Чем не бьют камни?

      Мечтал стать королём, и стал им. Так запросто. Захотел и пожалуйста. Правь на здоровье. Заснул в своей кровати, проснулся в королевской опочивальне. Считай, вип – переселение для выигравших в лотерею по железнодорожному билету.       С детства обожал книги про попаданцев. И как любой мальчишка мечтал пережить столь же острые и захватывающие приключения, как описанные в прочитанных главах. Штурмовать с Суворовым заснеженные Альпы, не задумываясь, зачем собственно вообще необходимо туда переться, нарушая покой горных козлов. Заодно походя полюбоваться красотами Рейхенбахского водопада, почтив память Шерлока Холмса, эсквайра. Или с тремя сотнями спартанцев останавливать многомиллионную армию персов. Уж теперь-то всё выйдет по-другому. Стоять против напирающей орды бок о бок с непреклонным царём Леонидом, имея за спиной собранные греческими умельцами по твоему проекту ракетные установки. А может, оседлав “чужого” носиться посреди тевтонских псов-рыцарей, разгоняя закованных в броню захватчиков. А после боя принять благодарность от Жукова, получить орден Александра Невского из рук самого улыбающегося святого, написать хартию вольностей от имени Ивана Грозного и зажить в новой, переустроенной твоими стараниями России.       Читаешь, представляешь, восхищаешься. Сколько же талантливейших людей пребывает на просторах нашей родины. Каждый второй обладает навыками матёрого спецназовца и знаниями по созданию водородной бомбы в условиях средневековой мастерской. Или ходил в фехтовальную школу, где упражняясь в нанесении уколов гибкими безопасными прутиками, превзошёл древнее боевое искусство дестрезы. И уж конечно каждый первый знает, как производится крекинг нефти и тигельная плавка, ведает секретом производства легированных сталей, способен выводить магические формулы с помощью особой никому доселе неведомой, но крайне действенной методы. И применяет знания так, что уже через десять лет племя кроманьонцев каменного века поднимается до успешных запусков космических кораблей.       Одно немножечко смущало. Если мы все такие разэтакие, то почему страна традиционно находится там, где привыкла находиться. Почему прорывы и открытия не происходят сейчас неудержимой лавиной, ломая устоявшиеся стереотипы. Почему мы пользуемся чужой техникой в быту, предпочитаем иномарки, едим чужие продукты. Почему из своего у нас есть лишь голубое топливо, да чёрное золото. Как будто мы действительно мировая бензоколонка, способная только обслуживать проезжающих мимо клиентов.       Наверно, я знаю ответ. Всё из-за утечки мозгов. Всё потому, что самые умные, смелые и находчивые наши люди пополняют собой ряды попаданцев, чтобы спасать чуждые цивилизации, далёкие миры и иные расы.       Мне и повезло, и нет. Почему-то все попаданцы до единого обладают немалым багажом житейского опыта перед переселением в новое тело. И тело их оказывается молодым, здоровым, сами попаданцы ощущают прилив четвёртой молодости и начинают править историю, благо впереди у них вся жизнь. Мне само собой с моим-то везением всё вывернуло наоборот. Я молодой двадцатилетний парень оказался в теле сорокашестилетнего мужика с явными признаками ожирения, в стране зависшей не то в античности, не то в средневековье, не разбираюсь я в реликтах прошлого. Знаю только, что задницу подтирать нечем, не придумано ещё.       С другой стороны, меня закинуло в тушку местного правителя, его королевского величества Нерхода II, владыки Пакода и Налкерона. А следовательно, весь путь восхождения, необходимый для утверждения любого уважающего себя попаданца, был уже пройден.       Ещё повезло с языком. От прежнего владельца тела мне приятным бонусом передалось владение налки, языком страны, в которой я теперь правил. Очень нужное умение, скажу я вам. Вот что бы я делал, если б выяснилось, что властитель государства слегка онемел. А учить чужой язык для меня задача неподъёмная. Сколько не бился над скромным английским в школе, а потом ещё и в институте, а ума не нажил, и двух слов не могу связать на клятом британском наречии.       