Прельститель. Часть 3. "Вы все бросаете меня..."

      Эдди шлялся по городу, как неприкаянный, не видя перед собой никого. Проходящие мимо люди, старались его сторониться, уж больно вид его не внушал доверия. Его настроение было испорчено напрочь, ярость бурлила в сердце от того, что его очередная новая жизнь началась неудачно. Работу он получил не такую, о какой мечтал. В Нью-Йорке все начиналось гораздо легче, но там он оставил очередной кровавый след и его теперь разыскивает полиция. Сейчас нужно просто затеряться в дебрях очередного города и ждать, когда о нем забудут. Таких, как он, в США хватает, здесь, в Чикаго, особенно. Пугает только, что именно таких полиция и будет в первую очередь проверять. На город опускались ночные сумерки. Идя от станции Миллениум в сторону парка Магги Дейли, он каждый раз оглядывался по сторонам, стараясь среди людей разглядеть полицейских. Это была паранойя или просто осторожность? Скорее и то, и другое. Боялся ли он тюрьмы? Еще как! Надвигалась ночь, можно будет стать незаметным и передвигаться по безлюдным переулками и закоулкам, но при этом, рискуя наткнуться на хулиганов или наркоманов, которые готовы убить и ограбить любого ради покупки очередной дозы наркоты. Но Эдди предпочел напороться на них, чем на полицию. В конце концов у него нечего воровать. Свои деньги он спрятал надежно, драгоценностей и прочих ценных вещей у него нет, так что воровать у него нечего.       Он уже долго гулял по парку, переходя из одной зоны в другую, минуя парк Гранта и направляясь к Батлер Филд. С озера Мичиган дул промозглый ветер, от которого по коже бежали мурашки. Эдди поправил на голове капюшон и продолжил свое бесцельное шествие по парку. Казалось, что он чего-то ждал или искал, но только чего конкретно? Возможно окончание рабочего дня, чтобы снова позвонить по телефону, написанному на клочке бумаги и сказать, что он хочет снимать комнату и даже готов заплатить сразу за три месяца вперед. Проходя мимо Букингемского фонтана, он услышал знакомый голос. Возле фонтана громко смеялась и разговаривала группа панков. Среди них Эдди по голосу узнал Глена, брата Рэйчел. Может, стоит с ним поговорить? Он наверняка в курсе, что его сестра сдает комнату. Нет, эта идея Эдди не понравилась. Вести беседы с панком по поводу аренды комнаты? Уму непостижимо! В лицо снова ударил холодный ветер с озера, заставив Эдди вздрогнуть и укрыть лицо от неприятного холода. Теплой одежды у него не было, а ночевать где придется не хотелось. За одну такую ночлежку на улице можно простудиться, и то в лучшем случае, а в худшем можно подхватить пневмонию. Глядя на отвратительного панка, который строил рожи каждый раз, когда нецензурно выражался, Эдди с тоской осознал, что ему придется все-таки к нему подойти, сдерживая свое отвращение. Но все равно его удерживало сомнение. «Может, пойти и поискать другое место? В этом городе наверняка много людей, кто сдает комнату или квартиру», - думал он. Но эта идея оказалась не лучше первой. Он ровным счетом не знал, где искать себе жилье, а спросить у людей не решался из-за внезапно нахлынувшей на него социопатии. Нужно немного подождать, пока он привыкнет к новому месту, потом будет легче идти на контакт с людьми. Но а сейчас, глядя на Глена, который пил пиво, курил сигарету и громко разговаривал со своими друзьями, Эдди пытался подобрать нужные слова. Кто знает, что взбредет в голову этому панку, поймет ли он правильно его слова, не натравит ли на него своих друзей. «Ладно, что будет, то будет!» - решился Эдди и уверенно направился к ним. Они сразу притихли, тупым взором уставившись на незнакомца, когда он к ним подошел.       - Проблемы? – с сарказмом спросил один из них.       Эдди сунул руки в карман и бойко ответил:       - Мне нужно поговорить с Гленом!       - Со мной? – удивился Глен, громко рыгнув после глотка пива. – Зачем я тебе, фитиль?       Неприятно, что тебя назвали фитилем из-за роста, но Эдди сделал вид, что его это не задело:       - Я по делу!       - По какому такому делу? Я весь во внимании! – скорчил он неприятную рожу.       Его товарищи захихикали, потрепав его по плечу. Эдди сохранял хладнокровие:       - Давай отойдем и поговорим!       - Отойдем? Куда? Я недавно уже отходил за угол и пока что мне туда не надо!       