Восемь негритят

— Мне сказали, что вы хотели меня видеть? — Бартемиус Крауч-старший посмотрел на стоявшие впереди вытянутые фигуры в балахонах и сглотнул. В обществе дементоров он чувствовал себя откровенно плохо: именно они были теми, в обществе кого провела последние часы жизни его жена. Мангуст, его патронус, крутился возле мага, но близко к дементорам не подплывал, информация о том, что те научились как-то влиять на защитников быстро разнеслась среди магов. Одна из фигур приблизилась к Барти. Маг сглотнул, когда ему почудилось морозное дыхание. Дементор повисел около него, а затем резко развернулся, произнося резко, шипящим голосом. — Это не он. — Не он? — спросила одна из фигур. — Я вам это и говорю. Не он. Еще один дементор выплыл вперед. — Я же просил привести Бартемиуса Крауча. — Но я Бартемиус Крауч, — мужчина поднял палочку, и она засветилась, подтверждая верность сказанных слов. — Единственный? — голос заставил волосы на затылке зашевелиться. Барти сглотнул. Боже. Только не это. — Да! — он выдохнул поспешно. — Единственный. — Технически, не совсем, — подал голос один из сотрудников магической тюрьмы, или того, что от нее осталось. — Есть еще Бартемиус Крауч Младший. — Был! — голос Крауча дрогнул, и он заозирался по сторонам. Сотрудники министерства и работники Азкабана отвели глаза: все знали об этой постыдной информации из личной жизни мага. Он вздрогнул, когда волна магии пролетела по комнате, и все, словно замерло. Барти поднял глаза на дементора. — Что… — Я так смотрю, вы не очень хотите открывать эту информацию. Но теперь вас никто не услышит. — Что вы сделали… — О, не беспокойтесь. Всего лишь небольшой фокус… — Магия времени чрезвычайно опасна. Это темное… — начал было Крауч, но фигура метнулась прямо к нему, нависая над ним. — Глупый человечишка. Не существует темной и светлой магии. Это, что вы делите непонятно зачем — всего лишь фокусы. Мы многое знаем. Многое умеем. Мы видим суть вещей… Крауч отдаленно услышал тихий хлопок и защитник-мангуст растаял. Маг ощущал, что существо давит на него своей мощью. Перед ним, он ощутил себя ничтожеством, вообще не способным на магию. Он вздрогнул, когда давление пропало, и взмахнул палочкой, но больше не для того, чтобы создать себе защитника, а чтобы удостовериться: в нем еще осталась магия. Мангуст вырвался из кончика палочки, и закрутился вокруг хозяина. — Кто вы, — дрогнувшим голосом проговорил Крауч. — Мы — создания не вашего мира. Это все, что тебе требуется знать. Нам надо узнать, где твой сын. — Мой сын мертв! — Ты можешь не морочить нам голову… — один из стоявших дементоров подплыл к говорившему, и зашептал что-то тому на ухо. У дементоров вообще были уши, отстраненно подумал Бартемиус, наблюдая за ними. — Занятно. Значит, это мы тебе обязаны тем, что в нашей обители появилась новая кровь. Это ты заменил своего сына, на свою жену… Сердце мага пропустило удар. Он резко заозирался по сторонам, но маги так и застыли в тех же позах, в которых их застало заклинание. — Как… — Скажем так… Алисия стала одной из нас… — Нет, — придушенно выдохнул Крауч. — Невозможно… — А что, ты думал, происходит с душами тех, кто умер вблизи нас. Что происходит при поцелуе дементора? — Вы пожираете… — Мы размножаемся, — прошипел дементор. — Мне можно увидеть… поговорить с Алисией? — Только после того, как ты выполнишь наше требование. Нам необходимо видеть твоего сына. — Но я… — Крауч стоял перед выбором. Снова. Сын, который утратил себя, либо жена… Жена, которая стала… этим. Но на самом деле выбора как такового не было. Жена… Алисия всегда для него была светом жизни. Она была его ангелом. Он не смог с ней как следует проститься тогда. Но снова терять этот шанс. В голове всплыли образы — обезображенное лицо женщины в