Последняя роза лета: Последнее Воспоминание

             Она сразу дала знать, что не намерена заводить друзей. Сразу, но Ким оказалась упертой, поэтому она втянула её в бурную школьную жизнь Академии. Однако каждый день у неё был расписан по часам. Тим пришел в шок, когда узнал, сколько кружков она посещает. Казалось, будто бы эта девчонка никогда не устает. Но что-то говорило обратное, он это чувствовал.       Приближалась зима, прошла первая неделя декабря. Тим наблюдал за ней: Роза стала избивать школьных хулиганов реже, мало улыбалась, все чаще грустила, куталась в зелёный шарф.       — Снега в этом году не будет, — вдруг сказала Ким на перемене.       — Если и будет, то растает моментально… — добавил Найджел, и Тим заметил, как тот украдкой взглянул на Розу.       Та стояла возле окна перед кабинетом и грустила. Обычно, заметив за несколько метров носящихся хулиганов на несколько классов младше, она вставала посередине коридора в устрашающую позу, то есть ставила руки на бока, а ноги на ширину плеч. Выглядела устрашающе. Но в этот раз она пропустила хулиганов, а те, пользуясь случаем, проскочили и дальше стали приставать к девочкам-одноклассницам.       — Эй, Роуз, что с тобой? — спросила Ким, дотронувшись до подруги.       — Ненавижу декабрь, — кратко ответила Роза и вернулась в кабинет.       — Что это с ней? — удивился подошедший Джеймс, заметив «окаменевшую» от такого ответа подруги Ким.       — Ей Роуз отказала, — пустил шутку Тим и тоже вернулся в кабинет, но в дверях его поймал Найджел.       — Плоско шутишь, — заметил он.       — Пофиг! — и Тим демонстративно зевнул.       После двадцатого декабря наступили каникулы. Ким все уши прожужжала и все мозги вынесла идеей пригласить на Рождество Джеймса, Найджела и Роуз, поскольку первый жил в соседней квартире, второй в соседнем подъезде, а последняя – в квартире напротив. К тому же Роза живёт одна, так что ей не будет скучно.       — Отличная идея! — подхватила мама и поставила на стол ужин. — Только предупреди её об этом заранее. Вдруг у неё свои планы: может, её отец приедет за ней?       — Сомневаюсь, дорогая, — в разговор вмешался отец, откладывая в сторону газету. — В его расписании рождественских каникул просто не существует. Обидно, что Роз останется в такой день одна. И ещё тот день…       — Нужно показать ей, что она не одна! — щебетала Ким. — Эээ, пап, может, снег наколдуешь?       — А вот это, милая, уже слишком, — ответил отец улыбаясь.       — Роуз сказала, что ненавидит декабрь, — прямо выпалил Тим и положил огромную ложку салата себе в тарелку.       Повисло молчание. Правда, из-за Ким оно было не долгим.       — Тим сказал Джеймсу после этого, что Роуз мне отказала! Папа, скажи ему! — возмутилась Ким.       — Мне все равно, что ты об этом думаешь, но, по-моему, это и выглядело отказом на твоё будущее приглашение, — усмехнулся Тим и поднялся из-за стола. — Мне нужно с ребятами разработать новую тактику для следующего сезона игр, так что приятного аппетита!       Удивительно, но когда Роуз Хартнес встала лицом к классу, то он будто бы очнулся ото сна. Долгого и нудного, который так и не хотел прекращаться. Темненькая с вьющимися волосами в форме Академии имени королевы Елизаветы Второй. Стоило ему взглянуть на неё один только раз, как в сознание иголками впились кусочки различных воспоминаний, обрывки памяти его прошлых жизней, где он любил её. Тим даже расстался с Рейчел Форест, с которой встречался ровно год. И тут…       «Ненавижу декабрь»       Вяло, но раздражённо.       