Черный оксюморон

Йоко очнулась первой. Она сидела на стуле, крепко привязанная к нему жесткими веревками, и не имела ни малейшей возможности пошевелиться. Первое, что ей захотелось, — пить. Во рту, как и в горле, разрослась настоящая Сахара. Девушка сглотнула слюну и поморщилась от сухой боли, поразившей слизистую. Она хотела попросить воды, но у нее не было сил даже прошептать простое «Пить». Поэтому японка сдавленно замычала, безвольно раскрывая потрескавшиеся губы. Кто-то совсем рядом с ней усмехнулся и погладил ее по голове почти с родительской заботой. — Что, пить хочешь? — спросил знакомый голос. Девушка быстро заморгала, начиная чаще дышать, и дернулась вперед, желая освободиться от оков и заехать между ног своему похитителю, но за отчаянную смелость она получила нехилый удар по лицу. Во рту образовался металлический привкус крови, сгусток которой Йоко сплюнула на пол. — Хорошо, я позволю тебе глотнуть воды, — мужчина отошел в сторону, а когда вернулся, открыл пластмассовую бутылку и щедро вылил большую ее часть прямо на лицо японки. Та, как выброшенная на сушу рыба, стала жадно ловить губами прохладную жидкость, испытывая при этом самое настоящее удовольствие. — Все, хорош. Похититель откинул бутылку на землю, специально подальше отшвырнув ее от себя ногой, а затем схватил девушку за волосы, заставляя ее опрокинуть голову назад. Йоко ничего не видела, так как находилась в кромешной темноте, зато хорошо слышала, как дышит мужчина, как он передвигается и что-то делает. В такие моменты слух сильно обостряется. — Узнала меня, Йоко? — шепнул некто с невидимой улыбкой на губах. — Ублюдок… — зашипела девушка. — Ты ублюдок, Юнги. Слышишь меня? Ублюдок! — Вот мы и встретились снова, сладкая, — парень небрежно поцеловал свою жертву в губы и отпустил ее. — Я устроил целое шоу, и все специально для тебя. У нас и приглашенные гости, и музыка, и занимательные конкурсы. Все, как ты любишь. — Да пошел ты! — Я бы не советовал тебе грубить, или ты снова хочешь получить по своей смазливой мордашке? — Юнги унизительно похлопал японку по щеке, наконец отступая от нее. Теперь его голос звучал откуда-то из дальнего угла. — Думаю, пришло время разбудить твоих любимых мужчин. Или дадим им еще пару минуток поспать? — Нет! Не трогай их! — Йоко задергалась. Как только она услышала, что здесь находятся детективы, ее сердце затрепетало и упало в пятки, где продолжило пульсировать. — Надо же, а ты действительно их любишь… — задумчиво протянул парень, а потом хлопнул в ладоши и продолжил уже более вдохновленно. — Тогда не будем терять время! Послышалась непонятная возня. Юнги чем-то грохнул, затем его быстрые шаги растворились в необъятных пределах темноты. Наступило пугающее молчание. Йоко беспомощно вертела головой, бешено дышала и пыталась разглядеть хоть что-нибудь, но попытки потерпели фиаско. К вязкому мраку добавилась еще и убивающая спокойствие ржавым лезвием тишина. Девушка нервно сглотнула, зажмурилась, а когда раскрыла глаза, секунда в секунду по помещению пронесся яркий свет. Точнее, он казался ярким для глаз, привыкшим к темноте. На деле это были самые обычные лучи, идущие из прожекторов и освещающие небольшую сцену, которая предстала прямо перед бывшей практиканткой. Йоко с неподдельным страхом, контрастно смешавшимся с шоком, смотрела на конструкцию из деревяшек. На ней стояли восемь плотно закрытых высоких, но узких шкафчиков. На дверцах первых четырех были нарисованы грустные рожицы, а на последующих — веселые и улыбающиеся. — Что за херню ты устроил? — спросила еле слышно девушка. — Нравится? — улыбнулся Юнги, запрыгивая на сцену и расхаживая по ней, как профессиональный фокусник, собирающийся устроить представление перед любезной публикой. — Знаешь, сколько времени и сил я потратил на все это? — Ты точно спятил… Ты