Панки разразились громким хохотом. Эдди подобное отношение всегда выводило из себя и в любом удобном случае он бы огрызнулся, но учитывая его положение, придется терпеть. Однако он нашел, что сказать:       - Ну, раз тебе не нужны деньги, то я пошел!       Эдди развернулся и пошел назад.       - Деньги? Стой, фитиль! – заинтересовался Глен.       Эдди развернулся и увидел, как вскочил этот панк, а вместе с ним и его друзья. Эдди напрягся, предчувствуя драку. Глен с друзьями подошли.       - Так какое у тебя ко мне дело? – деловито переспросил панк.       Эдди молча окинул взглядом его друзей, а потом посмотрел на него, давая ему тем самым понять, что они в этом разговоре лишние. Глен быстро смекнул:       - Так, шпана, это свой! Идите пока без меня. Я вас сам найду! С этим фитилем у меня есть разговор.       Его друзья не стали спорить и прекословить, поняли все с первого раза. Как только они ушли обратно на свое обогретое место, Глен кивнул Эдди:       - Итак, что за дело?       Эдди мрачно произнес:       - Твоя сестра Рэйчел сказала, что сдает комнату.       - И что с того?       - Я хочу ее снимать. Плачу за три месяца вперед.        Глен присвистнул:       - За три месяца сразу? И у тебя есть такие деньги?       - Есть.       Глен с хитрой и неприятной ухмылкой посмотрел на Эдди и сказал:       - Раз есть, то запоминай адрес и гони баксы!       Эдди твердо ответил: - Сперва отведи меня туда, дай ключи, а потом я тебе заплачу!       Глен насупился:       - Что, такой смелый, да? Гони деньги, тогда я дам тебе адрес!!!       Эдди стоял на своем:       - Нет, сперва отведи, потом будут деньги!       Глен плюнул в сторону и достал из кармана раскладной нож:       - Я тебе сказал, гони сперва деньги!!!       Эдди косо посмотрел на его товарищей, которые с отвратительной улыбкой наблюдали за их разговором, а потом перевел взгляд обратно на Глена, развел руки в стороны и с насмешкой ответил:       - Я не могу тебе сразу заплатить. Деньги не при мне!       Глен уставился на него с таким выражением лица, как будто его выставили идиотом:       - Нет денег? И ты говоришь, что готов заплатить сразу за три месяца? Кончай морочить мне голову, фитиль!!! Ты не при деньгах? А если я их у тебя найду?       Эдди не испытывал больше отвращения, на смену пришла насмешка над этим глупым панком, который готов своей мелкой железякой исполосовать любого, кто будет, как ему казалось, его выводить из себя. Однако глядя в глаза этому наивному панку, Эдди быстро раскусил его характер - у него кишка тонка, чтобы кого-то исполосовать своим ножом, и более того, в конфликтах ему можно рассчитывать только на помощь своих друзей. Сам он, как и тот, на кого он очень похож, не сможет дать достойный отпор. Говоря проще, Глен скорее напоминал агрессивного щенка из своры диких собак, но никак не панка. В мыслях Эдди смеялся от души над ним, и он бы не стал сдерживать смех, если бы не присутствие остальных панков, которые наверняка заступятся за своего друга.       Глен тряс ножом перед Эдди, не понимая его спокойствия. Еще больше его удивило, что Эдди издал тихий смешок и вывернул свои карманы:       - Ну, давай! Вперед! Ищи!       Теперь Глен реально почувствовал себя дураком и понял, что у этого высокого парня действительно нет при себе денег. Вряд ли он стал бы так себя вести, рискуя быть ограбленным. Обиженно насупившись, он сложил нож и убрал в карман:       - И как же ты собираешься тогда платить?       - Как только ты приведешь меня в свою квартиру и вручишь ключи!       Глена этот затягивающийся разговор начал раздражать. На его лице отразилась ярость, он дернулся, топнул ногой и рявкнул:        - Да кончай уже строить из меня кретина!!!       - Я и не думал строить из тебя кретина! Это простая осторожность! Так ты отведешь меня?       - Откуда мне знать, что ты не затеял что-то? Я так-то не дурак, тоже осторожен!       - Оттуда! Я не местный! И если бы я знал этот город, то не стал бы тебя просить оказать мне услугу! До таких, как ты, я не опускаюсь!       Глен вытаращил глаза:       - До таких как мы??? А ты у нас тут идеал значит?       Эдди устало протер лоб и зевая, ответил:       - И что я трачу на тебя время? Раз тебе не нужны деньги, то я поищу кого-нибудь, кто не будет тратить драгоценное время на пустую болтовню!       Он развернулся, собираясь уйти, но его за плечо ухватил Глен:       - Ладно, пошли!!!