Тим разочарованно вздохнул, убрал в стол коробочку и открыл почту, чтобы договориться о новой тренировке в футбольном клубе.       Праздник. День Подарков. Ким достались дорогие духи, новый мягкий халат и заколка. Тим отложил свои подарки в сторону. Никто не догадался о том, что ему действительно хотелось. К праздничному столу подошли Джеймс и Найджел. За Розой отправилась мама. Через пятнадцать минут они обе сидели за столом, но улыбка у Розы была натянута. В конце вечера, когда парни ушли, она протянула две коробочки для родителей близнецов, потом протянула маленький подарочный мешочек Ким, в котором та нашла фиолетовый кулон с цепочкой, а затем протянула плоскую коробочку Тиму. В ней – новая игра по «Властелину колец», о которой он грезил. И для Розы нашлись подарки. В восемь она уже была на лестничной площадке, торопилась потому что в коридоре холодно.       — Эй, Роуз, — Тим вышел следом. — Почему?..       — Что – почему? — удивилась Роза, открывая квартиру.       — Ты ненавидишь декабрь?       — Сегодня День Рождения моей мамы, — ответила она, собираясь открыть дверь.       Тим помнил, что она говорила о своей матери. Она умерла при родах. Роза всегда была сиротой. В первой жизни она жила с Богинями, но мечтала о настоящей семье. И этот вечер сказал ей, что этого никогда у неё не будет.       — Стой! — вспомнил Тим и подошел к ней, протягивая свой подарок. — Это чтобы скучно не было. И спасибо за «Властелина». Порубимся вместе?       — Конечно! — по-настоящему улыбнулась Роза и открыла подарок. — О-о-о…       Он никогда не знал, что ей может понравиться. Не мог угадывать о её вкусах, в отличие от Эрика, Эндрю, Аллена или как там его теперь. Тот всегда мог красиво преподнести девушкам подарок и именно такой, какой им обязательно понравится. Но они всегда встречались уже состоявшимися людьми, а не подростками с карманными деньгами.       — Байрон, Шекспир, Петрарка, Бодлер… — говорила она, листая сборник стихов. — Тут даже Пушкин есть!       Она обняла его и прошептала «спасибо!», а после, что-то сказав на прощание, скрылась за дверью, а он так и остался стоять перед её квартирой.       — Ах! — на голос Тим обернулся и увидел на пороге отца. — Первая любовь…       — Ни слова больше! — пробубнил смущенный Тим, возвращаясь домой.       Отец только усмехнулся и завел пластинку «а вот я в твои…», на что Тим хлопнул дверью своей комнаты. Рухнул в кресло и положил голову на письменный стол. Вдруг резко поднялся и подошел к окну. На улице падал первый в этом году снег. И Найджел был прав, он таял, едва коснувшись земли.       Двадцатого марта Тиму пришлось уйти в академию первым, не дожидаясь очередной сцены перед дверью Розы, которую каждый раз закатывала Ким.       После утренней тренировки Джеймсу пришли СМС от Ким и Розы. Оливен с безразличием взглянул на текст, а после показал Тиму.       «Оливен, у нас спор: кто быстрее до школы. Время 7:16. Вот только попробуй не замерить: УБЬЁМ ОБЕ!!!!»       — Забей, — махнул рукой Тим.       Заняв своё место за партой, Тим удивился: девчонки опаздывают.       — Хартнес засёк директор, когда она перелазила через забор, — ответил на немой вопрос Джеймс.       В кабинет вошел молодой человек. Незнакомый, но вызывающий дежавю. Движения, манеры, а самое главное голос!       — Доброе утро! Я – Алан Джонс, ваш временный руководитель…       Тим дернулся. Это был он! Безусловно он! Но у них большая разница в возрасте! Как?! Они всегда были одногодками! А тут… Но они же всегда были знакомы друг с другом до встречи с Розой. Неужели судьба решила что-то поменять?       