больной на всю голову… — И в этом ты виновата, сладкая, только ты, — он остановился посередине и указал пальцем на привязанную к стулу Йоко. — Все это ради тебя. В ту ночь, когда ты отказала мне в клубе, я твердо решил найти тебя и отомстить. Чтобы какая-то япошка безнаказанно отшивала меня и позорила перед всеми? Ну уж нет, дорогая, такому не бывать. Я стал одержим тобой, одержим желанием мести. — Так нашел бы меня и отомстил. К чему было убивать тех невинных людей? Что они тебе сделали? Твои руки по локоть в крови, подонок. — Да-да, замечательная лирика, сладкая, только заткнись! — Юнги закатил глаза. — Я подбрасывал наживку своему кролику. Те люди были для тебя морковкой и капустой. Благодаря им ты здесь. Ты скакала от одного трупа к другому, от одного дела к другому, пока наконец не попала в мой капкан. И я говорю не о тех веревках, которыми ты связана… Убийца подошел к стене, надавил на выпирающий из нее рычаг, и прожектор осветил два стула, стоящих возле сцены. К ним были привязаны детективы, только они были еще без сознания и сидели с безвольно опущенными головами. Увидев их, на глаза Йоко набежали слезы. Девушка снова задергалась, желая попасть к своим любимым, но чертовы веревки до крови терлись о ее кожу и не позволяли сделать лишнее движение. — Вот он, твой капкан, в который я тебя заманил, — Юнги спрыгнул вниз и подошел к парням. — Я ждал, когда вы сблизитесь, ждал, когда полюбите друг друга, чтобы в конце сделать очень-очень больно, как ты мне сделала когда-то. — Но погоди, — начала Йоко, — ты говорил, что хорошо знаешь меня. Как такое возможно, если мы виделись лишь раз? — А за это скажи спасибо Чон Хосоку из лаборатории. Если бы не он, у меня вряд ли что-то получилось бы вообще… Этот болтливый парень рассказывал мне все, о чем я спрашивал. Оказывается, он тот еще сплетник. Мы познакомились весной. Я узнал, что парень увлекается танцами и любит шастать по ночным клубам. Не составило труда втереться к нему в доверие. Пара бутылок соджу, грамотные фразочки, и мы почти лучшие друзья. — Я все равно не понимаю, как ты проворачивал свои грязные дела… Такие профессиональные убийства, ни единого отпечатка, ни единой улики. Как? — Ты думаешь, я настолько глуп, что не смог бы прикончить пару недоносков? Это было слишком просто, сладкая. И у меня были свои помощники… Сейчас я вас познакомлю, но для начала все же разбудим ищеек. Мы же не хотим, чтобы они пропустили все шоу? Юнги наклонился к парням и стал хлопать их по щекам. Первым пришел в себя Чонгук. Издав стон, полный страданий, детектив медленно поднял голову, сглотнул и раскрыл уставшие глаза. Когда он увидел перед собой знакомое лицо, то машинально дернулся и сделал такое удивленное лицо, как будто сама смерть с косой наведалась к нему. По сути, так оно и было… — Юнги хён?! — Чонгук дернулся вперед. — Ты… ты что тут делаешь? — А сам не догадываешься? — Не-ет… Не может быть… — парень скривился. — Только не говори, что ты… — Да-да, все именно так, — Юнги закивал, как бы с сожалением улыбаясь. — Я тот, кто игрался с вами все это время. Кстати, твой напарник вообще собирается приходить в себя, или мне его так прикончить, чтобы не мучился? — Не смей его трогать! — завопила Йоко. — Только попробуй, и я башку тебе оторву! — Йоко?! — сердце Чонгука пропустило пару ударов. Когда он заметил привязанную к стулу девушку, да еще и с разбитой губой, то стиснул зубы и посмотрел на Юнги так, что если бы взглядом можно было убивать, тот уже давно бы дергался в предсмертной агонии. — Ты, урод, сейчас же отпусти ее! — Гук? Что за херня? — рядом послышалось шевеление. Чимин, который находился без сознания все это время, пришел в себя и пытался освободиться от сжимающих его веревок, но когда раскрыл глаза и понял, что произошло, яростно задергался и стал сыпать благим