Путешествие криннского мага в Хогвартс.

      Когда Рейстлин явился в кабинет Дамблдора, преисполненный предвкушения и любопытства, то застал нескольких преподавателей, рассевшихся в креслах. Все они о чем-то оживленно беседовали, пока разговор не прервал вошедший чародей. Все посмотрели на него с подозрением и неподдельным интересом, словно на старинный артефакт, который только сейчас достали с пыльной полки. На ступенях появился Дамблдор и представил гостя:       — Рейстлин Маджере, мой дражайший друг, который все-таки решился выйти в свет, — указал он на Рейста и неуклюжим жестом предложил ему присесть.       Молодой волшебник, оглядев комнату, нашел себе место, а Альбус продолжил, поочередно называя имена прибывших профессоров. Те, в свою очередь, вставали, когда произносилось имя. Рейстлин молча наблюдал за этим и запоминал имена и следующие науки. Его особенно заинтересовали некоторые личности. В первую очередь, профессор зельеварения. Он был похож на Рейстлина, а может, магу лишь показалось…       Закончив, директор тут же стал говорить об якобы умершей матушке волшебника, о причине его появления в Хогвартсе, об экспериментах с волшебством, некоторые из которых были весьма удачны. Преподаватели кивали и понимающе смотрели на несчастного гения. Тот в душе смеялся. До чего же забавной казалась ему эта ситуация! Некоторые поглядывали на его внешность с опасением, но Дамблдор и этому нашел объяснение. Отныне его внешность — следствие сложнейшего заклятия, произнесенного в попытках воскресить мать. Многие поверили. Да что там, Альбусу поверили все, просто не все показали это. Вскоре каждый из учителей рассказал о своем предмете. Иные уходили и возвращались, видно, посещая уроки, но каждый доложил вкратце о себе, пригласил пообщаться ближе. Рейстлин молчал, иногда лишь кашляя. Все в тот момент смущались и останавливали свой монолог.       К вечеру в кабинете остались только Дамблдор и Минерва Макгонагалл. Она любезно улыбалась, но лишь когда того требовали обстоятельства. Эта женщина понравилась Маджере больше Дамблдора. В ее глазах теплилась мудрость и материнская забота.       — Ах, я забыл еще об одном! — воскликнул Альбус вдруг. — Рейстлин, я предупредил всех в Министерстве о вашем колдовстве! Теперь вы можете спокойно пользоваться магией, однако на территории школы лучше не применять особо мощных заклятий.       — Я признателен, — прошептал Маджере впервые за все время. Макгонагалл даже вздрогнула, когда из уст мага пролились эти слова, но тут же взяла себя в руки и вновь улыбнулась.       — Возможно ли показать хоть одно из ваших заклятий? Разумеется, одно из самых безопасных, — спросила с любопытством женщина.       Рейстлин же улыбнулся своей кривой улыбкой и кивнул. Опершись на посох, он поднялся и прошептал как можно тише: «Ширак», и шарик на конце посоха вспыхнул ярким огнем. Минерва что-то удивленно и радостно воскликнула. Свет казался настолько ярким, что и Дамблдор, и Макгонагалл на время ослепли. В этот момент лицо Маджере вернулось в свое прежнее строгое и суровое состояние. Такую маску он надевал, когда был в башне высшего волшебства. Это лицо… его боялись все те, кто однажды видел. О, пожалуй, только кроме Карамона! Быть может, брат действительно не боялся, но, быть может, просто не понимал, что сулит это суровое выражение.       — Это альтернатива одному из ваших заклинаний, — произнес маг. В библиотеке он уже давно успел найти интересные факты для самого себя. Кажется, голос его стал чуть более низок, остер и холоден. — Простейшее колдовство. Вы используете «Люмос» и «Нокс». Я именую это несколько иначе: «Ширак» и «Думак». Однако суть остается все той же.       — Вы сами вывели эти слова? — спросила с любопытством Макгонагалл. Подобрать слова для удачного заклинания крайне трудно.       — Нет, этим заклинанием пользовалась и моя мать, — произнес тихо Рейстлин.       Да, это было правдой, ведь она, хоть и занималась темной магией, владела простыми бытовыми заклинаниями. Лицо красного чародея стало еще более пугающим. В этот же момент он произнес короткое «Думак», и шарик на конце посоха медленно погас.       — Я вижу, вы хороший волшебник, — сказал с улыбкой Дамблдор. Лесть так и сочилась из него. — Полагаю, учителя сочтут интересным обучать такого ученика, как вы. Все были удивлены вашим появлением, а потому я не думаю, что кто-то из них откажет. Пожалуйста, пользуйтесь любыми книгами в Хогвартсе!       