Между двумя мирами

— Вы где были, мать вашу? — злобно спросил Безликий. — Мы магазин грабили. — ответил бухой Лью. — Что вы сделали? — переспросил в шоке Слендер. — Магазин… Того, короче. — сказал Джек, махнув рукой.       Старший Безликий сделал facepalm. Он был удивлён. Очень сильно. Он не думал, что даже его прокси, которых хрен заставишь выпить хоть стопку, нажрутся и ограбят магазин. На остальных ему было по-барабану.       Вдох. Выдох. Успокоившись, Слендермен убрал руку и снова посмотрел на своих подопечных. Лучше бы он этого не делал. Ужасу Леса сразу же захотелось их всех запереть в подвале и больше никогда не выпускать. И похуй, что они подохнут от голода и обезвоживания. Палочнику хотелось рвать и метать. Что он бы и сделал, если бы не его выдержка. Собравшись с мыслями, Безликий их озвучил: — Сейчас вы идёте спать, а когда отоспитесь, мы с поговорим о вашем поведении. — пауза. — Усекли? — Да! — ответили ему вяло-пьяным хором.       Поднявшись на второй этаж, все разошлись по своим комнатам. А прокси пришлось потрудиться, чтобы подняться на этаж выше. Это выглядело смешно. Более-менее вменяемым из этой троицы был Худи. Он и тащил их, взяв каждого за руку. От Тима и Тоби на каждой ступеньке слышались охи, ахи и стоны боли. И вдобавок к этому, Худи причитал, ворчал, на счёт того, какие эти оболтусы тяжёлые. Еле-еле поднявшись на третий этаж, Брайан бросил своих товарищей и ушёл в свою комнату штормовой походкой. — Худи… — простонал Тим, растягивая гласные — Ну ты и сука…       В ответ был лишь хлопок двери. — Тоби… — Ммм, — промычал Тикки. — Ты жив? — Что-то между. — пробубнил парень. — Встать сможешь? — задал очередной вопрос голубоглазый. — Врядли.       Поняв, что если они не встанут, то и останутся спать здесь, на полу, чего самому Маски не хотелось. Собрав последние силы вместе, Тим еле-еле встал, но его чуть штормило. Встав ровно, он поглядел на товарища, и что-то недовольное пробормотав, поднял его. Закинув руку парня себе на плечо, а свою конечность на его талию, шатен пошаркал в комнату Тикки. У него была цель сначала отнести Тоби, а потом уже и свою тушку.       Дотащив шатена до его кровати, Маски скинул его и пошёл в свою комнату, чуть протрезвев. Когда голова Тима оказалась на подушке, то он сразу же вырубился.