матом направо и налево. — Блять, что за черт?! Какого хера я привязан?! Но тут его глаза встретились с тем самым тайным мистером Иксом, которым оказался Мин Юнги. Тот самый Юнги, который подарил ему браслет на день рождения, тот самый Юнги, который мирно курил с Йоко в ночном клубе, тот самый Юнги, который оказался близким другом Чон Хосока. Этот мир не перестает удивлять… — Хён? — застыл Чимин, округлив глаза. — Это розыгрыш такой? Блять, нет… Нет, я не верю. Давай, снимай с нас веревки, показывай, где скрыта камера, и пусть уже выходят эти красотки с цветами. — Он всегда такой болтливый? — вздохнул Юнги. — Мы тупо тратим время, пора переходить к основному блюду. Йоко все это время смотрела на парней. Она молча плакала, сгорая от желания спасти их. Плевать она хотела на себя, для нее главным было сохранить жизнь любимым мужчинам, и она собиралась придерживаться этого плана в любом случае, каким бы образом не обернулась ситуация. Детективы тоже внимательно следили за ней, и в их головах были те же мысли — спасти Йоко. Они были готовы пойти на все, лишь бы она осталась жива, а все остальное уже неважно. «Все будет хорошо», — прошептал Чимин, глядя на то, как по щекам его девушки скатываются слезы, и уже за одно это он был готов размазать Юнги по стене, который, стоит добавить, уже стоял на сцене и хлопал в ладоши, желая обратить на себя внимание. — Знаете, вы ведете себя неуважительно по отношению ко мне, — убийца указал на себя руками. — Я тщательно готовился, а вы даже не смотрите. Неужели вам неинтересно, что же в этих ящиках? — Начинай уже, мудила, и покончим с этим, — зарычал Чонгук. Юнги замолчал, задумчиво опуская глаза в пол, а затем с абсолютно спокойным видом спустился вниз, подошел к своему обидчику и со всей силы ударил его по лицу ногой. От такого удара стул, на котором сидел Чон, не выдержал и упал, утягивая за собой на землю своего обладателя. Чимин и Йоко дернулись, и если девушка только могла кричать о том, чтобы маньяк прекратил трогать Чонгука, то Пак бесстрашно сыпал на него отборным матом и грозился вырвать ему кишки, если он еще раз так сделает, за что получил и свою порцию удара, но уже в живот. Японка слушала, как кашляли и стонали детективы, и умирала от своего бессилия. Уж лучше ее бы так били, чем их. Именно так она думала, в то время как слезы снова брызнули из ее мокрых глаз. — Надеюсь, вам ясно, что я не позволю себя унижать? — Юнги поставил на место стул Чонгука, возвращая его в сидячее положение. — Поверьте, времени у меня много, как и сил. На каждого хватит. — Поверь, ты еще пожалеешь об этом… Крупно пожалеешь… — Чимин выплюнул сгусток крови, озлобленно поглядывая на похитителя. — Жалкий недомерок. — На этом предлагаю закончить прелюдии и приступить к делу, — Юнги отряхнул руки, поправил свою одежду и вернулся на сцену. Он развернулся к своим «зрителям», улыбнулся подобно дешевому клоуну в захолустном цирке и подошел к первому шкафу. — Дамы и господа, позвольте представить вашему вниманию моего первого помощника. Убийца открыл дверцу, и Йоко громко ахнула. Перед ней предстал ее первый парень, тот самый староста, с которым девушка когда-то переспала. Она и не подозревала, что своим отказом разбила ему сердце и поломала всю его молодую и прекрасную жизнь. Юноша так и не смог забыть свою любовь и посему с радостью согласился ей отомстить, когда в его руки приплыла таковая возможность в виде золотой рыбки. — Казунари? — подавилась японка. — Я не верю своим глазам… — А ты чего молчишь, Чимин? — Юнги удивился. — Разве ты не помнишь Казунари? Ну же, напряги мозги. Бессонная ночь, дождь, аптека, неудачное ограбление… Этот придурок чуть не попался, но я вовремя вытащил его из задницы. Пак сидел с открытым ртом. Да, конечно, он вспомнил того паренька в толстовке и маске, который пытался ограбить