Минерва посмотрела с подозрением на профессора. Он, хоть и казался добрым, редко делал что-либо без собственной выгоды. Значит, пребывание в школе этого красного мага не просто его прихоть.       — Директор, и все же… — произнесла она. — Разве одобрит Совет Попечителей и Министерство Магии пребывание в Хогвартсе неизвестного и, возможно, даже опасного для жизни детей волшебника?       — Не беспокойтесь, Минерва, — добро улыбнулся Альбус и склонил голову на плечо, как делал он обычно, когда хотел кого-то к себе расположить. — Рейстлин не глуп. Он не станет использовать заклинания, опасные для жизни наших учеников, а с недовольными я обязательно договорюсь.       — Но как? Ведь пребывание в школе посторонних противоречит правилам заведения!       — Я доложу всем, что Рейстлин, как талантливый волшебник, может быть зачислен в педагогический состав, — ошарашил всех Дамблдор. Макгонагалл застыла в изумлении, а Маджере закашлялся от неожиданности. — Почему бы и нет? Ведь Рейстлину действительно есть, что показать даже нам, профессорам. Кроме того, ни министерство, ни совет попечителей не смогут найти в своих архивах ничего страшного, ведь он вел жизнь отшельника. Я думаю, они даже одобрят этот испытательный срок.       — Но как же семью Маджере не заметили раньше? Ведь эти заклинания…       — Мы жили далеко за пределами Британии и не показывались на глаза магглам, — оборвал ее Рейстлин, которому этот диалог явно наскучил. Довольно на сегодня потрясений!       — Для того того, чтобы все прошло удачно, мне нужны, однако, сведения о многих придуманных Маджере заклинаниях. Рейстлин, пожалуйста, подготовьте отчет о тех, которые вы могли бы включить в свою программу. Все мы будем рады, если вы войдете в педагогический состав. В таком случае никто не будет против вашего пребывания здесь.       — Дети… да и взрослые зачастую меня не жалуют, — прошипел Маджере, надеясь избавиться от участи быть учителем. Он сам-то еще не выучился всему…       — Здесь вас уже уважают. Я уверен, мнение окружающих будет другим! Вместе с преподавателями мы разберем заклинания и решим, что под силу ученикам. Пока же вы можете посетить любого из профессоров, библиотеку или класс. Прошу, только не пугайте учеников. Они достаточно напуганы Северусом.       Откланявшись, Рейстлин первым делом посетил кабинет трансфигурации в сопровождении профессора Макгонагалл. Та усердно объяснила ему основы трансфигурации. У мага даже вышло одно из заклинаний, правда, ввиду иной силы посоха, оно получилось слишком уж сильным, отчего даже Минерва потом не с первого раза вернула все на место. Это превращение воодушевило и обрадовало ее. Волшебник был действительно силен! Нужно лишь объяснить Дамблдору, что неплохо бы подобрать ему волшебную палочку.       После этого Рейстлин отправился к преподавателю истории магии. Бинс посоветовал ему необходимые для понимания основ книги, отчего Маджере был несказанно рад. Насколько он знал, обучение при помощи учителя гораздо более простое и быстрое, нежели самостоятельное. Жаль, приближалась ночь, почему юный маг так и не сумел допросить остальных преподавателей. Большую часть ночи он так и не смог уснуть, а потому решил не тратить драгоценное время зря и отправился в библиотеку. Она пустовала, но, к счастью, свечи были повсюду. После того, как без труда зажег одну, он огляделся. Никого. Странно, но эти взгляды, что он чувствовал в своем новом закутке, будто бы пропали.       Удивившись этому маленькому наблюдению, Рейстлин вспомнил о списке Бинса и стал изучать необходимые книги. Уже к трем часам он понял основные моменты, причины устройства мира. Так же ему посчастливилось встретить томик о Хогвартсе, который он позже прихватил с собой, как справочник. Под утро он все-таки вымотался и уснул. Сон был беспокойный. Вновь явилась Такхизис, но стала как будто более далекой и расплывчатой. Теперь она не просто пыталась напугать его, она пыталась дотянуться до него. Она напоминала магу, что не оставит в покое, но не могла подступиться. Где же брат? Где Карамон, который утешит, который сядет рядом и будет охранять его сон? Как хотелось, проснувшись, обнаружить его подле себя!       