Ангел Аркхема

«Здравствуйте, это доктор Каннингем. К сожалению, меня сейчас нет, поэтому, пожалуйста, оставьте сообщение после сигнала, спасибо…» — Привет, Джесс, это я… снова… пожалуйста, не могла бы ты позвонить мне, когда это получишь. Эрм, при первой же возможности. Спасибо, — бородатый мужчина повесил трубку и тяжело вздохнул. Прошла почти неделя с тех пор, как доктора Каннингем видели в последний раз в больнице, и, если честно, он сильно волновался за неё. В последние несколько дней он, должно быть, оставил ей тридцать сообщений на её сотовый телефон, пейджер и домашний телефон, но так и не получил ответа. Это было так не похоже на неё, — избегать его. Возможно, это как-то связано с её ссорой с Джокером во время её последней смены? Он покачал головой и положил свои очки на стол, резко сжимая переносицу. Он просто не знал, что делать. Возможно, ему следовало позвонить в полицию? Изучая её личное дело перед ним, начальник Джесс провёл пальцами вниз по списку контактных телефонов. Наверное, ему следовало начать с её семьи вместо того, чтобы привлекать Готэмскую полицию? Последнее, в чём нуждалась лечебница — копы, светящие фонариками в каждом укромном уголке и трещине. Хороший доктор уже принесла достаточно нежелательного внимания больнице. Поднимая трубку к уху ещё раз, психолог начал набирать указанный номер.

***

Джесс почувствовала боль, пронзившую спину, когда неуверенно выпрямилась, сев у стены. Тяжело вздохнув, она попыталась сглотнуть. Её рот был настолько сухой, что её язык казался толстым во рту, и она могла почувствовать вкус воздуха вокруг неё. Медленно поглаживая кончиками пальцев свои бёдра, она попыталась размять мышцы. Крошечные мурашки пробежались по её бледной коже, когда ногти скользнули по крошечным волосикам, покрывающим её тело, и она почувствовала холодную дрожь по всей спине. Сделав глубокий вздох, она оттолкнулась ногами от пола и, с большим трудом, попыталась встать на ноги. Она чувствовала, как каждая частичка её тела исчезает, когда мышцы начинают уступать чувству голода, которое царило в её животе. Она не ела уже несколько дней, и, казалось, что даже её живот смирился с неизбежной кончиной его хозяйки и больше не урчал от недовольства по поводу отсутствия средств к существованию. Потянувшись вдоль больших перил, которые шли вдоль стены, Джесс сумела переместиться к окну. Глаза истощённого доктора, которые уже привыкли к темноте, устало уставились в грязное стекло, лениво цепляясь за большие железные стержни, которые закрывали окно. Она едва могла видеть сквозь грязное стекло улицу. Сильно прищурив глаза, она стала постепенно различать серое небо и белые крыши новой части лечебницы. Пытаясь протолкнуть свою голову сквозь решётку, она отчаянно стремилась увидеть больше. Чем больше она заставляла свои глаза сфокусироваться, тем больше она могла видеть серую каменную стену, ведущую вниз по склону к зловещим воротам. Она находилась в Аркхеме! Падая назад, она сжала железные стержни, останавливая себя от падения на твёрдый пол. Стоя на ногах в полной тишине, она почувствовала, что её сердце ушло в пятки. Всё её тело словно начало слабеть, когда осознание того, что никто никогда не узнает, что она здесь, внезапно осенило её. Она была далеко не глупым человеком, однако в первые несколько дней она убедила себя, что Макс вернётся за ней. Он этого не сделал. Она не знала, как долго была здесь, но знала, что её ни разу не навещали. Она ощущала водоворот боли в своём сердце, и горячие слёзы водопадом падали вниз по её холодным бледным щекам на грязный хирургический халат, который был на ней. Когда небольшие пятна влаги собрались на зелёном материале, изолированная женщина с тяжёлым сердцем посмотрела на свои избитые ноги. Она не помнила, как её привезли сюда, но она, видимо, ударилась обо что-то, или это ударило её… сильно. Её ноги были покрыты тёмными чернильными ссадинами. Проведя по ним ладонью, она зашипела сквозь зубы. Каждый синяк был по-прежнему чувствителен, и боль распространилась по её ногам, как огонь. Сморщив лоб, она сползла по стене и снова села на пол. Смирившись со своей судьбой, Джесс в ужасе опустила голову и тихо зарыдала. Никто не знал, что она здесь, кроме него, и она сильно сомневалась, что он собирался прийти и выпустить её. Она здесь умрёт! Или от голода, или от обезвоживания… или, возможно, подрядчики доберутся до здания, чтобы его разрушить, раньше, чем она умрёт? Возможно, она будет погребена под обломками? В любом случае, она сказала себе, что не покинет это место, пока не окажется в мешке для трупов!