А тут, стоит подумать фразу, и она без усилий слетает с губ, облачаясь в обороты чужой речи. Забавное ощущение.       А вообще, стать королём, правителем, это ли не мечта? Повелевать, чем пожелаешь, чтобы всё было к твоим услугам. Чтобы люди наперебой стремились угодить твоим прихотям, предвосхитить твои желания. Усладить твой желудок едой, глаз – развлечениями, слух – песнями, похоть – красивыми женскими натурами. Когда есть всё и всё тебе подвластно. Когда нет ограничений в потребностях, приличиях, морали. Разве не захочется попробовать всего, ощутить сладость жизни.       Для двадцатилетнего парня соблазн был слишком велик. Целыми неделями только тем и занимался. Спал до полудня, набивал живот устрицами и язычками перепелов, пока однажды крепко не пронесло, днём резался с придворными в азартные игры и всегда выигрывал: везение часто способствует королям. Вечерами устраивал банкеты, а ночами предавался разврату с именитыми и не очень дамами.       И не обращал внимание на то, что привлекаю чужие взгляды.       Не очень-то я умён, что поделать. Мог бы понять, что короли всегда находятся в центре сплетен, интриг. За властителями следят все. Графья, герцоги, бароны, простые люди. Все смотрят на правителя с ожиданием, завистью, ненавистью или надеждой. Я этого не понимал тогда.       Никто никогда не говорил мне, что власть – это прежде всего ответственность. Не только за себя и за свои поступки, но за доверенный тебе народ, за судьбы страны. А сам я был далёк от подобных мыслей. Любой ответственности боялся с детства, и каждый раз сбегал от всех её проявлений, в чём бы они не выражались. Навестить старую бабулю – перебьётся, убрать за кошкой – сама нагадила, сама пусть и убирает, купить хлеба – так я и хлеба-то не ем. На всё находилась доступная и удобная отговорка. Так и дожил великовозрастным балбесом до двадцатилетия. Поступил и учился в институте на инженера по вагоностроению, хотя ни в вагонах, ни в строениях ничего не смыслил. Болтался как сыр в проруби, ничем, кроме себя, не интересуясь. И вот те на, встречай Москва. Переселился.       Скажете, я изрядный говнюк. Даже не представляете какой. Инфантильный, ленивый, зато любящий порисоваться, жадный до развлечений и завистливый. Ничего не забыл? Да, и трусоват изрядно. Идеальный правитель для любого самостийного государства, не так ли?       Хотя, слышал от знающих людей, что глупый неспособный правитель всегда выгодней энергичного, умного и решительного. Умный небось перемены устроит, перестройку, гласность, модернизацию и коллективизацию, взнуздает страну, да так властную вертикаль укрепит, потом поди ещё усиди на этой вертикали.       Так что ничего зазорного в своём поведении я не видел и ни о чём не заботился. До той поры, пока не узнал случайно, что предыдущий король, мой отец, то есть отец Нерхода II вместе со своим старшим сыном и наследником были убиты в своё время в ходе неудачного дворцового переворота. Неудачного? Надо подумать. А учитывая обстоятельства моего появления в этом гостеприимном мире, можно предположить, что правители Пакода на троне не сильно засиживаются. Тут-то меня немножечко и проняло. Ещё неизвестно, сколько мне устрицами кормиться осталось, если в моём переселении действительно имел место злой умысел. И вдруг неведомый злодей рассчитывал на какой-то более летальный исход, а я всего лишь побочный непредвиденный эффект его эксперимента.       В то, что высшие силы взялись за моё перевоспитание таким вот способом, я даже не рассматривал, резонно сочтя этот вариант смехотворным. А значит, следовало ждать беды. В любом случае меня не оставят в покое. Значит, пришло время подсуетиться. Одно дело жрать вдоволь и трахаться, и совсем другое понять, что за танцы ещё возможно придётся заплатить. А платить как-то совсем не хотелось, особенно если в уплату пойдёт собственная шкура.       