***

      Квартира Глена и его сестры Рэйчел располагалась на четвертом этаже старого пятиэтажного здания в спальном районе Чикаго. Лифта не было, стены были исписаны граффити и всякими нецензурными выражениями, на лестнице валялись бычки от сигарет и фантики из-под конфет, воздух был пропитан никотином. Четвертый этаж был исписан анархическими лозунгами, среди которых выделялась надпись «Я ненавижу Пинк Флойд*». Глен за всю дорогу не проронил ни слова и быстро шел вперед, Эдди не отставал и следовал за ним. Только Глен вставил ключ в замочную скважину, как сразу потребовал деньги:       - Я тебя привел! Гони деньги и получишь ключи!       - Комнату покажи!!!       Глен выругался нецензурно и добавил:       - Чтоб тебя, фитиль!!! Ты меня скоро выведешь из себя!!!       Он повернул ключ, открыл дверь и зашел, впустив Эдди. Квартира оказалась просторной, скромно, но со вкусом обставленной. Глен открыл дверь в свободную комнату:       - Вот! Оцени! Нравится? Плати! Не нравится! Вали отсюда!       Эдди не ответил на грубость и быстро оглядел комнату. Стена была увешана множеством плакатов знаменитых рок-групп, напротив окна стоял небольшой письменный стол с настольной лампой, слева располагался черный высокий шкаф, справа на стене две книжные полки, забитые книжками, возле двери односпальная кровать, застеленная пушистым пледом, пол покрывал старый потертый темно-коричневый ковер. Эдди улыбнулся. Такая комната ему сгодится на первое время. Глен сильно шлепнул его по плечу:       - Ну, что решил, фитиль?       Эдди, не говоря ни слова, вынул деньги из-под повязки на запястье и протянул ему семьсот долларов:       - Шестьсот баксов за три месяца, и сто сверху за доставленные неудобства!       Глен снова вытаращил на него свои глаза и разинул рот. Он взял деньги и два раза пересчитал. Ровно семьсот долларов.       - С этих пор, фитиль, можешь просить меня о чем угодно? Если кто жизнь тебе попортит, только скажи, и я со своими корешами все улажу! – довольно произнес он.       Эдди серьезно на него смотрел. Удивительно, как деньги меняют людей! Этот парнишка, анархист, готов за сто долларов побить любого, на кого он укажет пальцем. Подобный недостаток среди людей, к сожалению, встречается часто и Эдди не был удивлен, что и Глен окажется алчным. Парень он, конечно, наивный, но не дурак, его можно называть любым оскорбительным словом, но только не дураком. Может в том парке он и повел себя глупо, но это не делало его идиотом. Но даже не его наивность действовала на Эдди отталкивающе. Все дело было в современных субкультурах, пышным цветом цветущие в США и Европе. Глен оказался панком, со своими идеями и желанием крушить все без разбору, кроме своей квартиры. Превратить свое жилище в трущобы ему мешает горячо любимая сестра, которая сейчас находится на сносях. Так или иначе, но Эдди быстро смирился с тем, что ему придется жить по соседству не только с милой девушкой, но и с отвратительным панком, который может в любое время дня и ночи заявится пьяным домой и заблевать любимый ковер сестры, а потом кричать: "Панки не умирают"!       - Мне не нужны твои услуги вышибалы! – тихо, но серьезно произнес Эдди, безразлично глядя на самодовольную ухмылку Глена. – И не называй меня фитиль! Меня Кайл зовут!       - А я Глен! – протянул он ему руку.       Эдди ему не ответил рукопожатием и прошел в свою комнату. Глен прошел за ним:       - Ключи от комнаты на столе! На кухне есть второй мини-холодильник как раз для тебя. Пользуйся. Ванная в твоем распоряжении. Есть вопросы?       - Нет! – ответил Эдди, присев на кровать.       Глен хихикнул:       - Ну, тогда я пошел. Ключи от самой квартиры находятся в связке с ключами от двери твоей комнаты! Никого сюда не води!!! Рэйчел я скажу, что у нас появился новый жилец! Все, бывай!       