темном балахоне, которая больше не была его женой. Она была тем, кто пожрет его душу. И все равно, даже это было сейчас лучше, чем его жизнь. Его жизнь, которую он проживал давно просто по инерции. Работал, потому что ему надо было работать. Жил потому что надо было жить. Почему… Но знать… — Только… Пожалуйста. Мне можно ее… увидеть? — Ты не веришь моему слову? — Верю… но… Пожалуйста. Мне необходимо удостовериться. Вы даете мне шанс, о котором я не мог и мечтать. Но я не знаю вас. Вашей магии… — Алисия, — шипение дементора отразилось от стен. Оно, кажется, прокатилось по всем разделам замка. Барти вздрогнул, когда дверь отворилась и в помещение вплыл еще один дементор. Душу сковали щупальца страха. О чем он только думал. Старый дурак. Даже если это когда-то было его женой, она уже больше не являлась ею… Дементор тряхнул головой, потянулся к капюшону, откидывая его, и Крауч задохнулся. Перед ним стояла его жена. Такая же, как во времена их первой встречи. Такая же красивая. Ему показалось, он сходит с ума. Это все иллюзия. Это обман. Дрожащей рукой он поднял руку с зажатой в ней палочкой, наставляя на женщину. Но та, даже не вздрогнула: она улыбнулась и ее лицо словно засветилось. — Барти… Ей не требовалось больше ничего говорить. Он узнал. Узнал ее. Это была она. Ему не было важно как. Когда. Почему. Это была она, его жена. Его любимая. — Алис… — На этом все. Ты удостоверился, — старший дементор поднял руку, и его жена снова накинула капюшон плаща, отступая назад. — Нет… — Ты должен выполнить наше поручение, и только потом у тебя появится возможность поговорить со своей женой. — Что вы хотите?  — Всего ничего. Нам надо видеть твоего сына, — ему послышался в голосе дементора смешок, но он попытался не акцентироваться на этом. Он прикрыл глаза, собираясь призвать к ответу ту, кому было поручено следить за его сыном, и которая, по всей видимости, не справилась с этим заданием. — Винки. *** Барти Крауч Младший как раз переместился обратно домой, когда Винки, вышедшая встречать хозяина, вздрогнула и схватилась за голову. — О нет. — Что не так? — Барти посмотрел на эльфа. В груди зародилось плохое предчувствие. — Ваш отец. Он вызывает меня. И я чувствую… Это плохо. Он очень зол, хозяин. Он… Знает. — О нет! Нет-нет-нет-нет, — Барти заходил по холлу, а затем повернулся к эльфийке. — Ты не можешь пойти. Ни за что. Это слишком опасно. Потому что если он выйдет на тебя, он выйдет на меня. А если так, то он выйдет на Лорда. Этого нельзя допустить! — Я это понимаю, хозяин. Но я не могу долго сопротивляться прямому зову, — голос эльфийки дрогнул. — А что если я тебя заморожу. Или запру. Или помещу в стазис?! — Не выйдет. Магия людей не действенна перед магией эльфов. Почувствовав прямой зов, мы сбросим любые сдерживающие нас оковы. Это невозможно, младший хозяин, — эльфийка замерла, обдумывая что-то. — Неужели нельзя ничего сделать? — Крауч взвыл. — Вообще-то, младший хозяин… Можно. Только… — Я все сделаю. Все, что прикажешь. — Хозяин может заключить со мной контракт. Высший контракт. — Что это означает? — Это контракт, который дает вам возможность влиять на мое тело, силы и магию. — Что это требует от меня? — Крауч посмотрел на эльфийку. — Что ты получаешь от меня взамен? — Помимо излишков вашей магии, вы берете на себя обязанности продолжить мой род и берете ответственность за моих потомков. — Я — что? — Вы обязуетесь найти мне пару. Точнее пару я найду сама, но вы должны одобрить этот союз. Вы согласны? — Да. Я согласен. Что я должен… Вихрь магии пронесся по гостиной, а затем стих. — Вот и все. — Все? А контракт. Договор. — Это все поверхностное. Договором для нас является сама магия, хозяин Крауч. — И как… Получилось? Винки повела ушами, прислушиваясь, а затем широко