аптеку, но детектив вовремя и весьма профессионально его «вырубил». Если бы он тогда знал, кем являлся грабитель, точно не ушел бы спокойно домой со снотворным… — Йоко, прости, — Казунари виновато опустил голову. Парень был привязан к задней стенке шкафа и тоже не мог пошевелиться. — Я не должен был… — Должен, еще как должен, — Юнги похлопал его по щеке, как преданного пса. — Вспомни, как ты загорелся идеей отомстить ей, когда я нашел тебя? О, сделать это было не так сложно… Всего лишь узнать, где училась Йоко, отыскать ее друзей и притвориться бывшим парнем, мечтающим вернуть былые отношения. Люди такие глупые и наивные… Стоит их немного разжалобить, как они готовы хоть квартиру на тебя переписать. Ну, что мы будем с ним делать? — Отпусти его, — ответила девушка. — Он не стоит нового убийства. — Почему же? — удивился маньяк, подняв брови. — Казунари следил за вами, помогал мне убивать тех вонючих говнюков. Разве он не заслуживает наказания? — Нет, я же сказала, — процедила сквозь зубы Йоко. — Хорошо, а если так? Юнги подбежал к другому шкафу, на котором был нарисован улыбающийся смайлик, раскрыл дверцу и показал, кто там был спрятан, а спрятан там был Ким Тэхен. Тот самый веселый и добрый паренек из лаборатории, хороший друг Чон Хосока и детективов. На этот раз и парни, и японка дернулись от страха и желания защитить невинного, особенно когда маньяк выудил из кармана джинсов ножик и приставил его к горлу мед. эксперта. — Ну? И кого же мы выберем? — протянул Юнги, ловя на себе взгляд Тэхена, полный ненависти. Он тоже был прикован к задней стенке и мог действовать лишь взглядом. — Предателя или верного друга, который не сделал ничего плохого? Ох, как же будет плакать бедная Софи, когда увидит труп своего возлюбленного. — Давай же, режь, это ведь не так страшно, — отозвался низким голосом осмелевший Тэхен. — Заткнись, идиот! — прикрикнул Чонгук. — Эй, ты, псих? — Слушаю, — улыбнулся Юнги. — Оставь нашего друга в покое, даже не смей причинять ему боль. — Значит, все-таки Казунари? — убийца снова подошел к своему сообщнику. Все молчали. Кому захочется брать на себя столь тяжелую ношу? Решать, кому даровать жизнь, а у кого ее отбирать было слишком страшно, поэтому и девушка, и детективы молча склонили головы, боясь увидеть то, что вот-вот произойдет. — Что же, молчание знак согласия… Секунда, и раздался неприятный влажный звук, а после послышалось, как Казунари захрипел, издал последний вздох, и что-то быстро закапало на пол. Юнги перерезал бедняге горло. Связался с убийцей — будь любезен заплатить за свою смелость высокую цену. Парень заплатил, и теперь его бездыханное тело скрылось за захлопнувшейся дверью шкафчика, в котором он стоял. Зато Ким Тэхён остался жив, что послужило маленькой радостью в этой кровавой, липкой обстановке. — Продолжим? — Юнги, как ни в чем не бывало, подошел к следующей дверце с грустным смайликом и раскрыл ее. В шкафу оказалась избитая Моён. Маньяк небрежно погладил ее по лицу. — Девчонка сопротивлялась, не хотела, чтобы вы видели ее, поэтому мне пришлось убедить ее в том, что неприлично отказываться от участия в нашем шоу. — Нуна? Как ты могла? — Чимина охватил шок, как и Чонгука с Йоко. Все раскрыли рты. — Йоко, ты ведь помнишь историю о ее матери, которой нужна была помощь докторов? — таинственный убийца схватил девушку за подбородок и поднял ее лицо так, чтобы японка смогла посмотреть в ее глаза. — Как думаешь, откуда у нее внезапно нашлись деньги? Слава Богу, матушка жива и здорова, только вот она не знает, каким способом любимая дочурка обеспечила ей дорогостоящую операцию. Моён не могла отказать мне. Да и как тут откажешь, когда речь идет о жизни твоего родителя? Она помогала мне, как и Казунари. — Ну ты и дрянь, — усмехнулась Йоко. — Продажная сука. — Прости меня, — губы Моён