В таких условиях не грех было обеспокоиться самообразованием, чтобы хотя бы на пальцах понимать, куда я попал, и что меня поджидает.       Первым делом узнать, кто я теперь есть, в какой стране оказался, и что это вообще за мир.       Отодвинув развлечения в сторону, залез в королевскую библиотеку и государственные архивы. Погрузился с головой в увлекательнейшее чтиво. Оказалось, что в царственной пакодской семейке своей смертью умирали не намного чаще, чем насильственной, что уже мало вдохновляло. Яд, кинжал, несчастные случаи. Боже, я попал в гадюшник.       К тому времени я уже знал примерно, что у меня, как у короля, уже есть трое взрослых сыновей, одна дочь и две супруги, обе ныне покойных. Сынков уже видел. Макр, старшенький, больше всего походил на отъевшегося кабана. Короткие толстые ножки, маленькие поросячьи глазки, пивное пузечко, отвисшие щёки и это в двадцать четыре года. Всегда с огромной толпой прихлебал возле себя.       Средненький, Киланс, худой как щепка, но с жёсткими сухими мышцами, бледный, в очках, взгляд умный и холодный, как у гадюки. Всегда одинок. Придворные его сторонятся, отзываются о нём вскользь, пренебрежительно. С чего бы? Невооружённым взглядом видно, что он умнее и опаснее туповатого неповоротливого Макра. Ставлю галочку.       Якурст, младшенький. Волк, стопроцентный волк. Двадцать лет, молодой, красивый, энергичный, агрессивный. Взгляд открытый, яростный, нетерпеливый. Лидер родовой молодёжи. Его алчный взор наводил на самые нехорошие подозрения. Такой не будет ждать смерти папочки, чтобы получить долю.       А ведь была ещё и Малинар, дочка – лапочка, жгучая черноволосая красотка с телом богини и лицом хищницы.       Трое из четырёх старше моего прежнего тела и теперешнего мозга. Только Якурст одних лет со мной. А ведь они все давно варятся в здешних интригах, с детских пелёнок, если здесь вообще есть эти пелёнки. А как же я?       Попытался разобраться. Макр, Якурст и Малинар рождены от Малвиры Изгорд, девушки из знатной пакодской семьи, а Киланс – от Мэриал, заморской принцессы. Фу, разобрался.       Что-о-о? Это что ж выходит? Сперва рождается первенец от первой жены, потом второй – от второй, а затем ещё двое – обратно от первой? Ничего не понимаю. Снова шуршу листами летописей.       Ага, так яснее. Макр – сын внебрачный. Мой реципиент Нерход, тогда ещё принц, увлёкся красоткой Малвирой и заделал ей ребёночка. Но отец-правитель Филард IV Седой не проникся сочувствием к любви сына и женил его на кифенийской принцессе. Вскоре, во время мятежа погибает сам король, его старший сын, а заодно и заморская принцесса, успев однако за месяц перед этим родить Киланса. Нерход, теперь уже Второй, нацепив корону, быстренько женится на любимой Малвире и та рожает ему ещё двоих детей, умирая при родах младшенького Якурста.       Во как. Семь потов сошло, пока осилил.       И кто ж тогда мой предполагаемый наследник?       Задумался и подзавис. Макр как старший, или его права на престол сомнительны, как у бастарда? Тогда может Киланс? А что, голубая кровь со всех сторон, претензии на трон железобетонные. Тогда почему он чуть ли не изгой во дворце? Опять непонятки.       Из закона по престолонаследованию вообще ничего не извлёк. При желании его можно было трактовать как угодно. Хоть в пользу Якурста с Малинар.       Итак, четыре потенциальных угрозы выявлено.       Однако именно потенциальных. Батюшка, если по летописям судить, без помощи родни копыта двинул, фрондёры из знати укокошили. А значит из верхов опасаться нужно вообще всех и каждого.       Как там у нас с внутренним состоянием государства? Кто живёт? Сколько народностей?       