улыбнулась, поднимая взгляд на мага. — Да, хозяин. Зова вашего отца я больше не чувствую. — Это… Это значит, что отец никогда меня не найдет? — Да, сэр. И я сделаю все, что в моих силах, чтобы этого не допустить. Барти вздохнул, рвано, протяжно, а затем всхлипнул, опускаясь на колени, и протянул руки, притягивая к себе домовушку, прижал ее к себе. Он плакал, с облегчением осознавая, что тирания его отца теперь окончательно закончилась. *** Бартемиус Крауч-старший вздрогнул, ощутив, что магия, связывавшая его с эльфом, внезапно пропала. Он поднял затравленный взгляд, глядя на дементоров, и перевел взгляд на жену. — Я не могу… Я не могу связаться с приставленным к нему эльфом… — Так найди способ, — прошипел главный дементор и Барти вздрогнул. — Нам надо видеть Бартемиуса Крауча-младшего. До этого… Ты не сможешь поговорить со своей женой. — Алис… — Прости, — голос жены был приглушен, но он узнал ее. — Но я не могу пойти против воли нашего главы. И это так. Ты должен найти нашего сына. Я знаю, что ты сделал с ним, — Барти вздрогнул, но против ожиданий ее голос не был злым. — Но если бы этого не случилось, мы бы не стояли здесь, это было предписано высшими силами. Поэтому ты должен найти нашего сына. Барти сглотнул. Он сделает все, как надо. Он призовет мальчишку к ответу, что бы не хотели от него стражи Азкабана. Все, чтобы получить возможность пообщаться с женой хотя бы раз. — Я выполню вашу просьбу, — дементор кивнул, а поток магии пронесшийся по помещению, снова вернул подвижность все окружавшим его магам. — Мы поняли друг друга, — прошелестел дементор. *** Два часа спустя Первой мыслью после пробуждения было то, что ему тепло. Вторая мысль, которая посетила его голову была о том, что неплохо было бы подкрепиться. Темный Лорд распахнул глаза, осмотрелся и принюхался, приоткрыв рот, принимая на рецепторы новую информацию. Судя по всему, находится он в старом доме, где давно никто не бывал. Он лежал на мягкой кровати с балдахином, а рядом с ним спала его верная змея Нагини. Темный Лорд был уверен, что ему никогда не приходилось еще бывать в этом доме до сего дня. Может притащивший его сюда маг, решил создать с ним гнездо? Гнездо — это хорошо. Волдеморт улыбнулся и, поднявшись с постели, спустил огромные кольца с на пол. Пора было поесть и выяснить, наконец, где он находится. Он встал и, обойдя комнату по периметру, ощутил покалывание магии. Дом чувствовался очень хорошо. А еще ощущалось присутствие человека за дверью, у противоположной стены. Теперь стоило начать знакомство. Ведь ему важно было оценить того, кто решил принести его в свое логово. Он осмотрел себя, удовлетворенно отмечая, как красиво переливается его чешуя в дневном свете. Да, он определенно готов к встрече с его похитителем. Конечно, можно было бы принять ванную, но любопытство было сильно. Темный Лорд улыбнулся, и пригладил гладкую голову. — Позер, — раздраженно прошипела проснувшаяся Нагайна, за что тут же вынуждена была замолчать, из-за внезапно сошедшего с ума одеяла, которое запутало ее на подобии кокона. — З-самечательно, — прошипел Волдеморт и аккуратно повернул ручку, выглянул из комнаты, чтобы рассмотреть своего похитителя. Мужчина, дремавший на стуле был высоким, бледным и худым. Его лицо отдавало нездоровой белизной, а губы были сухие и потрескавшиеся. Темный Лорд поморщился: не удивительно, что маг решил создать с кем-то гнездо. За ним явно никто нормально не ухаживал. А может, он просто обречен и от безысходности решил попытать последний шанс с ним. Мужчина определенно не был во вкусе Лорда. Но для создания гнезда необходимо было соответствие магий. А подлечиться или откормить мага можно было всегда. Темный Лорд обошел стул со всех сторон. Его чешуйчатый хвост заструился вокруг ножек, и