***

— Эй! Вставай! — агрессивно прорычал охранник в ухо спящего мужчины. Джокер нахмурил брови, совсем не понимая, что происходит: «А?» — Я сказал, вставай! Сильные руки схватили лежащего мужчину за воротник и подняли на ноги. Связывая его в полутёмном коридоре, чьи-то руки неожиданно толкнули его в инвалидное кресло. — Привяжи его, хорошо и крепко! Джокер взглянул на второго человека: — Приве-е-е-ет. Давно не ви-и-и-иделись, офицер Грей. Скажи мне… — Он драматично облизнул свои губы. — Как доктор Каннингем? Макс пристально взглянул на сидящего мужчину с таким отвращением, что Джокер мог почти почувствовать это в собственных глазах. Это всегда забавляло его, и он едва мог контролировать себя, когда его увозили из крыла в ночную больницу. — Куда мы едем в столь поздний час? — Хихикающий мужчина поднял брови и уставился в потолок. — Мы идём, чтобы найти моего маленького Джестера? Она пропала, знаешь, — Джокер широко улыбнулся, прекрасно зная, что Макс всё понял. — Знаешь… Ма-а-а-акс, ты действительно, эм… преследовал её?.. Это… зашло слишком далеко. Даже я думаю, что ты стал принимать слишком… активное участие… — Закрой рот! — Кулак Макса сильно встретился с правой стороной лица Джокера, в результате чего из уголка рта потекла струйка крови. — Куда мы его везём? — внезапно спросил второй охранник. — К интерну, — твёрдо сказал Макс. — Она хочет его увидеть. — Увидеть его? — Да, она постоянно сохнет по нему. Чёрт знает почему! — Итак, что ты получаешь от этого? Макс не ответил. Вместо этого он просто поднял брови и подмигнул своему коллеге. — О, что ж, честно, — второй охранник улыбнулся. Джокер ткнул кончиком языка в один из его шрамов: — Она хорошенькая, правда? Всегда поражает меня, будучи немного неуверенной в себе, как думаете? — он на мгновенье замолчал, затем продолжил: — Кажется, у неё комплекс неполноценности… всегда сравнивает себя с кем-то ещё. — И? — Макс наклонился над сидящим мужчиной. — Какая разница? Девушки есть девушки, верно? Джокер закатил глаза, прежде чем громко всосать свои губы: — Лично я предпочитаю, чтобы мои девушки были чуть более… — Нервными? — засмеялся второй охранник. — Не-е-е-ет, я собирался сказать интеллектуальными… — Ты слишком много говоришь! — огрызнулся Макс, когда жестом сказал второму мужчине уйти. — Я справлюсь сам. Макс быстро открыл дверь и толкнул Джокера внутрь тёмной комнаты. — Почему мне кажется, что я был в такой ситуации раньше? — Джокер наклонил голову набок и огляделся в темноте. — Никакого Бэтмена? — Он поднял бровь. Когда Макс покинул комнату, Джокер услышал, как дверь щёлкнула в проёме. В ожидании неизбежной белой вспышки, когда включится свет, он зевнул. Вспышки не последовало. Вместо этого он почувствовал непривычный укол в бедро, и шприц полностью прошёл через ткань его штанов. Когда он почувствовал холодную жидкость, распространяющуюся по его венам, подобно вирусу, он понизил голос до низкого рычания. — Ну, здра-а-а-авствуй, мисс Квинзель.