Состояние так себе, живут два народа: пакодцы и налкероняне. Покорители и покорённые. Коренные обитатели страны, налкероняне, были народом деятельным, мастеровитым, коммерческим, культурно и технологически развитым, в рамках своего времени, разумеется. Однако излишняя тяга к свободолюбию помешала налкеронянам объединиться в единое государство, и представляли они собой разрозненную россыпь мелких владений и городов – государств. Потому, когда с севера нагрянули полудикие кочевники пакода, они лет за двадцать прибрали к рукам весь цветущий Налкерон. Который, правда, в процессе покорения утратил большую часть своего былого блеска. Многие великие налкеронские города так никогда и не восстановились. И хотя прошло немало времени, пакода частично смешались с налкеронянами и во многом переняли их культуру и обычаи, меж двумя народами по-прежнему чувствовалось разделение. Пакода, или пакодцы, заселяли в основном северные районы страны, налкероняне преобладали на юге, а в центральных районах можно было в равной степени встретить тех и других. Ой, как славно, ещё и межнациональная ненависть, а я как глава захватчиков – первая мишень для всех националистов. Что ж всё так радостно вырисовывается? Хотя, Немар – Завоеватель жил двести лет назад, взаимная неприязнь могла и поулечься. Будем посмотреть.       Ну-с, что ещё в архивах отыщется? Как там у нас с внешними врагами. Перевороты они ж не всегда изнутри вызревают. Кто там у нас самый подозрительный? А никто.       Информации по зарубежью обнаружилось как-то подозрительно мало. Они что тут посреди пустынь живут, или как древний Китай – пупы земли меж морем, горными кряжами и степями.       Вроде бы нет. Слишком много сносок на какую-то Кифенийскую империю, есть сведения о крупных островах Лемурии и Шрокраноте. Насколько крупных не понятно, но страны описываются многолюдными. По крайней мере в восприятии летописцев. Я-то здешних реалий не знаю. Может у них тут сотни миллионов живут, а может десять тысяч по лесам аукается.       Хотя в последнее верится с трудом. Уж очень много пышных павлинов бродит по дворцовым залам, сверкая бриллиантами, отсвечивая позолотой и кутаясь в бархат.       На востоке, судя по отчётам, тоже кто-то живёт. О, гномы. Какая прелесть. Всегда хотел пожать руку бородатому коротышке. Обры? Это ещё что за нечисть? Есть упоминания об эльфах, ещё какой-то мути.       Так-с, может дело и до магии дойдёт. Ёпрсть, так и есть. У меня оказывается пребывает в наличии собственный верховный маг. А я и не знал. Прожил здесь уже с месяц и ни сном, ни духом.       Где ж он от меня прятался? Наверняка сидел где-нибудь в башне, как принято у этого племени, и проводил вычисления по звёздам. Или этим почтенным занятием кому-то другому положено заниматься?       Может я ещё и на лампу Алладина могу рассчитывать? Вот было бы здорово. Первым моим желанием смылся бы отсюда к себе домой. Россия, Родина, как же я оказывается тебя люблю. Никогда не подозревал.       Но карт, однако, нашлось с гулькин нос. Считай, и нет ничего стоящего. В лучшем случае, оно же в худшем, показано Пакодское королевство более или менее подробно. Территория примерно на треть меньше современной Франции по моим прикидкам. Да, не империя поднебесной.       Зато нашёл запыленный глобус. Самый всамделишный, настоящий. Откуда он у людей, ещё не изобретших порох, не понимаю. Рассматриваю находку, и вспоминаю.       Вспоминаю один казахский фильм про борьбу покорителей целины с монгольскими захватчиками. Так там в конце монгольскому хану в подарок глобус доставили. А на глобусе изображён Казахстан, выпирающий Индию за линию экватора и отжавший Россию за северный полярный круг. Четверть мира под казахские степи.       Попробовал разговорить приближённых сановников, – кроме изящного словоблудия ничего не выжал. Да всё той же сказки про казахские степи. Послушать их, так Пакод величайшая держава мира, раскинувшаяся от моря до моря, созданная великим воителем и по совместительству основателем пакодской династии Немаром I. Самое обширное, самое передовое и самое могучее государство. Однако даже того, что я нарыл в архиве, с лихвой хватало, чтобы усомниться в реалистичности подобных ответов.       