Няшка

— Баки, — весело позвала девушка, повернувшись к нему лицом и продолжив двигаться спиной вперёд. — Что? И иди нормально: у тебя плохой опыт таких «экспериментов», — он усмехнулся и показал воздушные кавычки. — Да ладно тебе. А пойдём пешком и через Центральный парк? Барнс остановился и изумленно уставился на неё. — На нас идёт охота, — напомнил он. — Я знаю. — Ты только вчера вернулась из Гидры. — Я знаю, — Гилтс непринуждённо пожала плечами. — Стив оторвёт нам головы. — Я знаю! — она весело засмеялась. — Ну пожалуйста. Всё равно такси ждать будет дольше, чем дойти пешком, — взяв за руку, она потянула его за собой в сторону парка, забавно подпрыгнув. — У меня отличное настроение. Джеймс взглянул на неё и, сжав забинтованную ладонь, улыбнулся. — Это заметно. Из-за мамы? — Конечно! Наконец мой родной человечек рядом и знает, что со мной всё в порядке. Мы пойдём по безлюдным тропинкам, честно. — Ты знаешь такие? Они прошли через чугунные ворота огромного парка, и появилось чувство, будто они попали в другой мир: суета, шум и грязь большого города остались за спиной, уступая размеренности неспешно прогуливающихся пар и суете мамочек с вечно неугомонными детьми, оглушающей тишине природы и так усердно охраняемой чистоте. — Разумеется, знаю. Их тут не так много, и они в основном по краям парка (туристы любят центральную часть), но…они существуют. Нашла их, когда было несколько выходных. — Я не был в Центральном парке ужасно долго… — Солдат огляделся, тщетно ища хоть одно знакомое дерево или любую знакомую частичку. — Но здесь всё так же хорошо. — Это да, — она вдохнула полную грудь прохладного вечернего воздуха и вывела друга на пустынную узкую аллейку. — Люблю приходить сюда по вечерам, сидеть у какого-нибудь дерева и читать заданную на дом литературу: мозг работает лучше, чем в общежитии. — Я даже не помню этой аллеи. Неужели тут никого не бывает? — Почти всегда тут пусто. Посидим немного? — остановившись у дерева с широкой кроной, спросила она и, получив согласие, села на ещё тёплую землю. — Только в семь часов здесь пробегал один парень-спортсмен, который вечно умудрялся замечать меня, как бы я ни пряталась от чужих глаз. — Что за парень? — как можно непринуждённее задал вопрос Джеймс. Девушка засмеялась и ткнула пальцем в его бок. — Ему тринадцать, Баки. Ты определённо лидируешь. Тот усмехнулся и мотнул головой. — Извини. — Всё в порядке. Подожди минутку, я сейчас, — она подскочила на ноги и скрылась за деревьями. — Хэл, куда ты? — зашипел Зимний, но она уже не слышала. — Хэл! Он раздражённо ударил бионикой по траве и попытался разглядеть подругу. Вот неугомонная девчонка! Через две минуты перед его лицом возникло огромное облако розовой сладкой ваты, и, как только металлические пальцы обхватили палочку, Хэл обошла мощное дерево и села на своё место, держа такое же лакомство. — Не смей больше так делать, — предупредил Баки. — Я знаю, прости. Погорячилась, — обожжённые пальцы оторвали клочок сахарной ваты и отправили в её рот. — Ты бы тоже кушал, иначе ветер унесёт или просто растреплет, — она улыбнулась и села к нему лицом, скрестив ноги. — Хотя нет, стой, — студентка вручила мужчине свою порцию, достала планшет и направила камеру на него. — Ну-ка улыбнись. — Ну что ты придумываешь, — он закрылся ватой, скрывая широкую улыбку. — Не надо. — Нет, надо, — весело настаивала девушка. — Ну перестань. Хотя бы одно фото. — Хватит, Хэл. Она села на его щиколотки. — Ну Баки. Бакичка. Бакуся. Не выдержав склонения своего имени на русском языке, Барнс отодвинул два сахарных облака и возмущённо взглянул на Гилтс, не удержав улыбки. — Оп! — она щёлкнула затвором и довольно посмотрела на него. — Видишь, как всё просто. — Знаешь, кто ты? — спросил мужчина и хотел было придвинуть её ближе к себе, но вспомнил, что обе руки заняты. — Даже не думай испачкать эту вкусняшку. Ухмыльнувшись, Джеймс занёс руку с порцией подруги над почвой. — Забери, или я разожму пальцы. — Это шантаж, — её брови сдвинулись. — Поверь мне, это не самое плохое из моих умений. Ну так что?.. — он отогнул мизинец. Наклонившись, она забрала у него свою сладость. Однако не успела юная особа даже подумать о том, чтобы встать, бионика обхватила её талию и подтащила к владельцу, прижав к нему и заставив буквально выгнуться: как бы Барнс ни старался, силу металлической руки было трудно рассчитать. — Ты хитрый шантажист, — ткнула она указательным пальцем в его грудь. — Кто бы говорил, — он