Насвистывая незнакомую мелодию, Глен захлопнул за собой дверь и ушел. Эдди взглядом провожал неприятного соседа, ожидая, когда тот, наконец, исчезнет. Как только панк оставил его одного, Эдди закрылся в своей комнате. Прислонившись спиной к двери, он закрыл глаза, глубоко вздохнул и замер. В голову снова лезли неприятные мысли о прошлом, настоящем и будущем. Прошлое он старался гнать прочь, а свои грехи он оправдывал, не испытывая при этом ни капли раскаяния за них. Виноваты вокруг все, он – жертва. Но грызла обида. Из-за всей этой сумятицы в личной жизни, он каждый раз вынужден бежать, чтобы уйти от еще больших проблем, и чтобы снова попробовать все наладить. Хотелось, конечно, чтобы все было не так сложно, но что есть, то есть. Что же на счет Рэйчел и Глена, то он найдет к ним подход, а точнее они найдут к нему подход. С панком он, разумеется, не собирается дружить, а вот Рэйчел его манила, и как женщина, и как человек. Отягощала только ее беременность.

***

      Эдди сидел за письменным столом в полной темноте в одних джинсах с голым торсом, строча неистово в дневник свои мысли и воспоминания. Светом ему служила настольная лампа. Он давно уже ничего не писал, не было ни времени, ни желания, сказывалась иногда и обычная лень. Сейчас его словно прорвало, и он писал как одержимый. Он писал продолжение, которое должен был написать еще с того момента, как начал жить с Беллой. И он написал бы, да только та настырная девка, что сломала ему жизнь, была к тому же еще чрезмерно любопытной, запросто бы прочла его дневник, а потом бы тихо над ним смеялась. Сейчас самое время продолжить. Он подробно писал о своей жизни в Калифорнии, описывая каждую мелочь во всех деталях, не забывая вспомнить и о самом незначительном событии. Но наиболее подробно он описывал, как поймал свою бывшую девушку с поличным на измене, как узнал о ее обмане, аборте и уж совсем красочно описал то, как ее пытал и убивал. Он писал и писал, потом перешел к описанию своей недолгой и несчастной жизни в Нью-Йорке, не забыв и об убийстве Литы и ее подружке-проститутке. Каждый раз, вспоминая совершенные им убийства, его глаза блестели не то от радости, не то от страха. Он не знал, как описать те чувства, что испытывал в то момент, когда убивал. Не знал и понимал он и того, зачем вообще все это пишет. Но закончив описание того, как он избавился от улик, добавил крупным шрифтом: «НЕНАВИЖУ ЖЕНЩИН! НЕНАВИЖУ! Я ХОЧУ ЖЕНЩИНУ!!! ХОЧУ СЕМЬЮ!!!» Типичный бред потерявшего рассудок человека. Он не знал уже, любит ли он женщин или ненавидит. Скорее всего, он их и любил, и ненавидел одновременно. Такой он был! Или таким он стал? Кто же послужил ему примером? Не уж то отец, который постоянно колотил его и мать? Нет, о Ральфе он забыл и вообще решил, что у него никогда не было отца, а тот, кто маячил в его жизни на протяжении нескольких лет был не больше, чем обычный проходимец, которого полюбила его мать. Нет, мать он тоже почти не помнит. Память о ней сохранилась только на страницах дневника. И сейчас он писал:       - Жизнь заново я начинаю уже третий раз. Первый раз был удачным, но я все испортил, и виной тому моя наивность. Не стану скрывать, что я никогда не доверял людям, а если же случалось им довериться, то это плохо кончалось. Примером тому служит Кристиан! Вот он был сволочью! Называл себя моим другом, даже не спросив у меня, считаю ли я его таковым. А я скажу, что не считал. Более-менее вызывала доверие его девушка Келли, но даже ей можно было доверять только в отдельных случаях. Она великодушна и честна, но слабохарактерна и податлива чужим мнениям. Это может сыграть с ней злую шутку в будущем, особенно, когда рядом с ней такой человек, как Кристиан. Я часто задумывался над тем, а что бы было, если бы она была моей девушкой? О, я бы ее любил сильнее, чем Беллу. Пусть она не такая красивая, как Белла, но мне нравится ее откровенность. Она никогда мне не льстила, говорила правду в глаза, за что я ее очень