В класс ввалились Ким и Роза, на ходу извиняясь за опоздание.       Главное, чтобы они не пересеклись до этого.       — Вы пришли сказать «спасибо», не так ли?       — ЗА ЧТО?! — Тим сам того не заметил, как спросил синхронно с девчонками.       — Как за что? За утро, — с улыбкой ответил им он.       Они встретились. Только сегодня пересеклись… Быть этого не может!       — А, вы сегодня не дали мне умереть, что ж, теперь вы – враг половины школы: меня не все любят… — язвила Роза.       Тим усмехнулся. Во все времена она отпускала колкости в адрес Черного Ангела. Пусть не удивляется в этот раз.       — А по какому случаю опаздываем? — этот вопрос разуверил Тима. Этот гад всегда был хозяином положения. К тому же, как его не будут здесь любить, если он всегда пользовался бешеной популярностью.       После пыток, когда Роза опустилась на своё законное место возле окна, Тим услышал её комментарий на предложение новенького учителя помочь с предметом, особенно когда такое желание изъявили девочки.       — Отстой! Я лучше всё-таки попаду под машину, чем буду ходить на его занятия!       Тим хмыкнул. Как же она ошибается! Через месяц будет сходить с ума, сохнуть по нему, гордо делая вид, что это не так.       — Что вы сказали, мисс Картер? — спросил Черный Ангел, используя свою способность передвигаться бесшумно и незаметно.       Почему он назвал её Картер? Он знает её? Помнит её прошлую? Но тогда ведь её фамилия была Коридж…       — Это вы мне?!Простите, но моя фамилия Хартнес. Только не говорите, что у вас дислексия.       Начинается…       — Нет, почему?       — А симптомы говорят за себя…       —А вы такая умная, что могли бы понять, что со мной спорить бесполезно. Вот что вы сказали до этого?       — Что вы больной!..       С ним у неё терпение всегда заканчивалось очень быстро…       — РОУЗ! —закричали девчонки, вставая на защиту учителя.       — Дислексией! —поправила себя Роза.       Это закончится его полной победой…       Тим оказался прав: подруга оказалась разбита в пух и прах в словесной дуэли. Жаль, что они учитель и ученица, иначе их перепалка переросла бы в переход на личности, что случалось нередко. Как-то раз она плюнула ему в лицо, когда он приказал ей называть его «господин».       Во время переклички Тим расслабился. Облокотился о спинку и качался на стуле. Радовался, что за это утро ему настроение подняла озлобленная сестра, которой никак не удавалось его достать.       И вдруг…       — Убийца.       — Здесь!.. ЧТО?!       Тим напрягся. Почему Ангел назвал её убийцей? Естественно после Ким была её очередь, и ответила Роза автоматом, но почему удивилась так сильно?       — Убийца, что ты там высматриваешь? Время? Оно не тем путём ходит, а совсем рядом…       В себя первым пришел Тим и взглянул в побледневшее лицо подруги. Ангел всегда давал её прозвища, нечто вроде «коротатель досуга», «убийца времени». Она вспомнила? Или тут что-то другое?       — Ты часто витаешь в облаках. Я-то знаю…       И Тим подумал: они уже пересекались. Не этим утром. Намного раньше. Подтверждением послужило то, с какой силой Роза ударила по дверце шкафчика, зарычав:       — КАК ЖЕ ТЫ МЕНЯ ДОСТАЛ!!! ТЫ МЕНЯ СТРАШНО БЕСИШЬ! ТЫ ЧТО, УЕЗЖАЯ, ВНЕДРИЛ МНЕ В ГОЛОВУ СВОЙ ОБРАЗ, ТЕЛЕПАТ НЕНОРМАЛЬНЫЙ?!?!?!?!       К тому же сдавая норматив по физ-ре, она перед прыжком проорала:       — ДА ДОСТАЛ ТЫ МЕНЯ, ЭРИК МЕЙДОН!!! ХВАТИТ МНЕ ЛЕЗТЬ В МОЗГИ! НЕНАВИЖУ ТЕБЯ, ЧЕШИРСКИЙ КОТ!!!       Эрик Мейдон? Это его настоящее имя? Эрик – его самое первое.       