***

Щелчок и стук ворвались в сознание Джесс, когда её разум медленно начал просыпаться. Повернувшись и взглянув вниз по коридору, Джесс сонно открыла свои остекленевшие глаза. На мгновенье ей показалось, что этот шум был лишь плодом её воображения, но её глаза вскоре подтвердили, что её уши были правы, когда тонкий белый луч фонарика пронзил темноту. Прикрывая свои не привыкшие к слишком яркому лучу света глаза, Джесс подняла руку к лицу. На мгновенье она подумала, что кто-то пришёл, чтобы помочь ей. Эта идея вскоре исчезла, когда свет был направлен прямо ей в глаза, временно ослепляя её. Когда тяжёлые шаги приблизились ближе, доктор узнала походку. Это был он. Это был Макс. Немного уклоняясь в сторону, Джесс попыталась вернуть себе немного самообладания, отчаянно дёргая за подол своего халата. Охранник остановился перед ней, всё ещё светя фонариком ей в глаза. Когда она отвернулась, девушка почувствовала сильный удар подошвы ботинка в голову. Не имея сил, чтобы защитить себя, молодая женщина упала на пол. Повернув голову, Джесс попыталась умолять мужчину, но, казалось, у неё перехватило горло; оно было таким сухим, что она едва могла говорить. Напрягаясь, чтобы дышать, она быстро отвернулась, когда почувствовала ещё один удар, на этот раз в районе своего живота. Удар был в два раза сильнее, и Джесс изо всех сил кашлянула, пытаясь восстановить дыхание. Оперившись ладонями в пол и пытаясь поднять себя, она почувствовала руку в своих волосах, когда он потащил её обратно по коридору. — Кто разрешил тебе двигаться? А? Кто? — прорычал он. Джесс не знала, что ответить или сделать. — Я задал вопрос! Джесс покачала головой в ответ и отчаянно пыталась смочить свои губы: «Ни… ни… никто». — Тогда возвращайся, блядь, в кровать! — проревел он, бросая её на каталку. Почувствовав жёсткую кровать под собой, Джесс схватилась за её края. Поджав ноги под себя, она свернулась в позу эмбриона и посмотрела на Макса. Почему он делал это? Она не понимала, что сделала не так? Макс отвернулся и подошёл к стойке в углу комнаты. Подняв небольшую пластиковую коробку с поверхности стола, он открыл её и опрокинул содержимое на пол. Пристально смотря на свою заложницу, он открыл крышку бутылки с водой и швырнул в блондинку. — Не смей! — прорычал он, когда Джесс бросилась вперёд и попыталась спасти драгоценную жидкость. Она немедленно остановилась, когда ей приказали, и сидела неподвижно, всё время смотря на воду, выливающуюся из бутылки на пол. Как только он был удовлетворён, Макс развернулся, чтобы уйти. — Теперь ты можешь попить. Джесс упала на пол, хватая почти пустую бутылку. Воды осталось почти четверть, но она физически почувствовала облегчение и стонала от удовольствия. Она услышала, как тяжёлые двери снова закрылись, вновь оставляя её одну в заброшенном крыле. Повернувшись, чтобы взглянуть на пустое место у каталки, она напряглась, чтобы понять, что её похититель бросил на пол. Она решила, что ей нужно взглянуть поближе. Медленно ползая по полу, Джесс отчаянно пыталась слизать остатки воды со своих рук. Она всё ещё хотела пить. Достигнув предмета, лежащего на грязных плитках, она наклонилась, протягивая ноющую руку, чтобы потрогать это. Он был мокрым и мягким. Это была еда. Она предположила, что еда была с кухни пациентов. Она не хотела думать о том, что это может быть. Всё, что девушка знала, так это то, что она была действительно голодна, и он принёс это, чтобы она поела. Нагнувшись, чтобы понюхать смоченную еду, она взяла её пальцами с грязной плитки и бросила её себе в рот. Она не могла сказать, что это, но не была уверена, действительно ли это важно. Это еда, и это всё, что сейчас имело значение.