уважал. Но когда меня предала Белла и унизил Кристиан, и я остался один, Келли была единственной, кто меня не бросил и не обманул. Конечно, она знала о шашнях Беллы, зря я тогда на нее наехал, мол «Ты знала и молчала». Она не говорила только потому, что не хотела лезть в наши дела. Боже, какая же она необыкновенная! Какая женщина! Какая женщина! Вот о ком надо было мечтать! Вот кого я должен был встретить раньше Кристиана. Но я опоздал. Уже в который раз я опаздываю, а удача по своей натуре изменчива и на «перроне жизни» она не будет ждать своего попутчика. Тот, кто ей подвернется, с тем она и уедет на «поезде жизни». Мне же пока не удается успеть на этот «поезд», каждый раз я опаздываю. Чувствую себя полным неудачником! Но я не неудачник! Моя мать перед смертью сказала жить так, как поется в песне про единственную старомодную девушку. И там поется, что я буду искать ее до тех пор, пока не найду. Вот я и ищу свою единственную и любимую, с которой буду счастлив всю жизнь. Я еще совсем молодой, впереди годы, времени хватит. Что же о моей нынешней жизни, то я не скажу, что доволен. Да и как можно быть довольным, когда тебе предстоит жить по соседству с панком и его беременной сестрой? Ладно его сестра, но он сам… Я видел, что из себя представляют панки. Они ненавидят весь мир, типичные нигилисты, всюду устраивающие погромы, восхваляя анархию. Хиппи тоже "хороши"! Их в последнее время развелось, как крыс на помойке! Они призывают трахаться, а не воевать, принимая при этом наркотики такие как героин, кокаин, амфетамин. Молодняк с ума сошел! Страшно выйти на улицу! Не пойму, чего они добиваются. Почему им не живется спокойно? Не знаю чего мне ожидать от такого соседа, как Глен. Если он примет какую-нибудь наркотическую дрянь, мне в пору хватать свои вещи и бежать куда подальше, пока он не вывел меня из себя. Разозлить меня очень просто, и когда я в гневе, то за себя не отвечаю. Не могу сказать с уверенностью, что меня ждет в ближайшее время. Чикаго в моих представлениях всегда был бандитским городом. Я здесь только первый день и судить об этом не берусь. Не знаю, сколько проживу здесь, но надеюсь, что недолго. Мечтаю снова оказаться в Калифорнии, снова купить небольшой домик возле пляжа в Санта-Монике. Но это пока только мечта. Сейчас я в бегах и привыкаю к своему новому имени Кайл.       Закончив писать, Эдди спрятал свой дневник в сумке. Дневник он постоянно носит с собой из-за опасения, что найдется кто-то, кто поддастся искушению его прочитать. Свою личную жизнь он не хочется выставлять на обозрение. За окном была ночь, а хозяева квартиры все еще не вернулись. Эдди прилег на кровать, тупо пялясь в потолок или на плакаты знаменитых рок-групп, таких как The Beatles,The Doors, Scorpions, Queen, The Wings, The Rolling Stones, Joy Division и даже те самые Sex Pistols, на одного из которых очень похож Глен. Как и в первую ночь в Санта-Монике, он не мог уснуть. День у него был не простой, он устал и жаждал обычного покоя. Но покоя не было. Он закрывал глаза, пытаясь уснуть, но веки не желали сомкнуться, чтобы дать уставшим глазам отдохнуть. Завтра ему идти на работу. Будет охранять стриптизерш от перевозбужденных клиентов. Почему он пошел работать в такое заведение? Проблема в деньгах? Нет, с этим проблем нет, пока что. Все дело в женщинах. Он всегда любил обнаженные женские тела и частенько перед сном мечтал переспать с красивой женщиной, мысленно представляя, как ласкает языком ее грудь и щупает руками ее тело. И сейчас он бы не отказался от какой-нибудь девушки. Но лучше не думать об этом, в любой момент может вернуться Рэйчел и пожелает познакомиться с новым жильцом.       Раздался слабый щелчок в замке входной двери. Эдди вскочил и включил у себя в комнате свет, пару секунд жмурясь от его яркости. Входная дверь отворилась, послышался стук каблуков и шуршание пакета. Это Рэйчел вернулась.