поднёс ей свою порцию. — Будешь? — Ешь сам. — Я не могу: у меня одна рука немного занята, — губы Солдата растянулись в лукавой улыбке. Покачав головой, Хэл предложила: — На двоих, — она оторвала кусочек и поднесла к его рту. — Бери. Хорошо ты устроился. — Я знаю, — Зимний сам откусил крупный клочок и спросил: — Будеф? — Очень тонко. Как Китайская стена, знаешь. В длину. — Ты кормишь меня, я не могу не ответить добром, — он откусил ещё один кусок и придвинулся к её лицу. — Давай. Гилтс откусила небольшую крайнюю часть, но Баки резко подался вперёд и своими губами обхватил верхнюю её губу, собирая ещё не растаявший сахар. Только он собрался углубить в буквальном смысле сладкий поцелуй, как планшет Хэл издал громкую мелодию, вынуждая её отстраниться. — Не бери, — он двинулся к ней, но она мягко увернулась. — Не могу: это Капитан, — её палец нажал на кнопку ответа, на что Барнс разочарованно выдохнул и откинулся спиной на шершавую кору дерева. — Да, Капитан. Мы уже возвращаемся. Не волнуйтесь, всё в порядке. Она отложила планшет и посмотрела на Баки, который задумчиво рассматривал вату. Он перевёл взгляд на девушку и, слегка прищурившись, спросил: — Можно вопрос? — Конечно. — Откуда у тебя столько денег? Ты же студентка. Усмехнувшись, она ответила: — Была студенткой, Баки. А ещё у меня была работа в неплохом издательстве. То, что у меня сейчас есть-это гонорар за последний мой перевод, ну и накопленные остальные, которые лежат у мамы. — Работала ты, а тратишь на меня. Мне очень неудобно, — он снял последний кусочек сахара с палочки и протянул его подруге. — Неудобно брюки через голову надевать. Не волнуйся насчёт тех денег, хорошо? Я знаю, что делаю. Покачав головой, Джеймс решил сменить тему, ведь он знал, что спорить с Хэл бесполезно даже ему. — Что, сопляк беспокоится? — Есть такое. Придётся на сегодня заканчивать нашу прогулку. Он лишь улыбнулся и положил обе ладони на её спину, слегка задумавшись. — Стив всегда чересчур волнуется. А теперь и вовсе будет разыскивать нас постоянно. — Сказал человек, который обходил все подворотни в поисках друга. — Ну ты сравнила. Тогда он был хилым, как не знаю кто. Если бы я его не разыскивал, то…сама понимаешь. — Понимаю, солнце. Отпускай меня давай, а то Капитан найдёт нас и оттащит в башню за шкирки, — она предприняла попытку подняться. — Уверен, что я смогу с ним договориться, — приподняв угол губ, Солдат потянулся к студентке. Та наклонилась к нему, прошептав на ухо: — Потерпи до башни, — она чуть коснулась губами мочки его уха, на что он рефлективно сжал пальцы, и подскочила на ноги. — Это противозаконно и жестоко, ты знаешь? — неудовлетворённо пробурчал Барнс, тоже встав и последовав за Гилтс по пустынной аллее. — Знаю. Кстати, нужно будет съездить к моей подруге. С ней, скорее всего, всё в порядке, но лучше проверить. — Хорошо, съездим с тобой завтра. — Если не хочешь, то я смогу и сама. Они вышли на более оживлённую тропинку и слегка наклонили головы, пряча лица за волосами. Зимний накинул кожанку на металлический протез. — Ты никуда не поедешь без меня, и это не обсуждается. И, Хэл, у нас с тобой есть ещё одна проблема. Она нахмурилась, кинув вопросительный взгляд. — Джет Гидры, — пояснил мужчина. — Он всё это время стоит без присмотра, но если мы его активируем, нас обнаружат. Как поступим? — Ох, одни проблемы. Поговорю с Тони. Не поможет, так активируем джет и быстро скроемся: нельзя оставлять такую махину дольше. Лучше пусть Гидра заберёт его, чем его обнаружат власти или какие-нибудь подростки. Всё время, пока девушка говорила, он напряжённо вглядывался в лица окружающих людей: его не покидало чувство, что что-то может произойти. — Ты согл… Она не успела закончить вопрос: Джеймс схватил её за запястье, резко утянул с дорожки, прижал к широкому дереву спиной к аллее и, наклонившись, косым взглядом посмотрел куда-то влево, за дерево. — Молчи, — тихо попросил он, предупреждая готовый сорваться с губ Хэл вопрос. Та поджала губы и терпеливо дожидалась объяснений таких радикальных действий, рассматривая лицо Баки: линия нижней челюсти и скулы указывали на то, что он сжал зубы, брови были сдвинуты, а взгляд стал серьёзным и настороженным. Что же всё-таки вызвало такую реакцию?.. Наконец он, всё так же не глядя на неё, шепотом произнёс: — Двое гидровцев шли нам навстречу. Они продолжают двигаться по этой дороге, — он посмотрел на юную особу и придвинулся к ней ближе. — Хэл, есть вероятность, что