***

      Когда бухающая часть крипипасты проснулась, был уже вечер. Они сидели в гостиной, тихонько попивая чаёк. Если бы их увидела Салли, то завизжала бы от радости, но к сожалению, она уже была в тёплой и уютной кроватке, видя десятый сон.       Но давайте вернёмся к нашим алкоголикам несчастным. Кто-то держался за голову, массируя виски, кто-то за рот, подавляя рвотные позывы, ну, а кто-то просто сидел, откинувши голову на спинку дивана или просто лежа, притворяясь трупом. — Ну что, господа алкоголики, и что мне с вами делать? — специально громко произнёс Слендер. В ответ он услышал стоны, и был доволен их мучениями. — Понять. — сказал Джефф. — Простить. — поддержал Лью. — И сдохнуть. — подытожила Джим. И на неё сразу же направились недовольные взгляды.       Обречёно вздохнув, Слендермен потёр переносицу. Он, конечно же, мог их наказать, но это было бы, во-первых, глупо, а во-вторых, сегодня уже седьмой день, и должна прийти Самара, а во сколько, не знал и сам Безликий. Подняв взгляд на крипов, Ужас Леса издал такую «гениальнейшую» идею: — Сидите и ждите, олухи.       Слендер взял книгу, которую хотел уже давным давно дочитать, но не было возможности. Остальные же «активно» справлялись с похмельем. — Ну что, друзья алкоголики, как дела? — в гостиную зашёл до невозможности довольный КагеКао. — Ну, а ты как думаешь? — со стоном спросила Кловорк. — Не надо было так сильно бухать, дорогие мои. Вы ж не только моё вино выжрали, я прав? — ответом ему были вялые, но уверенные кивки. — Вот именно. Наверняка пить не умеете. Эх, всему вас придётся учить. — Ты будешь учить нас пить? — переспросил Безглазый. — Разумеется, но не сейчас, — Каге задумался, — лет так через пять. — Что? — В смысле? — Что так долго? — Да заткнитесь вы уже! — И так бошка раскалывается. — Простите. — Сейчас вы слишком мелкие, и слишком бухие. — пояснил демон. — Ну ладно, я пойду. Не буду вам мешать справляться с вашим недугом.       После ухода КагеКао воцарилась тишина, нарушаемая лишь шелестом страниц. — Чем занимаетесь? — спросил их только что зашедший Оффендермен. — А ты как думаешь? — ответил Джефф, с разражением в голосе. — Если бы я знал, то стал бы спрашивать? — Кто ж тебя знает, извращенец. — пожала плечами Джейн. — Ты что-то хотел? — Да! Я начал стихи писать. — радостно объявил Офф. — Ты стихи пишешь? — не веряще, спросил Бен. — Ну да. Хотите послушать? — Почему бы и нет. Давай, зачитывай. — махнула рукой Эмили.       Оффендермен достал из кармана пальто листочек. Развернув его, он прочистил горло, приложив к нему кулак, и начал читать с выражением: — Твой секс случиться в этом доме, Который сотню лет стоит Среди огромных тёмных ёлок. Давно уж свет там не горит. Чердак, луна, объятья, страсть, Готова ты на что угодно, С греха могла бы ты пропасть, Но для греха слишком голодна.       Закончив, Офф опустил руку и посмотрел на присутствующих. Они все молчали. Никто не мог и слова вымолвить. Чему была тому причина — никто не знал. — Я вижу, вам понравилось, поэтому я продолжу. — снова подняв руку с листком, Безликий начали зачитывать следующее стихотворение: — Твои мечты, твои желанья, Все будут в жизнь превращены. И крепкий, толстый, со стараньем, В тебя войдёт до глубины.       Сделав секундную паузу, Оффендер перевернул лист: — Позволь взглянуть мне в твою душу, А лучше блузку растегни, Хочу покой я твой нарушить, Пока за окнами огни, Оставить в памяти движенья Груди твоей при свете лун. Пускай исчезнет напряжение, И городской ненужный шум. С тебя снимаю нежно джинсы, Они нам больше не нужны. Ты прижимаешься, поближе, До губ твоих уж полпути…       И снова тишина. Безликий уж начал думать, что никому не понравилось его творенье. Но в этот момент, Джимми поднялась со своего насижиного места и подошла к стихоплёту. Подняв на него глаза, она заплакала и обняла его: — Ваааааа, это было так классно!!! Я просто не могу. Это было просто божественно, Оффи!!!       Похлопав девушку по спине, Офф посмотрел на остальных. — Ну ты и извращуга. Я в ахуе. — сказал Смеющийся. — Да он просто… просто… Божественен!!! — заорала Джим, сильнее прижимаясь к Безликому. — Ты от меня отцепишься? — спросил он. — Конечно. — сразу же отошла Фостер. У неё в руках был ещё один листочек со стихотворениями, который она вытащила из кармана пальто. — А вот это я зачитаю. Ты не против? — она посмотрела на Оффендермена. — Читай уж. — вздохнув, дал согласие тот.       Девушка раскрыла его и быстро пробежалась взглядом на строки, а так же заглянула на другую сторону, на котором ничегт не было. Прокашлявшись, Джиммм начала читать, расхаживая около камина: — На небе солнце пробуждаясь, Манило этих двух к себе. Он члено крепким прижимаясь, Её не спрашивал вообще. Разделись там же, на балконе, И ветер нежный закружил. Внизу никто бы ничего не понял, Ну, а заметив, сразу заспешил. Он взял её, заствил сдаться. Минет, Вошёл, О да! О нет! И так хотелось ускоряться, И так хотелось не кончать, Обнял сильнее, сильней прижался, Слегка ослабил свой напор, Она уж не могла держаться. Финал, свет, камера, мотор…       Девушка перевернула листочек: — Приятно? Хм… возможно… Знаешь, приятно это когда твёрд, Когда в постели много можно, Когда на разогреве тверк, Когда с тебя сниму одежду, Когда ты снимешь всё с меня, Когда бельё твоё я нежно Чуть сдвину, тайну сохраня. Твои соски, как капли сока Вишнёвого на белом полотне. Я поцелую, прикушу до тока, Что тело всё пройдёт во тьме. Чуть сдвину тонкую полоску ткани, И пальцем проскользну я вниз, Станцуем этот близкий танец, Укрывшись за стеной кулис. Тепло и влажно, Стоны, стоны, Дрожание коленей, Тихий скрип Кровати. Стол И на пол Можно, Сегодня можно Для двоих. — Как давно ты стихи пишешь? — спросил Слендермен. — Да недавно. На днях. Хотел отвлечься от этих ваших «Звонков». — Понятно. — Эй, знаете, я это, возбудилась походу. — дрожащим голосом сказала Джим. На неё поднялись удивлённые взгляды. — Что? Я не виновата! Слушай, Джеффри, пойдём, а? Будт другом! — Ну ок, пошли. — легко согласился Вудс, и пошёл по направлению к лестнице.       Проводив парочку взглядом, крипи стали смотреть на огонь в камине. Он дёргался, как будто живой. И что скоро, через несколько секунд, он выйдет из груд камней и перенесётся на ковёр. — Мда уж, ну и денёчек. — сделал вывод Безглазый.