Город моего одиночества

Знаешь, я думала, что когда в следующий раз приеду к тебе, то познакомлю со своим новым… любимым. Да, ты его помнишь. Из-за него я в истерике приехала к тебе в прошлый раз. Ты насоветовала, успокоила, я пообещала тебе вернуться с ним... А на деле я снова стою на пирсе под «Золотым Руном» (никак не привыкну к новому названию легендарного корабля аргонавтов, «Ресторан «Апельсин»), смотрю на неприветливое серое ледяное море, лицо обжигает резкий ветер, возле причала заблудилась одинокая яхта. Совсем как я. Кстати, знаешь, я много писала о Нем за эти два месяца, что мы не виделись. И даже публиковала в Интернете. Но так внезапно на сайте произошла авария, и все мои графоманские зарисовки были удалены. Сайт еще предлагает мне их восстановить, но я же знаю, что это просто вмешалось само провидение. Чтобы даже следа его не было. Но это же не так. Он останется татуировкой на моем сердце, изображением на сетчатке. И вот сегодня наступил последний вечер. Я сижу в лобби гостиницы, которую строили для последнего императора, и пишу этот текст. Лобби здесь, откровенно говоря, ужасный. Два дивана друг напротив друга и пропадающий вай-фай. Ну и ладно, по сравнению со всем остальным это не так важно. Вообще, лобби – хорошее место для знакомств. Хотя, о чем это я? Здесь, в этом курортном городе, все знакомства еще больше обман, чем в моем родном. Особенно зимой, когда предательский загар не очерчивает контур белого ободка на безымянном пальце. Да и постояльцев здесь совсем мало. В этот маленький курортный город в декабре приезжают лишь истинные ценители. Те немногие, кто готов пожертвовать комфортом и теплом островных курортов. Декабрь просеивает гостей Ялты как сито. Теперь здесь воистину лишь заблудшие души. Зачем мне еще одна? А ведь ты меня подвела, Ялта. Это произошло тогда, когда в один из последних теплых вечеров я нашла пристанище на террасе одного из твоих парковых ресторанов. Именно там, делая очередной глоток нелюбимого красного вина, я подумала, что имею право на счастье. Наверное, виноват твой объяснимо успешный слоган: «Город счастья». И тогда я решила, что в следующий раз приеду к тебе с Ним. Да, когда смотришь на спокойное голубое море, чувствуешь тепло пледа на плечах и пьянящий вкус твоего вина, невольно прищуриваешь глаза и ловишь себя на мысли: «А ведь не все так плохо». Но потом возвращаешься домой, и дерзость мечты улетучивается. Ну вот мы и встретились снова, подруга. Мою дорожную сумку отнес услужливый носильщик гостиницы. Я одна в номере, хотя кровати все равно две, стандарт. Я по привычке спускаюсь в лобби, хотя в номерах уже давно есть вай-фай. Привычка, продиктованная надеждой на очередную ненужную встречу. Ведь что может сулить знакомство в зале курортной гостиницы, еще и не в сезон? Я даже не знаю, кто здесь сегодня отдыхает. Обычно это семьи, с детьми или еще без. Пары на одну ночь – не замечала. Не то место. Даже я здесь ночую в одиночестве. И сегодня я этому рада. Знаешь, я никогда не знала, как это: наслаждаться его последним «Я тебя очень-очень»… Последним поцелуем, последним прикосновением к губам. Мне осталась еще одна ночь с мыслями о нем и последнее утро с вопросом: «А вдруг сегодня он позвонит?». Потому что всего через день я его брошу. Порадуйся за меня, я наконец-то выполню заветы бессмертной Мэрилин: Умная девушка целует, но не любит (сделано), слушает, но не верит (ох, как давно я научилась этому трюку), и уходит до того, как ее оставили. Что ж, мой идол, мне осталась освоить твою последнюю заповедь. В наушниках поет новая звезда – Лана Дель Рэй. All that's real to me, Is Marilyn and Jesus. Да, пожалуй, с первым именем точно не поспоришь. I can't be with the man I love. Да, это тоже так. Поэтому лучше не любить. А если влюбилась – бежать, пока не поздно. Боюсь, в моем случае, каждая секунда промедления может стать смертельной. Я и так медлила слишком долго, позволяя его яду распространиться по всем телу, его мягкому голосу – поселиться в моем сердце, а самым удачным фото – на моем компьютере. Второй день я здесь. Хожу по пустым, холодным и пасмурным улицам. Кто-то их даже не представляет такими, только залитыми солнцем и с толпами разодетых шумных туристов. Сейчас город абсолютно спокойный и меланхоличный, в отличие от меня. Местные ребятишки фотографируются на фоне шторма. Волны накатывают на нижнюю набережную, мальчишки с визгом разбегаются. В кафе пусто. На улицах больше нет праздных туристов, такие же труженики, спешащие на работу, как и дома, правда, немного приветливее. Декабрь в курортной Ялте подчеркивает мое одиночество. Я брожу по Набережной, думая о составе плитке на мостовой: она не будет скользкой после заморозков? И как в вашем городе справляются со снегом? По таким узким улочкам снегоочистители не пройдут же… И с каждым шагом я повторяю себе: только бы хватило сил. Только бы я не передумала, когда вернусь в родной город. Только бы зашла к Нему и сказала изначально заготовленную речь, не поменяв слова на их антонимы. Иначе последняя надежда на мое спасение будет утеряна. И когда я буду идти назад, к своей привычной жизни, я не буду считать свои шаги, чтобы знать, на каком из них он меня окликнет. И инстинкт самосохранения, так умело притупленный Им и счастливыми за меня подругами, не позволит мне вернуться. И все скажут: «Какая дура! (Тут я с ними соглашусь) Упустила такого мужчину!..» И только ты, моя Ялта, поймешь, что так я сохранила себя.