задрожали, и она заплакала. — Прости, Йоко. — Да пошла ты. — Ах, обожаю, когда бабы срутся! — затрепетал Юнги. — Это так увлекательно! Ну что, посмотрим, кто у нас следующий? Парень отошел от секретарши, которая все еще роняла горькие слезы, и отворил дверцу со счастливым смайликом. Каков же был шок Йоко, когда она увидела там Нацуки, свою лучшую подругу еще со школьных времен. Девушка плакала, громко всхлипывала и пытливо смотрела на японку. Она дергалась и просила ее освободить, но Юнги отвесил ей звонкую пощечину, чтобы та не раздражала его. — Думаю, выбор очевиден, — убийца взглянул на Йоко. — Что скажешь, сладкая? Бывшая практикантка кивнула головой. Она посмотрела на детективов, которые, в свою очередь, смотрели на нее в ответ. Между ними сохранялся зрительный контакт, будто невидимая, но хорошо ощутимая поддержка, и когда Моён постигла та же участь, что и Казунари, троица зажмурилась. Несмотря на те гадости, что вытворяла секретарша, было жаль, что ее судьба сложилась именно таким образом. Она вовсе не была плохой, просто жизнь загнала ее в слишком узкие рамки, выбраться из которых было невозможно. — Следующий лот! — взмахивая испачканным в теплой крови ножом, Юнги весело раскрыл шкаф с грустным смайликом. В шкафу оказалась красивая девушка с рыжими, почти огненными волосами. Ни Йоко, ни Чимин ее не знали, а вот Чонгук напрягся. Он вспомнил ее. Та самая Джессика, с которой он изменил своей первой девушке. Та самая Джессика, которая толкнула его «случайно» на улице, когда они с напарником собирались отправиться в ночной клуб. — Госпожа Джессика! Чонгук, узнал красотку? — Ну ты и скотина, — Чон злобно улыбнулся и посмотрел на Юнги. — И до нее добрался. У тебя что, связи по всему миру? Ты, больной ублюдок. — Для тех, кто не знаком с милой дамой, — маньяк опустил ладонь на плечо рыжеволосой девушки. — Разрешите представить вам, Джессика Ким. Когда-то детектив Чон хорошенько оттрахал ее прямо на лужайке дома своей девушки. Бедная Джессика влюбилась в парня и так и не смогла выбросить его не только из головы, но из сердца тоже. Вот что творит с нами любовь… Джессика любезно согласилась помочь мне, чтобы отомстить тебе, Чонгук. Она мстила и за себя, и за свою подругу. Выходит, женская дружба тоже существует. — Ты испоганил мне всю жизнь, оппа, — мерзким голоском протянула Джесс. — Да, я не жалею, что помогла Юнги оппе следить за тобой и твоей япошкой. — Джессика слишком болтлива, — почти шепотом произнес Юнги с таким видом, будто говорит страшную тайну своим друзьям. Он даже прикрыл рот рукой, — мне всегда приходилось затыкать ее кое-чем большим. — Ты же не убьешь меня? — рыжеволосая посмотрела на своего покровителя с надеждой в глазах. — Нас столько с тобой связывает… — А это жюри решать, лишать тебя жизни или нет. Маньяк кивнул в сторону «зрительного зала», а затем под возмущенное хныканье Джессики отворил дверцу с улыбающимся смайликом. В шкафу стоял привязанный к стенке Чон Хосок. И снова выбор оказался слишком очевидным… Кровь, льющаяся из свежего и глубокого пореза на шее Джессики, громко закапала на пол. В этот момент детективы подумали о том, где черти носят полицию? Уже давно пора приехать сюда и остановить этого спятившего козла. — Ну и наши последние гости… — Юнги распахнул «печальную» дверцу, за которой пряталась девушка, знакомая детективам. И Чонгук, и Чимин округлили глаза, полные шока, когда увидели, кто был скрыт в шкафу. — Все узнали Хёри? Чон вспомнил ту девицу, с которой познакомился в клубе и с которой провел ночь. Чимин же в ней только сейчас узнал свою первую девушку. Верно говорят, что мир тесен. На сей раз этот мир сузился в заброшенном аквапарке, где столкнулись люди, когда-то знавшие друг друга. И все благодаря спятившему Мин Юнги, который прямо сейчас приставлял острое лезвие ножа к