Когда она заболела и рухнула в обморок на химии, Тим бросился следом. Вбежал первый в медпункт и застал картину: высокий молодой брюнет осторожно укладывает на койку Розу. Стоило ему обернуться на голос Тима, как парень увидел его лицо, его глаза, его обеспокоенное выражение лица.       Джеймс едва не пристрелил Ангела из арбалета, если б Тим не помешал ему.       — Кто ты? — спросил Тим, сделав шаг навстречу.       — Меня зовут Эрик Мейдон, —представился Ангел. — Был послан её отцом, чтобы присматривать за ней, но знаете вы меня, как Алана Джонса.       И он надел очки, снова принимая облик учителя.       Так они уже знакомы. Отец восхищался её родителем, повторяя, что такого стратега только б поискать в наше время. Что тут происходит?       Тим стал замечать, что Роза и сама догадывается об истинной сущности Джонса, но молчала.       Перед выпускным Тима мучили сомнения. Ему до жути хотелось предложить Розе стать её сопровождающим, но это так и осталось в его мыслях, когда девушка ушла из кафе родителей Джеймса, где они отмечали победу. И только из окна квартиры он увидел её возвращение. Эрик привез её на мотоцикле. Как она за него держалась! Так всегда было.       — Пригласи Роуз на танец, — сказал отец, поправляя воротник рубашки на сыне.       — Сам иди и пригаси её, — буркнул Тим.       Она прекрасно выглядела. Всегда, в любом платье и в любом времени она была прекрасна.       Но Эрик снова опередил его. Так всегда. В танце Роза и Эрик забывались и показывали свои истинные чувства.       Эрик всегда приходил ей на помощь. Всегда спасал её, всегда выбешивал её, занимал все её мысли. Украл её первый поцелуй.       Она всегда восторгалась Тимом, но никогда не давала шанса на ответ «я люблю тебя». А с ним она проводит все время. За ним она отправилась в мир фейри. И это не Долг Дворянина или чего похуже, просто она влюбилась в него. С первой их встречи, где не было его.       И только, когда прошло больше года, она смогла признать, что влюблена. Это Ким выдала как-то за завтраком в «Ноболнесте». И как Роза заставила лезть его через окно в комнату к учителю в поисках компромата? И её абсолютно не смутил полуголый мистер Соврен. Она смущалась куда больше, когда видела Эрика.       В нью-йоркском аэропорту Тим заметил, как лицо Эрика изменилось после того, как тот покопался в мобильнике. Как он посмотрел на него, будто бы вспомнил. Видно на глаза ему попалась картина или фото с Тимом из прошлой жизни, и Тим все понял.       Когда Роза ворвалась в класс к мисс Готч и продекламировала шекспировский «Реквием», а затем загадочно улыбнулась друзьям, Тим догадался, что у неё что-то на уме. Поймала она его в школьном дворе. На улице стоял мороз. Из помещения она вышла без верхней одежды, только в школьной форме. Тиму нравился холод. Он его совсем не чувствовал, так что пиджак распахнут, верхние пуговицы на рубашке расстёгнуты. Но даже ему стало холодно от одного лишь её вида.       — Я давно хотела у тебя спросить, но никак не получалось, — говорила она, дрожа.       — Я тебя слушаю.       Тим приготовился. Видно Эрик ей все рассказал. Но он готов к такому удару. Он готов, знает, что сказать.       — Знаешь, совсем недавно я пережила много потрясений и даже слишком. Мне на какое-то мгновение показалось, что ты – Белый Демон. Но потом, появился Дориме Джонос, и мне показалось странным его настоящее имя. Оно ведь означает «чёрное море прекрасных нефритов». Меня это совсем сбило с толку. Знаешь, мне показалось, что вы внешне немного похожи. Но все это меркнет перед тем, о чем я тебя сейчас спрошу: «Ты – гей?».       