они нас заметят. Было заметно, как он тяжело сглотнул и кинул ещё один нервный взгляд за её спину. — Ну твою же налево, — еле слышно выдохнула она, старательно продумывая план. Она вспоминала всё, что видела и знала о способах скрыться, и тут её осенило. Ещё в прошлом году Наташа показала отличный способ спрятаться у всех на глазах. Хэл распахнула глаза. — Баки. — Что? — прошептал он и сжал кулаки по обе стороны её головы, готовясь к вероятной драке. — Поцелуй меня. — Не кажется, что слегка не вовремя? Закатив глаза, девушка сама подалась вперёд и прижалась к губам Джеймса, старательно вызывая его на ответ. Однако тот, положив ладони на её плечи, отодвинулся и раздражённо прошипел: — Что ты делаешь? — Публичные проявления чувств вызывают у других дискомфорт, — пояснила она. — Но, если ты так хочешь, можешь смело идти на них в одиночку. — Я не подумал об этом, — смягчился мужчина и отошёл от неё. — Извини. Они ушли, пойдём быстрее. *** — Хэл, ты не против, если я лягу раньше? — спросил Барнс. Они вернулись в башню полтора часа назад и задержались, потому что получали лекцию от Роджерса о том, что не стоит так поступать, а после Мстители заинтересовались тем, как у Хэл всё прошло. В итоге пара освободилась, когда на улице уже смеркалось, а часы показывали почти десять. — Конечно, нет. Сладких снов, — юная особа кивнула, провожая Баки взглядом, пока он не скрылся за дверью его комнаты. Ей же не хотелось спать, потому что внутри бурлили эмоции и энергия от недавних событий. Поэтому, заварив себе чаю, она отправилась прогуляться по огромному строению. Решив начать с верхних этажей, студентка обследовала уже пять из них: многие двери оказались закрыты, а за многими обнаруживались технические помещения с различными приборами, прикасаться к которым казалось небезопасным. Ну Старк и заучка. Спустившись на очередной этаж, она осторожно исследовала две комнаты и приоткрыла дверь в третью. Внутри было слишком темно, а потому она прошла на два метра вглубь и тихо попросила: — Джарвис, можно немного света, пожалуйста? — Конечно, мисс. Дворецкий включил яркий свет, который резанул по глазам, вынудив зажмуриться. — Ну немного же просила, — пробурчала Хэл, часто моргая. Как только зрение адаптировалось, она огляделась и тут же пожалела о том, что зашла сюда: это было относительно просторное помещение с плотной стеклянной стеной, прислонившись к которой сидел Рамлоу. Она хотела тихо уйти и уже сделала шаг назад, но мужчина встал на ноги и взглянул на гостью. — Кто пришёл. Соскучилась? Она сжала кулаки и промолчала, поджав губы. — А я вот скучал по моей девочке. — Не называй меня так, — резко ответила Гилтс. — Я не твоя. Брок сдвинул брови, но через мгновение его лицо исказилось ухмылкой. — Что, уже успела лечь под Солдата? Как же быстро. Я даже разочарован в тебе. Развернувшись к нему спиной и не сказав ни единого слова, она двинулась на выход. — Что ж, я его понимаю. Грех не воспользоваться такой…возможностью. Она поставила свою кружку на пол и, повернувшись к нему лицом, вернулась. — В отличие от такой мрази, как ты, — произнесла она, подойдя к стеклу почти вплотную, — Джеймс никогда меня не использовал. — Всё ещё впереди, девочка, — мужчина понизил голос. — Потому что для большего ты, осквернённая и грязная, никому и никогда не будешь нужна. — Посмотрим, — бывшая пленница Гидры развернулась на пятках, подхватила кружку и, обернувшись в дверях, добавила: — На твоём месте я бы готовилась к не лучшему исходу. Рамлоу лишь усмехнулся в ответ и снова сел на пол в своей тёмной камере. Хэл закончила ночные похождения и вернулась в свою комнату, плотно закрыв дверь. Когда она ставила керамическую кружку с уже остывшим чаем на прикроватную тумбу, то заметила, что её пальцы подрагивают. Переодевшись, она легла под тёплое одеяло и подтянула колени к груди, обняла их и опустила веки, чувствуя, как по щекам стекают горячие слёзы. Её страхи только что озвучили, и не кто-то другой, а именно тот, кто эти страхи в юной и ранимой душе породил. Девушка действительно боялась быть отвергнутой после того, что Брок с ней сделал. Она боялась упасть в глазах Баки. Она боялась, что встретится с подобным обращением к себе снова, причём со стороны человека, который ей не безразличен: такого удара она определённо не вынесет. Тихо всхлипнув, хрупкая особа сжалась сильнее и левой рукой смяла одеяло, плотнее накрываясь, будто хотела закрыться от мира, который её оскорбил и напугал.