милому личику совсем не милой на характер девушки. — Чим, тебе не становится обидно от мысли, что твоя первая девушка трахалась с твоим лучшим другом? — спросил убийца, а потом хлопнул себя по лбу. — Ах, да, я же забыл, что вы привыкли делить девушек между собой… Правда, Йоко? — Клянусь Богом, что если я останусь жив, я лично вырву твой язык, — зашипел Чимин. — Открывай уже последний шкаф! — Как скажешь, дорогой, — Юнги сделал невозмутимый вид, отошел от дрожащей Хёри и позволил увидеть того, кто находился в «счастливом» шкафу. Главный прокурор, господин Мин или просто Кроки. — Та-да! Наш страж порядка, гроза преступного мира и просто замечательный человек! Как думаете, господин Мин, ваши подчиненные оставят Вас в живых? Парень издевался, играл на публику и строил из себя массовика-затейника. Будто микрофон, он поднес нож прямо к губам генерального прокурора и нарочно ткнул острым кончиком в подбородок мужчины, что вызвало небольшую кровавую ранку и тихий писк. — Кого выбираем, а? — Юнги резко глянул на детективов. — Ту шлюшку или вашего сварливого босса? Ответ не заставил себя долго ждать. Хёри ощутила холодный вкус поцелуя смерти на своих губах, когда ее голова резко опустилась вниз, а по телу поползли красные, теплые нити. Итог: четверо убитых, четверо спасенных и еще трое, ожидающих свою участь. На что надеялся Юнги? Если он оставит хотя бы одного из детективов в живых или, допустим, Йоко, ему не избежать наказания. Приедет полиция, его поймают, отвезут в участок, наденут наручники, а потом состоится суд, на котором его признают виновным и приговорят к двум пожизненным заключениям, чтобы наверняка лишить его возможности получить амнистию. Могло ли это означать, что некогда покрытый тайной мрака и загадками убийца собирался прикончить заодно и своих любимых подопытных зверушек? Пока никто ничего не знал, и оставалось только ждать рокового часа. — И что теперь? — спросил Чимин, пока Юнги чистил свой нож и закрывал шкафы с трупами. — Продержишь нас здесь, пока мы не умрем от голода и жажды? — Не, это было бы слишком просто, — парень покачал головой. Он спрыгнул со сцены, не спеша подошел к Йоко и, склонившись над ней, заглянул в ее глаза. — Бедная, бедная зайка… Наверное, трудно сидеть в капкане, да? Но вместо ответа японка плюнула Юнги прямо в лицо. Она смотрела на него с вызовом и бесстрашием — так, как смотрят храбрые воины на своих врагов, когда те захватили их в плен и поставили на колени. Можно ослабить человека, а сделать это морально далеко не каждому под силу. Действо Йоко было хоть и смелым, но опрометчивым. Убийца ударил ее в живот, отчего девушка вскрикнула, согнулась пополам и громко закашляла. — Не смей ее трогать, скотина! Ублюдок, руки от нее убрал! Я лично прикончу тебя, дерьма кусок! Урод! — наперебой закричали детективы, дергаясь в режущих их кожу веревках. — Слышишь, ты, гандон?! Только попробуй ее еще раз ударить, я тебе позвоночник вырву! Долбаный говнюк! — Смотри, как они тебя любят, — Юнги сел рядом с девушкой на корточки и приблизился губами к ее уху, пока она кашляла и жмурилась от острой боли, — но тебе придется выбрать, сладкая, нельзя угнаться за двумя зайцами сразу. Подумай хорошенько, на чьем члене тебе больше нравится скакать? — О чем… — Йоко выплюнула кровь. — О чем ты говоришь, придурок? — О том, что я оставлю в живых только одного. Выпрямившись, Мин Юнги достал из внутреннего кармана куртки пистолет, с задумчивым видом профессора проверил наличие патронов, снял предохранитель и направил дуло в сторону детективов. Парни заметно напряглись. В их глазах забегали искры вполне естественного страха. Когда твоей жизни грозит реальная опасность, каждый забудет о спокойствии и отдастся в грязные объятия растущей паники. — Нет! Нет, прошу, не надо! — закричала Йоко. Она плакала и