Поцелуй с привкусом ментола

После случившегося в больничной палате, прошло две с половиной недели. С тех пор Соколов больше ни разу не виделся с Димой и даже не пытался наладить с ним контакт. Борзой все еще находился на реабилитации, хотя уже буквально на днях должен был вернуться к обычной жизни. Об этом Леше сообщил отец Борзого, которого парень встретил, выбегая из палаты. Мужчина поблагодарил светловолосого парня за то, что тот оказался в нужном месте в нужное время, и сообщил о том, что лечение продлится недолго. Это был широкоплечий высокий мужчина примерно сорока лет, одетый в полицейскую куртку, выбивавшуюся из-под ремня, и сдвинутую на затылок фуражку, которая частично прикрывала растрепанные угольные волосы. И, хотя полицейский старался выглядеть серьезным и хладнокровным, его глаза, такие же синие, как у его сына, отдавали непередаваемой грустью и тоской. Леша ответил лишь тихое «не за что», и постарался как можно быстрее удалиться, отмечая про себя нереальную схожесть отца с сыном. Соколов переборол себя ради того, чтобы не сильно расстраивать свою маму, и вновь продолжил ходить в школу, всеми силами стараясь отвлечься от происшествия, из-за которого он так быстро покинул больного, даже не попрощавшись с ним перед уходом. Несколько ночей подряд Соколову снился один и тот же сон, в котором он видел уже запомнившуюся до мельчайших деталей картину: он сидит на больничной койке рядом с Борзым, на эмоциях выпаливает то злосчастное «я тебя люблю», а дальше видит лишь мрак. И так снова и снова. Светловолосый парень вскакивает на кровати, резко проснувшись, с усилием глотает легкими воздух, а после несколько часов сидит на полу, держа трясущимися руками фото-рамку, запечатлевшую такой далекий по ощущениям момент его шестнадцатилетия, и улыбающегося кучерявого парня, жмурящегося от солнечных лучей. Недолгий звон телефона. Сообщение. Толчок в реальность. «Встретимся на мосту у кладбища? Возьму с собой бутылку водки». Всего двух предложений хватило на то, чтобы заставить парня бежать со всех ног вниз по улице по условленному направлению, наплевав на время суток, усталость, возмущенные возгласы матери. И вот Леша увидел его. Того, кто буквально ворвался в его жизнь, выбив дверь ногой и переломав все, что было возможно. Переломал, встал посередине содеянного и посмотрел взглядом, передающим фразу: «я ни в чем не виноват. Это просто ты немного странный». Борзой стоял к блондину спиной, облокотившись головой о нерабочий фонарь, торчащий около разбитого ограждения, а ветер трепал угольные пряди непослушных волос. Несмотря на достаточно холодные порывы ветра, одет парень был в одну майку и джинсы, хотя ему явно было не жарко, с учетом того, что он одной рукой обнимал себя за плечо. В другой же руке находилась на треть пустая бутылка водки. — Здравствуй, — негромко позвал Соколов, подходя ближе к обрыву моста. — Ты долго, — Дима повернул голову набок, сощурив глаза и улыбнувшись, — хочешь? — он вложил бутылку в руку парня, подойдя на расстояние, меньше ладони. Соколов сделал несколько глотков, стараясь не вступать в зрительный контакт, но подвыпивший Борзой явно специально старался этому поспособствовать. Дима не дал блондину опустить бутылку, вынуждая парня выпить еще, от чего тот пошатнулся от резко ударившего в голову алкоголя, стараясь удержать равновесие. — Извини за все, что я тебе наговорил. Навалилось слишком много эмоций, и оно как-то само вышло, — на повышенной громкости проговорил Соколов, облокачиваясь руками о плечи темноволосого парня. — Ты про твое нелепое признание? — Борзой повел бровью, устремляя взгляд на небо, — не волнуйся об этом. Гормоны штука забавная, и не на такое пробивают, да? — Дима подошел практически к самому краю обрыва, вытягивая вперед руку, словно стараясь поймать ветер за хвост. — Дурень, ты чего творишь? — Леша подбежал к парню, обнимая его сзади, — ты слишком пьян для подобных развлечений, — взволновано прошептал блондин, утыкаясь носом в шею парня. Дима повернулся лицом к Леше, обхватив руками его шею, притягивая свое тело максимально близко к нему. Взгляд синих глаз был, как никогда чист и открыт, без капли насмешливости или злости. Дима провел ладонью по щеке парня и поцеловал его, прикрыв глаза. Соколов прижал тело Димы к себе, углубляя поцелуй, зарываясь руками в растрепанные черные волосы. — Ты ведь так хотел этого. Что тебя останавливало сделать это раньше? — разорвав поцелуй, спросил Дима, слегка отстранившись, но все так же держа руки на плечах парня. — Наверное, страх, — Леша опустил взгляд, словно ища поддержку в колышущейся под ногами траве. — Глупость какая! Жизнь слишком коротка, чтобы заморачиваться над такими ненужными вещами. К тому же ты разве не придаешь жизни меньше значения, чем среднестатистические люди? Борзой и не ждал ответа на этот вопрос. Он вновь повернулся лицом к обрыву, скрещивая руки Леши на своей пояснице и делая полшага вперед. Начался дождь, и асфальт стал мокрым, отчего Дима поскользнулся на наклонной поверхности, сорвавшись вниз с обрыва. Соколов кинулся за ним следом, стараясь поймать и вытащить, но не успел, падая следом. В воздухе Леша потянул парня на себя, обнимая и переворачиваясь в полете, чтобы принять удар об землю на себя.