Конверт с приглашением на свадьбу

      Каждый день мы стоим перед выбором. Что делать дальше? Кто-то выбирает идти дальше, стремиться к чему-то ещё, а кто-то садится на землю и, довольный тем, что достиг, нескоро поднимается и продолжает идти… — Винди, любовь моя, знаешь, что я подумал? — тихо и ласково спросил жеребец со светлыми кучерявыми волосами у парня, сидящего за столом и внимательно изучающего какие-то документы. Блондин подошел к нему со спины и чуть прилег на него, приобняв за шею сзади. Единорог положил на обхватывающие его копыта свои, при этом продолжая изучать лежащие на столе бумаги. — Нам обязательно нужно пожениться, — уткнувшись носом в длинные волосы на затылке столь горячо любимого молодого пони, прошептал земной пони. Тот, как раз отпивал из стакана воду и теперь поперхнулся, выплюнув то, что только что залил себе в рот, чудом не намочив важные бумаги. — Знаю, что ты хочешь сказать, — улыбнулся блондин, глядя в обращенные к нему удивленные глаза, — Но я так сильно тебя люблю и ужасно хочу, чтобы ты стал моим супругом, ну, или супругой, если так тебе удобнее, — чуть усмехнулся он. — Орион, — покачал головой Винд и улыбнулся, смутившись, — И я хочу этого… очень-очень… — Так за чем дело стоит? Мы ж уже помолвлены, — парень кивнул на едва заметное из-за челки золотое колечко на роге любимого, — Осталось лишь связать нас брачными клятвами и, разумеется, отметить это в кругу близких и друзей. — Свадьба не получится пышной… Ведь даже я… — поник вдруг Винд. — А вот это как раз наоборот, — вдруг появилась в кабинете маленькая кобылка, двое с удивлением и недоумением уставились на нее, — Да ладно вам, разве вы забыли про то мое нескромное состояние? — Но… — начал было единорог, несколько сконфуженно, но его перебили. — Я уже вернула к жизни всех-всех убитых мною когда-то, пап, так что все эти монеты отмыты от крови, — заверила она того, разумеется, имея в виду то, что все свои деньги она заработала на том, что когда-то убивала гомосексуалистов. Долгая история… Винд неуверенно посмотрел на Ориона и тот, немного подумав, кивнул. После этого их приемная дочурка убежала, довольная собой. — А когда устраиваем день Х? — спросил земной пони у своей второй половинки. — Дай-ка подумать, — задумчиво принялся тот листать календарь, лежавший до этого на столе почти дела, теперь же парящий в воздухе. Орион следил за внимательным умным взглядом парня, пытаясь угадать на какую дату тот укажет в размеченном на всякие другие события календаре. — Вот в этот день, — сказал Винд и пометил фиолетовым маркером дату где-то в середине мая, которая, к слову и так была ко всему прочему заключена в маленькое аккуратное голубенькое сердечко. Орион посмотрел на число, а затем растроганно посмотрел на жеребца. — Ты выбрал мой день рождения… — тихо прошептал он, глядя на обращенную к нему в ожидании реакции мордочку. — Да, ведь это самый важный для меня день, наравне с тем днем, когда я впервые встретил тебя… — улыбнулся единорог. — Ох, Винди… я так тебя люблю… — прошептал со слезами на глазах Орион и, крепко обняв любимого, подарил ему горячий, полный искренней любви, поцелуй. — Я тоже люблю тебя… — прижался к его груди длинноволосый парень, тихо и с наслаждением вдыхая запах изабелловой шерстки, — Значит, решено?.. — Да… наша свадьба — это самый прекрасный подарок ко дню рождения… — улыбнулся Орион, обнимая юношу и поглаживая его по спине и гладким волосам. — У тебя будет гораздо больше подарков и сюрпризов, чем ты думаешь… — зарывшись носиком в мягкую шерстку, тихо произнес единорог. — Но ты в свадебном платье будешь самым главным, — заулыбался как-то по-особому широко земной пони. — Ах вот зачем ты хочешь всё это затеять? Чтобы напялить на меня платье?.. — то ли взаправду, то ли в шутку обиделся и расстроился Винд. — Ну, это же всё же мой день рождения… — неуверенно произнес блондин. — Да… И ради этого я… ну, ладно, попробую пересилить этот позор, — вздохнул тот. — Тебе идут платья больше, чем какой-либо кобыле в этом королевстве, — потерся носом о щеку юноши Орион. — Наглый льстец, — чуть улыбнулся Винд и добавил с усмешкой, — Только при одном условии. — Каком? — настроился внимать блондин. — В первую брачную ночь и я буду сверху, — сказал, несколько смущенно, тот. — Да хоть в какую ночь, — с облегчением и даже удовольствием выдохнул земной пони. Он, если честно, ожидал чего-то более страшного от Винда. — Уже смирился, что и самому иногда приходится пустить? — улыбнулся Винд. — Тут ничего не поделаешь… к тому же, я вполне доволен тобой, ты умница, — нежно глядя на парня, ответил Мэттерс. Кастиалл положил на его щеки копыта и прильнул к столь любимым и ласковым на ответные поцелуи губам. Орион разомкнул свои теплые губы и, выпустив язык, шаловливо погладил им нёбо уже автоматически приоткрывшего рот парня. — Ну что ты делаешь, знаешь же, как это действует на меня… — чуть покраснел Винд, страстно отвечая своим языком на ласки влажного языка в проколах. — Знаю, — улыбнулся блондин. — Тебе не избежать… наказания за этот проступок… — сладко простонал единорог, чувствуя что-то, что не дает спокойно сидеть на месте любому полноценному жеребцу. Он повалил парня на скромно стоящий у стенки диванчик и стянул с себя лёгкую водолазку. — И это я знаю, — не переставал улыбаться земной пони. — Ты влип… — тихо и горячо произнес Винд, медленно расстёгивая пуговицы на рубашке своего любимого официанта. — Знаю… — улыбнулся, чуть жмурясь, тот и вздохнул в томном предвкушении, когда его белый верх был беспощадно откинут в сторону. Одна волшебная искра, соскочившая с рога парня и щелкнула задвижка на единственной двери в кабинет — свидетели не нужны, и тут же Винд опустил свою голову к стройной обнаженной шее и расцеловал ее, облизав со всех сторон старый шрам на ней. Орион тихо постанывал, готовясь вскоре бесстыдно кричать от сладкой и такой привычной боли. Он уже так привык довольно нередко меняться местами, что совсем уже не смыслит без этого своей жизни.