Невольница

      — Мама! Мамочка! — взъерошенный, как драчливый воробей Дэвид влетел в кухню. — Там… там, — он размахивал руками, словно не находя слов.       — Пожар? — улыбнулась Эмма, вытирая ладони. Сын отрицательно качнул головой в ответ. — Замечательно. Близнецы вновь устроили какую-то пакость? — она знала, что младшие детки дьявольски изобретательная парочка, несмотря на их скромные четыре года.       — Да нет же, мам! — Дэйв отдышался и на едином дыхании протараторил: — Там карета, папа сказал, что королевская и едет к нашему дому. Вот он и велел тебя предупредить, — лицо мальчишки раскраснелось от столь важного поручения.       — А где отец? — Эмма нахмурилась и развязала фартук. Неужели, кто-то из ее семьи решил наведаться в гости? Она уже почти пять лет не видела родителей, только изредка, обменивалась письмами с матерью. Отец запретил ей, ее мужу и их детям бывать в столице.       — Папа сейчас придет, — мальчишка, видя, что мать отвернулась, незаметно стащил пирог и сунул его в карман. Он надеялся, что папа обязательно отпустит его на «Роджер», так что перекус в любом случае не помешает.       — Дэвид Джонс, немедленно положи пирог обратно! — строгим голосом сказала Эмма, подходя к сыну. Присев на корточки, она ласково поправила темно-русую челку, которая вечно лезла Дэйву в глаза. — Сейчас ты пойдешь и переоденешься во что-то более подходящее для встречи с твоими бабушкой и дедушкой.       С явной неохотой, парень положил пирог обратно и медленно пошел в сторону лестницы. Мать одной фразой разрушила головокружительные планы о том, как он будет ползать в самых сокровенных уголках корабля, разыскивая давно утерянные или позабытые сокровища. Такие, например, как первая шапка дядюшки Сми. И вообще, с точки зрения пятилетнего мальчишки, знакомство с родственниками было не особо веселым времяпрепровождением. Тем более, мама всегда огорчалась, когда приходили письма от бабушки. Сердито пнув, оказавшегося под ногой рыцаря Джека, Дэвид начал демонстративно подниматься в детскую.       Эмма проводила сына взглядом и подбежала к окну. Действительно, около их домика остановилась карета. С замирающим сердцем, она ждала появления родителей. Прикусив нижнюю губу, она напряженно ожидала увидеть крепкую фигуру отца. Даже не смотря то, что прошли годы, все же, внутренне к их личной встрече Эмма готова не была. Невольный выдох облегчения вырвался у нее, когда на подножке появилась Белоснежка. Эмма едва сдержала улыбку.       — Мам! — Эмма торопливо обернулась на крик старшего сына. — Близнецы опять утащили мои игрушки!       Зловредно хихикая, мимо него проскользнули брат и сестра. Эмма исхитрилась поймать младших на последней ступеньке, не давая скрыться и припрятать игрушки, чтоб потом изводить Дэйва. Насколько старший был живым и озорным ребенком, по сравнению с двойняшками, он казался тихим и благовоспитанным мальчуганом.       — Лиззи! Джек! — она схватила обоих за руки и посмотрела строгим взглядом в их блестящие глазенки. — Немедленно прекратите доводить брата! У нас гости, — пояснила Эмма, заслышав негромкий, почти деликатный стук.        Эмма с неудовольствием посмотрела на чумазых близнецов и отпустила их. Лиззи и Джек чинно прошли в гостиную, намереваясь демонстрировать свои самые лучшие манеры. Обиженный Дэйв поплелся за ними и демонстративно уселся на другой стороне кушетки, не намереваясь вообще ни с кем разговаривать.       Шурша шелком юбок и благоухая тонкими духами, на пороге скромного домика королева обнимала свою дочь, даже не пытаясь скрыть слезы. Когда же ее девочка умудрилась настолько вырасти? Белоснежка разглядывала лицо дочери, подсознательно ища признаки того, что она несчастна. Но в глазах Эммы сиял теплый огонь, а с губ не сходила улыбка. Она крепко прижималась к матери и что-то быстро говорила, так и замерев на пороге.       — Мамочка, — голубоглазая девчушка со светлыми волнами спутанных волос дернула Эмму за юбку. — Нам еще долго вас ждать?       — Ты должно быть Элизабет? — спросила королева и широко улыбнулась.       — Лиззи, — поправила малышка, втискиваясь между женщинами. — А вы моя бабушка, из-за которой так злится Дэйви, — она хихикнула и тряхнула волосами. Белоснежка была очарована внучкой.       — А кто такой Дэйви, и почему я его так разозлила? — Снежка подхватила девочку на руки и пошла за Эммой вглубь дома.       — Это мой брат, — Лиззи закатила глазенки, — мама не отпустила его с папой на корабль, вот он и надулся как лягушка. — Снежка между делом оказалась в комнате с большими окнами и уютной обстановкой. Было понятно, что вечера семья предпочитает проводить здесь.       — О, матушка, простите за беспорядок, — смущенно улыбнулась Эмма, поднимая с чистовыметенного, но не натертого пола многострадального рыцаря. — Почему не предупредили о визите?       — Решила сделать сюрприз, — рассеянно ответила Снежка и усадила Лиззи подле братьев.        Как она догадывалась, тот что повыше, с темными вихрами и настороженными зелеными глазами был Дэвид. Второй похожий на сестру, как две капли воды беспокойно вертелся на своем месте и взъерошивая челку вне сомнений был третьим ее внуком — Джеком.       — Ну что же, сюрприз удался, — Эмма вновь обняла мать. — Ох, расскажи, как поживает папа? А как несносный братик? Он уже, наверное, совсем взрослый, — принцесса смутно помнила младшего брата.       — Твой отец, как всегда. Весь в заботах и делах о государстве, — поморщилась Снежка присаживаясь на кресло. — Лео вырос, ты права. Скучает по тебе и жаждет познакомится со своими племянниками. Ах, и еще, — Снежка деланно всплеснула руками, — тут отец передал тебе подарочек… — с этими словами королева вытащила из складок платья свиток и протянула дочери.       У Эммы подрагивали руки, когда она сломала королевскую печать и начала читать. Смысл послания дошел до нее, только когда она перечитывала указ в четвертый или пятый раз. На глаза навернулись слезы, и она прижала бумагу к груди. Все обвинения с Киллиана были сняты и его королевское величество даровал пирату прощение, а самое важное — еще и каперский патент.       — О, мама… — принцесса могла только счастливо улыбаться, заставляя детей на диване переглядываться и перешептываться. По-хорошему, ей бы надо было давно отпустить их по своим делам, но это вылетело из ее головы. Отныне, ей не надо будет беспокоится, что когда-нибудь придет весть о том, что ее отец повесил ее мужа.       — Мамочка, — Джек потянул Эмму за платье.       — Да, радость моя, — рассеянно ответила Эмма, в который раз перечитывая чудесные строчки.       — Можно встретить папу у ворот? — мальчик хлопал ресницами и смотрел кристально чистым взглядом. Настолько честным, что у правдивых людей такого сроду не бывало.       — У ворот, Джек. Не за ними, не на дороге, не у бабушкиной кареты. Ты меня понял? — Эмма сурово посмотрела на младшего сына. Он опустил голову под ее взглядом. Дождавшись кивка Эмма удовлетворенно хмыкнула. — И вам тоже можно, — разрешила она, поймав два умоляющих взгляда. Дети подпрыгнули от радости. Джек ударил Дэйва по ладошкам, и они шумной гурьбой покинули дом.       — Отпускаешь одних? — заволновалась Снежка, удивляясь поведению дочери. Все же прибрежная деревенька, мало ли какие люди могли тут околачиваться.       — Когда Киллиан дома, то со спокойным сердцем, — Эмма присела напротив матери, чинно разгладив юбки. — Да и когда его нет, то прошу нянюшку приглядеть и только. Я сомневаюсь, что кто-то решится тронуть детей Киллиана Джонса. По крайней мере, за почти пять лет таких отчаянных храбрецов мне не встретилось.       — Ты счастлива? — спросила Белоснежка, хотя вопрос был излишним. Эмма сияла, когда смотрела на детей, невольно улыбалась, когда речь заходила о ее муже, а бумаги, которые она все еще сжимала в руке, очевидно были для нее величайшей драгоценностью.       — Очень, — откровенно призналась принцесса. — Стоит подумать, что не продай он меня, то этого бы всего не было, мне хочется даже его поблагодарить, — усмехнулась она.       — За что ты хочешь меня поблагодарить, лапочка? — Киллиан неожиданно оказался рядом с ней и положил руки на плечи. Затем прокашлялся и склонил в поклоне голову: — Миледи, безумно рад вас увидеть.       — Да за все хорошее, — мягко рассмеялась Эмма. — Давайте, я вас наконец-то представлю. Мама — это капитан Киллиан Джонс, пират, пройдоха и каналья, — Снежка явно смутилась от такой нелестной характеристики для зятя из уст дочери. — Дорогой, моя матушка — королева Белоснежка. Без помощи которой тебе б пришлось выискивать меня по монастырям.       Взгляд, которым посмотрел на нее пират, заставил Эмму мысленно выругаться. Кажется, против жены-монашки он бы тоже ничего не имел.       — Ваше Величество, — Джонс отошел от жены и галантно поцеловал протянутую ему в царственном жесте руку, — счастлив с вами познакомится, очень жаль, что этого не произошло раньше.       — Я тоже рада, наконец-то познакомиться с тем человеком, что женился на моей дочери без высочайшего позволения, — Снежка с трудом сдерживала смех. Давно уже она перестала злиться на своеволие дочери и наглость ее возлюбленного. Именно она и уговорила мужа в конце концов перестать разыскивать Джонса для последующей казни, да и посоветовала, как обратить его промысел на благо короне.       Дэвид держался до последнего, но последний ультиматум жены заставил его сдаться. Она хотела провести время с внуками и дочерью, и если он этого не позволит, то она сама уедет. И Лео тоже увезет с собой. И будет жить в уединении до тех пор, пока право голоса ей не вернут.       Король сдался на милость супруги в тот же вечер, а к концу недели все нужные указы были готовы. Он хотел послать гонца, но Снежка настояла на том, что поедет сама. Дэвид благоразумно пожелал ей доброго пути и просил передать дочери, что в любое время ее ждут в отчем доме вместе с семьей.       И сейчас королева была очарована Джонсом, весь вечер развлекавшего их всяческими пиратскими историями. Даже детям, вернувшимся к ужину, разрешили задержаться внизу чуть дольше положенного.       Дэвид-младший засыпал на коленях у Белоснежки, а близнецы свернулись калачиком подле родителей. Огонь в камине бросал причудливые блики на лицо Киллиана и Эммы. И их крепко сплетенные пальцы сказали королеве все, что она хотела знать.