он осторожно приблизил лицо к лицу мага, наконец-то высовывая язык, чтобы ощутить его вкус. Магия мужчины была родственной, имела сладковато-приторный вкус и явно контрастировала. Плоды данного союза будут слабы магически. Вероятнее всего было какое-то слияние магий, либо давний контракт, либо еще какие-то обязательства, которые были явно против того, чтобы создать с данным человеком гнездо. Волдеморт раздраженно выдохнул, и в этот момент маг проснулся, а все вокруг разительно изменилось. Темного мага отбросило к стенке, магия стала абсолютно иной, более терпкой, более густой и более могущественной. Человек вскочил на ноги, пока еще не соображая, что происходит, а Лорд с удивлением и как-то заворожено смотрел на клубившуюся незнакомую темную магию, явно чуждую этому месту. И хоть родственное в маге присутствовало до сих пор — данной магией можно было нивелировать любое родство. Это был и правда достойный кандидат. Внезапно все прекратилось, Волдеморт опустился на землю жадно дыша, а мужчина грохнулся на пол, ударяясь о него лбом с таким звуком, что в подземельях разрушилось пара скелетов, а где-то в глубочайших катакомбах пробудилось древнее зло. Темный Лорд поднялся, и подполз к коленопреклонённому магу. — Назовис-ссь. — Барти Крауч я, Мой Лорд. — Вссстань. Я согласен разделить с тобой Гнессдо. — Что? — маг быстро поднял глаза, открывая взору огромную шишку на лбу, и удивленно посмотрел на змееподобного мага. — Какое гнездо? На этот раз пришлось удивляться Лорду. — Ты принес меня сюда, в свое жилище. Ты уложил меня в свою постель. Ты хочешь создать со мной гнессдо. У нас будет много детсей. Хотя у тебя ссстранная магия. — Каких детей? — Магически сильных. Мы, наги, откладываем в период размножения кладку из нескольких сотен яиц. За период размножения… тут зависит от мощи партнера. Хотя ты подходишь не идеально, я тебя не могу принять как основного партнера. — Чего? Нет, мой Лорд, — Барти икнул от такой перспективы. — Мне нельзя в партнеры. Я вообще… Нет! Я несколько лет провел в Азкабане. Я не могу. — Нет никаких проблем, у меня есть слуга-зельевар. Он решшшит эту проблему в сдва счета. — Нет, но я не хочу… Не поймите неправильно, но я не могу. — Тогда зачем ты открыл обряд ухаживания? — Волдеморт схватил Крауча за горло изумрудными кольцами и поднял над полом. — Я не начинал! Я вас просто воскресил! Вы умерли. — Оу, — темный Лорд уставился в стену. Воспоминания восставали из глубин. Он был Лордом. Темным Лордом Магии… Какая глупость. Получается — это его слуга. Как же примитивно было его мышление. В своем возрасте он должен был заботиться о гнезде и продолжении рода, а не вот этого вот… Отвлек от мыслей его хрип, и он вздрогнув разжал кольца. Маг грохнулся на пол, судорожно кашляя. — А как я умер? — Вас… — Бартемиус втянул воздух. — Вас рассс… развоплотили. Кто бы это не был, но это было проявление истинного партнера. Если он смог развоплотить самого Темного Лорда. Силен. — Кто сделал это. Это был поистине могущественный маг. — При всем уважении, милорд. Это был ребенок. Вы послали Аваду в мальчишку Поттера. Ему едва был год. — Это интерессссно, — прошипел Волдеморт, а затем посмотрел на Крауча. Если его развоплотил годовалый ребенок… Кандидат на его гнездо был просто идеальным. Потому что такое случается не так часто. Ему надо было больше. Больше информации об этом мире, что случилось за то время, пока он спал. — Завтрак подан, — хлопок эльфа заставил их обоих обернуться. — Это как нельссся кстати, — прошипел Лорд, поворачиваясь к домовику. — Пойдем, мой слуга. Мне надо многое у тебя узнать. И расскажи мне больше про того ребенка, которому удалось развоплотить меня. Барти вздохнул и поспешил за Лордом. Кажется, все получилось куда лучше, чем он предполагал.