком сильное эмоциональное потрясение.       Это было ужасно. Утратить магию значило для ведьмы самое худшее, но сегодня это было очень кстати. Поверить не могу, что в глубине души действительно немного радовалась этому.       Я остановилась, тогда как Джозет и остальные члены клана прошли дальше. Стоя среди деревьев и кустов, я наблюдала за тем, как ведьмаки и ведьмы становятся вокруг места потенциального слияния, когда чья-то рука схватила меня за плечо.       — Привет, зайчонок.       У меня сердце ушло в пятки при виде брата. Прошло несколько часов с тех пор, как я видела его последний раз, и смотреть на него без страха и ужаса я, похоже, больше не могла.       — Что ты хочешь от меня?       — Хочу, чтобы ты разделила со мной этот миг победы, конечно, — Кай усмехнулся и повёл меня немного дальше, в большую чащу. — Как только я стану главой нашего клана, всё измениться, Марго.       — Ты убил их, — произнесла я едва слышно, смотря в глаза брата. — И тебя совсем ничего не смущает?       — Та не особо, — он пожал плечами и наклонился ко мне. — Поцелуешь меня перед тем, как я стану совсем другим человеком?       — Ты так уверен в своей победе?       Конечно, он был уверен, ведь обладал способностью вытягивать магию. Никто никогда не сомневался в том, что, случись это слияние, Кай бы победил, так что это был риторический вопрос.       Зная, что на самом деле должно было случиться, я всё же решила подыграть ему. Глубоко вздохнув прохладного воздуха, я обхватила лицо Кая руками и притянула ближе к себе. Касаясь его холодных мягких губ своими, я чувствовала какую-то смесь обожания и счастья с нотками отвращения. После всего, что он сделал, мне всё ещё нравилось целовать его. Да что же я за человек-то такой?       Через какое-то время я присоединилась к остальным членам клана, которые окружили маленькую полянку, где стояли Кай и Джозет. Рядом со мной оказался Джаспер — мой двоюродный дядя, и почему-то он счёл нужным взять меня за предплечье, будто я собиралась убежать. Что, он тоже теперь в курсе?       Однако в тот момент это волновало меня меньше всего. Я внимательно наблюдала за тем, как мой брат начинает читать заклинание для слияния, и я точно знала, что все остальные члены клана тоже должны были его читать. Но никто, абсолютно никто этого не делал, даже Джозет. Кай сразу понял, что что-то идёт не так, и начал паниковать. У меня ёкнуло сердце от мысли о том, что сейчас должно было произойти.       Папа появился внезапно, с асцендентом в руках, зачитывающий заклинание. Я стояла и смотрела, как мой брат упал на землю, держась за голову. Мне пришлось подавить в себе внезапный порыв остановить это, потому что я знала, что он должен быть наказан. С Джозет он уже точно не сможет объединиться, так как она без магии, и в какой-то момент я подумала, что этот факт уже является для него наказанием. Но потом в голове всплыли образы убитых им братьев и сестёр, лежащая на полу и истекающая кровью Джозет, моя собственная рана на пояснице, — которая, конечно ничто по сравнению со всем остальным, — и ненависть одержала верх.       Кай не понимал, что происходило, и всего на миг его полный боли и страха взгляд встретился с моим, а через секунду он исчез.       Он получил по заслугам.