Если вначале Тим напрягся, то последний вопрос и вся суть разговора сбила его с толка. Ради неё он разрывал все отношения с девушками и слепо следовал за ней.       — Вообще-то я встречался с девушками, — сознался он, — но каждый раз, когда ты возвращалась в школу, и мы снова общались компанией, они ревновали меня к тебе и бросали. Поэтому я не стал заводить новый «роман». Может, в колледже получится? Да и был какое-то время под твоими чарами. Знаешь, о Белом Демоне я тоже думал, но мы же друзья.       — Ты прав… друзья… — с каким-то разочарованием повторила она.       Она доверяет ему, своему лучшему и единственному другу. Ближе него у неё только Ким, да и то она не все тайны ей рассказывает.       — Что если ты – последнее перерождение, что тогда? — спросил Тим.       — Тогда мне стоит быстрее найти Белого Демона, чтобы избегать его, — ответила Роза.       — Ты убегаешь? — удивился Тим, ведь она никогда не убегала, всегда шла навстречу с судьбой и смотрела врагам в лицо. Что же теперь изменилось?       — Да, Тим. Первый раз в жизни я хочу поступить по-своему. Я хочу жить, Тим! Мне сейчас страшно, как никогда! Я была близка к разгадке ещё в пентхаусе Эрика, когда услышала, что его машина разбилась. Я хотела умереть! Я не могу в это поверить, Тим, но я влюбилась в него! Я люблю его больше жизни, но сейчас я связана с ним, так что если умрёт он, если я просто услышу о его гибели, я покончу с собой. Я не контролирую свои эмоции в этом плане. Поэтому именно сейчас мне нужна помощь. Я не хочу умереть из-за этого самовлюблённого Чеширского Кота!       Она выдохлась. И замерзла. Тим снял свой пиджак и накинул его ей на плечи.       — Мы обязательно что-нибудь придумаем, даю слово, — тихо сказал он, понимая, что продолжит обманывать её, лишь бы она осталась его другом, лучшим другом. Чтобы до неё можно было дотянуться, вот так вот взять и накинуть ей на плечи пиджак. И ведь это он, а не Эрик! Он!       И это он услышал её разговор с Эриком. Он видел её застывшие в глазах слезы. Это он тащил её на своей спине через лес, прочь от горящего поместья Картеров. Он поймал пулю. И она пришла спасти его и его семью. Она пришла за ними. Пришла, как приходила к Эрику. Как приходила всегда. Но она пришла!       — Она просто мечта! — выдохнул отец, помогая Тиму – швы ещё не срослись.       — Влюбился, старик? — усмехнулся сын.       — А ты? — вопрос отца застал врасплох.       — Она просто лучший друг, — тихо ответил Тим.       И это он услышал её голос на тонущем судне. Он вытащил её из клетки, а она его назвала по его самому первому имени «Дориан». Пришлось отшучиваться. И именно он стал первым, кто поздравил её с Днём Рождения, сидя на борту легшего на мель корабля.       И это он с Эриком, Миллой и Хеем отправился за ней в Цитадель. Он помог ей, едва не раскрыв свою страшную тайну.       А потом экзамены, колледжи. Пути разошлись. И один только звонок.       — Кто это? —спросил отец, оказавшись поблизости.       — Роза.       — Она в Лондоне?       — На Миллениуме стоит, хочет со своим убийцей встретиться.       — Не переживаешь за неё?       — Это же Роза.       Отец забрал книгу из рук сына и открыл на листе, где Роза поздравляла с семнадцатилетием Тима. «Сильмарилион» - Библия среди поклонников творчества Толкиена.       А потом она пришла на праздник к Эрику. В таком же наряде, в котором всегда приходила в конце их истории, но Тим, к большому удивлению, был счастлив за неё. Она вытерпела столько, что здесь уже пора отступить. Эрик в ад пойдет, если она попросит, притом сделает вид, что и не собирался, а так, мимо проходил. Но они того стоят. Они стоят друг друга.       — Где сейчас Роза? — вдруг спросил отец.       — С Эриком, где ей ещё быть? — ответил Тим.       — Завтра Эрик мне будет нужен, ты сможешь это сделать?       — Попробую.       Но на следующий день вечером в кармане Тим нашел чужой мобильник. И там номер Эрика. А рядом мобильник Кимберли. И Тим звонит. То трюк. Эрик сразу же отвечает на звонок, видно телефон лежал на видном месте совсем близко, зато на заднем плане он слышит рингтон Розы. «Имперский марш» стоит только у неё.       — Ты узнал, где они? — вдруг в комнате оказывается отец.       — Они вместе.       — Разве тебе не больно?       — От чего? Я радуюсь за неё.       — Глупый мальчишка! Раньше ты поступал иначе.       Тим остается один с вопросами. Но что-то его тревожит.       И вот праздник у Картеров. Мистер Картер несёт полную чушь, гости скучают. И вот по лестнице, по той, что ведёт в направлении комнаты Розы, спускается она и Эрик. Они были вместе. И её взгляд ему не нравится. Ким бросается обниматься, но Тим понимает. И ловит взгляд Эрика.       — И я по тебе. Ты потеряла мобильник? — спросила Роза, и Тим закрыл глаза.       — Нет, он с собой, — удивилась подруга и отстранилась.       — Ты звонила мне в субботу? — снова спросила Роза.       — Нет, — нахмурилась Ким.       Тим не выдержал и поднялся по ступенькам к ним. Без фирменной улыбки, а с виноватым взглядом. Он виноват перед ней, перед ними.       После необъяснимых происшествий, Роза начинает объяснять свои действия. Она произносит длинную разоблачительную речь. О том, как всеми силами старалась избегать очевидного. Как всякий раз подгибала под портрет невиновных. Как боялась посмотреть правде в глаза. Как упорно игнорировала совпадения. А затем узнала всего лишь по словосочетанию. А он и забыл, что когда-то назвался Мор Тювеш – черным морем. Он назвался давно, задолго до встречи, и забыл значение. И когда перед глазами подруги встала истина в виде его портрета, она спалила её к чёрту.       В этой жизни Тим и, правда, не особо ладил с Эриком, да и как? Они не одногодки, в этой жизни у них развитие на разных уровнях, интересы не совпадают. В прошлой жизни они были связаны долгом, войной, семьёй, а в этой ничего общего нет. Тогда как с Розой он всегда находил общий язык, к тому же он прикрывал её прогулы, а она решала за него и писала сочинения.       И вдруг Роза говорит о том, что он – её самый лучший друг и близкий человек. И сердце Тима в этот момент будто бы просыпается ото сна и продолжает свой ход – когда она говорила, он даже не смел дышать.       Внезапно Роза срывает маску с лица Корнелия Паркена – отца Тима и Ким. И сердце Тима обрывается. Она раскрывает самую ужасную тайну, которую Тим так же, как и она игнорировал и не придавал ей особого значения. И многое становится на свои места. Вот почему отец всегда повторял, что Роза нравится ему, что Тим любит её.       — Мы будем ждать тебя у Дверей Миров. Ты же знаешь, где это.       Так и должно быть, Тим с ужасом поднял на Розу взгляд и протянул руку, моля о помощи.       — Тим! — она бросилась к нему, но… не успела.       Это к лучшему.       Она переживала за него. Она пришла к нему на помощь. Нет, она пришла на помощь к Эрику.       Но она спасает не только возлюбленного.       Они цитируют «Властелина колец» и разрабатывают план против монстра. Тиму нелегко уничтожить отца, но его отец уже давно мёртв. Ему тяжело отправлять во тьму и девушку, похожую на него, но влюблённую в Эрика. Милла влюблена в Эрика, Тим влюблен в Розу. Это семейное проклятье. Но Милла доказала, что можно пойти против судьбы, можно спасти этих двоих. Они и так многим пожертвовали в прошлых жизнях.       