постепенно скатывалась в самую настоящую истерику. — Юнги, прошу! Не убивай их, пожалуйста! Я сделаю все, что ты скажешь! Не отнимай у меня их! Юнги! Умоляю! — Видите, как девчонка вас любит? — наглая усмешка заиграла на губах убийцы. Он смотрел на побледневших парней, которые боялись слово лишнее сказать или пошевелиться. Они застыли, как две статуи, и потеряли связь с реальностью. Все происходящее казалось профессиональным триллером, боевиком, страшным сном, который должен раствориться в первых лучах утреннего солнца. Но нет, то была реальность, бьющая человеческие души хлыстом вплоть до кровоточащих ран. — Я предложил ей выбрать одного из вас, но она не может. Что же нам делать? — Юнги! Посмотри на меня, Юнги! — девушка продолжала кричать и пытаться обратить на себя внимание спятившего маньяка. — Прошу, услышь меня! Не убивай их, ладно? Я умоляю тебя, не делай этого! Ну кому от этого лучше станет, скажи? Кому? — Мне! — не выдержал Юнги. Он заорал не своим голосом и замахнулся на Йоко, чтобы та замолчала. — Мне станет лучше! Я тоже хочу, чтобы тебе было больно! — Да ты с ума сошел! — японка не собиралась отступать. — Какой-то маленький, жалкий отказ ты воспринял как катастрофу века! Что страшного в том, что тебя отшила девушка? — Я не привык к отказам, сучка, не привык! Ясно тебе? Из-за того дерьма, что ты вылила на меня, я потерял рассудок! Что-то екнуло прямо здесь, — Юнги ткнул дулом пистолета в свой висок, — и я лишился разума. Я захотел убивать, захотел причинять людям боль, но я должен был тренироваться, пробовать, пока шагал к тебе, Йоко. Те люди, они стали моими жертвами только благодаря тебе. Они были моим опытом, и знаешь, мне понравилось. Я влюбился в свой новый образ плохого гения и стал экспериментировать. Вы же видели мои убийства. Кто-то разве скажет, что они были банальными или скучными? Вряд ли. — Раз я тебе испортила жизнь, — медленно начала говорить Йоко, — раз я одна во всем виновата, так накажи меня. Я не могу выбрать кого-то одного, я люблю их двоих. Они для меня все: и семья, и друзья, и поддержка, и любовь. Ближе никого нет. Убей лучше меня, Юнги, убей. Я не смогу жить дальше, если ты лишишь меня кого-то из них. — Нет, Йоко! Даже не смей думать о таком! — завопил Чимин. — Нет! Я не позволю! Твою мать, нет же, я сказал! — Не слушай ее! — вступился Чонгук. — Слышишь, хён? Она несет полную херню! Ну же, направь пистолет обратно на нас! Сделай нам больно, а не ей! Она должна жить! Юнги забавляла складывающаяся ситуация. Он с детским упоением смотрел то на девушку, то на детективов. Ему поистине нравилось видеть их страдания, слышать, как они, готовые отдать жизни друг за друга, кричат наперебой, дергаются и умоляют его, как настоящего Бога, сжалиться над ними. Полное ощущение власти приятно щекотало убийцу изнутри и дарило ему все новые и новые силы для продолжения смертельной игры, в которую оказались втянуты невинные, но такие ненавистные ему люди. — Мать твою, Мин Юнги! — Йоко дернулась с такой силой, что веревки впились в кожу на ее руках и оставили глубокие порезы, из которых брызнула кровь. — Не смей в них стрелять! Лучше убей меня, я не могу выбирать, слышишь?! Не могу! Давай, стреляй в меня! — Ладно, — спокойно ответил Юнги, нацелился на девушку и выстрелил ей прямо в голову. Детективы застыли с открытыми ртами и глазами, полными ужаса. Сначала они покраснели, затем побледнели, а потом и вовсе превратились во внезапно высохшие серые тела, туго стянутые веревками. То, что они увидели, разорвало их грудную клетку, запустило жирную руку между треснувших ребер и крепко сжало сердце до такой степени, что оно лопнуло и залило громко стонущую душу кровью. Мин Юнги убил Йоко, их возлюбленную, единственную девушку, которая стала им самым дорогим на свете человеком, девушку, к которой они мчались