Утром, даже не позавтракав, он занялся составлением программы. Какое же утомительное дело! Вписав многие простейшие из известных заклинаний, Маджере посетил кухню и налил себе кипятка. Домовые эльфы, которые для Рейстлина были забавным гибридом овражного гнома и названия расы благородных существ Кринна (отчего вызывали смех), предложили доставлять блюдо с горячей водой в любое удобное время. Маг не преминул воспользоваться этим и назначил время. Тут же встал вопрос о травах, которые советовал Пар-Салиан. Найдутся ли они в этом мире? Или, может, будет известно нечто более полезное? Нужно посетить мадам Помфри и профессора Стебель. Уж они-то смогут что-нибудь посоветовать.       Перед обедом маг как раз так и сделал. Показав оставшиеся листья сначала Помоне Стебель, а затем и мадам Помфри, Рейстлин решительно ничего не нашел. Такой травы не знала ни одна из женщин, однако врачевательница все-таки посоветовала одно растение, которое растет на территории школы. Поблагодарив, маг отправился к Дамблдору, который уже ждал его прихода. В кабинете также находился Северус Снейп, Филиус Флитвик и мадам Трюк. Последняя, правда, лишь с восторгом взглянула на Маджере и, попросив заглянуть к ней в свободное время, ушла. Професссор Снейп со свойственным ему презрением и подозрением глядел в необычные глаза волшебника в надежде разобрать в них эмоции. Флитвик улыбался, но тоже глядел с подозрением.       — А, Рейстлин, мы ждали вашего появления! — отозвался Альбус, выглянув из-за колонны. Позже он спустился по ступеням и с вдохновенным нетерпением спросил. — Ну как? Вы составили список заклинаний?       Маджере кивнул и извлек свиток из потайного кармана в рукаве. Вежливо склонив голову на бок, чародей подал пергамент директору и сказал:       — Я, право, не знаю, смогут ли ученики воспользоваться моими заклинаниями без должных порошков.       — Ах, с этим мы тоже разберемся! Профессор Снейп — зельевар. Он без труда сможет разобрать материалы порошков. Профессор Стебель же поможет нам их выращивать.       — Хочу отметить, наши миры отличаются. Растения, животные, расы… — прошептал Рейстлин настолько тихо, чтобы услышал лишь Дамблдор.       — Скорее всего, травы имеют лишь разное название. Профессор Снейп обязательно с этим справится, — произнес Альбус.       — Дамблдор, прошу, покажите мне список, — произнес Северус, и Рейстлин отметил свое с ним сходство в манере речи.       Просмотрев заклинания, Снейп что-то прошептал себе под нос, а затем продолжил:       — Некоторые из этих трав мне знакомы. Они весьма распространены.       — Рейстлин, первое заклинание, которое вы желаете показать ученикам. Можете ли продемонстрировать его? Заклятие сна, не так ли?       — Все верно. У меня достаточно этого снадобья. Надеюсь, вскоре появится возможность пополнить запасы, — взглянул он на Снейпа. Тот коротко кивнул в ответ. — Позвольте, мне нужен доброволец.       — Профессор Флитвик, не окажете ли нам честь?       — Я? Что вы?! Это несправедливость, Дамблдор! — обиженно, но по-доброму воскликнул профессор и все же дал свое согласие. Достав смесь размятых трав, Рейст прошептал: "Аст тасарак синуралан кирнави!", рассыпав розовые лепестки, и Флитвик, сомкнув веки, тут же уснул.       — Это заклинание здорового сна. Я сам часто им пользуюсь, ведь оно не позволяет видеть сны.       — Великолепно! — вновь воскликнул директор. Он был наигранно восхищен колдовством красного мага. Снейп же вдыхал порошок и рассматривал пойманный лепесток, надеясь разобрать состав. Никаких сонных трав он не нашел, а потому поверил в действенность заклятия.       — Он будет расстроен, что пропустил этот диалог, — улыбнулся виновато Альбус и, взглянув еще раз на список, продолжил.       — Я вижу, многие заклинания требуют особого состава, а потому зельеварение будет близко вам. Северус, я попрошу вас разобрать с Рейстлином смеси и передать мадам Стебель эту информацию.       — Да, профессор Дамблдор.       На этом беседа была закончена. Северус пригласил Маджере в свой кабинет, после чего оба занялись расшифровкой составов смесей. К счастью, почти все из необходимых трав существовали в этом мире. Некоторые было весьма трудно достать, но то была лишь малая часть из списка. Снейп был доволен. Он и сам понимал, что эти заклинания имеют невероятную мощь. Некоторые были сходны с известными ему ранее. Однако предоставленные молодым магом имели совершенно иной уровень. В глубине души он стал уважать Рейстлина, но в тот же момент обрел еще большее подозрение, стал внимательнее и вдумчивее.