Снег – первый в этом году – падал на землю, знаменуя начало новой жизни без тьмы и жертв. Тим никогда не хотел быть серьезным, но время пришло. Огонь – это теплые отношения и тепло воспоминаний, а снег – чистый белый лист и небольшой страх перед будущим.       — Что с вами? — насторожилась кузина Тима и Ким, помощница Эрика.       — Эрик? — осторожно позвала его Роза.       — Чувствуешь? — спросил он Картер и взглянул на Тима.       — Это… — вмешался в разговор Тим, почёсывая затылок. — Словно гора с плеч упала…       — Отпустило… — произнёс Эрик.       — Может, попробуем убрать все это до приезда агента Сондреса, не то нам он голову открутит, — заметил Хей, подойдя к Эрику и остальным.       Проклятье, груз прошлых жизней и боязнь нового дня – всё это отпустило их души, теперь они свободны.       Пришло не так много времени. Они пересеклись в столовой у Картеров. Эрик стоял возле стула, облокотившись о спинку, Тим напротив него. Их разделял обеденный стол.       — Ты просто отпускаешь её? Не станешь… — начал Эрик.       — Знаешь, Эр, — сказал Тим, вспомнив привычку сокращать имя друга, — все прошлые жизни мы с тобой были лучшими друзьями, но потом появлялась Роза. Она всегда раздражалась при виде тебя, но со мной вела иначе, тише. Мне всегда внушал отец, и я верил ему, что она любит меня, вот поэтому я и боролся за неё. Не мог простить её предательство и предательство лучшего друга. Но теперь, когда я провел с ней школьные годы, то понял, что она мне, как сестра. Не как Ким, а именно родственная душа. Она поддерживает, может стукнуть, если это предаст ускорение… С ней мне хорошо, но так не может быть вечно. Она – замечательный друг, и я это понял только в этой жизни. Роза всегда повторяла, что ради друзей сделает все возможное и невозможное, и вижу, это не просто слова. Она… она рассказывала тебе, как заставила Джеймса разбить окно в учительской, а меня взяла с собой и заставила лезть по карнизу до нужного окна?       — Нет, — искренне удивился Эрик.       — Даже за гея как-то раз приняла…       — Ты меня прости за тот раз…       — Ничего. Просто знаешь, мне всегда казалось, что она тебя недолюбливает, но тут я ошибся. С тобой она показывает свою истинную сущность, свой характер. Береги её, иначе за друзей я мщу не хуже неё…       — Спасибо, Тимоти Паркен! — Эрик протянул ему руку, и Тим пожал её крепко, как в прошлых жизнях. — Спасибо за все, дорогой друг!       Тим улыбнулся в ответ. Вернулся в колледж. И как теперь? Как все вернётся на свои места? Он вошел в аудиторию и увидел девушку из параллельной группы. Она сидела у окна, как Роза в академии, и читала книгу. Тим пришел мимо, сел неподалёку и достал из сумки все необходимое для лекции плюс, пока есть время, «Сильмарилион». Разложил на столе и принялся читать. Раз в седьмой. Это успокаивало. И вдруг движение. Тим обернулся, а девушка у окна с книгой приглядывается к нему. Он улыбается и показывает её обложку своего чтива, а она своего. «Сильмарилион» — библия среди толкенистов. Роза не могла угадать, а может это чутьё Богини? О чем она думала, когда писала поздравление? Но она тысячу раз права.       «С семнадцатилетием, пришибленный друг! И запомни, что чтение сближает! А хорошие люди читают только Толкиена! Твоя пришибленная Роза»              Тимоти Корнелий Паркен – самый любимый персонаж моих друзей, и раскрытие его настоящей сущности стало для них ударом. К большому сожалению, чтобы себе не надумал Тим, он будет любить Розу по-своему.