Корреспонденция от наместников, сетующих на неурожаи, мятежи и крестьянские бунты. Жалобы на банды грабителей, действующих в окрестностях столицы, блистательного Пелноса. Отчёты о снижении налоговых поступлений с южных провинций.       На самом дне канцелярских глубин нашёл наконец-то нечто действительно ценное.       О, вот. Зарубежная корреспонденция, грамотно разделённая на посольскую, лабудовую, и реальные донесения глав шпионских веток. Смотри-ка, а говорят тёмные времена – тёмные времена. Да они тут до хрена всего освоили. Не уверен, что мне вообще есть, что им предложить, чего они не знают.       Однако, хоть из шпионских отчётов кое-что узнал. Обрисовал для себя частично картину новой реальности, неровно вырванный клочок мироздания.       По всему выходило, что Пакод не такое уж великое и мощное государство, как полагает его раздувшаяся от самомнения знать. Хотя ничего цельного и обобщающего в отчётах не было, кое-что выудить из вороха сведений удалось. Больше всего озаботило, что донесения из владений Кифенийской или как её ещё часто именовали Тёмной империи приходили и с запада, и с юго-запада, и даже частично с юга. Причём создавалось впечатление, что идёт описание не более чем окраинных провинций этой державы.       Что ж эта страна за монстр такой, обложивший Пакод со всех сторон своими владениями? Не похожа ли её хватка, на зубы смыкающиеся вокруг жертвы? Будет совсем неладно, если действительно так. Я ж совсем не герой, чтобы Леонид Спартаныча изображать.       И почему империю именуют Тёмной. Ага, с этим не сложно. Там тёмным богам поклоняются, и прежде всего змееликому Сэту. Ещё одна радость. Небось людей змеям скармливают. Чего-о-о-о? Не веря глазам, развёртываю упрямо сворачивающийся в трубочку клочок желтоватой бумаги: “И во время таинств в храмах по слухам скармливают змеям новорожденных младенцев”. Приплыли. Неудивительно, что Киланса в Пакоде никто не любит. У нас-то, тьфу-тьфу, пресветлые небожители в почёте.       Хотя стоит и в светлых религиях подразобраться. Мало ли чего у них на алтарь кладётся, а то ещё сам к тёмным потом прятаться побежишь. На Земле, помнится, инквизиция во славу добра такое творила именем самого человечного бога, что диву даёшься. Кто знает, как в здешнем мире с гуманностью. И права человека наверняка ещё никто не написал, хоть сам садись за перо и бумагу.       Прояснилось кое-что и по островам. Лемурия лежит на юге, а Шрокранот на юго-востоке.       И там и там сохранились налкеронянские колонии основанные переселенцами из метрополии. И понятно, там полно патриотов, страждущих освободить прародину. Часть Лемурии принадлежит всё тем же кифенийцам.       Повсюду одни засады. А как дела на востоке? Угу. Ещё хуже, чем с остальных сторон света. Какая-то молодая, но агрессивная держава, именуемая Тайра, проводит захватническую политику, тесня всех своих соседей, и явно намерена стать новой сверхдержавой, как минимум на региональном уровне. А поклоняются тайриоты тёмному культу демонов, запрещённому даже у кифенийцев.       Куда ни кинь – всюду клин. Но может, я сгущаю краски по свойственной мне трусости. Как-то ж жили они до сих пор, и не вымирали. Вдруг тут как с метеоритами величиной с Техас: то ли попадут в Землю, то ли не попадут, то ли попадут через миллион лет, всё равно беспокоиться не о чем. Если не прилетит, то и хрен с ним, а если прилетит, то хрен уже со всеми остальными.       Ещё бы с магией разобраться. Надо вызвать к себе архимага, пусть обскажет, что да как.       