***

      Дженнифер сидела в кресле, вышивая красивый узор бисером и слушая радио. Ее дочка гостила у бабушки, Джеффри пропадал уже вторую неделю, заявляясь домой только на пару часов, чтобы потом снова исчезнуть в объятиях очередной легкомысленной девушки. К подобным увлечениям мужа Дженнифер привыкла и была даже рада, что он не появляется дома. В его отсутствие она могла расслабиться и заняться своими делами. Она очень любила вышивать, сидя на любимом мягком кресле, и жевать шоколадное печенье с фундуком, запивая теплым молоком. За последнее время она поправилась и ее худая фигурка обрела пухлые аппетитные формы. Многие мужчины ласково называли ее «очаровательная пышечка» и норовили легонько шлепнуть ее по ягодицам. Следить за фигурой Дженнифер не видела смысла, муж давно не разделяет с ней ложе, а сама она не имеет любовников и не испытывает тоски по мужской ласке. Сейчас она живет в свое удовольствие и может позволить себе многое. У нее есть любимая дочка, которой она посвятила свою жизнь, а пока малютка гостит у бабушки, она вышивала и лакомилась печеньем, не боясь, что может растолстеть еще больше.       - Внимание всем водителям! Мы прерываем музыкальную радиопередачу. В Нью-Йорке недавно было совершено двойное убийство. Убийца скрылся и по всей вероятности пытается покинуть город автостопом. Имя подозреваемого убийцы - Эдвард Глускин. Белый мужчина, возраст от двадцати до двадцати пяти лет, очень высокий, спортивного телосложения, глаза голубые, ровные черты лица, черные волосы, стрижка в форме лодочки. Если вам что-нибудь о нем известно, просим немедленно сообщить в ближайшие отделения полиции, – огласило радио.       Дженнифер поперхнулась печеньем, когда услышала имя своего бывшего возлюбленного, и уколола до крови палец иглой. По радио сказали, что в убийстве двух женщин подозревается Эдвард Глускин. Дженнифер встряхнула головой, считая, что ей это почудилось, но нет. В ушах звенел голос диктора, произносящего имя ее экс-возлюбленного. Из ее рук выпали пяльцы с вышивкой и откусанное печенье, она уставилась не мигающим взглядом в одну точку. «Эдвард Глускин! Эдвард Глускин! Подозревается в убийстве!» - повторяла она как околдованная. Просто невозможно себе такое представить. Казалось, что еще только вчера они вместе ходили в школу, что еще вчера она целовались возле ночного фонаря и признавались друг другу в любви. А сейчас она узнает, что ее любимый Эдди подозревается в убийстве. Она себе не могла подобное представить. Перед глазам вдруг предстал призрачный силуэт ее возлюбленного, сжимающий в руках окровавленный нож. На его лице зловещая безумная улыбка, из его рта торчат клыки вампира. Он теперь больше похож на дьявола, чем на самого себя. Дженнифер перекрестилась, вызвав жуткую усмешку у фантома:       - Я убил их, Дженнифер! Я убил их! Они были не такими, как ты. Они не любили меня так, как любила меня ты. Они обманули меня!       Девушка заткнула уши руками и завертела головой, читая молитвы на латинском языке, пытаясь изгнать зловещее видение. Они читала все молитвы, какие знала. Ее голова закружилась от постоянного вращения, и она чуть не потеряла сознание. Прекратилось. Стало чуть легче, фантом исчез, будто его и не было, но она четко помнит его слова. Убил! Так он убийца? Дженнифер не могла в это поверить. Она быстро прошла на кухню, достала из холодильника бутылку с дорогим красным полусладким вином, налила себе в бокал и быстро выпила. Эти жуткие слова и это дьявольское видение нужно срочно забыть! Потом налила вторую порцию, потом третью. Так она пила, пока бутылка не опустела, а слова фантома Я их убил все не давали покоя. Дженнифер открыла бутылку вермута и выпила еще две порции. Такой коктейль помог ей выбить из головы страшные слова призрака, но при этом помутилось зрение, и ноги перестали слушаться. Шатаясь, Дженнифер направилась в спальню на второй этаж. Только она поставила ногу на ступеньку, как в глазах потемнело и она упала, невнятно бурча: «Эдди убийца! Эдди убийца!»