каждый вечер после рабочей смены, чтобы просто увидеть ее и убедиться, что с ней все хорошо, девушку, которую они по-настоящему любили. Время остановилось. Оно отпечаталось где-то в голове несмываемой кляксой, отравило мозг и сразу обеими стрелками проникло глубоко под кожу. «Тик-так, тик-так, тик-так…» — пищало где-то в воображаемом мире Чимина и Чонгука. Они смотрели на Йоко, которая забросила голову назад, смотрели, как по ее лицу стекает кривая струйка алой крови, смотрели, как Юнги убирает обратно пистолет, и не верили, что происходящее — реальность. Их когда-то живое нутро треснуло, покрылось ржавчиной, захрипело и обвалилось с грохотом, пульсирующим в ушах, а следом за ним и все остальные переставшие функционировать органы. Ровно через минуту в здание ворвалась полиция. Одна жалкая минута, которая могла изменить финал этой истории. Минута, которая могла сохранить Йоко жизнь. Минута, которая развела руками и виновато опустила голову. Чертова минута. Люди в форме молниеносно разбежались по всей площади этажа. Юнги был схвачен и даже не сопротивлялся своему аресту. Он улыбался и с вызовом в глазах смотрел на детективов, которые все еще не могли прийти в себя. Они продолжали бездвижно сидеть, пока офицеры полиции освобождали их от веревок, и не могли оторвать взор от теперь уже мертвой любви. Остальные полицейские вытащили из шкафов выживших, другие названивали в ближайшее отделение скорой помощи и прокуратуру и ждали приезда всех тех, без кого не обходятся подобные происшествия. Чимин и Чонгук больше ничего и никого не ждали. Они медленно поднялись на ноги, которые внезапно обрели свинцовую тяжесть, и как два верных раба, потерявших свою королеву, направились в ее сторону. Детективы перестали ощущать свое тело, они молча волочили его и не имели возможности даже закричать. Они знали, что если раскроют рот, то не смогут остановиться, и поэтому молчали. Казалось бы, хуже уже и быть не может. Йоко мертва, Чимин и Чонгук стали свидетелями убийства девушки, которая была для них всем, но Юнги показалось, что финал не настолько красив, каким бы он хотел его видеть, и решил подправить ситуацию. Воспользовавшись моментом психологического отключения детективов, убийца в наручниках ловко вырвался из цепких лап полиции, побежал в сторону парней и, обхватив Чимина скованными руками за шею, с напором сделал несколько быстрых и твердых шагов вперед, чтобы совершить то, от чего Чонгук окончательно потерял желание продолжать свое дальнейшее существование. Сначала никто не понял, что произошло, но когда раздался громкий и глухой хлопок, все рванули к той самой дыре в стене, через которую в помещение попадал лунный свет, и обнаружили два лежащих на земле тела, под которыми расползалась густая лужа крови. Таков был план Мин Юнги, загадочного мистера Икса. Тик-так, тик-так, тик-так… Когда приехала скорая помощь, врачи обнаружили детектива Чона в дальнем углу этажа. Парень кричал… нет, он истошно орал, плакал, обнимая себя руками, выл, как волк, потерявший свою маленькую, но такую родную и любимую стаю, и полностью отдавался во власть истерики. Чонгук в кровь искусал свои губы и разодрал до мяса руки, царапая ими от собственного бессилия и безысходности холодные и грязные стены. Ему никогда не было так плохо и больно, как в этот день. Он не знал, как будет жить дальше в полном одиночестве, не знал, сможет ли смириться со сразу двумя смертями самых близких ему людей, не знал, есть ли смысл продолжать свое жалкое существование, не знал… Он ничего не знал и не хотел знать. Чимин мертв, Йоко мертва. Чон Чонгук был тоже морально мертв, ведь в ту злополучную ночь он потерял и лучшего друга, и любимую девушку. Все произошло слишком быстро и слишком неправильно. Разве такая жизнь может называться справедливой?

Тик-так, тик-так, тик-так…