Только подумал отдать соответствующие распоряжения, как в каменную кишку подвального архива припёрся церемониалмейстер и, чихнув пару раз от витающей в спёртом воздухе пыли, чопорно поклонился и напомнил о намеченной на сегодня протокольной встрече с посольством гномов из Уталара, которая никак не может пройти без участия моего величества. После чего невозмутимо добавил, что кроме гномов меня ожидает и архимаг Репус для личной аудиенции. На ловца и зверь бежит, и клыками шевелит. Пойдём, посмотрим зверюгу.       Поднимаясь по длинной лестнице в сопровождении охраны и натужно отдуваясь через каждые пять ступеней, я добрым словом помянул Нерхода, оставившего мне тело в таком неприглядном виде, и подумал, что напрасно не повелел привести Репуса прямо в архив.       Принимать мага я изволил в королевских покоях. Там хоть полежать было можно после покорения Эвереста.       Репусом оказался высушенный временем невысокий старичок с длиннющей седой бородой и водянистыми глазами. Одет был, против ожиданий, не в цветную “хламидомонаду”, а в приличного вида камзол тёмного покроя. Тоненькие ручки-прутики напоминали паучьи конечности, и сам архимаг в целом вызывал ощущения пренеприятные. –Ваше величество, – первым заговорил он своим противно дребезжащим высоким голосом. – Смею напомнить вам, о данном вами и ещё не исполненном обещании. –О каком обещании, интересно, речь, – постарался как можно нейтральнее полюбопытствовать я, стараясь говорить утомлённо и томно, демонстрируя лёгкую расслабленность, лень и безразличие.       Не признаваться же ему, что я не то что ни черта не помню, но и вообще не ведаю, о чём идёт речь. –Как же, ваше величество, – укоризненно покачал он головой. – Нельзя же вечно забывать обо всех делах. Вы обещали подписать указ о снаряжении экспедиции в земли дамитов. У меня и бумаги с собой. Вам требуется только расписаться и утвердить приказ оттиском государственной печати.       Взял в руки протянутую мне бумагу:       “Представитель сего… Выдать партию… Вооружить и отправить пять сотен человек из числа грифонов”.       Та-а-ак. Кто такие грифоны я уже знал. Элитные воины отборных полков, наподобие гвардейских. Тяжёлый доспех, ростовой щит, меч, шлем с нащёчниками. –И с какой целью вам понадобилась экспедиция? – поинтересовался я удивлённо. –С чисто научно-исследовательской, ваше величество, – заверил меня Репус. –И ради научного интереса вам требуется пять сотен солдат? – мои брови медленно поползли вверх. Потом также медленно опустились. Вспомнил, что Наполеон в своё время сорок тысяч воинов в научную экспедицию в Египет взял, и тех не хватило. Любой сфинкс вам это честно подтвердит. –Интерес не только научный, ваше величество, – перешёл архимаг на доверительный шёпот. – Прошёл слух, что в горах к северу от Уталара объявился древний артефакт, очень сильный. Один из Семи Даров, оставленных людям пресветлыми богами. Пакоду не помешает завладеть столь ценным и престижным призом.       Маг ощутил тлеющее во мне сомнение и, подойдя поближе, заглянул мне в глаза…       Я сразу понял, что более чуткого, внимательного и исполнительного слуги, верного советника и просто друга у меня не было никогда в жизни. Бумагу подписал с лёгким сердцем, без всяких сомнений, оттиснул печать, и передал документ обратно архимагу.       Первый проблеск мысли появился часа через два. Я обнаружил себя самого сидящим в зале верховного совета в окружении министров и пялящимся на какую-то делегацию бородатых плечистых карликов. “Гномы”, – пронеслось у меня в мозгу. Однако сосредоточиться и въехать в суть разговора, когда тот на полном ходу, не получалось. Что-то о поставках леса и зерна, напоминание о неуплаченном займе, уши бы этого слова вовек не слышали. Все мерно неторопливо беседуют, на меня внимания не обращают.       То есть я сидел тут чёрт знает сколько времени, слюни пускал, а всем пофиг. Неужто Нерход всех приучил так к своему отсутствующему виду? Или это уже я сам постарался? Было отчего задуматься.       А Репус-то каков. Ну старичок, божий одуванчик, надо будет с тобой ещё разок перемолвиться. Но только не сразу, а то мало ли чего ещё сгоряча подпишу.